Это было ошибкой

— Чтобы пожалеть о лени в выборе нового оружия, его нужно было сломать в самый неподходящий момент. Наверное, чтобы я пожалел о том, что так бессовестно дразню тебя, ты должен отсосать мне взаправду. — Прекрасно. *** Дилюк Рагнвиндр, двадцати двухлетний молодой человек, воин-одиночка, отважный защитник столицы и умелый стратег, во второй раз допустил непозволительную беспечность. Веселящийся по соседству Кэйа откровенно забавлялся, пытаясь выудить из угрюмого брата подробности его интимной жизни. Дилюк стучал пальцами по столу и наблюдал за свечой, отвечая односложно и максимально незаинтересованно. Нет, у него ещё не было такого опыта. Нет, он не задумывался о вопросе пола партнёра. Да, Кэйа стал первым, кто трогал его пенис. Да, ему понравилось. Нет, он не знает, способен ли удовлетворить другого мужчину до конца и, нет, его это не волнует. Кэйе не стоит ожидать от него великих свершений на постельном поприще, и это будет его вина, когда тот его разочарует своим неумением. После третьего бокала крепкого ликёра Кэйа потушил канделябр и, взяв брата за руку, повёл его на второй этаж в спальню хозяина поместья. Дилюк нервно отдёрнул руку. Столкнувшись с тем, что было ему не под силу, он предпочитал максимально абстрагироваться и спрятаться за толстой невидимой стеной. Единственное, что могло объяснить его внезапное согласие «позаботиться» о брате — намерение показать Кэйе, насколько это всё неправильно, что довести положенное до конца он не сможет и что именно Кэйа впоследствии станет тем, кто будет об этом сожалеть. А единственное, что остужало воодушевление капитана, было нежелание чувствовать себя насильником, который использует чувство вины и принуждает брата к близости. Он решился на отчаянный шаг и предложил Дилюку забыть их сегодняшний разговор, но тот в ответ пообещал скинуть младшего брата с балкона, если он даст заднюю после всего этого. Олберич издал задумчивое «о» и пожал плечами. В комнате горели масляные лампы, и их было так много, что братья отчётливо видели друг друга. Когда Кэйа полез с объятиями, Дилюк хмыкнул и положил ладонь ему на низ живота. Лучше закончить с этим всем побыстрее. От ледяного брата пахло алкоголем и ягодами. Он не нашёл признаков эрекции и раздосадовано вздохнул — каждый человек возбуждался по-своему, и он не очень хотел устраивать допрос на эту тему. Нерешительно погладил, более решительно надавил. Судя по короткому смешку Кэйи, тот, как всегда, веселился. — Диван, кресло, пол? Где хочешь? — серьёзно спросил Дилюк. — Кровать? — подсказал Кэйа, когда очевидный вариант был опущен. — Я на ней сплю, если ты вдруг не знаешь. — Тогда диван… — он не стал спорить, разорвал объятия и сел на выбранное место. Дилюк повернулся к брату боком и стал перевязывать огненную копну на голове, чтобы лишние пряди не лезли в лицо. Когда «полуночный герой» уходил на выходной, он не убирал волосы в косу. Кэйа расслабленно облокотился о спинку и погладил себя по бёдрам в молчаливом ожидании. Дилюк замедлился, и капитан пришёл на помощь. — Если снимешь рубашку, я буду наслаждаться твоим торсом и смогу возбудиться скорее. Старший брат кивнул и снял её. Как только он подойдёт к дивану, пути назад не будет. Он прикрыл глаза, собираясь с мыслями, и двинулся навстречу. Сел рядом и вернул ладонь на его пах. Кэйа многозначительно улыбнулся и без стыда залюбовался братом. Старые боевые шрамы украшали тело одинокого воина, а новые раны, оставленные ледяными кристаллами, приковывали взгляд. Рагнвиндр был очень красив и идеально сложен. Кэйа не хотел, чтобы старший братишка почувствовал себя совсем неумелым, и мысленно углубился в самые пошлые фантазии, способные его