Глава 7: Во тьме ночной
13 августа 2021 г., 17:20
Примечания:
Тьма есть отсутствие света.
— Так что, поужинаем?
Спустя час-другой они, наконец, друг от друга отлипли. Пришло время одеваться и встречать новый день. Чайльду наверняка будет неловко возвращаться в Ли Юэ в одежде, надетой им накануне. Хотя, зная его… Нет, была уверена Люмин, не будет ему стыдно. Он выглядел как кот, вдоволь наевшийся сметаны. Расслабленный, Чайльд излучал небывалое спокойствие, будто всё напряжение покинуло его тело.
Безусловно, с его искусным навыком притворно улыбаться мало кто мог посостязаться. Теперь, когда путешественница смогла разглядеть его искреннюю улыбку, разница в эмоциях казалась ей разительной. Мягкость, плескавшаяся в глазах Чайльда при малейшем на Люмин взгляде, выдавала его с потрохами.
И именно сейчас Предвестник по-настоящему ей улыбался, глядя через плечо, пока застёгивал рубашку. Ткань надёжно спрятала красноватые метки на коже — оставленные Люмин царапины и следы от ногтей. Сам Чайльд прозвал их «почётными знаками». Тогда, вслед сказанному, она игриво стукнула его кулачком, на что Чайльд залился искренним смехом. «Услада для ушей», подумалось путешественнице.
Его губы растянулись в улыбке с оттенком сожаления.
— Не сегодня. Нужно заняться кое-какими делами.
— Ааа, фатуйские обязанности? — Люмин застегнула золотистую застёжку на груди. В этот раз её выбор пал на обычный наряд.
Сегодня Люмин предстояло заглянуть за предстоящими поручениями в департамент по делам граждан Ли Юэ. К тому же необходимо было проверить, не появилось ли новых заданий.
— Ага, фатуйские обязанности, — Чайльд привязал к поясу свой Глаз Бога. Голубой шар мерцал мягким синеватым свечением, сигнализируя о готовности в любой момент нанести врагу урон невообразимой силы.
— Могу ли я узнать, что же это за обязанности такие?
— С твоей то склонностью попадать в передряги… Не переживай, ничего такого, о чём тебе стоило бы беспокоиться. Хочешь, потом устроим поздний ужин? Если ты не против вновь оказаться в моей компании, конечно, — как же тут не переживать, если любая затея Фатуи оказывалась самым настоящим поводом о беспокойстве! А уж если в неё затягивало и Чайльда, истинного Предвестника, переживать приходилось с троекратной силой.
Но не сейчас. С проблемой Люмин разберётся, когда та непосредственно возникнет. Было бы крайне глупым занятием тенью следовать за Предвестником. Такое поведение наверняка разрушит ту хрупкую крупицу доверия, которую они совсем недавно смогли между собой создать.
Если же он не доверял ей настолько, что мог бы посвящать в собственные дела, почему же тогда Чайльд постоянно рядом с ней ошивался? Почему он сам позволил Люмин проникнуть на тщательно охраняемую территорию его собственного «я»?
— Я чувствую, что ты лжёшь. Ладно, на этот раз правду из тебя вытаскивать не буду. — В ответ он просто усмехнулся: его губы растянулись в чарующей и до боли красивой усмешке. В усмешке, сквозящей немым ответом: «да, лгу». Вот же паршивец. Однако давить на него Люмин не хотела. Попросту не было смысла; рано или поздно сама доберётся до истины. — Поздний ужин… Звучит заманчиво. Думаю, после сегодняшнего дня это будет лучшим его окончанием. Давай встретимся где-то в десять или, скажем, пол одиннадцатого?
— Договорились, в десять так в десять. Ну что, до встречи в гавани?
Ах, идеальное место. Так ей не удастся выяснить, по каким местам он целый день будет мотаться. А побороть искушение проследить за ним было крайне сложно. Если бы рядом была Паймон, она без умолку умоляла бы последовать за Чайльдом, чтобы выяснить, что же он там такое задумал, и поймать с поличным. Но нет, Люмин так поступать не станет. Она, в конце концов, была прилежной девушкой.
Даже если Чайльд являлся настоящим плохишом.
— Учти. Это свидание.
