Moments library

— Валер? — Олег открывает дверь, удивлённо вскидывая бровь. — Что-то случилось? У тебя же отгул на сессию? — Впустишь? — Лера проходит в дом, кидает на полку в прихожей свою сумку и сбрасывает обувь. — Мне каким-то образом выставили все автоматы за семестр, — она улыбается как-то немного растерянно, но вместе с тем вполне довольно. — Не хочу терять время зря. — Иди в зал, я сейчас подойду. Олег качает головой с едва заметным неодобрением, но своё мнение оставляет при себе. Макарова — прилежная студентка, под глазами у неё ужасающие своей насыщенностью синяки, в крови наверняка булькает слоновья доза кофеина, а постель по ночам рыдает в гордом одиночестве, пока хозяйка зубрит свои определения и пишет конспекты. Каждый раз, когда Лера засыпает в его машине от усталости, у Волкова появляется стойкое чувство дежавю, с единственной только разницей, что Серый отсыпался в метро, уткнув лицо в его плечо, а Лера спит в машине, когда он отвозит её домой после тренировок. Олег давно уверен, что сессия — это какой-то особый вид садизма, всем тонкостям которого обучают в педагогическом. Потому что все студенты в эти злосчастные две недели становятся буквально на одно лицо — на одно жутко не выспавшееся, уставшее и заёбанное жизнью лицо. Лера пыталась совмещать подготовку к экзаменам и тренировки, однажды вырубилась в ванной комнате в процессе застёгивания джинсов и благополучно проспала почти два часа на влажном коврике, пока Олег, почуявший неладное, не разбудил её громкими стуками. Он в тот вечер впервые накормил её ужином, отогрел чаем и самолично отвёз домой. Между делом он успел обругать отечественную систему образования, парой слов обмолвиться о Сером, которого во время сессии силком таскал в кровать, и Лере с трудом верится, что этот гений свой красный диплом честно выстрадал. — Да я его не видел сутками: он сидел то в компьютере, то в учебниках. Лера клюёт носом, зевает, её сонный мозг рисует Разумовского, который как порядочный студент стоит под дверью аудитории и судорожно повторяет весь материал, и ей даже становится смешно настолько, что она позволяет себе громко прыснуть. На следующий день уже сам Разумовский присылает ей сообщение, в котором желает удачно всё сдать, и требует не появляться у них на пороге до окончания сессии. И спать хотя бы иногда. Его с такой заботой хочется послать, но Лера ограничивается короткой благодарностью. Сергей, конечно, тот ещё мудак, но видимо студенческие годы помнит хорошо, раз даёт ей такую почти невероятную поблажку. Лера всё равно спит по три-четыре часа в сутки, разбирает билеты, дописывает конспекты и читает-читает-читает, пока глаза не закрываются против её воли. Готовится. Лера приходит на экзамен как положено, но куратор ловит её прямо перед аудиторией, неожиданно забирает зачётку, а возвращает полную автоматных «Отлично», и Лере бы начать подозревать, когда на её голову успела свалиться такая удача, но она радуется, как положено студентам в таких почти фантастических случаях. — Я ведь запретил тебе здесь появляться до окончания сессии, — Разумовский недовольно ворчит, останавливаясь в дверном проёме спортзала. — Олег, ну ты-то куда ей потакаешь?! — Мне выставили автоматы, — Лера даже забывает про зубоскальство, обматывает руку повязкой и улыбается. — Осталась бы дома, выспалась бы хоть, — Серый закатывает глаза, и Лера недоумённо выгибает бровь. Разве в его интересах давать ей отдыхать? Это уже начинает становиться как-то подозрительно… — Я уже насиделась дома, хочу размяться. — Да ладно тебе, Серый. Не ты ли говорил про сроки? Разумовский не отвечает, ворчит себе под нос что-то про неблагодарных студентов и уходит, в своей любимой манере задрав подбородок. *** — Вот нахрена ты согласился с ней?! — он упирает руки в боки и хмурится недовольно, когда Лера уходит домой, и они остаются одни. — Серый, у тебя отцовский инстинкт в жопе заиграл? Ты сначала даёшь ей отгул на время сессии, потом разбираешься с деканом, чтобы ей проставили все автоматы, и, зная, что она свободна, всё равно отправляешь её домой спать, хотя сам же постоянно причитаешь, как многому ей ещё учиться, — Олег складывает руки на груди. — Ты хоть одну сессию закрой, и я на тебя посмотрю, — Разумовский фыркает обиженно и смотрит в окно. — В следующий раз на море вообще увезу, чтобы точно выспался нормально ребёнок…