Омегаверс

      

Глава 12

      

Нелицеприятности.

      

Скелеты в шкафу гремят костьми

      Глаза пришли в норму только в машине.       – Никто не пробовал запретить вспышки камер? – тру глаза. Неджи молча садится впереди на пассажирское сидение. А меня зажимают между двух мужчин. Впрочем, в такой машине зажимать звучит уж очень утрировано. При желании я с ногами могу сесть на сидение и принять позу лотоса.       – Неплохое представление, – Мадара достал телефон. Его пальцы замелькали над экраном. Сообщение набирает? – Одним ударом закрывает множество дыр в планах.       – У вас был план?       – Был. Он и есть, но теперь большая часть отвалилась, благодаря твоей умной головке, – альфа не смотрит в мою сторону. Зато я повернулась к Итачи. Даже ближе села. А еще набралась смелости и положила голову ему на грудь. В ответ меня обняли и прижали к себе. Ставшим за несколько дней родным аромат древесного дыма и хлада окутал, проник через поры и сжал горло принадлежностью. Безмятежность нахлынула на меня.       Мимо пролетают перекрестки, спешат люди, кипит жизнь.       – Скажите, вам известно, что стало с Главой клана Кицу Рёмен? От дедушки последние новости я получала полгода назад…       – Твой дед либо умер, – безжалостно отрезал Мадара, – Либо находится в состоянии овоща. Твоя метка наследника Кицунэ. Ты сама прекрасно понимаешь, ведь так? Не расстраивай меня, девочка.       – Я всего лишь хочу услышать правду. Моя метка взыграла от кольца наследника, а оно…– осознала. Оно сияет, когда наследник рядом, а глава клана мертв! А я ведь тогда, в парке, не захотела принимать действительность. – Понятно… А кровоточие?       – Ритуал иерархического снижения уровня семьи, – в этот раз ответил Неджи. – Если бы не окрепшая связь и обязательства альфы перед омегой, моя госпожа, вы бы погибли при передачи метки. Только тактильная передача от руки к руке или в вашем случае, от сердца к сердцу. Ибо вы последняя старшая Лиса всего клана.       – Получается, – даже не задумываюсь, как это выглядит, растягиваю запонку на лацкане рукава Итачи, закатываю рукав пальто и рубашки. Глазам предстаёт немного измененная, но все же лисья родовая вязь. Скольжу пальчиком по выпуклым узорам темнеющей татуировки. Еще свежая. Еще должна болеть. – Но ведь дед должен был передать свою… Ох! Только не Сасори! Этот рыжий всеми доступными способами желает получить в свои руки оставшуюся часть земель и править единолично! Как вспомню его руки у себя паху… ой!       Градус напряжения в машине заметно вырос.       – Что он делал? – это уже рычал Итачи.       – Давайте я все расскажу дома… Пожалуйста. Очень хочется пить и сесть в покое… – иными словами, там вашу ярость буду видеть только я. У водителя вон уже костяшки рук белеют от напряжения. Мадара вновь хмыкнул, а я переплела наши с Итачи пальцы и вернула голову на его грудь, где гулко клокочет сердце. Хм, а ведь снаружи он холоден. Мой айсберг с вулканом под маской!       На парковку въехали в полной тишине.       В лифте стало тесно от аур альф. Хорошо, что они умеют ими управлять и не давят на меня, а то давно раздавило бы. Не отхожу от Итачи, ибо среди них троих, он единственный связанный со мной физически. И на этом же физическом плане, он стремиться охранять и заботиться обо мне.       – Какие ароматы, – Мадара толкнул дверь в апартаменты и окинул взглядом холл. Кто-то убрался, но запах крови все еще присутствует. – Какаши, как всегда, великолепен. Неджи, будь добр, приготовь нам всем чай. Надеюсь запах секса тебя не смутит, – глава клана двинулся вперед, окидывая взглядом комнату. – Видимо это семейное, женщин на столе раскладывать.       Краснею.       – Что же, – сажусь на диван. – Мне говорили, что Глава клана Учиха своеобразная личность. Он находит некоторую прелесть в издевательстве над окружающими.       – Говорили?       – Обучение в Семье домашнее, – на мои слова Мадара улыбается. В чем подвох? – Дедушка рассказывал о старых кланах, членах их семьи и главах. О вас, дедушка, может… мог… говорить часами. Надеюсь, что большая часть рассказанного о вас – вымысел.       Итачи сел рядом и достал телефон. Едва заметная улыбка на его губах напрягла меня еще больше.       – Сомневайся, тем интереснее будет наблюдать за тобой, – старший Учиха так же достал телефон. – Итачи, где Саске?       – Доступ в Аматерасу я ему дал. Где он шатается сейчас? Скорее всего в клубе, оттачивает свои навыки. Ему не по нраву ехать в Москву, – наследник клана продолжает тарабанить по экрану пальцами с такой скоростью, что у меня в глазах рябит. Сколько полноценных сообщений он может отправить за минуту? Кстати, а где мой телефон? Ах, да…остался в рюкзаке. Взгляд падает на телефон на столе.       – Могу я позвонить?       – Не спрашивай о такой мелочи, – спокойно отвечает Итачи, все еще не отрываясь от телефона.       – Хм, а с какого момента мелочь перестает быть мелочью?       Вот сейчас альфа уже смотрит на меня и его пальцы на миг замерли над экраном.       – Имена детей.       Так, я что-то перестаю думать логически. Мозги опять размягчаются? Надо внести ясность!       – Покупка машины?       – Мелочь.       – Дома?       – Мелочь.       – Убийство президента?       – Мелочь.       Ох, действительно мелочь? Точно?       – Минет в зале собрания при всех главах отделений?       Часы на стене отсчитали пятнадцать секунд молчания.       – Не стоит этого делать. Мне потом предстоит искать новых исполнителей, а трупы утилизировать.       – Да? Ладно… Могу я переделать кабинет у спальни в мастерскую?       – Мелочь.       – Ура! У меня будет мастерская! – голова кругом от обилия идей! Там и свет идеальный! И места много! Уже руки чешутся взяться за кисть и окунуться в запахи красок!       – Чай, – Неджи поставил поднос на стол, налил чай и расставил чашки.       – Неджи, я могу взять твой телефон? – парень завис, потом пару раз моргнул и передал мне свой телефон. – Благодарю. Ее бы номер с первого раза набрать… – чувствую три пары жгучих глаз. Гудок, еще гудок.       – Господин Хьюго.       – Сатору!       – Юки? Господи, я так переживал за тебя! Как ты себя чувствуешь? Как твои ребра? Постой, а почему ты звонишь с номера господина Неджи? У тебя что-то случилось? – Годжо не мог успокоиться и продолжил. – Господин Сасори весь квартал на ноги поднял! И я рад, что тебе удалось встретиться с господином Итачи, – Сатору кажется всхлипывает. – Твою тень… Хорошо, что ты не звонил мне. Телефон на прослушке… был. За клиникой следили. До сих пор следят, только в этот раз не столь назойливо. Не приезжай ко мне Юки.       – Я рада, что с тобой все в порядке, – надолго ли? – Может ты возьмешь отпуск? Сейчас в Токио будет не спокойно, – передел территории, все дела…– Я настаиваю на этом.       – Идея хороша, – вновь всхлипнул бета. – Давно я океана не видел.       – Вот и хорошо. А как вернешься, мы обязательно встретимся!       – Удачи Юки.       – И тебе, мой друг, – кладу трубку и отдаю телефон хозяину. – Что вы так на меня смотрите?       Чувствую дискомфорт.       – Сатору Годжо? – Неджи смотрит на свой телефон, потом на меня. – Так вот кому он выпросил поддельные документы! Я все голову ломал, почему столь несговорчивый врач наконец сдался!       – Что?       – Сатору проводит сложные операции по восстановлению двигательных функций пальцев при их отсечении, – бледноглазый принялся что-то писать в гаджете. – Черт возьми! Ты была так близко, а я даже не подумал поискать в этом направлении! Ведь в оба учились в одной академии. Пусть и на разных направлениях! Жили в одном кампусе и даже в одной комнате! Блядь!       – Я тоже люблю ругаться матом, – отпиваю душистый напиток. Как замечательно быть под катализатором, но на сколько помню, он вызывает привыкание. Ничего не тревожит, в душе тишина и покой! Как замечательно!       – Малышка, пора переходить к теме твоего паха и одного конкретного рыжего лиса, – напомнил мне Мадара.       – Вы обломщик, Мад, – его брови взлетели на мое к нему обращение. – Ой, господин Мадара! Не прошу меня сейчас простить, может чуть позже! Катализатор такая чудесная вещь! Я словно не омега, а вполне себе сильная и независимая женщина! Хорошо, – ставлю чашку на стол. – Чуть более пяти лет назад, здоровье главы клана Кицунэ подорвалось. Через месяц после первого приступа, дядя начал вести себя в достаточной степени… странно, – потолок такой красивый! Не зря я его намывала. – Он заменил дедушку на обучении. Потом стал проводить со мной обеды. Это тогда не казалось мне такой странностью. Я переживала за дедушку и думала, что Сасори хотел меня поддержать, – нет, сидеть на месте не могу. Встаю и иду к огромному окну. – Глупый наивный Юки, – мой шёпот в тишине комнаты звучит громом. – Начались подарки. Цветы. Безделушки. На шестнадцатилетие, словно в насмешку, подарил белого котенка. Белого. Котенка… У меня на шерсть аллергия… Он был таким милым. С большими ушами и не видано