***
С поручениями Люмин разобралась довольно быстро — они были проще некуда. Единственное задание, что требовало чуть больше времени и усилий, поручил Улыбчивый Янь Сяо. Тот попросил отнести еду для рыбака на Тростниковые Острова. Казалось бы, крайне банальная просьба, и тягаться с ней такому человеку, как Люмин — лишь время своё тратить. Но только она и с сотней грозных драконов могла разделаться, и помочь Лианне найти необходимые ингредиенты тоже не брезговала. А ещё Люмин нередко доставляла посылки доктора Линвингстон. И неважно, что женщина зачастую находилась всего в двухстах метрах от доктора Эдит, той самой, которой и предназначалась посылка. В общем, она бралась за любую работу и любое поручение. Покинуть постоялый двор оказалось самой тяжёлой частью сегодняшнего дня (ещё, правда, заказы на монстров попортили ей нервы, особенно заказ на чёртового руинного охотника). Воздух искрил от неловкого напряжения, а мисс Чжу всячески избегала сталкиваться глазами с Люмин, зато в Чайльде она чуть ли не дыру прожигала. Болван Бэнь, весь раскрасневшийся, молча поглощал свой завтрак, а мистер Чжу… Ух, каким же взглядом он рассматривал Чайльда. Только тот его просто игнорировал. У одиннадцатого даже хватило смелости на кроткий поцелуй в щёчку, которым он одарил Люмин перед тем, как покинуть гостиницу. А ещё на прощание сжал её зад — и это на виду у всех. Ну самый настоящий засранец. И чем он её только зацепил? Почему при одном лишь взгляде на Чайльда, неторопливо вышагивающего вдоль заросшей тропинки к гавани, губы Люмин растянулись в искренней улыбке? А когда он самоуверенно махнул ей рукой на прощание, ещё и сердечко ёкнуло. Наверное, Люмин стоило сообщить о своём возрасте персоналу, чтобы они лишний раз не переживали. Кто знает, может, таким образом они смогли бы сгладить возникшую утром неловкость. А может наилучшим решением было б просто найти другое место для ночевки во время странствий по Тейвату, если вдруг путь вновь будет лежать через Ли Юэ. Желательно без любопытных постояльцев, которым нравилось бы греть уши и совать нос не в своё дело. Впрочем, с этим вопросом она разберётся чуть позже. У неё и без того было забот по горло, а времени — катастрофически мало. Как всегда. И если кто-то заметит мелкие синячки и засосы на шее путешественницы, уходящие вниз, под ткань платья, то… хотелось бы верить, что примет их за боевые увечья.***
Зато у Чайльда день начался просто замечательно. Он вернулся в банк Северного Королевства. Даже если сотрудники и заметили, что одиннадцатый Предвестник пришёл в той же одежде, в которой покинул их вчера, то тактично промолчали, обмолвившись с ним лишь приветствием. К тому же Чайльд от счастья чуть ли не светился, а портить ему отличное настроение — всё равно, что навлекать на себя смерть. Да и вообще, то, что одиннадцатый пребывал в хорошем расположении духа, только слепой бы не заметил. Радости от него исходило столько, что окружающие тоже ею заряжались, невольно улыбаясь в ответ. Сотрудникам оставалось лишь гадать, с кем же Чайльд виделся прошлым вечером, но раз уж эта встреча настолько подняла ему настроение, мало кто хотел в этом копаться. Они бы сами вытолкали его за дверь на очередную такую «встречу» — только бы он и дальше приходил счастливым. О причине подобного поведения он так никому и не рассказал. Даже подсказки не оставил. Если же кто-то эту причину раскроет, Чайльд незамедлительно того переведёт работать под руководство Скарамуччи. Чайльд был не из тех, кто намеренно доставлял своим подчинённым неприятности. Он считал, что заслуженное уважение несло в себе гораздо большую ценность и силу, нежели уважение, завоёванное через страх и боль. Однако если одиннадцатого посмеют ослушаться, он с удовольствием отправит их служить человеку, славившемуся любовью к физическим наказаниям. Теперь в задницу Фатуи впивалась весьма болезненная заноза. Если Царица узнает, что Чайльд имел с этой занозой что-то общее, беды потом не оберёшься. Использовать Люмин как пешку в фатуйских планах — это одно, а греть её в своих объятиях, спать рядом и страдать от приступов тошноты при малейшей мысли, что ей навредят, совсем другое. Подобное поведение с его стороны вполне могут расценить как предательство.***
