ДНК судьбы

      Поцелуй Стива был жадным и требовательным, но Гермиона не чувствовала ничего, кроме пустоты. Она прижималась к нему, позволяла его рукам скользить по её телу, наивно полагая, что это поможет заглушить боль.       Стереть из памяти картину, где Драко наклоняется к Эрике, где их губы сливаются в поцелуе, и его ладонь задерживается на её талии.       Гермиона знала — у неё нет права злиться. Нет права ревновать. Драко свободен. Эрика свободна. Они могут делать всё, что захотят.       Но знание не приносило облегчения.       Она не могла искренне порадоваться за них. Не могла просто отмахнуться от этого, будто ничего не произошло. В груди поселилось ощущение, похожее на судорогу — колючее, неприятное, стягивающее изнутри.       Оторвавшись от её губ, Стив скользнул ладонью к затылку. Его пальцы зарылись в её волосы, вынуждая Гермиону запрокинуть голову, открывая ему доступ к шее. Она приоткрыла глаза, взглядом скользя по его чёрным кучеряшкам. Тёплое дыхание обжигало кожу, а его губы оставляли неторопливые поцелуи, спускаясь всё ниже.       Это было… просто приятно.       Гермиона не чувствовала того жара, который, как ей казалось, должна была чувствовать. Сердце не колотилось в бешеном ритме, дыхание не перехватывало от близости, не сводило мышцы от желания.       Но Стив ей нравился. Возможно, совсем немного, но нравился.       Так почему бы и нет?       Она перевела взгляд на зеркало с фонариками. Его мягкий свет выхватывал детали происходящего. Её пальцы сцепились на плечах Стива. Он притянул её ближе, его руки крепко сжимали её талию. В отражении — они двое, словно кадр из фильма. Только вот роль в нём казалась чужой.       «Не плачь…» — мысленно приказала она себе, скользнув взглядом по собственному лицу в зеркале.       Но стоило Стиву сильнее сжать её в объятиях, как изнутри поднялась новая волна осознания.       «Ты хочешь вовсе не его… Зачем же морочить мальчишке голову?»       Гермиона замерла, а Стив, не замечая заминки, подхватил её на руки и усадил на высокий стул. Их лица оказались на одном уровне.       Он довольно улыбнулся, его пальцы легко пробежались по изгибу её спины, а взгляд задержался на её губах.       — Вот видишь, — его голос прозвучал тихо, но уверенно, с тенью самодовольства. — Всё куда проще, чем ты думаешь.       Гермиона не ответила, только медленно выдохнула, прикрыв глаза.       Стив провёл кончиками пальцев по её щеке, по линии скулы, словно запоминая.       — А ты ведь всегда такая, да? Всё анализируешь, всё пытаешься разложить по полочкам. — Он наклонился ближе, его дыхание коснулось её кожи. — Иногда нужно просто… чувствовать.       Его губы снова нашли её, но в этот раз поцелуй был мягче, медленнее, почти завораживающим. Он явно не спешил. Наслаждался моментом, её близостью, тем, как она не отстраняется, не сопротивляется.       Но когда он чуть отстранился, его взгляд зацепился за что-то в её глазах.       Секунду он просто смотрел на неё, словно разгадывая.       А потом усмехнулся. Не насмешливо, а скорее с оттенком понимания.       — Ты думаешь не обо мне, да? — спокойно спросил он, отстраняясь ровно настолько, чтобы видеть её лицо.       Гермиона молчала.       Стив внимательно изучал её взгляд, её сжатые губы, ту едва уловимую печаль, что скользнула по её чертам.       И тогда он медленно убрал руки, но, прежде чем она успела что-то сказать, просто притянул её к себе, заключая в тёплые объятия.       — Ладно, ты победила, — хрипло произнёс он. — Сегодня я просто буду тебя обнимать.       