Принцип зажигания

После всплеска эмоций я чувствую себя свободнее. Понимаю, что мне этого не хватало, а оцепенение загоняло меня лишь в яму, из которой было бы сложнее выбраться. Больше не могу делать вид, что всё в порядке. Бежать некуда, а если и убегу - уверена, что меня найдут и тогда уж точно мне не сдобровать. Но и быть покорной теперь свыше моих сил. Я стягиваю платье, забрасывая его на верхнюю полку шкафа. Затем отправляю свою старую одежду в стиральную машинку. В ванной обнаруживаю банный халат, который кажется мне спасением, и усаживаюсь на подоконник. На глаза попадается мой блокнот, куда я уже очень давно ничего не писала, ведь научилась жить в тех условиях, что были дома. Но сейчас мне кажется безумно хорошей идеей выплеснуть всё на бумагу. Я бросаю печальный взгляд на дремучий сад, который в полумраке кажется зловещим, и мараю чернилами белую бумагу. Строки рождаются сами собой... и внезапно я осознаю, что всё сводится к Дамиру и его загадочности: "Он мне совершенно непонятен: властный и влиятельный, но с другой стороны честный и очень ранен смертью сестры. Я не знаю, должна ли его бояться, ведь несмотря на то, что он днём повёл себя со мной, словно с вещью, за ужином он не стал пресекать мой всплеск эмоций. Хотел бы убить - убил. Значит, он действительно видит какую-то ценность во мне. Только вот какую? Я же самая обычная, непримечательная..." Меня прерывает стук в дверь, и я стойко ощущаю дежавю. Но что-то внутри подсказывает, что это уж точно не Романа. Интуиция меня не подводит, ведь на пороге стоит Дамир, а в его руках поднос с едой. Мне хочется пустить глупую шутку про то, что теперь он запрещает стаффу контактировать со мной, поэтому будет сам приносить мне еду и убираться в моей комнате. Но это настолько дерзко, что я вовремя прикусываю язык. - Ты не поела, - констатирует очевидный факт брюнет, обращая моё внимание на поднос. Я отмечаю несколько тарелок: с овощами, фруктами, сыром и мясом. - Я принёс тебе еды, чтобы закончить разговор. Надеюсь, что сейчас ты более эмоционально стабильна. - Не более, чем после семнадцати лет жизни с алкоголиками, которые в конечном итоге отдают меня незнакомцу, - бурчу под нос, но всё же отступаю от дверного прохода, приглашая мужчину внутрь. - Можете пройти, - вряд ли ему требовалось моё разрешение, но поскольку мы создаём иллюзию моей свободы, то я хочу хоть немного ею насладиться. - Ко мне на "ты", - просит он, а я согласно киваю. Интересно, Романа себя чувствовала настолько же неловко, как я сейчас? Не представляю, как мне ему "тыкать", мы ведь и близко не друзья. - Выпей вина. - Предпочту успокоительные, - присаживаясь на кресло, честно отвечаю без злобы и укора. Глядя на свою семью, я давно приняла решение, что алкоголь - это зло. - Я готов выслушать все твои вопросы, - скрестив руки на груди, Дамир позволяет мне обрушить на него поток моих мыслей. Мужчина выглядит очень серьёзным. - Почему я здесь? Даже не так... - обрываю себя, чтобы точнее задать вопрос: - Почему здесь именно я? - моя фраза вызывает усмешку у мужчины, которую я неожиданно нахожу обаятельной. Наверное, в любой другой ситуации я бы сочла его красивым - высокий, спортивного телосложения, облачён в белую классическую рубашку и тёмные брюки. От него веет приятным парфюмом, а на запястье поблёскивают недешёвые часы. Что же, он хорош собой, но пропорционально на столько же противен мне. - Ты первая девушка в этом доме. Если бы я хотел тебя трахнуть, то ты бы и порога не переступила, - его слова кажутся мне странными и в тоже время мне становится интересно. Решаю его не перебивать, потому что хочу услышать больше. - Мне нужна твоя помощь. Ты будешь сопровождать меня иногда, а также тебе предстоит научиться отвлекать на себя внимание. - Проще было бы купить себе личную игрушку. Это, вроде, называется эскорт, - язвлю, размышляя над тем, насколько он безумен. - Проще, - соглашается мужчина, кивая головой. - Но гораздо сложнее найти девчонку, которой нечего терять. У тебя есть только твоя жизнь... По правде, ты же и сама понимаешь, насколько её легко у тебя отнять. - я заметно напрягаюсь и у меня сбивается дыхание. Не представляю, как мне научиться жить с этой информацией: - Ты будешь делать всё, что я тебя попрошу, потому что бежать тебе некуда, а тут ты можешь обрести комфорт и спокойствие всего лишь в обмен на небольшую услугу. - И разве такая игрушка, как