разогнать. Он позволил его руке мять и тереть свой член через плотную ткань, и вскоре это неуверенное мацанье принесло плоды. Кэйа не умел молчать. — Братик, а у тебя неплохо получается. Сразу видно, себе не отказы… — Заткнись, — предостерёг Дилюк. Он сжал бугор на штанах, и Кэйа заинтересованно притих, — неужели совсем не стыдно? — Нет, не стыдно. И вот так тоже не стыдно, — он положил ладонь на руку брата, направляя, а другой рукой стал развязывать шнурок на ширинке, — Всё хорошо, но разреши помочь. Дилюк промолчал. Осторожно опустил ладонь на трусы и почувствовал исходящее от органа тепло. Под тонкой тканью белья он смог выделить контур пениса и попытался его обхватить. Кэйа дрогнул. Постепенно ласка брата становилась более уверенной, и когда член дёрнулся в такт руке, Дилюк смело потянул за резинку трусов. В последний раз он видел член брата так близко около десяти лет назад. Дилюк стал капитаном Ордо Фавониус в четырнадцать, и с того времени у него больше не было возможности праздно купаться с Кэйей в одной ванне. Тогда Кэйа только начал обрастать редкими волосами внизу, и сейчас его брату предстал по-настоящему сформированный и эрегированный орган зрелого в этом плане мужчины. Дилюк замешкался, но продолжил ласку. Кэйа также опустил руки себе между ног. Он сжимал член у основания и гладил внутреннюю сторону бёдер, прекрасно зная собственное тело и как его возбудить. Дилюк нахмурился, но согласился играть по таким правилам. Податливый орган становился больше и горячее, и когда на головке выступила первая капля предэякулята, Дилюк молча соскользнул с дивана и расположился между чужих ног. Олберич нервно усмехнулся и погладил красные волосы. Дилюк с плохо скрываемым интересом разглядывал его член, потом потянулся ближе и осторожно поцеловал головку. Было очень странно… трогать возбуждённый половой орган другого человека, касаться его губами и языком, улавливать необычный запах, который не мог исходить ни от одной другой части тела. Он не понял, когда на место смущению пришло манящее любопытство, откуда появилась желание удовлетворить мужчину и странная уверенность в своих силах. Он обязательно подумает об этом позже. Он поцеловал головку ещё раз, ещё и ещё, облизал и позволил слюне стечь на ствол, облегчая проникновение плоти в рот. Дилюк взял глубже, и брат на пробу несильно толкнулся бёдрами. Кэйа не давил на него и не настаивал на большем, довольствуясь тем, что тот мог подарить ему в первый раз. Дилюк закрыл глаза и постарался вспомнить, как именно его ласкал более опытный брат в ту ночь несколько недель назад. Он обхватил толстый ствол губами, пощекотал языком и выпустил наружу. Отдышался и повторил манёвр. Кэйа направил руку брата на нижнюю часть ствола, которую до этого ласкал самостоятельно, и накрыл своей ладонью сверху, деликатно подсказывая, как ему нравится. Дилюк искренне старался доставить удовольствие своими скудными навыками. Он не торопился, чтобы не сбиться с выбранного темпа и на задеть нежный орган зубами. По началу Кэйю очень заводила это нерасторопная ласка, но, когда ему естественным образом захотелось ускорения и он задёргался, Дилюк лишь крепко сжал горячий пенис крепче, давая понять, что менять подход он не планирует. — Эй, братик, кажется, мы т-так не договаривались, — нетерпеливо выдал Олберич, едва не елозя задницей по дивану. Его резко прошиб пот, слишком невыносимым оказалось настолько размеренное и спокойное ублажение. Он покраснел, сжал губы, чтобы сдержать недовольное пыхтение, и выпустил напряжение, вцепившись в красные волосы. Дилюк знал, отчего его брат так нервничает. С членом во рту, он довольно улыбнулся — вот и наказание болтливому распутнику. Он