Гермиона вздрогнула от его слов, но потом чуть сильнее вжалась в него, позволяя себе спрятать лицо у него на груди.       — Прости… — прошептала она.       И на какое-то время шум бара остался где-то далеко.       Потеряв счёт времени, Гермиона прикрыла глаза, наслаждаясь возможностью наконец успокоиться и привести мысли в порядок. Рядом, у самого уха, звучало спокойное сердцебиение Стива, а он, уперев подбородок в её макушку, неторопливо проводил ладонью по её спине — почти так же, как взрослые утешают ребёнка, который только что сбил коленки.       — Стив… Уже можно отодвинуться, — тихо сказала она, чуть подаваясь назад. — Мне правда лучше.       — Не будь такой жестокой, — протянул он, не ослабляя хватки. — Дай мне ещё минутку. Вряд ли ты снова позволишь мне быть так близко.       Гермиона хмыкнула, признавая его правоту. Да, скорее всего, это больше не повторится.       Выждав ещё мгновение, Стив наконец ослабил объятия и нехотя отпустил её, но, прежде чем она успела окончательно отстраниться, легко наклонился вперёд и коснулся её губ своими.       Короткий, почти невесомый поцелуй.       — Спасибо, — выдохнул он, улыбаясь. — Запомню тебя как лучшую историю любви, которая у меня могла бы быть!       — Не драматизируй! — Гермиона закатила глаза, но уголки её губ всё же дрогнули в ответной улыбке.       — Неожиданная находка.       Голос, наполненный леденящим сарказмом, прозвучал в противоположной стороне гримёрной.       Гермиона вздрогнула и резко отстранилась, ощущая, как по телу пробежал холодный электрический разряд.       Драко стоял на пороге, его глаза — тёмные, жёсткие — смотрели прямо на неё. В них не было ни насмешки, ни ледяного безразличия. Только злость.       Стив недовольно обернулся, приподняв бровь.       — Что-то случилось? — его голос был спокойным, но в нём звучал скрытый вызов.       Драко проигнорировал его. Его внимание было приковано исключительно к Гермионе.       — Не думал, что стану свидетелем столь милой сцены, — медленно произнёс он, скрещивая руки на груди. — Предупредила бы, я бы не врывался сюда в бессмысленных поисках.       Гермиона чувствовала, как кровь ударяет в виски. Всё внутри неё сжалось в болезненный узел.       — Разве я обязана перед тобой отчитываться? — тихо спросила она, заставляя себя выдержать его взгляд.       — Нет, конечно, — Драко усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего весёлого. — Нам нужно возвращаться, но у тебя явно есть дела поважнее.       Его губы скривились, но подбородок напряжённо дёрнулся, выдавая эмоции, которые он пытался скрыть.       Стив сделал шаг вперёд, чуть прикрывая Гермиону собой.       — Если ты что-то хочешь сказать, говори прямо.       Драко скользнул по нему взглядом — коротким, оценивающим, но совершенно равнодушным.       — Уверен, ты наслаждаешься всем этим, но у нас с Грейнджер есть дела, которые тебя не касаются.       — У нас? — фыркнул Стив. — По-моему, она сейчас немного занята.       — Стив, — резко сказала Гермиона, пытаясь сдержать дрожь в голосе. — Всё в порядке.       Он вопросительно посмотрел на неё, но после секунды колебания отступил назад.       Драко развернулся, не дожидаясь её слов.       — Мы уходим, — бросил он через плечо. — Попрощайся со своим… О, даже не знаю, кто он для тебя… Долго ждать я не буду.       Гермиона сглотнула, прежде чем сделать шаг в его сторону.       — До встречи, мисс Грейнджер, — тихо произнёс Стив, наблюдая за ней.       Не обратив внимания, она пошла следом за Драко. Но даже не видя его лица, Гермиона знала — злость Малфоя была холодной, глухой, разъедающей.       И это злило её не меньше.

