Глава3
6 июля 2022 г., 15:15
Примечания:
Чтож, с этой главы первая версия фф начинает махать нам ручкой)
— Галопом по Европам!
— Заткнись, чудовише.
— Пф.
— Слава?..
— Мм?
— Есть идеи где мы?
— Не волнуйся, все идёт по плану. Мы уже в полной заММММ!!!! — Сань Лан спешно зажал рот своей спутнице, не давая договорить фразу.
— Не делай так больше! А если серьезно, то мы судя по указателю в деревне "Слезы", — указала Слава на знак. — С учётом того, что надпись на русском... Мы в России, — она задумчиво завершила фразу, доставая пакетик с чипсами.
— И как мы тут оказались?! Вчера же праздновали твой день рождения! В Пекине!
— Хорошо отпраздновали...
— ...
— Мда, сегодня на пары мы точно не успеем...
ребенка более... подходящее имя... Хм. Надо заменить его тебе.. А то говорят, что если у ребенка не было имени, дарованного родителями или хоть кем-то близким, и никто больше не наречет его от чистого сердца, оградив тем самым от зла, он может утратить душу. Не то чтобы это утверждение было ложью.
— Чэн? — предложил Хунхун имя Духа Кровавого Дождя из оригинальной новеллы.
— А что хорошая идея!..
Хунхун Хуа Чэн:
— ...
аяое тьма нечто заключили пакт о перемирии с целью дальнейшей мести системе. Не обративший внимания на это, Хуа Чен пока размышлял о своей теории.
Теория эта заключалась в том, что по некоторым признакам, Хуа Чэн начал рассматривать возможость, что его тело в будущем должно было стать Духом Кровавого Дождя. И Хуа Чэн не знал как к этому относиться. Для начала стоило отметить, что он не был до конца уверен в этом. В конце концов имя парень предложил самостоятельно, да и пишется оно по-другому... Но появление сразу после этого одежды, подходящей именно Кровавому Дождю? Слишком подозрительно. Так что маловероятно. Говоря честно, Хуа Чэн потерялся в сомнениях, а это было ему не присуще. Привыкнув иметь превосходство над другими, оказаться на смутной дорожке неизвестности было странно... и отрезвляюще. Запустив пятерню в волосы, Хуа Чэн продолжил размышлять. Если трезво взглянуть, то все встает на свои места — Дух Кровавого Дождя получает предысторию, а появление безымянного мальчишки в сюжете больше не кажется бесполезным и нелогичным.
Внутренний ценитель искусства Хуа Чэна не преминул возмутиться насчет того, что айкью автора этой новеллы явно не хватило бы на подобный сюжетный ход.
Переселенец задумчиво согласился с ним. Это вполне вероятно, да и к тому же... Хуа Чэна настигло осознание.
«НЕ МОГ ЖЕ Я СВОИМИ ДЕЙСТВИЯМИ ЗАНЯТЬ МЕСТО ДУХА КРОВАВОГО ДОЖДЯ В ИСТОРИИ?!»
Хуа Чэн особенно судорожно дернул себя за волосы, шестеренки в его голове заработали еще быстрее, обрабатывая эту теорию. Его голова, казалось, должна была вот-вот взорваться или хотя бы загореться от того, с какой скоростью неслись мысли.
В голову Хуа Чэна внезапно ткнулась незаженная палочка благовоний.
Он вздрогнул от этого и обернулся на уже позабытого Е Байи.
Этот страшный старик стоял с наиехиднейшим выражением лица, которое скрывало более сложные и глубокие эмоции. Впрочем, Хуа Чэн, до сих пор слишком погруженный в себя, их не заметил. Как и внутренний ценитель искусства, новый обитатель черепной коробки Хуа Чэна –Тьма-лишь дернул
л уголком губ и записал все в свою метафорическую записную книжку.
Еще раз ткнув в голову попаданца незаженной палочкой для благовоний Е Байи изволил пояснить свои действия.
— Ты столь усердно думал, что этот достопочтенный предположил, что может сэкономить на отоплении засчет тебя.
— ...
— Этот достопочтенный рад, что ученик согласен с этим высказыванием.
— ...! Этот... Хуа... не давал свое согласие на ученичество...
— Правда? Этому достопочтенному..учителю казалось, что он получил согласие еще прошедшим днем. Когда предложил вместе с ученичеством занять комнату.