держал его на грани ещё несколько мучительно долгих минут, и когда тот уже не мог сдерживать стоны, выпустил член изо рта и стал быстро и уверенно ласкать его ладонью, практически молниеносно доведя до оргазма. Кэйа едва успел опустить руку вниз, прежде чем горячо в неё излился. Перед единственно видящим глазом сверкало. Кэйа сморгнул наваждение и сфокусировался на брате, который продолжал сидеть между его ног и облизывать припухшие губы. Взгляд Дилюка был затуманен, щёки пылали, и оба брата синхронно пытались восстановить дыхание. Пока Олберич искал подходящие слова, он заметил, в каком напряжении сидел его партнёр, и в его голову закралось странное предположение, а вдруг… Ладонь Кэйи была испачкана в его собственном семени, и пока он вертел головой, выискивая оборонённое полотенце, Дилюк стянул лежащий на подлокотнике плед и помог ему вытереться. — Ты… утешен? — отстранённо спросил он, избегая смотреть младшему брату в глаз. — Что? — Я спрашиваю, достаточно ли я проявил о тебе заботу. Насколько резкое превращение вредного любовника, пытавшего его пару минут назад, в привычно хмурого брата заставило Кэйю рассмеяться. Влажный член продолжал возвышаться перед лицом сидящего на полу, а Рагнвиндр его как будто не замечал. Кэйа потянул родственника за руку, но Дилюк слишком нервно отбросил её и попытался встать самостоятельно. Младший брат не собирался сдаваться и вновь потянул руку на себя, и тогда Дилюк, не ожидав подобного, запнулся и упал на него сверху. Проворно и быстро Кэйа нашёл губы брата и утянул его в долгий и развратный поцелуй. *** На этот раз Дилюк не противился. Собственное возбуждение шумело в голове и вытесняло рациональные мысли. Он почувствовал первые признаки эрекции когда только коснулся чужого члена губами, и к тому времени, когда Кэйа начал недовольно пыхтеть, требуя ускорения, Дилюк едва сдерживался, чтобы не начать трогать себя при нём. Влажный поцелуй был неплохой альтернативой для выхода части сексуального напряжения. Рагнвиндр всё ещё не умел целоваться как следует, но и не собирался позволять Кэйе шарить у себя во рту. Их языки переплетались и пытались покорить, губы захватывали друг друга в плен. Кэйа игриво кусался, пробуя себя на вкус, и протискивался внутрь, но Дилюк был упрямее, отстаивая оборону. Когда им стало не хватать воздуха, оба синхронно прервались. Повисло молчание — рука Кэйи легла на член, выразительно выпирающий из тканевых штанов. Его глаз игриво прищурился, и он, притянув брата в объятья, вовлёк его в ещё один короткий и дразнящий поцелуй. — Братишка, а ты случайно не хочешь… — Хочу, — раздражённо согласился Дилюк и неосознанно толкнулся бёдрами навстречу проворной руке. Он шумно выдохнул, пока Кэйа заканчивал фразу: — …трахнуть меня? Дилюк застыл. На него опять обрушилось тяжёлое осознание неправильности происходящего. Он отстранился от брата и тыльной стороной ладони прикрыл свои губы, отказываясь верить самому себе. В его взгляде разгорались паника и немой ужас, и Кэйа, поняв, насколько сильным ударом оказались эти слова для невинного брата, взял ситуацию в свои руки. Он толкнул Дилюка обратно к спинке дивана и сел на его колени прежде, чем тот упёрся в него ладонями. Кэйа наклонился к его уху: — Братишка Кэйа знает, о чём говорит, чего ты испугался? Думаешь, мы и в этот раз сможем вести себя так, словно ничего не произошло? Не обманывайся. Дилюк и сам это понимал. Не важно, переспят они по-настоящему или нет, точка невозврата была пройдена. Всё стало гнусно именно в тот момент, когда он понял, что ублажение младшего брата собственным ртом его возбуждает. Глупо надеяться, что у него нашлись бы силы не вспоминать об этом вновь. И что хуже