***

      Воздух взорвался, когда они аппарировали в сад перед домом.       Гермиона пошатнулась, но, прежде чем успела восстановить равновесие, Драко резко развернулся к ней.       — Что, чёрт возьми, это было?! — его голос был низким, хриплым от ярости.       Гермиона вскинула голову, сердце бешено колотилось в груди, но она не собиралась уступать.       — Это не твоё дело.       — Моё дело? — он усмехнулся, но в этой усмешке сквозила ледяная злость. — Я захожу в комнату и вижу, как ты пихаешь свой язык в глотку первому встречному, а потом это не моё дело? Твоё поведение неприемлемо!       Гермиона вспыхнула.       — Ах, ну да! Конечно, когда это я — это «неприемлемо», с тобой, очевидно, всё иначе…       Драко сжал челюсти, а его руки нервно сжались в кулаки.       — Что ты несёшь?       — Я имею полное право делать то, что считаю нужным! — рявкнула она, делая шаг к нему. — Если это будет в моих интересах, я могу мужчин менять, как перчатки! Или ты считаешь, что имеешь право указывать, какой должна быть моя личная жизнь?       Драко напрягся. Его грудь тяжело вздымалась, в глазах вспыхнуло что-то похожее на помешательство.       — Я так не считаю, — процедил он.       — Да неужели? — Гермиона фыркнула, взмахнув руками. — Поздравляю, Малфой, ты в своём репертуаре! Значит, ты можешь делать что угодно, а я — нет?       — Я не говорил, что ты не можешь!       — Тогда какого чёрта ты устраиваешь сцену?!       Драко замолчал, дыша тяжело и прерывисто, словно сдерживая себя из последних сил.       — Мне плевать, с кем ты целуешься, Грейнджер, — сказал он наконец холодно. — Хоть со всем баром.       — Отлично! В следующий раз так и поступлю! — Гермиона всплеснула руками. — А ты следи за собой, Малфой, за тем, кого целуешь ты, и не лезь в мою жизнь!       Несколько секунд они молча смотрели друг на друга — слишком напряжённые, слишком взвинченные, слишком близко.       Потом Драко резко развернулся, взмахнув полами пиджака, и зашагал к дому.       — Прекрасный вечер, — бросил он через плечо. — Постарайся не зацеловать кого-нибудь ещё до потери сознания.       Гермиона почувствовала, как внутри всё взорвалось от возмущения, но ничего не сказала.       Она осталась стоять одна среди ночной прохлады, тяжело дыша, чувствуя, как её потряхивает от эмоций.

***

             Совладав с собой, Гермиона вошла в дом и направилась по умолчанию в детскую. Как только она вошла, сразу поняла, что попала в гущу чего-то весьма необычного. Пэнси, удобно устроившись в кресле, держала на руках спящую Айвори, нежно покачивая её из стороны в сторону. Её беременный живот уже начал округляться, отчего она выглядела ещё более величественной и удовлетворённой.       Блейз стоял чуть в стороне, вполголоса обсуждая что-то с Драко. Тот, в свою очередь, выглядел так, будто его только что насильно заставили съесть лимон — напряжённый, сжимающий челюсти и с красными пятнами гнева на щеках. И хотя он намеренно игнорировал Гермиону, его присутствие ощущалось слишком явственно.       — Добрый вечерочек, Грейнджер, — раздался лениво-лукавый голос Пэнси.       — Привет, — Гермиона сдержанно кивнула. — А где Джанос?       — Вызвали по каким-то неотложным делам, — пожала плечами Пэнси. — Попросил нас подстраховать с малышкой. Мы тут не больше получаса.       — Ясно.       Гермиона мельком взглянула на Блейза, который слишком уж хитро разглядывал её наряд. Она подняла подбородок повыше, стараясь не подавать виду, но чувствовала, как её лицо предательски горит.       А Пэнси, между тем, с нескрываемым интересом переводила взгляд с Гермионы на Драко, явно подмечая какие-то только ей понятные нюансы.       — Ты мне не поможешь? — жалобно протянула она, протягивая Гермионе спящую малышку.       — Конечно, — вздохнула та, осторожно забирая Айвори и укладывая её в колыбель.       Но стоило ей повернуться обратно, как Пэнси уже протягивала к ней руку, требовательно поджав губы.       — О нет… — пробормотала Гермиона, но всё же взяла её за запястье, помогая подняться.       Пэнси, пользуясь случаем, потянулась к ней ближе, едва заметно втянула носом воздух и выдала:       — Прелестный аромат…       Гермиона нахмурилась, но прежде чем успела что-то спросить, Пэнси с нарочитой деловитостью хлопнула в ладоши и с важностью изрекла:       — Так, мужчины, а ну брысь из детской!       Драко вскинул голову, ошарашенно уставившись на неё, а затем перевёл взгляд на Гермиону. Пятна на его щеках снова начали темнеть.       Пэнси подхватила Гермиону под руку так, будто они были лучшими подружками, и направилась к выходу, не оставляя мужчинам выбора. Её красноречивый взгляд поймал Блейза, и тот, усмехнувшись, безропотно подчинился.       — Спасибо, что присмотрели за Амели, — сказал Драко, как только они оказались в коридоре.       — Обращайся, — хмыкнул Блейз. — Если честно, я уже жду момента, когда наконец увижу своего ребёнка у неё на руках.       — Не торопись, — протянула Пэнси, потирая живот. — Дай мне насладиться этими месяцами тишины.       — Ну что ж, спокойной ночи, — сказал Блейз, переводя взгляд с Гермионы на Драко.       — Едва ли… — процедил Драко, скользнув по Гермионе тяжёлым взглядом.       Блейз прищурился, но Пэнси уже вцепилась в его руку и чуть ли не волоком потянула к двери.       — Мне показалось, или они снова выставили друг против друга ножи? — тихо спросил он.       — Не показалось, — ухмыльнулась Пэнси, скользнув взглядом к лестнице, где всё ещё стояли Драко и Гермиона.       — Святой Мерлин… Доживём ли мы до момента, когда они перестанут ругаться? — вздохнул он, качая головой. — Интересно, какая кошка пробежала между ними на этот раз?       — С котом, — загадочно произнесла Пэнси, приподняв воротник мужа, будто поправляя ему галстук.       — Что?       — Кошка была с котом, — повторила она.       — Ничего не понимаю…       — А что же тут понимать? От Грейнджер за километр разит мужским одеколоном, сдобренным пачули, который Драко на дух не переносит. А на воротнике этого паршивца — губная помада цвета марсала, в то время как на губах Грейнджер гигиеничка.       Блейз озадаченно моргнул.       — Меня пугает твоя наблюдательность.       — Но у меня есть одна идея, как заставить их чуточку сблизиться, — прошептала Пэнси ему на ухо, игриво прищурившись.       С этими словами она вытолкнула мужа за порог, закрывая за ними дверь.