голубыми глазами. Так похожими на меня, – какая аналогия, Юки… – На следующий день котенка нашли убитым у дверей моих покоев. Первая причина обнять меня и успокоить. На семнадцатый день рожденья дедушку увезли в больницу. Праздника не было. Сасори… остался. Это был первый раз, когда он позволил себе коснуться меня. Дальше поглаживаний не заходил, – вздрагиваю от хруста за спиной. Итачи раздавил телефон. Сглатываю слюну. – Меня тошнило от воспоминаний следующую неделю. Затем… я заболела. Лучше бы утопилась, – отворачиваюсь обратно к окну, но все равно ничего не вижу. Перед глазами чуть загоревшие руки с алыми ногтями ползущие по моему животу. Те же руки, обхватывающие мой член. – Я сбежала в академию. Нападки прекратились. За последний год дедушке стало хуже, – сглатываю желчь, – Пришлось взять академический отпуск и вернуться в семью. Защитить меня там уже никто не мог, ибо за время моего отсутствия в свои руки все взял Сасори. Первая же ночь и вновь домогательства. Разговор с дедом ни к чему не привел. Он словно меня не слышал. И я начала подготовку к побегу. Свое поместье я знаю лучше слуг. Намного лучше Сасори. И месяц мне удавалось от него ускользать. Самое забавное… как бы наивен не был Юки…последнюю неделю он позволил прикасаться к себе. Мысль была б разумна, не знай Сасори о побеге. Как узнал? Не знаю… но в первые же два часа моего бегства закончились в руках бет и смертью Юки. Каждый из вас видел это видео, – чувствую, что действие катализатора кончается. Пять часов еще не прошло! Видимо мое состояние постоянного стресса ускорило интоксикацию. – Сейчас мы оба знаем, как можно было не допустить подобного. Но… Юки наивен, воспитан в чистоте и верит людям всей своей душой. На тот момент, кроме, как бежать, других мыслей не было. С того мрачного переулка, это тело делит мой разум и две души. Моя и Юки. В моей голове только воспоминания Юки, никаких других, но судя по всему, на интуитивном уровне, я все еще помню родной язык.       Монолог не занял много времени. Чувствую себя выжатой, несчастной и больной. Однозначно катализатор проходит. В стекле окна отражаются мои потухшие глаза и дорожки слез. Омеги такие чувствительные! Запах древесного дыма окутал меня, вслед появились горячие руки. Они стерли дорожки слез с моих щек. Тянусь к своему альфе, обнимаю его за талию и утыкаюсь в грудь. В его объятиях так хорошо и спокойно.       – Поучительная история, – Мадара сложил руки на груди и смотрит на потолок. Его телефон лежит целым и невредимым на столе, как и телефон Неджи. Решили не портить свое имущество? А вот смятый в комок телефон Итачи валяется на полу. Это же сколько силы надо иметь, чтобы вот так в шарик сжать металлический корпус со всеми внутренностями и экраном? Поворачиваюсь в объятиях и тянусь к ладоням альфы. Он безропотно дает их рассмотреть. Небольшие порезы на правой ладони уже не кровоточат.       – Юки, – он так редко говорит, что каждое слово словно наркотик. – Ты получала подарки от меня?       – Подарки? – хватает секунды, чтобы понять, что их не было. – Нет.       – Убью, – ладони в моих руках сжимаются.       – В очередь, – Мадара поднялся с дивана. – Я работать. Неджи, идешь со мной. Оставим этих двоих одних. Пока одних. Вечером мы вернемся, – жгучий взгляд главы клана обласкал меня похотью от макушки до носков туфель. – Больше времени вам не дам.       Что-то мне не по себе.       – А можно мне еще катализатор? Я боюсь.       – Все будет хорошо, – этим голосом богинь соблазнять надо… но хозяин этого голоса принадлежит мне! И только мне! Ух, как приятно это осознавать.       – Трое альф? Итачи, я себе этого не представляю…       – И я, Юки… И я.       Что-то мне еще хуже стало. Трое собственников в одной постели? Да они либо себя порвут на куски, либо от меня мокрое место оставят!       – Мы же справимся, да?       – Да. Главное сначала метку поставить…       Точно. Так будет лучше…       – Итачи.       – М? – его руки уже накрыли мою грудь и сжали вершинки.       – А мне можно тебя кусать? – голос охрип.       – Да, – его голос тоже охрип.       – А царапать?       – М? Да, – легкий укус лисьего ушка прострелил молнией по позвоночнику.       – Хочу малыша, – вдруг поняла я. Сегодня овуляция? – Ты не против детей?       – Сколько малышей ты хочешь? – жгучий поцелуй в шею, и я уже забыла, о чем мы говорим…       – Семь?       – Согласен, – его губы накрывают мои, а дальше только розовый туман и покорение чувственных вершин.