Около полудня ситуация начала резко… меняться. Один из исследователей пытался объяснить всю тонкость подделки печатей Анемо, заикаясь в оправданиях, почему же пригодными оказались лишь семь из них. К слову, подлинник печати был украден у владельца чайного дома «Яньшань». Чайльд чувствовал, как под кожей начал расползаться зуд. Всё его тело словно сошло с ума от острого желания в пальцах схватиться за меч или вцепиться в рукоять лука. Просыпалась жажда сражаться и побеждать, ощущать всевластие и бегущий по венам адреналин, чувствовать боль в костях, которую унять могли бы лишь крики, наполненные отчаянием и ужасом. Жажда просачивалась в его разум, будто ядовитый туман, грозящий вот-вот поглотить всё живое на своём пути. — Всё в порядке, — подняв ладонь, он оборвал бессвязный поток оправданий. Только ни о каком «в порядке» и речи не шло. — Просто… продолжай работать. Ускорься, насколько это возможно. Если наш план пойдёт по одному месту, потребуются печати. Семи штук явно не хватит. Чайльд уже всё рассчитал. Дабы освободить Осиала, которого удерживали в глубинах каменного леса, от оков, потребуется как минимум десять или даже одиннадцать печатей Анемо. Сперва он был уверен, что к этому плану прибегнуть не придётся. Однако вчера Люмин показала свою силу, которая росла в ней с каждым новым днём. Она смогла одержать над ним победу вопреки ничтожным на то шансам. К тому же Люмин обладала одной потрясающей способностью — сплачивать сильнейших из тех, кого знала, вокруг себя и объединять их в единую команду. Чайльд попросту не хотел рисковать. Хоть и такой исход был крайне маловероятен, не дай Архонты всё пойдёт не по плану. Люмин не была обычной наивной девчушкой и на свой возраст тоже не выглядела. И, конечно же, не питала наивных иллюзий насчёт того, что одиннадцатый, переспав с ней, переметнётся на её сторону. Очевидно, что их связь причинит Люмин боль. Ему тоже будет больно. Оба с этим смирились. Но ничто не убьёт их стремление достичь конечных целей. Поначалу Чайльд намеревался обезоружить путешественницу, переспав с ней, но идея провалилась. Плевать. Всё равно этот план не особо ему нравился. Он казался крайне… ненадёжным. Подавить волю сильного противника бороться — лишь мнимая победа над ним. Больше походило на тактику его коллег-Предвестников. Существовал ещё один вариант — просто убить Люмин, усыпив её бдительность. Однако он быстро этот вариант отбросил, сославшись на бушующую в нём жажду крови. Та, казалось, подкрадывалась к Чайльду из пустоты, провоцируя появление крамольных мыслей. Он не хотел ей вредить. Не хотел. Но, боги, как приятно было бы увидеть боль и отчаяние от предательства в глазах Люмин. В огромных золотистых глазах как у лани, затуманенных страхом и страдан- — Конечно, господин Чайльд. Слушаюсь, — «да что со мной, блять, такое?!». Чайльд встрепенулся, как только заметил вопросительный взгляд исследователя. — Господин? — Возвращайся к работе. Я пошлю сюда трёх застрельщиков, пусть охраняют территорию. Наша маленькая героиня Мондштадта остановилась в постоялом дворе неподалёку. Знай он изначально, что путешественница там остановится, Чайльд приказал бы разбить исследовательский лагерь в другом месте. Однако… Фатуи продвинулись достаточно, чтобы сейчас немного перевести дух. Наверняка трое застрельщиков отнимут всякое желание у Люмин соваться туда, куда не следует. На случай, если она вдруг наткнётся на их лагерь, пока будет разбираться с ежедневными поручениями. — Господин, вы действительно считаете, что она представляет для нас угрозу? Жажда крови, перемежённая с