***

      Гермиона устало опустилась на кровать в своей комнате, ощущая, как усталость и раздражение клубятся внутри, не находя выхода.       Душ немного помог — горячая вода смыла напряжение с плеч, но не из головы. Она слишком злилась. На себя, на Драко, на этот проклятый вечер.       Она вытерлась полотенцем, наспех надела пижаму — мягкие шорты и лёгкую майку — и плюхнулась на кровать. Закрыла глаза. Вдох. Выдох. Но стоило ей представить, как Драко целует Эрику, внутри тут же всё сжималось. Ощущение дыры в груди не покидало. Если бы её физическая оболочка была повреждена таким образом, вероятно, что Гермиона уже больше часа была бы мертва, а то и раньше.       Уснуть не получится.       Ей нужно отвлечься — и срочно, пока она не повредилась рассудком. Хотя сложно утверждать, что с ней всё окей, ведь она умудрилась поддаться на уловки Стива, а ещё и сама ответить на его заигрывания. Но образ зеленоглазого парня быстро сменился на злого Малфоя.       «Отвлечься!»       Решение пришло само собой. Библиотека. Если она не может справиться с эмоциями, значит, стоит заглушить их работой.       Гермиона тихо вышла из спальни и направилась вниз.

***

      В библиотеке было прохладно и спокойно. Лунный свет проникал сквозь высокие окна, играя бликами на книжных корешках. Гермиона зажгла несколько ламп, разложила перед собой старинную книгу и взялась за перо.       Она склонилась над столом, водя кончиком пальца по строчкам. Переплетение судеб, магическая связь, узор жизни… Она перечитывала всё это сотни раз, но теперь каждая строчка, казалось, приобретала новый смысл.       Когда в тишине раздался щелчок двери, Гермиона вздрогнула.       — Что ты здесь делаешь? — спросила она, резко обернувшись.       В дверном проёме стоял Драко. Он был уже не в своём безупречном костюме, а в домашней одежде: тёмных трикотажных штанах и футболке, чуть растрёпанный, но всё ещё чертовски красивый.       — Ты обещала мне последний танец, — ответил он, прислоняясь плечом к дверному косяку.       Гермиона стиснула зубы.       — У меня нет ни настроения, ни желания танцевать с тобой, — резко сказала она.       — Это печально. — Драко прищурился, но в следующую секунду прошёл вперёд, а его палочка скользнула в воздухе, и дверь за его спиной захлопнулась с тихим щелчком.       Гермиона возмущённо выдохнула:       — Ты… Ты что, запер меня?!       — Нас… — поправил он с деланным равнодушием. — Только до полуночи. Так что, Грейнджер, ты, как настоящая Золушка, не выйдешь отсюда, пока часы не пробьют двенадцать или пока не потанцуешь со мной. — Драко кивнул в сторону часов на стене, а потом лениво махнул палочкой.       Столы и стулья медленно поплыли в стороны, освобождая пространство. Тёмно-зелёный ковёр на полу будто выровнялся, а где-то в углу вспыхнули мерцающие огоньки, освещая библиотеку мягким светом.       — Как романтично, — ядовито заметила Гермиона, посмотрев на часы.       Сорок минут терпеть его общество? Это будет сложно…       — Не благодари.       Она отвернулась, стараясь не смотреть на него.       — Откуда ты вообще знаешь, кто такая Золушка?       Драко ухмыльнулся.       — Недавно мне довелось пролистать книжку со сказками для девочек.       Гермиона поморщилась, но Драко не дал ей уклониться дальше. Он медленно подошёл ближе, ловя её взгляд.       — Мы будем танцевать, Грейнджер.       — Нет!       — Мы будем, — сказал он твёрдо. — Ты дала мне обещание!       Она хотела возразить, но в этот момент пространство наполнилось музыкой. Едва уловимой, чарующей, будто самой собой родившейся в воздухе. Мягкий ритм, плавные ноты, почти гипнотические.       Драко протянул руку.       Гермиона колебалась. Вся её гордость кричала, что не стоит. Но… Чёрт. Несмотря на всю злость, ей отчаянно хотелось прикоснуться к нему. Этот вечер и так уже был чередой неправильных решений.       Она вложила ладонь в его руку.       Драко притянул её ближе.       Они начали двигаться.       Сначала осторожно. Он вёл её плавно, уверенно, двигаясь по мягкому ковру, не спуская с неё взгляда. Гермиона чувствовала, как её босые ноги утопают в высоком ворсе, как тепло его руки на её талии сжигает кожу.       Тишина между ними была громче любых слов.       Драко не отпускал её.       Он помнил, как застал её в объятиях Стива. Как её губы прижимались к чужим губам. Помнил, как это взбесило его до чёртиков. И злило сейчас, но он держал себя в руках. Старался. Хотя это было едва ли не самым сложным именно в этот момент.       Гермиона же помнила, как видела его с Эрикой. Как его лицо было близко к подруге, которая с трепетом прижималась к его телу. Это оказалось в разы больнее, чем когда сознание подкидывало ей сцены для ревности.       Но сейчас… Сейчас они были вдвоём.       Музыка завораживала, движения были плавными, тёплыми, живыми.       Драко провёл пальцами по её позвоночнику, чуть притянув ближе.       Гермиона чувствовала его дыхание у виска, чувствовала, как учащённо бьётся её сердце.       Он опустил голову, и их лица оказались в опасной близости.       Она сглотнула.       Драко чуть склонился вперёд, его губы почти коснулись её виска, но он не двигался дальше.       — Мы из разных сказок, — вдруг прошептала Гермиона.       — Я знаю, — так же тихо ответил он, но не отстранился.       Они кружились в танце, не отрывая друг от друга взгляда.       Воздух был наэлектризован.       Но как только музыка смолкла, Гермиона вырвалась из его рук. Ей казалось, что стоит задержаться в его руках мгновением дольше, и она растает, превратится в морскую пену, подобно Русалочке, которая отдала любимого другой.       «Любимого?..»       Гермиона в ужасе смотрела на Драко.       — Двери, Малфой. Открой их, — сказала она, стараясь не выдать дрожь в голосе.       Драко провёл языком по зубам, его губы дрогнули в усмешке.       — Как пожелаешь, Грейнджер.       Он взмахнул палочкой, и защита с дверей исчезла.       Гермиона тут же направилась к выходу, но, дойдя до порога, остановилась.       — Знаешь… — сказала она, не оборачиваясь. — Ты можешь закрывать двери, заставлять меня танцевать с тобой, но не думай, что это приносит мне удовольствие.       Она ожидала какой-то реплики в ответ, но услышала лишь тихий смешок.       — Я настолько тебе неприятен? Ты уверена?       Гермиона сжала кулаки.       Она не ответила. Просто шагнула за порог и захлопнула дверь.       А Драко остался в библиотеке, смотря ей вслед.       Он знал, что она соврала.