всего, Кэйа вновь увидел его эрекцию. Любые попытки оправдаться были бы излишни. Кэйа понял, что Дилюк действительно кайфовал от происходящего — то, чего в понимании Рагнвиндра нельзя допускать по отношению к члену семьи, пусть и не родному по крови. Это значит, Дилюк видел в нём не только брата, но и сексуального молодого человека. И более того, отвращения к мужскому полу Дилюк не испытывал… Кэйа также понимал, что смотреть в глаза друг другу просто как названные братья они больше не смогут. А раз одной проблемой стало меньше, он отпустил прошлые сожаления и попытался выжать из ситуации по максимуму. Он сжал бёдра Дилюка ногами, прильнул ближе и потянулся за новым поцелуем, но старший брат мотнул головой и пихнул его в грудь. Безрезультатно. Капитан хмыкнул и продолжил ломать его баррикады: — Тебе не нужно волноваться, братик, я не сломаюсь. У тебя большой член, и я уверен, такая штука просто не может быть создана для того, чтобы ты вечно теребил её в руках. Найдём ей лучшее применение? Дилюк выдохнул носом и, избегая смотреть Кэйе в глаз, опустил взгляд. Он увидел, как только что кончивший член партнёра дерзко упирался в его обнажённый живот, и застонал от бессилия. В отличие от бесстыжего капитана, Дилюку предстояло перешагнуть сразу через несколько принципов: согласиться на секс с посторонним, сблизиться именно с представителем своего пола и разделить постель с самым близким ему человеком. Слишком много за один раз. Вместо ответа Рагнвиндр неуверенно коснулся чужой плоти. Всё ещё чувствительный после оргазма пенис дрогнул, и Кэйа покрылся мурашками в предвкушении. Он позволил угрюмому братишке не отвечать вслух, выбор был кристально очевиден. Дилюк проявил большую инициативу и сам нашёл губы брата. Он нежно поцеловал их, не пытаясь проникнуть внутрь, и так же аккуратно стал гладить его тело, несмело и бережно. Потянул за низ рубашки, помогая Кэйе снять её с себя. Охнул, когда увидел красный след на груди. Если на смуглой коже брата краснота ожога была так сильно заметна, значит, Кэйе действительно было больно. Отпечаток феникса завораживал, и Кэйа не сдержал усмешки. — Всё в порядке, братец. Завтра заживёт. Я впервые испытал на себе эту силу, и мне… — Подожди, — наконец подал голос Дилюк. Во рту было сухо, язык заплетался, щёки алели с каждым новым словом. Он будто собирался сказать что-то важное, — подожди, Кэйа. Я не хочу навредить тебе. Опять. Дилюк не был совсем несведущ по теоретической части постельных забав. Он слышал, что анальный секс может быть травмоопасен. Он также резонно догадывался, что нежное и не предназначенное для этого отверстие нужно подготавливать. Однако Дилюк решительно не понимал, какой от всего этого толк. Если активный партнёр в анальном сексе получает более узкий проход, то принимающий… Его вычисления отобразились на лице, и Кэйа весело хохотнул над его ухом, отвлекая от бесполезных переживаний. — О-о… Мой братишка Дилюк такой заботливый, из него получится особенно чуткий любовник, — он не мог перестать подтрунивать над братом. Серьёзное отношение Дилюка к процессу подкупали, поэтому Кэйа сбавил обороты, — не волнуйся. Мне понадобится немного масла, скажем, массажное, но ароматическое тоже подойдёт. В комнате есть масло? — Должно быть, — тихо отозвался Дилюк и вновь приник с поцелуем. Ему понравилось целоваться. Было что-то невероятно заводящее в том, чтобы касаться губ другого человека, почти так же возбуждающее, как если бы Кэйа опять решил взять в рот его… Кэйа смекнул первым, что губы его старшего брата были его эрогенной зоной, и начал страстно их посасывать, прикусывать и лизать. Дилюк вымученно простонал, и его член, казалось, вот-вот разорвёт