гордостью, всё сильнее разгоралась в Предвестнике. — До сих пор она создавала угрозу всему, с чем сталкивалась. Чем же мы отличаемся? Ступай уже работать. И только попробуй схалтурить, — он махнул рукой, прогоняя мужчину. К счастью, тот решил послушаться, и, поклонившись, вернулся к порученному заданию. На протяжении целого дня Чайльд должен был следить за работниками, своим присутствием повышая их работоспособность, но жажда не давала покоя. Боль в костях побуждала действовать, заставляла драться, заставляла убивать. Вряд ли кто-то из работников его накажет, если Чайльд улизнёт с рабочего места. В конце концов, это он здесь всем заправлял.***
Страж руин слишком быстро пал от лука Чайльда. Тренировка, конечно, выдалась неплохая, но опять-таки — слишком быстро. Следующей мишенью стала парочка анемо слаймов. От стрел слаймы полопались, как воздушные шарики. Адреналина по-прежнему не хватало, и тогда Чайльд прыгнул. Прямиком с обрыва. Поступок крайне… неразумный. Он сам это чуть позже понял, но, хвала Царице, водоём, в который Чайльд сиганул, был достаточно глубоким, чем и смягчил падение. Не помогло. Жажда крови лишь усугубилась. По ту сторону утёса бродила банда похитителей сокровищ, с ними он тоже разделался на раз два. Потом от его рук пали попрыгунья и гидро слаймы. Бродящая по побережью маг цицинов исчезла сразу же, как только обратила на Предвестника взгляд, и он потерял всякий к ней интерес. За ним тянулись следы разрушений. Под горячую руку попался и крио маг бездны, на разборки с которым у Чайльда ушло чуть больше времени. Одному из лагерей хиличурлов тоже не повезло. Но и этим одиннадцатый не насытился. Все эти сражения не щекотали нервы так, как он того желал, а враги были совсем никудышные. Вскоре Чайльд, прячась в тени высокого развесистого дерева, оказался на мосту, ведущему к постоялому двору «Вань Шу». Здесь бродили мелкие монстры — много времени они не займут. Чайльд планировал вернуться назад по тому же маршруту, по которому пришёл сюда. Длинный путь к гавани Ли Юэ, кажется, лежал через мелководные бассейны. Только в глубине души нечто подсказывало ему: «не стоит». Где-то поблизости находилась поистине сильная соперница. С ней наверняка можно будет устроить отличный бой или даже- — Чайльд? Бог ты мой, Чайльд! На задворках сознания Предвестника её образ всплывал, точно петли дыма потухшей свечи. Люмин пряталась в тёмных закоулках его разума, готовая в самый неожиданный момент вновь о себе напомнить. Ладони. Он почувствовал на своём лице чужие ладони — тёплые, заботливые, наполовину скрытые тёмной тканью перчаток, и заметил на себе взгляд золотистых глаз, в которых мерцало беспокойство. Ауч, а ведь действительно болела каждая клеточка тела. Ангелочек подоспел очень вовремя. Его ангелочек. — Девчуля? Ну что она здесь забыла? Неужели именно в этой местности ей часто приходилось выполнять поручения? И вообще, сколько времени он так уже слонялся? Погодите, а солнце-то когда успело сесть?! — Чёрт возьми, Чайльд, что с тобой?! — «этого убил, того покалечил, пустяки», подсказал мозг, но озвучивать возникшую мысль Чайльд не стал. — Ты чего весь мокрый? А это что… лёд?! Ну да, лёд. Его одежда промокла до ниточки, где-то порвалась, а где-то покрылась льдом и инеем. «Надрал задницу крио магу бездны», вновь попытался помочь ему мозг. Мог ли он позволить себе проявить перед ней слабость? Точно нет. На шахматной доске она всё так же передвигалась за белых, а он — за чёрных. Чайльд не мог дать слабину. Не мог признаться Люмин, что сам понятия не имел, как оказался в подобном состоянии или отчего внутри него буйствовала такая свирепость. Как он забрёл в долину Гуйли и в конечном оказался около гостиницы «Вань Шу», он тоже не знал. И как же ей объяснить?.. — Те самые фатуйские обязанности, — первое, что взбрело Чайльду в голову. Он сам ей ранее утром сказал, что на повестке дня были рабочие дела, так что