Омегаверс

      

Глава 7

      

Привет, качели.

      

В руках альфы.

      – Никого не пускать в здание. Всех отправить по домам на неделю. Те, кто не успеет выйти из здания за десять минут – уволить посмертно, – вижу бледные лица тех двух волков из охраны. Итачи смотрит на них в упор. – Забрать Мари. Какаши, Саске так же увезти из здания. Через десять минут Аматерасу пойдет в режим боевой Охраны. Аматерасу.       – Хозяин, – прозвучал голос здания. Обалдеть… мне это видимо снится, сквозь боль в метке и в родовой вязи руки. Лихорадит…брежу! Однозначно брежу! Лежу в своей комнате и брежу от температуры…       – Активировать режим Боевой Охраны.       – Режим Боя. Режим Охраны. Десять минут до активации. Девять минут пятьдесят девять секунд… Девять минут пятьдесят восемь секунд.       – Юки, не теряй сознание, – какое сознание, я же брежу! Хихикаю ему в грудь. Хотела поговорить? Вот держите! Мечты сбываются! Аха–ах–ах! Не могу сдержаться и смеюсь в голос. Кругом все черным черно, только запах костра щекочет нос своей нужностью, яркостью и замещает в легких кислород. Хочу найти источник божественного аромата. Непослушные пальцы скользят по ткани рубашки, цепляются за мощные плечи. Вдыхаю аромат, да, здесь. Прямо у основания шеи.       – М–м–м, – протягиваю, утыкаясь в шею альфе. Рот наполняется слюной, в паху зреет вожделение, тело жаждет… проникновения.       – Юки, – хрипит Итачи. – Я едва сдерживаюсь…       Успокойся, Юки… Ты должен поговорить с ним… Сначала поговорить… Да, какая вкусная кожа! Ох, ничего вкуснее не облизывала в жизни! Глухой рык, зарождающийся в теле Итачи, скользит по моим натянутым нервам щекоткой возбуждения. Прикусываю кожу шеи. Рык переходит в стон, а меня прижимают к себе сильнее. Потакаю чувствам и скольжу языком по бархатистой и такой восхитительно вкусной коже шеи вверх, к уху. Прикусываю мочку, слышу тихий вдох обреченности.       – Нам надо поговорить, – это я сказала? Собственное сознание бродит по краю лезвия, но все еще маячит где-то на периферии мозга. Глушится возбуждением, феромонами, болью, жаждой.       Альфа смеется. Дышит мне в шею, крепче обнимает.       – Позже.       – Почему? – очередная вспышка разумности посещает мою голову. Вот только твердые губы, что впиваются в мой рот, в пояснении не нуждаются. Юки не целовался, это ощущается всем его существом, а вот я опыт имела… но сравнить поцелуй Итачи с этим опытом… не правильно. Он пьет меня! Впивается в губы, насилует языком, исследует глубины рта. Обхватываю его голову и зарываюсь пальцами в густые волосы. Отвечаю в ответ, вновь не умело, ведь с его опытом я так, на помидорах тренировалась…       Мой стон. Слышу эхо своего собственного стона, но все еще ничего не вижу… это не важно. Важны только его руки на моих ягодицах, его губы, трахающие мой рот, его запах, бурлящий в моих легких.       Лопатки касаются шершавой стены. Наконец могу вдохнуть воздух. Его губы спускаются по шее. Легкий укус тонкой кожи на ключице вспышкой отзывается в сосках. Грудь наливается тяжестью. Вновь слышу эхо своего стона.       Горячие ладони скользят по моей спине, задевают бинты и все резко прекращается.       – Дьявол, – хрипит Итачи мне в плечо. Поддерживает меня, чтобы не упала. Чувствую разочарование. Потребность альфы внушительным размером упирается мне в живот, добавляя пикантности и служит лишним свидетельством того, чего меня лишают… – Не сейчас Юки.       Прикусываю губу чтобы не закричать от разочарования. Сжимаюсь в его руках, ведь моя жажда полыхает так, что дышать трудно! Слезы бегут по щекам, их не остановить! Пальцы рук нервно сжимаются, путаются в его волосах, натягивают их.       След от метки на затылке жжет огнем, перекрывая боль от активации родовой вязи на руке.       – Холодный душ, – едва выдыхаю. – Не поможет…       – Знаю.       – Ребра не так сильно болят…       – Все же болят, – рычит альфа, а я в таком состоянии, что мне плевать на его ауру. Мое тело требует его в себя!       – Пожалуйста… – хочу показать, как мне нужен он, как хочу его, как мне больно… и кусаю вкусно пахнущую кожу у основания шеи.       – Аргхт! Юки! – пульсацию его члена чествую даже сквозь брюки. Почти на пределе? А каково мне?       – Пожалуйста… Мне больно, – зализываю укус, чувствую солоноватый, пряный аромат его крови на своем языке. Завожусь еще больше. Кажется, словно у меня весь пах объят огнем, член скован, а яйца весят тонну… такое чувство, что там не яйца, а матка ревет белугой… – Здесь, – он позволяет опустить свою руку. Легкое касание к бугру в штанах и буквально взрываюсь от ощущений!       – Юки…       – Пожалуйста! Пожалуйста!       Меня кладут на что-то мягкое. Кровать, точно, это кровать… освобождают от остатков рубашки, снимают обувь, стягивают носки и чертовы брюки. Внизу стало прохладно, сжимаюсь от этого. Насколько там все промокло?       Шелест ткани режет слух потребностью. Поддаюсь всем телом на этот звук, словно охотничий пес. Напрягаюсь в ожидании и желании. А звук растягивания ширинки сыграл симфонию на оголенных нервах. Нетерпеливо облизываю губы, рот наполняется слюной и становится до невозможности жарко!       Прогибается матрас.       Итачи прижимается ко мне. Такой горячий, сильный, вкусный и желанный. Но что-то не так…       – Ты злишься? – хватаю ртом воздух, едва его пальцы прижимаются к моему лицу. Затем самый сладкий поцелуй выносит остатки разума. Язык насилует мне рот, клеймит, ставит печать «собственность». Руки скользят по телу, слегка оцарапывая ногтями. Извиваюсь, подставляю шею, живот под эту сладкую пытку. Хочу больше! Мышцы на ногах подрагивают, скольжу пятками по покрывалу, едва ладонь Итачи оказывается внизу моего живота.       Вскрикиваю, когда горячие пальцы проникают внутрь меня. Растягивают, сминают сопротивление. Влажные звуки говорят насколько я готова и жажду наполнения.       – Не могу больше…       – Не сдерживайся, – хрипит Итачи мне в грудь и кусает за сосок. Втягивает вершинку и сосет ее особенно порочным способом. Его палец надавливает на чувствительную точку, и волна пламени охватывает меня. Сжимаюсь, выгибаюсь, хватаюсь за покрывало пальцами… улетаю к вершине, но все же…       Плачу. Все не то…       – Пожалуйста… наполни меня…– зрение вернулось и в полутьме спальни вижу свет алых глаз, слышу тяжелое дыхание Итачи, вторю ему своим. В инфернальном, едва тлеющем огне моей родовой вязи, альфа выглядит демоном из страшных сказок. И этого демона я желаю ощутить внутри себя! Тянусь к его губам, получаю голодный и такой же жаждущий поцелуй. Прижимаюсь всем телом к его, трусь грудью. Чувствительные соски отзываются болью и сладкой мукой внизу живота, где все пульсирует, горит огнем, тянет.       А ему все мало издевательств. Мой разум уже перестал что-либо различать. Поцелуй перешел на новый уровень, стал нежным, но требовательным. Как такое может быть? Но уже через мгновение в теле не пожар, а жгучее томление. Вязкое, густое, приторное, требовательное и приятное.       – Пожалуйста, – хныкаю альфе в губы. – Пожалуйста…       Тяжесть его тела, твердость его естества в моем паху. Пожирающие меня губы. Тяжелое дыхание. Соленый вкус кожи на языке. Сводящая с ума аура. Заменивший кислород запах костра в легких.       Толчок.       Боль разлетается по разгоряченному телу сладкой долгожданностью. Болезненная растяжение внизу живота награда за сладкую муку. Наполненность божественный дар мне. А его стон наслаждения приятный бонус, сжимающий мне сердце обручем.       – Еще, – выдыхаю и ловлю его губы. Языки переплетаются, снося остатки преград. – Еще!       – Сумасшедшая лисица… – звучит шепот. Мой разочарованный стон подхвачен его хмыком. Меня лишили сладких губ! Но когда его горячие руки подхватили меня под коленями и проникновение получилось глубже… я забыла, как дышать! Изгибаюсь в пояснице и принимаю еще глубже. Ощущения настолько острые необычные, но знакомые…       – Что?       – Ты наконец определился со своим полом, Юки, – очередной толчок, проникающий настолько глубоко, по ощущениям пронзает насквозь…выбил мысль из головы. Горячий шар внизу живота накалился, разорвался и цунами хлынуло по венам обжигающей волной высшего наслаждения! Наверно я кричала, билась в агонии, стонала и кусала губы… жестокие волны оргазма хлещут внутри тела, не давая вздохнуть, а Итачи продолжает вдалбливаться в меня, порождая эти гигантские волны.       – Невозможно, – выдыхает альфа со стоном. Его член пульсирует, а следом горячее семя врывается в меня, поднимая и без того высокий градус оргазма! Хочу видеть его лицо в эту минуту! Мысли у нас сошлись. Его глаза поедают мое лицо, а я не могу отвести взор от его! Голубоватое свечение, теперь уже только из моих глаз, освещает сладкую муку на породистом, красивом лице, уже моего мужчины. Моего альфы. Капли пота на его лбу, влажные пряди волос, прилипшие к вискам и солоноватый вкус губ.       – Божественно, – его оргазм утихает во мне, пока мое тело все еще подрагивает от пережитого пика наслаждения. Покинуть мое лоно сейчас альфа не может. Итачи садится между моих ног. Поднимает мое колено и целует щиколотку, облизывает ее, посасывает кожу и прикусывает. Не до крови, но достаточно, чтобы оставить засос. Его пальцы исследуют стопу.       – Щекотно, – пытаюсь отдалиться от его пальцев, но поддаюсь вперед, насаживаясь на все еще твердый член. – М-м-м…       – Не шевелись, – хрипит альфа, скользя по ноге вниз, очерчивая пальцами почти невидимые следы насилия над Юки. Кусаю губы и отвожу глаза. Призрак тошноты подступил к горлу, а то, что разговора между нами еще не было, но есть метка и был секс, ставит многое под сомнение. – Юки?       В его сильных руках, мое маленькое тело словно игрушка. Он садит меня на свои колени, отчего мое лоно сокращается, сжимая его суть тисками. Непроизвольно стонаю от острого чувства переполненности, горячего семени внутри себя и пульсирующего члена.       – Ты теперь моя супруга, Юки. Выбрось из своей чудесной, невероятно умной головы лишние мысли, – его шепот скользит по коже мурашками наслаждения. Хочется слушать его вечно. – Вот так, умница. С той минуты, как моя метка появилась на твоем теле, – ласковые пальцы касаются упомянутой метки на шее. Нежно скользят по следам от зубов, – Все твои проблемы становятся моими и только моими.       – М-м-м…– кажется моя грудь еще больше потяжелела. Хочу прижаться к нему всем телом и вдыхать сладкий аромат древесного дыма. Обнимаю за шею и утыкаюсь в плечо. Чувствую, что между нами нечто большое, горячее и мое, мешает прижаться еще ближе. – Грудь?       – Ха-ха-хах, – и вновь мурашки по коже и лоно сжимается в желании. – М-м-м, какая ты чувствительная! Юки, душа моя, ты ведь Двуликий Лис. Двуликий! У тебя лик и женщины, и мужчины. И почему я рассказываю это тебе, кто должен знать свою историю?       – Дедушка сказал, что это давно утеряно, – все еще в шоке от размера своей груди, шепчу я. Слегка отклоняюсь назад и смотрю на красивые полушария на своей грудной клетке. Не верю! Трогаю их, сжимаю. И, правда, мои…       Стон наслаждения Итачи сливается с моим, когда внутри меня его член стал еще больше! Куда уж больше! Красные глаза горят новой потребностью. Хочу поцеловать эти греховные губы. Тянусь к лицу альфы, притягиваю его голову и провожу языком по сладким губам. Он позволяет целовать себя, играется со мной, пока я осознанно не сжимаю лоно еще больше.       – Дьявол! – выдыхает Итачи, поднимая меня за бедра на своем каменном члене. – Юки…       – Да, Итачи? – выдыхаю в тон, ибо мозг сразу перетек в другое место. Вышибло его у меня! – Соблазнительница, – рывок, и я уже бьюсь в конвульсиях очередного оргазма.