я, стоит миллион? - язвительно бросаю мужчине, заглядывая ему в глаза. Мне противны эти разговоры о моей ничтожности и его могущественности. Больной нарцисс. - У Сергея было нечего забирать, деньги бы он не вернул. Или его жизнь, или ты. Ты ценнее, потому что от тебя можно получить пользу, - заключает, наконец, брюнет. - И в твоих же интересах оправдать свою стоимость. - А сколько стоишь ты? - бесцельно шепчу, когда меня снова это всё доводит до безумия. - Сколько миллионов? - внезапно брюнет подымается с места, чем несказанно меня пугает. Я ёжусь, что не укрывается от него, и лишь сильнее вжимаюсь в спинку кресла. Оказавшись передо мной, он присаживается на корточки и по-свойски берёт меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Несколько секунд медлю, а потом встречаюсь с его золотисто-карими глазами. Пытаюсь отыскать хоть намёк на злость или опасность, но почему-то вижу лишь непоколебимое спокойствие и всё ту же серьезность. - Кира, я вот смотрю на тебя и прихожу к выводу, что стою гораздо меньше тебя, - я хмурюсь и дёргаю подбородком. Без сопротивлений мужчина поддается и снова возвышается надо мной. - Как только я решу обратное, то ты, скорее всего, умрёшь. Ещё вопросы? - Я должна постоянно сидеть в этой клетке? - спустя пару секунд молчания, нарушаю тишину. Я не выдержу и сойду с ума. - Нет, ты свободный человек... почти, - он самодовольно усмехается. - Ты можешь не менять привычного ритма жизни, но будь готова иногда к поездкам со мной. Прикупи себе что-нибудь, - с этими словами брюнет оставляет на журнальном столике банковскую карту. - Ты красивая и не прячь этого. Иначе просто не поверят, что ты со мной. - Спокойно ночи, - обрываю его. - Я больше не в состоянии это слушать. Завтра буду готова к новым унижениям. Дамир словно хочет что-то сказать, но обрывает себя на полуслове и оставляет меня одну в комнате. Я не знаю, сколько времени бесцельно наматываю круги у кровати, пока меня не отвлекает звук стиральной машинки. Я достаю свои вещи, которые тут же развешиваю на балконе, а после пытаюсь уснуть. Меня одолевает страх и бессонница, и я понимаю, что одна не справлюсь. Я несколько раз обдумываю, насколько хорошим решением будет позвать Роману, ведь уже почти одиннадцать ночи. Но с другой стороны, я чувствую, что в ночном бреду всё равно обращусь к ней... Так лучше это сделать сейчас, а не тогда, когда она уже наверняка будет спать. Медлю еще несколько секунд, а после всё же нажимаю на кнопку вызова прислуги. Через пару минут уже слышится привычный стук в дверь, а за ней Романа. Только вот на ней не рабочая униформа, а рваные джинсы свободного кроя и футболка с незамысловатым принтом. Волосы девушки очень мило растрепаны и спадают длинными локонами. Видимо, её рабочая смена закончилась. - Я тебя отвлекла? - виновато спрашиваю, чувствуя вину и угрызения совести. - От нотация мамы, разве что, - беззаботно отзывается девушка, проходя в комнату. - Это больше попахивает самым настоящим спасением. - Мамы? - переспрашиваю и тут же умолкаю. Наверное, не стоит мне в это лезть, мы едва знакомы. - Да, я тут живу с ней в домике для прислуги, - уточняет девушка. - Тебе нужна какая-то помощь? Почему звала? - Я, если честно, просто боюсь быть одна... - признаюсь, увидев тарелку с едой и фруктами, которую оставил Дамир. - А ещё у меня есть немного еды и полное отсутствие желания спать. - Романа по-доброму улыбается и усаживается на кровать, откупоривая вино. - О, французское. Давно хотела его попробовать, - довольно протягивает блондинка. - И камамбер отлично к нему подойдёт. - я удивляюсь её познаниями, но комментировать это никак не хочу. Слово за слово, и мы болтаем несколько часов на пролёт. От неё я узнаю, что её мама давно работает на семью Дамира и всегда мечтала обеспечить Роме безоблачное будущее. Но местами женщина была слишком непреклонна, поэтому когда встал вопрос о поступлении в университет, её мама хотела, чтобы Романа стала врачом. Девушка в свою очередь мечтала изучать историю искусств, поэтому она тут и работает - копит себе на образование, которое спонсировать её семья не будет из принципа. Я всё хотела спросить у неё побольше о Дамире, но мне показалось это очень самонадеянным с моей стороны. Она всё ещё его работница. Поэтому эту тему мы не трогали, обсуждая всё подряд. Через пару часов нас одолел сон и мы так и уснули - в шёлковых одеялах моей кровати...