по сути не соврал. Просто… утаил некоторые моменты. — Фатуйские обязанности, значит, — повторила она с невозмутимым выражением лица. Предвестник нервно сглотнул. Он чувствовал себя маленьким проказником, который втихую съел весь торт. Клялся и божился, что ничего не ел, но испачканный в шоколаде рот говорил об обратном. И вот, мамочка поймала с поличным и собиралась его отчитать… — Да, фатуйские обязанности, — добавил для убедительности. Люмин закатила глаза, принимая его нелепое оправдание. Фух, слава Архонтам, прокатило… — Какой же ты дурак! Ладно, пойдём. Уверена, Хуай Ань не будет против, если я попрошу его предоставить нам номер. Я столько всего для него сделала, пусть только попробует отказать, — ну, а если откажет, то… до сих пор у Чайльда не было возможности выебн- похвастаться своим кошельком, полной моры, так что он с удовольствием оплатит любой счёт. — Целый номер, девчуля? Неужели ты насколько по мне соскучилась, пока мы были в разлуке? Пошлый тон и похотливая ухмылка одиннадцатого не произвели на Люмин должного эффекта. Может, схватив её утром за зад, он палку перегнул? Понятное дело, что после такого ей будет неловко смотреть в глаза сотрудникам гостиницы, но чтоб вот так из-за этого злиться… Чайльд и подумать не мог. — Чайльд, у тебя буквально кровь из головы хлещет. — о, а ведь правда! И когда только успели задеть? — Это не единственное, что меня смущает в твоём состоянии. Нужно оказать тебе первую помощь. Ты, наверное, ещё и сотрясение заработал. — Предвестник задумался. Голова действительно раскалывалась, хотя свой путь он начинал без какого-либо дискомфорта. — Боги, тебя что, лавачурл со скалы скинул? — Да нет, я просто с утёса прыгнул. Обошлось без лавачурлов. — Святые архонты… — В воду. — Это, блин, не лучше!***
Спустя двадцать минут они оказались в небольшом номере «Вань Шу», за который Люмин отдала около четырёх тысяч моры. Хуай Ань, взглянув на Чайльда, отказался предоставлять бесплатный ночлег. Видите ли, не хотел пускать агента Фатуи забесплатно, даже несмотря на его «помятый» внешний вид. А учитывая, что кошелёк Предвестника, скорее всего, утонул, платить ему явно было нечем. В общем, за номер путешественница расплатилась сама, отдав небольшую часть от заработанной за день суммы. — Давай же, геморрой ты на пятой точке, садись. Будем тебя лечить. Она помогла ему дойти до кровати — к слову, та совсем не тянула на эти злосчастные четыре тысячи моры, — и усадила на неё, а сама отправилась в ванную. — Уверен, что не хочешь рассказать мне о своих приключениях? Эти твои «фатуйские обязанности», конечно, сошли за отличную отговорку, но что-то мне подсказывает, что Фатуи уж точно не поручают своим приспешникам получать ранения, — проговорила Люмин, пока копошилась за дверью. В увечьях Чайльда был один плюс. Теперь Люмин знала, что Фатуи не были наделены неуязвимостью. Но ребята, бесспорно, крепкие — не даром слыли одними из опаснейших личностей Тейвата. Чем он, чёрт возьми, занимался, раз оказался в таком состоянии? — Да вы гений дедукции, госпожа, — усмехнулся Чайльд, сбросив с ног ботинки и закинув обе ноги на кровать. Тело ныло от усталости, поэтому вскоре он принял горизонтальное положение. Чайльд начал рассматривать потолок, стараясь не погружаться глубоко в мысли о произошедшем ранее. Вернулась ясность ума — неужели благодаря Люмин? Бред. Единственное, чем она ему помогла, так это привела в тёплый и очень уютный гостиничный номер, подальше от опасности. Тогда от чего внутри возникла небывалая лёгкость? Почему же ядовитый туман разошёлся к границам сознания Чайльда, будто испугавшись вновь поглотить его разум? Предвестник чувствовал спокойствие и умиротворенность. Почему? — Ага, что-то не вижу пользы от этой дедукции. — Люмин вернулась, держа в руках деревянную коробочку, чашку с водой и серую тряпку. — Тебе не мешало бы мне довериться. Боишься, что я использую твои слова против тебя