штаны. — Хорошо. Сходи за маслом. Я буду ждать на кровати. Разберёмся с этой штукой, — нахальный брат толкнулся бёдрами, задевая пенисом бугор в штанах, резво слез с Дилюка и вальяжно прошествовал к кровати. Дилюку потребовалось время, чтобы собраться с мыслями. Его губы горели, слишком яркими были воспоминания, что он делал ими несколько минут назад. Он взял себя в руки и подошёл к шкафам и комодам. Ему как-то дарили что-то похожее на массажное масло, но это было много лет назад, и вещицу ещё следовало поискать. Боковым зрением он видел фигуру на кровати, но когда он понял, что то был полностью обнажённый Кэйа, пальцы которого что-то делали в нижней части тела, он чуть не выронил плетёную шкатулку из ослабших рук. Раздающиеся с кровати надрывные стоны отзывались волнами желания, которые сплетались в горячий ком внизу живота, текли к яйцам и взрывались где-то в основании члена, и поэтому мешали сконцентрироваться на поиске. — Иди сюда, братик Дилюк, — голос выдернул его из мыслей и он, осознав, что уже давно нашёл нужный флакон, с красным от смущения лицом двинулся к кровати. Кэйа лежал на спине с подушкой под поясницей, его ноги были разведены и согнуты в коленях. Два пальца правой руки блестели от слюны, и Рагнвиндр чуть не задохнулся, когда до него дошло, для чего это было нужно. Капитан, соблазнительно улыбаясь, протянул эту руку за маслом, и слишком смутившийся Дилюк тут же передал ему флакон. Тело капитана Кэйи было прекрасно. У него были длинные ноги с едва заметными на смуглой коже волосками; невероятно тонкая, совсем как у девушки, талия; от пупка вниз вела дорожка тёмных волос, которые густо покрывали его лобок. Дилюк еле заставил себя оторвать взгляд от его мужского естества, и тогда ему на глаза вновь попались вызывающие тёмно-коричневые соски. Он быстро разделся и накрыл собой тело младшего брата. Поцеловал в губы и опустился ниже, обхватывая левый сосок губами и зажимая в пальцах правый. Кэйа, не ожидавший покушения на эту часть тела, коротко ахнул и что-то простонал. Его член дёрнулся навстречу партнёру, и так как поза стала неудобной для подготовки, он с ней закончил. Он добавил масла на ладонь, чтобы обхватить горячий ствол будущего любовника. Ещё растягивая себя, Кэйа понял, что будет больно — слишком давно не занимался сексом в пассивной роли, — поэтому как следует втирал масло в узкий проход и обильно растирал его по чужому пенису. Когда Дилюк толкнулся бёдрами в его руку, Кэйа усмехнулся и прекратил ласку. — Ну-ну, мы же не хотим, чтобы всё закончилось так быстро. Я готов, братишка Дилюк, остальное за тобой, — обворожительно улыбнувшись, он подмигнул левым глазом и подхватил себя под коленями, раскрывая тело. От представшей перед ним картины Дилюк забыл как дышать, он и в самых смелых фантазиях не мог предположить, что его младший брат может быть таким горячим, таким желанным. Таким… Он пристроился бёдрами к его заду и медленно, направляя член рукой, осторожно начал проникновение. Скользкое масло облегчило вход, но внутри чужого тела было так узко, что Дилюку пришлось сжать свой член, чтобы не кончить раньше времени. Кэйа задержал дыхание, пережидая неприятный спазм в нижней части тела, когда его сфинктер оказался насильно раскрыт извне. Всё-таки больно. Он мотнул головой, чтобы тёмные волосы упали на его глаз и скрыли застывшее в них выражение. Жест не остался незамеченным, и Дилюк, прекратив движение, с волнением спросил: — Эй, всё в порядке? Подожди. Ты… уверен? — Хах, братишка, не на того напал, — слишком резко выпалил он и вымученно простонал. Дилюк нахмурился, собираясь возразить, но Кэйа обогнал: — Всё в порядке, честно! Только давай сменим позу! Ты не пожалеешь! Я