Золотое чудо

Даже когда ей было больно и она давала об этом знать, он не оставался. Он приходил, уделял немного внимания и уходил, обычно со словами «держись» или «я рядом, но пока пойду к ней». Ей всегда было от этого ещё хуже. Она плакала в подушку, сидела на улице в мороз, злилась и блокировала его. Но всегда возвращалась, зная, что ей будет в два раза больнее, чем до этого. Это все началось летом, в начале июня. Тогда у него было трое лучших друзей, куча разработок и немыслимые знания. К началу августа она начала чувствовать себя не такой уж и нужной. К концу сентября она считала себя неподходящей к их дружбе. К середине октября она считала себя ненужной. К концу ноября она решила уйти. Написала, что ей сложно это все даётся, что ей кажется, будто она глупая и не такая, какая необходима ему. Он ответил, что все равно любит её и скажет, когда она станет такой. И заверил, что будет это не так скоро, как она думает. Ей не стало легче. Сейчас она лежала, слушая завывания ветра за окном. Они смешивались с шумом обогревателя в соседней комнате, крикам из телевизора и негромкими разговорами из кухни. Но больше всего её угнетал именно ветер. Она должна была за всю свою жизнь привыкнуть к его звучанию, и вроде привыкла, но именно сегодня он казался ей неимоверно тяжёлым. Как будто она попала в «Грозовой перевал» и не может отделаться от этой серой, угнетающей атмосферы. Ей хотелось закричать, чтобы выключили этот бешеный поток ледяного, пронзающего ветра, но её бы никто не услышал. Её тихий голос пропал бы там, не превратившись даже в эхо. Она бы упала на колени, прикладывая к лицу ладони и рыдала, рыдала навзрыд. Да и всё, что вырывалось у неё из горла — жалкие всхлипы, которые она скрывала ото всех, кроме него. Но он её оставил на этот вечер даже с этими знаниями. Впрочем, ещё больше её угнетали их отношения.