же? Не в моём стиле. Действительно, Люмин предпочла бы действовать сразу, используя заострённый клинок. Если она собиралась причинить кому-то боль, то только физическую. Например, ударила бы мечом или со всей силы заехала бы по лицу. — Я знаю. Ты слишком хороша для подобного. Правда, я тоже ни малейшего понятия не имею, что со мной произошло. Не хочу просто так строить догадки, пока всё не вспомню. Надеюсь, ты не возражаешь. Чайльд не хотел говорить ей правду. Люмин пару секунд рассматривала его с едва уловимым любопытством в глазах, прежде чем тихонько выдохнуть и кивнуть. Она положила коробку вместе с остальными вещами на прикроватную тумбу и заодно достала крохотный пузырёк с непонятной жидкостью фиолетового цвета. — Ну, раз уж ты сам не помнишь, — она смочила тряпку водой. — не возражаю. А теперь лежи смирно. Слабо улыбнувшись, Чайльд послушался. Люмин осторожно начала вытирать кровь с его лица. Надо же, а Чайльд думал, что это была вода, каплями стекавшая с влажных прядей. Предварительно избавившись от перчаток, она касалась с нежностью. Ещё чуть-чуть, и он уснёт — присутствие Люмин убаюкивало. Глаза слипались от усталости, мышцы медленно наливались свинцом, но тело по-прежнему сковывало болью. — Эй, Чайльд! Не смей на мне засыпать, понял? Ты же мог заработать сотрясение мозга! Архонтов ради, не отключайся. Вслед сказанному Предвестник приоткрыл глаза и взглянул на путешественницу. Та сидела рядом, положив руку ему на щёку — придерживала лицо, пока обрабатывала раны. Боги, он не мог оторвать от неё глаз. Люмин о нём заботилась. Ухаживала за ним и помогала с ранениями, хотя об этом её никто не просил. Лишь в их крохотном притворном мирке они могли быть чем-то большим, чем просто врагами. Всего пару мгновений назад Чайльд фантазировал, как будет убивать Люмин, как с упоением будет наслаждаться гримасой боли на её лице и сверкнувшим отчаянием взглядом, но в то же время вот она — сидела рядышком и промывала ему раны, будто искренне хотела убедиться, что он будет в порядке. — Я не заслуживаю такого отношения. Ты ведь это понимаешь, м? — Люмин прервалась, и на её лице застыл немой вопрос. Она взметнула одну бровь вверх, уставившись на Чайльда в ожидании объяснений. — Ты же помнишь, что я плохой человек? В ответ Люмин закатила глаза, а затем прильнула губами к губам Предвестника. Поцелуй он тоже не заслуживал, но отказываться от него не собирался. Ядовитый туман рассеялся окончательно, позволив теплу растечься по венам Чайльда. Да, дело было в ней. Он не понимал, как Люмин удавалось творить с ним такое, зато ясно осознавал — меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы всё закончилось. Рядом с ней было спокойно. Наконец-то он мог трезво думать и испытывать что-то помимо необузданного желания убивать и калечить. Оставалось лишь гадать, что же за неведанное чувство он испытывал. Стоило ли из-за этого бить тревогу?.. Конечно стоило. Однако нечто подсказывало ему, что если чувство было связано с Люмин, то оно ему навряд ли навредит. — Помню, но это ничего не меняет. Так что будь добр, заткнись и дай мне обработать твои раны. — ну самый настоящий ангел, спустившийся к нему с небес. — О, нашла! Казалось бы, крохотный порезик, а крови, блин… — при каждом прикосновении ткани к ране, прятавшейся за рыжей чёлкой, Чайльд болезненно морщился. — Ты как такое ранение получил, помнишь? «Крио маг бездны», в очередной раз помог Предвестнику мозг. Этот назойливый говнюк уронил на голову Чайльда ебучую сосульку, пока тот пытался разбить щит. Смеялся и глумился над ним, вращаясь в защитном пузыре. Правда, почему-то резко замолчал, когда Чайльду удалось этот сраный щит разбить. — Не-а. — Тц… Судя по всему, ты угодил в лапы мага бездны. — Предвестник вдруг резко замер, а лёгкая улыбка с его губ куда-то улетучилась. — Следов от оружия нет, синяков тоже… Лишь глубокий порез. На меня эти мелкие уроды постоянно сосульки