больше люблю сзади. Дилюк, которого прервали на полпути, недовольно хмыкнул, но согласился. Через пару мгновений Олберич уже полулежал на коленях, выставив напоказ блестящее розовое колечко. На этот раз большой член Дилюка быстро преодолел сопротивление. Стало не так узко, Кэйа не соврал, что в новой позе будет проще. Старший брат положил руки на его бёдра, впервые углубляясь до конца, и Кэйа судорожно застонал в подушку. Рагнвиндр был одарён приличным размером, и в голове беспечного капитана пронеслось что-то похожее на «ну вот я и доигрался». В предвкушении незабываемых ощущений он не смог сдержать очередного стона. Заниматься сексом с другим человеком оказалось приятно, в разы приятнее, чем с собственной ладонью. Внутри тела было горячо и влажно от масла, нежное колечко мышц постоянно сжималось, не способное полностью расслабиться под неумолимым напором. Давление на возбуждённый орган отрезвило Дилюка, и он с новой силой принялся толкаться в чужое нутро. Он входил до самого конца и крепко удерживал извивающегося брата. Ещё и ещё. Толчок за толчком он вышибал из Кэйи полустоны-полувсхлипы, пока тот отчаянно дёргал ногами и яростно дрочил себе рукой. Для Кэйи, который несколько лет не был в сексе принимающей стороной, вынести голодный напор брата, впервые пробующего чужое тело, было неожиданно сложно. Фрикции были беспорядочными и грубыми, они вышибали воздух из лёгких и раздирали натянутый проход. Безрезультатно он сводил ноги, безрезультатно растянутый ректум пытался вытолкнуть вторженца. Задыхаясь, Кэйа попросил добавить масла, но даже новая порция смазки не помогла сбавить напряжение. Кэйа любил грубо, от подобной животной страсти его член твердел и дёргался, но всё равно это было больно. Всё произошло слишком внезапно, и он не был готов как следует — о какой подготовке может идти речь, если у него было в запасе пять минут. Он прикусил край подушки, на глазе выступили слёзы. Он сжимал пальцы на ногах и прогибал спину, но, как назло, Дилюк беспощадно вцепился в его хрупкую талию и не позволял отстраняться. Когда Кэйа услышал редкие и низкие стоны, а толчки замедлились, он с запозданием осознал, что Дилюк собирается кончить внутрь. Конечно, они не обговорили этот момент заранее, и всё равно… Он резко стал сопротивляться всем телом, не в силах сформулировать возмущение сквозь стоны, но почувствовал, как твёрдый член любовника задёргался внутри его тела. Кэйа зажмурился и попытался утопиться в подушке, теперь была его очередь переживать возмутительно сильное смущение. Дилюк взял всё, что младший брат безрассудно ему предложил. Он оттрахал его до звёзд перед глазами, словно пытался за один акт выплеснуть всё то сексуальное напряжение, что копилось в нём несколько лет подряд. О том, что не стоило изливаться внутрь, он не успел подумать — оргазм накрыл его с головой, он громко застонал, наваливаясь на Кэйю сверху и подминая его под себя. Пот стекал по его груди и растворялся в волосах под пупком. Всё тело горело, воздуха не хватало, и только от брата веяло спасительной прохладой. Когда он пришёл в себя, то заметил, как Кэйа всё ещё отчаянно пытался приласкать свой член, зажатый между матрасом и весом двух тел. Дилюк усмехнулся, с некоторой неохотой выскользнул из его тела и повернул брата на спину. Кэйа прикрыл глаз одной рукой, а другой почти агрессивно надрачивал себе, безумно желая разрядки. Красная дырочка продолжала сжиматься вокруг внезапной пустоты. Старший брат решил помочь, и стоило его горячей руке обхватить пенис Кэйи, тот излился себе на живот. Спермы было меньше, чем после минета, но оргазм был интенсивнее и длился дольше. Кэйа напрягся всем телом, выгнул спину и приоткрыл