Белая глициния

«На ней красивые одежды, А ход ума темней, чем ночь. В её глазах горит надежда Ступить к окну и выйти прочь»

      Ночь выдалась тоскливой. Кагая-сама, машинально постукивая кисточкой для письма по чернильнице, смотрел в пустоту. Будто старался привыкнуть к ней, найти в ней что-то. Кто же знал, что очень скоро ему это удастся из-за слепоты…       Ручной ворон задремал на жердочке, и его силуэт размывался, сливался с мраком. Этим и были хороши вороны Уз — неопытные демоны не обращали на них внимания в темноте. Юный лидер ласково погладил птицу по матово-чёрному оперению, от чего ворон инстинктивно распушился, не просыпаясь.       Завтра утром в штаб уже прибудет его невеста, новая хозяйка поместья. Как когда-то прибыла и мать Кагая, и мать его отца… Этот цикл не должен быть прерван. Мальчик, наконец, перестал стучать кистью и положил её на специальную подставку. Он уже давно должен был спать, но вместо этого опять писал поручения до поздней ночи.       Хорошо, что сегодня в Штабе не было столпов, и никто не уговаривал его отдохнуть, как это обычно делала Ничика — столп Тишины. Она использовала свою технику и гасила все посторонние звуки в помещении, а столп Сна — Мория — навевал на Кагая лёгкую сонливость. Они были уверены, что юный лидер об этом ещё не догадался. И Кагая прощал им это, отправляясь в постель пораньше.       И комната, и одежда, и всякого рода украшения уже были подготовлены к приезду его невесты. И всё же, чего-то в этом убранстве недоставало. Кагая сомкнул глаза с мыслью о том, что ранним утром нужно будет распорядиться о тишине в штабе. Она наверняка ещё ничего не знает, и неизвестность может принести ей переживания. Ведь он так боится причинить живому существу страдания, так что позаботится о её спокойствии. Может быть, даже счастье.