роняют, вот и тебе, наверное, от них попало. — странно, но она ни разу после такого не получала сотрясение мозга… — Может, в этом кроется объяснение, почему ты не можешь ничего вспомнить? Очевидно, что Люмин ему подыгрывала и даже помогала сочинять правдоподобную отмазку. И чем он её заслужил?.. — Ох, да, наверное… Сама понимаешь, крио и гидро маги — не лучший дуэт. — Люмин продолжила очищать ранение, отчего Чайльд в который раз поморщился. — Ауч! Нежнее. — Боже, Чайльд, что ты как маленький! Это просто вода! Хм... понятно теперь, почему у тебя одежда в инее. — её прикосновения стали нежнее (хотя, казалось бы, куда ещё нежнее), и комната погрузилась в уютную тишину. Закончив вытирать кровь, Люмин схватила тот самый фиолетовый пузырёк. — Может немножко жечь, зато предотвратим заражение. Оказалось, что в баночке была мазь «Волчий крюк». Лекарство из хижины Бубу представляло собой смесь из ягод волчьего крюка и другого лечебного растения, название которого знал лишь Бай Чжу. Мазь сработала мгновенно — даже рану почти что не щипало. Боль покинула тело Чайльда так же быстро, как и ядовитый туман, отравляющий его рассудок. — Ну вот, уже как огурчик! — Люмин оставила ласковый поцелуй на лбу Чайльда. Он изо всех сил попытался прогнать тепло, которое намеревалось вот-вот просочиться теперь уже в сердце — и всё из-за какого-то мелкого поцелуя. Но Чайльд облажался. — Может, в другой раз поужинаем? Покинув Люмин этим утром, Предвестник с нетерпением ждал возможности вновь оказаться с ней рядом. За день его мысли помрачнели, пропитались жаждой крови и смерти, но сейчас он словно вернулся в самое начало сегодняшнего дня. Правда, теперь грустил из-за упущенной возможности провести вечер с путешественницей. — Не говори глупостей! Когда ты сегодня последний раз ел? Я вот ни разу. Уверена, Янь Сяо не сильно расстроится, если мы что-нибудь закажем. Поедим здесь, можем даже на ночь остаться. Я как-никак за всё заплатила, — за такую-то цену им ещё и массаж должны были сделать, да бесплатные халаты предоставить. — Я потом верну тебе мору за номер, — за всё, если быть точнее. Чайльд не знал, как ещё расплатиться за то, что Люмин для него сделала, и речь шла не только о материальных вещах. Не знал, но… как-нибудь да отплатит. — Повторюсь, не говори глупостей. У меня нет проблем с морой. — она положила склянку с мазью в коробку и достала всё необходимое для наложения швов. Порез был небольшим, но глубоким. Если не стянуть его парой стежков, так и будет кровоточить. — Я переночую с тобой. Впрочем, как я понимаю, особого выбора у меня нет. Пожалуйста, не дёргайся. Чайльд и не собирался. Даже не шелохнулся, когда Люмин начала зашивать рану. Мазь чудесно всё обезболила, так что он ничего не чувствовал. — Что же я такого сделал, что за мной личная медсестра ухаживает, а? В ответ она лишь кротко поцеловала Предвестника в губы. Неуклюжий поцелуй вверх тормашками — поскольку она сидела рядом с головой Чайльда — заставил его улыбнуться. — Спасибо тебе, Люмин. — Всегда пожалуйста, красавчик. — затянув узелок, она обрезала лишнее и убрала использованные материалы в коробку. Потом их выбросит. — А теперь давай снимем с тебя одежду. Она мокрая и холодная. Не хочу, чтобы ты заболел и заразил меня. — Просто признай, что хочешь видеть меня голым, ангелочек. Неужто собираешься воспользоваться моим бедным беззащитным телом? Пошлая ухмылка и в этот раз не сработала. В ответ Люмин смерила его взглядом, в котором читалось «я тебя сейчас придушу». Она ясно дала понять, что подобные трюки на ней не работают. Однако Чайльд не собирался останавливаться. Он испытывал удовольствие каждый раз, когда Люмин бросала на него убийственный взгляд. Тем самым она давала ему понять, что не поведётся на приманку и отказывается играть в его игры. Люмин ему нравилась. Нравилась настолько, что Чайльда пугало. — Сейчас же. Всё. Снял. — Слушаюсь и повинуюсь, госпожа.