рот, больше не в силах стонать. Когда всё закончилось, Дилюк аккуратно поцеловал его в щёку, чтобы Кэйа пришёл в себя. Убрал прикрывающую лицо руку и тихо ахнул, когда понял, что его брат плакал. Ласково сцеловав капельки слёз, он лёг рядом. В горле першило, говорить не хотелось. В голове возникали странные ассоциации навроде огненной стрелы, долбящейся в кусок льда и безжалостно превращающий его в воду. Дилюк устало рассмеялся этому бреду и почувствовал, как брат прильнул немного ближе. Кэйа едва заметно дрожал в ногах и слабыми пальцами бесцельно размазывал сперму по животу. — Всё в порядке? Тебе… было больно? — тихо спросил Дилюк, чувствуя ответственность за нынешнее состояние брата, который был непривычно тих и вял, — я не ранил? Дай мне посмотреть. Если там кровь, нужно принять меры. Очень медленно Кэйа открыл левый глаз, сморгнул влагу с ресниц и помотал головой. Он врал. Ему было больно. Приятно тоже было, даже больше. Его простата получила по полной программе, да только и задница с лихвой наелась приключений, на которые нарывалась. Не став настаивать, Дилюк вздохнул. Это было второе поражение Кэйи за день. — Отдыхай, я принесу воды. Капитан кивнул и лениво повернулся на бок. Надо же, чтобы он перестал язвить и дурачиться, чтобы наконец-то угомонился, его стоило лишь хорошенько оттрахать до двух оргазмов. Об этой черте спесивого родственника Дилюк не знал. Как интересно… Рагнвиндр с неохотой выполз из постели, надел штаны и покинул комнату. Он был слишком правильным, чтобы не позаботиться о умаявшемся любовнике. Выжатый до последней капли, Кэйа принял ухаживания старшего брата, выпил воды из кувшина и позволил обтереть себя влажным полотенцем. Дилюк аккуратно вертел его, попутно осматривая возможные раны. Засмотрелся на красную подрагивающую дырочку, с которой, к счастью, ничего серьёзного не случилось. Когда ткань добралась до ануса, Кэйа, вспомнив, что чужое семя всё ещё находилось внутри, фыркнул и выдернул полотенце. — А по тебе не скажешь… — Дилюк усмехнулся его реакции, — …не скажешь, что ты, как бы сказать… предпочитаешь быть снизу. Не дёргайся. Отдыхай. — Мне нравятся обе роли, — впервые после секса подал голос Кэйа. Он слегка хрипел от усталости, но поговорить с братом о непристойностях хотелось больше. Он не мог поверить, что невидимая стена непорочности и правильности, которую Дилюк выстроил вокруг себя, рухнула, и что он был готов обсуждать такие вещи, — но что мне не нравится, дорогой братец, так это ощущать сперму у себя в заднице. — О. Не подумал об этом. Прости, — сконфузившись, растерянно ответил Дилюк и стал устраиваться рядом. Его брат показал, что справится с этой проблемой самостоятельно, и Дилюк, не став настаивать и продолжать смущать его, спросил, — Кэйа. Ты сожалеешь? Ты сказал, что чтобы ты пожалел о том, что дразнишь меня, я должен тебя приласкать. — Мм… — Кэйа задумался и поджал губы. Через пару секунд они растянулись в самодовольной и победной ухмылке, — нет. Не сожалею. А ты? — И я не сожалею. Странно. Давай спать. — Спокойной ночи, братишка Дилюк, — кратко сказал он и медленно стал выбираться из кровати, морщась от боли в заднице и тихо пыхтя. Дилюку захотелось его остановить, но он вовремя передумал. Возможно, младший брат был смущён всем этим и решил ночевать в бывшей когда-то своей комнате. Рагнвиндр закрыл глаза и стал проваливаться в сон. Через некоторое время он почувствовал, что возвратившийся Кэйа потушил лампы и аккуратно устраивался рядом. Дилюк с трудом открыл один глаз, чтобы понять, что происходит. Так же через силу он оторвал тяжёлую голову от подушки. — Спи, — тихо усмехнулся Кэйа, — я просто отходил. Ты споил мне три коктейля. — О…