Хуа Чэн хотел было возмутиться, но что-то внутри него его сожители в лице ценителя и тьмы не дало этому случиться, вытащив воспоминания о том, что так все и было.
Хуа Чэн протяжно выдохнул и в очередной раз раздраженно дернул себя за прядку.
Тьма на секунду всколыхнулась внутри него.
Глаза страшного старика заинтересованно блеснули.
или лиса
— Правда этому достопочтенному неясно, откуда такие знания... — из-под полуопущенных век Е Байи на Хуа Чэна глянуло древнее непревзойденное чудовище
— Для начала, я хотел бы уточнить, как у тебя вообще с совершенствованием? Изучал когда-нибудь что-нибудь подобное? Хотя о чем это я... — Дедок многозначительно поиграл бровями. («Как же хочется выщипать их» — хором вздохнули внутренний ценитель искусства и тьма). Он разжег огонь и поставил на него черную емкость с водой.
Е Байи резко прогнулся в спине и развернувшись вскинул руку. С нее сорвались иглы из темной энергии.
В груди Хуа Чэна, прямо под ребрами, взвилась до этого мирно дремавшая Тьма. Мгновение, казалось, растянулось на целую вечность. Хуа Чэн успел только поразиться тьме, но казалось она была с ним с попадания в этот мир а может и раньше, так что Хуа Чэн без страха потянулся к ней всей душой, желая защититься. И Тьма с радостью ответила на подношение, оплетая предложенную душу. Разум спешно заработал, пытаясь понять, какую форму придать Тьме чтобы выжить. Внезапно перед глазами встала одна картина...
...Путь тёмным иглам преградила прекрасная, сверкающая чистым серебром призрачная бабочка.
— Уже хорошо, не придется начинать с нуля. — радостным тоном заявил старикашка и перегнувшись через стол потрепал Хуа Чэна по щеке. Хуа Чэн попытался укусить. Дед щёлкнул его по носу. — Сработаемся, хехе.
— А с чего придется начинать?
— ООО, ты уже начал, хехе... Сейчас покушаем и начнем. Хехе.
Хуа Чэн:
— ...
После того, как дед скормил переселенцу странную, но вкусную бурду, надолго трансмигратор за столом не засиделся. И это вовсе не потому, что Е Байи настойчиво предлагал Хуа Чэну выпить с ним за компанию. Да и кто вообще запивает суп алкоголем!? Только сверхлюди, наверное. И наставник.
— У меня кости уже старые, так что помоги своему наставнику. Вон видишь ведра? Сбегай до колодца, набери воды, да смотри, не расплескай. Расплещешь – будешь заново таскать. — Как истинный наставник, Е Байи быстро осознал, что ученик очень полезная в хозяйстве зверюшка, на которую можно с чистой совестью свалить бытовые дела.
Мысленно ругаясь, Хуа Чэн подхватил это ведро (дно у него держалось лишь на честном слове), и поплелся к колодцу, который больше походил на дырку в земле с монструозной конструкцией над ней.
Хуа Чэн огляделся в поиске верёвки, но той нигде не было.
— Давай быстрее, ученик, ты там скоро корни пустишь! — радостно прокричал ему с крыльца Е Байи.
— Старик!.. А веревка где?!
— Чоо? Не знаю я никакого старика! Повтори ещё раз!
— Мрхн... Уважаемый шицзунь, этот ученик спрашивает, где веревка? — Спокойно, даже тихо, повторил Хуа Чэн.
Е Байи на удивление (нет) услышал.
— А зачем она тебе?
Трансмигратор в шоке уставился на старика. Неужто ему придется лезть внутрь?! Если судить по выражению лица деда, то да.
Переселенец уже стал придумывать, как это сделать половчее, когда ему в голову пришла одна идея. А кто сказал, что он должен лезть туда самостоятельно? Может удастся использовать для этого бабочек?
Сосредоточившись, Хуа Чэн попытался вытянуть немного энергии из себя. Сначала с рук сорвалась одна бабочка, за ней вторая, третья.
Глаза Е Байи одобрительно блеснули.
— Хе!
рабы? — Чересчур серьезно поинтересовался Хуа Чэн, на что учитель лишь разразился диким хохотом.
— Правда, а я и не заметил, хехе... Ты уже хочешь учиться? Рвешься вперёд, готовый грудью бросаться на баррикады? Похвально, но имей терпение. Хехе. — прохихикал Е Байи и улыбнулся, возвращая себе вид божьего одуванчика.