***

      Поднимаясь с постели, Амане едва чувствовала под собой твёрдую опору. Ноги сами несли её вниз по лестнице, уже собранную в дорогу. Белые волосы снова убраны в низкий хвост, снова чёрное кимоно — больше надеть нечего. Они выходили из храма так рано, что младшие сестры ещё не успели проснуться, и провожали девушку только отец и Хоши. Всё, будто в туманной дымке, происходило слишком быстро. И спустя годы, Амане не могла вспомнить даже их лиц, словно прошлое не доставляло ей боли. — Утро прохладное, — столп Воздуха тряхнул копной кучерявых, соломенных волос — Она тепло одета?       Акихиро отличался невысоким ростом и коренастостью. Как и положено столпу, он обладал одним из стилей дыхания. Дыхание Воздуха отличалось от ветра тем, что техники Акихиро были гораздо менее резкими, и основаны на способности удерживать противника в невесомости. Сталкиваясь с таким, демоны не сразу могли сориентироваться, и Акириро этим пользовался, нанося фатальные удары. — Мне кажется, что вполне, — но при этом, столп Сна — Мория, снял с себя тёмно-зелёный плащ — Но лишнее тепло не помешает. Позволишь?       Он относился к Амане уважительнее всех. Мория — высокий и худощавый, носил длинные, багровые волосы, которые ничем не подвязывал. Белые зрачки в зелёных глазах — вот то, что действительно в нём отталкивало посторонних. Эти глаза давали ему возможность внушать противнику сонливость, а при сильном желании, даже усыплять демонов. И по его виду нельзя было и предположить о высоте его манер. Амане кивнула, и тут же ощутила на своих плечах тяжесть плаща. Идти, видимо, ещё долго…       Рядом с Мория, неизменно, была столп Тишины — Ничика. Невысокая девушка, примерно ровесница Амане, тоже одетая в чёрное. Её серебряные серьги-Луны были свадебным подарком от Мория, и иногда путались в пепельном каре. Далеко не сразу можно было понять, что эти двое — женатая пара. Хотя их техники и спокойные, уравновешенные характеры идеально сочетались в бою и общении. Всё это о них Амане узнала много позже, а пока, для неё это были лишь странного вида посыльные.       Они почти сразу, едва отошли от храма, свернули с дороги и пошли чащобой. Непривычная к переходам, тем более, по зарослям, Амане иногда с трудом пробиралась сквозь высокую траву и ветви орешника. Но перед ней вдруг выросла фигура Шинджуро. Он обернулся на девушку с улыбкой, расчищая для неё путь впереди. Прямо за Амане, бесшумно ступая и охраняя, шагала столп Жизни — Хинаки, и ещё поодаль столп Страха — Кабуто.       Хинаки изначально могла показаться настоящим солнцем воплоти — светлый образ девушки никак не вязался с её способностями. Столп Жизни могла ненадолго заставить двигаться тела умерших и использовать их способности в бою. Причём неважно, кто служил ей марионеткой — охотники или демоны. Ей было достаточно заполучить хотя-бы одно тело.       Кабуто же отличался от всех особой жестокостью речи и техник. Столп Страха навевал на противников такой ужас, что те бывали либо парализованы, либо случался разрыв сердца, либо сходили с ума. Последнее чаще всего случалось с демонами. Твари сами отрывали и отсекали себе головы. Поколение столпов того времени пользовалось дальними техниками боя, в большинстве своём.       Шествие возглавили самые старшие и опытные столпы: Шихан и Саконджи. Оба продержались на своих должностях не меньше двадцати лет, и Урокодаки уже начал седеть, чего не скажешь о столпе Грома. — Куда мы идём?       Этот вопрос Амане прозвучал, казалось, в пустоту. Ответила Ничика, почти шёпотом: — В поместье Убуяшики. Мы поплывём по реке.       При упоминании реки, Амане немного оживились. Но… Разве эти люди оставили там плот? Не важно — в любом случае, сплавляться по реке гораздо приятнее и быстрее, чем идти пешком. Вот, в нескольких десятках метров от них, зажурчала река. А ближе, можно сказать, загрохотала — бурное течение, торчащие валуны и отсутствие любого плота. Вот то, что видела перед собой невеста лидера Организации охотников на демонов. Но седеющий Саконджи вдруг шагнул в реку и… Пошёл по воде.       За ним последовали остальные столпы, и к реке онемевшую от шока Амане подтолкнула столп Жизни, слегка надавив ладонями девушке на спину. Послушно, дочь священника ступила на воду, словно на твёрдую землю. Все провожатые были так спокойны, словно видели такое каждый день. Гёмей перебирал церковные чётки. Буйное течение не двигало их с места, и Урокодаки, вынув клинок, слегка взмахнул им. Тут же вода под их ногами понесла их… Против течения.       Столпы расселись прямо на водном потоке, положив на воду свои плащи. Мория ввёл Ничику к центру потока и Амане, повинуясь учению храма быть покорной, сняла с себя плащ и протянула Мории. Тот только приулыбнулся: — Можешь посидеть на нём. Нам плыть ещё не меньше часа.       Сам он опустился на часть плаща Ничики, ласково обняв её за плечи. Странная пара… Столп Тишины улыбнулась мужу, и пепельное каре пришло в движение, стоило появиться встречному ветру. Мория притянул её поближе, нежно уткнулся носом в мягкие волосы, что остальные столпы учтиво игнорировали. — Что, непривычно? — Кабуто неожиданно устроился рядом с Амане — Наш господин приказал охранять тебя, как зеницу ока, вот мы и прячем следы.       От кого и зачем прятать следы — совсем неясно. Но, наверное, так нужно, и Амане кивнула головой. Коротко стриженные, русые волосы столпа Страха никак не закрывали его уши от ветра, и, верно, он был достаточно закалён. — Почему ты согласилась выйти замуж за нашего господина? — вопрос, который поставил в тупик — Из-за денег, верно? Храм твоего отца на грани разорения, мы знаем. Так что не удивляйся моему к тебе отноше…       Дальше столп Страха словно потерял голос, и лишь шевелил губами. Стоило ему это осознать, он схватился руками за горло и вскочил, направляясь к Мории и Ничике. Столп Тишины едва заметно ухмылялась, и Мория преградил Кабуто дорогу: — Попробуй только.       Неожиданно, к столпу Страха вернулся голос: — Пусть только ещё раз использует свои штучки на мне, и я не посмотрю, что она брюхата! — Кабуто! — Шихан кричал у самого начала потока, который поддерживал Урокодаки — Не заткнёшься, так я пущу по воде ток! Саконджи оценит, я уверяю!       Столп Воды сохранил молчание, и Кабуто вернулся на своё место. Его примеру последовал и Мория, возвращаясь к жене. Брюхата? В том самом смысле? Тогда, что она тут делает, в охране? Но Ничика вдруг обернулась на Амане, словно могла слышать её мысли, и проговорила что-то одними губами. Что именно — навсегда осталось загадкой.       Вглядываясь в воду под ними, Амане могла видеть дно и редких рыб, обитающих в этой местности. До поместья Убуяшики ещё достаточно времени, и лучше всё сейчас обдумать. Но шумная вода мешала сосредоточиться, словно вымывала мысли из головы. Невольно, Амане чувствовала, как её клонит в сон. А может, это всё Мория…