Трансмигратор невольно испытал что-то вроде когнитивного диссонанса: то этот старикашка ругает за нытье, то тащит помогать покупать еду, то вырубает в одиночку с десяток противников, то мило кокетничает с юными девами в винной лавке. Странный тип людей... И как только его земля носит?.. На ручках.
— Чегось ты так смотришь? Не боись, я и тебя научу! Все девы твоими будут!
Хуа Чэн:
— ...
— Или... Ты не по девам?.. Ну ничего, я понимаю, могу дать пару советов, хехе.
Хуа Чэн отчаянно покраснел и быстро замотал головой. Это совсем неправда! Он вообще верил что он асексуал, с учетом того что все свидания, которые ему устраивала его подруга-должник, заканчивались полным провалом.
Под нос Хуа Чэну сунули список.
На удивление в этом списке оказались не очередные кочаны капусты, а вполне себе полезные (наверное) вещи для обучения. Кисти, тушь, пустые свитки, традиционные четки и многое другое. Хуа Чэн непроизвольно одобрительно кивнул.
— Согласен? Вот и отлично! Думаю, с покупками ты справишься смостоятельно.
После этой фразы Е Байи исчез в толпе.
Хуа Чэн раздраженно вздохнул. И что же ему теперь делать?..
[Цзинь! Квест "Начало путешествия" автоматически принят. Возможные награды от 10 до 20 баллов и появление новых сюжетных линий с возможностью развития скрытых сюжетных линий. Наказание: неизвестно. Желаете открыть карту до магазина?]
— А награды неплохие, впрочем наказание несколько напрягает... В любом случае да, показывай. — Хуа Чэн взлохматил свои волосы.
Перед Хуа Чэном появилась золотая леска уводящяя вдаль. Хмыкнув и в последний раз дернув себя за прядки, попаданец направился вслед за ней.
На удивление спокойно добравшись по маршруту системы до лавки с качественными письменными принадлежностями, Хуа Чэн осмотрелся. Она была небольшой и в какой-то мере уютной. Посетителей кроме него и юноши в белых монашеских одеяниях не было. Хуа Чэн на удивление быстро купил все нужное и уже сбирался уходить, как что-то в юноше показалось ему смутно знакомым.
Хуа Чэн вгляделся внимательнее в юношу. У того были невероятно красивые золотые глаза и пушистые каштановые волосы, собранные в пучок. Сердце Хуа Чэна екнуло. В разуме стало пронзительно пусто... юноша представший перед ним был прекрасен. Был... Совершенством?..
Где-то в глубине разума Хуа Чэна с протяжным писком свалился в счастливом экстазе высокий ценитель искусства. Тьма раздраженно покосилась на того, после, задумчиво лизнув внутренности Хуа Чэна, вынесла до боли простой вердикт касательно юноши: Мое
***
— Хунхун? Что за дурацкое имя? Да его даже именем назвать не получается! — возмущался Е Байи возмущенно вскинул брови. — Признаться честно, мой юный ученик,— возмущение насчет того, что Хунхун не говорил, что будет учеником Е Байи, было нагло проигнорировано, — Этот наставник думал, что у такого молодого ученого***
— Вот, держи новую одежду, а то на тебя и смотреть стыдно, — В руки Хуа Чэну всунули красные одеяния Секунда. Две. Три. — Система!.. У меня к тебе есть несколько вопросов... [Эта система 23 часа в сутки на службе у пользователя!] — Да-даа, конечно... Система... Стоп, ты про что?.. Что ты там говорила про 23 часа? [Система очень сожалеет, но она не может ответить пользователю в связи с уходом на ежедневную часовую перезагрузку.] Хуа Чэн втянул носом воздух. — Система, дорогая моя, ты ничего не хочешь мне сказать?.. [Система не отвечает.] Что ж, судя по всему, Хуа Чэн остался со своими мыслями один на один (Е Байи попаданец проигнорировал). В глубине души Хуа Чэна его внутренний ценитель искусства и новоявленн***
[Хост, Вы автоматически приняли серию квестов "О, это прекрасное ученичество!"] Хуа Чэн фыркнул. — Явилась не запылилась... Могла бы и насовсем пропасть. [-100 баллов за оскорбление системы. Я тоже рада видеть вас, хост]***
— Иди на кухню. — Скудно проинформировал старикан и скрылся в неизвестном направлении с кувшином вина. Трансмигратор потянувшись направился по коридору в сторону недо-кухни. — Аураррррррр — Фу, Клац-клац! — почти привычно прикрикнул Хуа Чэн на гигантскую хищную ромашку, которую он нашел когда разбирал чердак. Трансмигратор в последий момент увернулся от попытавшегося сожрать его стола. — Итак, — дед предстал перед переселенцем. Хуа Чэн, отвлекшись от созерцания коварного стола, поднял свою вихрастую, до сих пор забинтованную, голову на Е Байи, всем своим видом показывая, что готов внимать вселенской мудрости учителя, — А ты чего встал? Капусту рубить будешь. Чем быстрее справишься, тем быстрее будем есть. И, не обратив внимания на злобный взгляд переселенца, Е Байи принялся разбирать продукты, выкладывая нужные на стол. Он суетился по кухне, отточенными движениями распихивая все по ящикам и полкам. На секунду замерев, старикашка вытащил кувшин с вином из своего рукава (Откуда?! Откуда он там взялся?!) и не глядя вскрыв его вылил содержимое прямо на стол. Стол довольно заурчал. Второй же кувшин извлечённый оттуда же (КАК?!) также открыл и мигом выглотал его запрокинув голову и даже не морщась. Скулы свело от фантомного горьковато-кисловатого вкуса, который Хуа Чэн помнил из прошлой жизни. — А ты чего стоишь? Давай, за работу! А я пока буду вводить тебя в курс дела. Осознав, что выбора у него все равно нет, трансмигратор кивнул, и взяв нож, он перекатил уже чистый качан на досочку и разрубил его пополам. — Этот достопочтенный предполагает, что в пяти искусствах ты уже сведущ и весьма подкован, судя по нашим занимательным беседам об искусстве. Хуа Чэн непроизвольно встал правильно от прозвучавшей похвалы. Внутренний ценитель искусства довольно заурчал как кот***
...Медитации очень важны для ЛЮБОГО совершенствующегося. С их помощью легче контролировать и правильно формировать Ци внутри себя. Тебе же они особенно важны, ведь из-за мутации, твое тело практически с рождения вырабатывает темную Ци, что могла крайне негативно сказаться на твоём здоровье, ведь она весьма токсична для подавляющего большинства живых.
Сядь максимально удобно, не обязательно в позу лотоса, ведь в принципе медитировать можно и без нее. Расслабь свое тело. Попробую ощутить свои стопы. Сосредоточь на этом внимание....Теперь попробуй ощутить свои ладони. Сосредоточься....Обрати внимание на спину...Нижний дянтянь...Нос....Сердце....А теперь попробуй ощутить все вместе....
***
— Не ныть! — дедок резко пресек бухтение Хуа Чэна, ощутимо стукнув переселенца по ногам. Фыркнув, Хуа Чэн закатил глаза и замолчал, решив довериться своему... наставнику (как непривычно ему было это говорить). Тем временем старикашка крайне быстро поскакал в сторону рынка. «И кто там жаловался на дряхлые ноги?» — думал Хуа Чэн. Они весьма бодро обошли весь рынок, по пути заходя в некоторые интересующие старикашку лавки. Обед уже давно прошел, за это время сумка, которую тащил трансмигратор в свободной руке уже порядком отяжелела, а ноги гудели. Но жаловаться он не собирался, и даже решил не торопить "бедного дедушку с таким хорошим внуком", когда тот пятнадцать минут стоял возле лавки с капустой и выбирал, по его словам, самый красивый кочан. Как по мнению Хуа Чэна, все зеленые качаны были одинаковые, но исходя из высказываний деда, он, видать, просто «ничего не смыслишь в тонких материях». Связь между "тонкими материями" и кочанами капусты тоже улавливалась плохо. Хуа Чэну все эти рассуждения о капусте казались забавными ровно до того момена, пока не нашли внезапный отклик у его внутреннего ценителя искусства. После этого Хуа Чэн задумался на полном серьезе. После того, как все продукты были куплены, дедок придумал новое "общественно полезное занятие" (на благо только ему самому). — Учитель, вы же помните, что взяли меня в ученики, а не в прислугу***
Примечания:
Автор пришел в себя от счастливого осознания того, что учеба кончилась)
Тут кстати муза одну неожиданную (даже для меня) встречу героям затеяла... И как она повлияет на сюжет не знаю...
