Перепалка
1 июля 2021 г., 20:50
На следующий день всё не задалось с самого утра. Волшебный потолок в Большом зале был затянут скучными серыми облаками. Четыре обеденных стола, как полагается, были уставлены мисками с овсяной кашей, тарелками с копчёной селёдкой, тостами, блюдами с яичницей и жареным беконом. Гарри, Рон и Сабрина сели за свой стол рядом с Гермионой, уткнувшейся в любимую книжку «Встречи с вампирами». Она всё ещё сердилась на мальчиков из-за противозаконного перелёта, судя по тому, как сухо поздоровалась с ними. Невилл же Долгопупс, увидев их, напротив, расцвёл улыбкой.
—Вот-вот прибудет почта, — сказал он. — Бабуля должна прислать кое-какие вещи, я не всё захватил.
И действительно, не успели ребята приняться за завтрак, как над головой зашумели крылья влетевших сов, их была сотня, не меньше. Они кружили по залу, протяжно кричали, заглушая голоса мальчишек и девчонок, и роняли там и здесь письма и посылки. Один увесистый пакет хлопнулся прямо на голову Невилла, и тут же что-то большое, лохматое упало в кувшин Гермионы, забрызгав всех молоком и осыпав перьями.
—Стрелка! — воскликнул Рон, вытащив мокрую, грязную сову из кувшина за лапы. Сова лежала на столе неподвижно, лапы кверху, держа в клюве мокрый красный конверт. — Какой ужас!
—Всё в порядке, она дышит, — сказала Гермиона, поглаживая сову кончиком пальца.
—Я не об этом. Я вот о чём! — Рон указал на красный конверт.
По мнению Гарри, ничего особенного в конверте не было. Но Рон с Невиллом глядели на него так, как будто он вот-вот взорвётся.
—В чём дело? — спросил Гарри.
—Она… она прислала мне Громовещатель, — прошептал Рон.
—Скорее открывай, — так же тихо проговорил Невилл. — А то будет хуже. Моя бабуля тоже однажды прислала такое письмо. А я совсем про него забыл. Так что было!
—А что такое Громовещатель? — Гарри перевёл взгляд с испуганных лиц друзей на красный конверт.
Рон, не отрываясь, смотрел на письмо, которое уже начало с углов дымиться.
—Открывай! — толкнул Рона Невилл. — Сейчас вспыхнет!
Рон протянул к конверту дрожащую руку, вынул его из клюва совы и распечатал. Невилл заткнул пальцами уши. И в тот же миг Сабрина поняла почему. Сначала ей показалось, что письмо взорвалось: громадный зал наполнился грохотом, от которого с потолка посыпалась пыль. Но скоро она различила в грохоте слова:
«…украсть автомобиль, — гремело письмо. — Я не удивлюсь, если тебя исключат из школы. Погоди, я до тебя доберусь. Думаю, ты понимаешь, что мы пережили, не найдя машины на месте…»
Миссис Уизли кричала в сто раз громче, чем обычно; ложки и тарелки подпрыгивали на столах от её голоса, который ещё усиливало эхо, отражённое каменными стенами. Сидевшие за столами вертелись на стульях, ища глазами несчастного, получившего это послание. Рон от стыда почти сполз со стула, так что был виден только его пунцовый лоб. А письмо продолжало:
«…вечером… письмо от Дамблдора. Я думала, отец от огорчения умрёт. Мы растили тебя совсем в других правилах. Вы ведь с Гарри могли оба погибнуть!»
Сабрина заткнула уши. Терпеть звуки, которые раздирали барабанные перепонки, она больше не могла.
«…абсолютно чудовищно. Отца на работе ждёт разбирательство, и виноват в этом ты. Если ты совершишь ещё хоть один подобный проступок, мы немедленно заберём тебя из школы».
На этом письмо кончилось, и в зале воцарилась звенящая тишина. Красный конверт, выпавший из рук Рона, вспыхнул, и от него осталась горстка пепла. Гарри с Роном сидели, вытаращив глаза и отдуваясь, как будто их только что окатило волной прибоя. Многие смеялись, но скоро за столами опять возобновилась непринуждённая болтовня.
Гермиона захлопнула книгу и вперилась в Рона.
—Не знаю, что ты ожидал, Рон. Но ты…
—Не говори мне, что я это заслужил, — выпалил Рон.
Сабрина наконец смогла убрать руки от ушей. Она посмотрела сначала на Гарри, затем на Рона, затем снова на Поттера.
—Теперь я всё понимаю, но мне будет интересно послушать, почему вы так поступили, —произнесла она и наконец принялась за завтрак.
***
Гарри, Сабрина, Гермиона и Рон вышли из замка, миновали огороды и поспешили к теплицам, где росли волшебные цветы и травы. Громовещательное письмо сделало, по крайней мере, одно доброе дело: Гермиона сочла, что мальчики с лихвой наказаны, и стала опять, как всегда, милой и приветливой. Подойдя к оранжерее, они увидели у дверей весь их класс, дожидавшийся профессора Стебль. В ту же минуту появилась и сама профессор; вместе с Златопустом Локонсом, они шли по газону со стороны Гремучей ивы. В руках у профессора Стебль были бинты и гипсовые повязки. Профессор Стебль была маленькая, кругленькая ведунья в чинёной-перечиненой шляпе на растрёпанных волосах; платье у неё вечно было в земле, а при виде её ногтей тётя Петунья упала бы в обморок. Златопуст Локонс, напротив, был, как всегда, безупречен, его бирюзовый плащ развевался, золотистые локоны переливались под идеально сидевшей шляпой того же цвета, отделанной золотой каймой. —Всем привет! — с сияющей улыбкой приветствовал он учеников ещё издали. — Я показывал профессору Стебль, как вылечить Гремучую иву! Но, пожалуйста, не подумайте, что профессор меньше меня разбирается в травологии! Просто мне доводилось иметь дело с экзотическими растениями во время моих странствий… —Дети, теплица номер три! — распорядилась профессор Стебль, явно расстроенная. В ней сегодня не было и следа обычного, живого и приветливого, расположения духа. Ребята довольно зашумели. В прошлом году они занимались только в теплице номер один. В теплице номер три растения были куда более интересные, даже опасные. Профессор вынула из-за пояса большой ключ и отперла дверь теплицы.***
К концу урока все были в поту, выпачканы землёй, с непривычки болели руки. Грязные, усталые, ребята дотащились до замка, приняли душ, и гриффиндорцы отправились на урок трансфигурации.***
После урока друзья пошли в столовую обедать. Гермиона показала им целую горсть превосходных пуговиц для пальто, которые получила на уроке трансфигурации. —Что у нас во второй половине дня? — спросил Рон. —Защита от тёмных искусств, — тотчас отрапортовала Гермиона. —А почему это у тебя напротив всех уроков Локонса маленькие сердечки? — спросил Рон, выхватив из рук Гермионы её расписание. Гермиона вырвала у него листок с расписанием и густо покраснела. Рон нахмурился. —Сабрина, можешь показать своё расписание? — попросил он. Девочка молча протянула ему листок, а Рон, быстро взглянув на него, облегчённо выдохнул и вернул расписание Сабрине. После обеда все четверо вышли во двор, небо было затянуто хмурыми тучами. Гермиона села на каменные ступеньки и опять уткнулась в свои «Встречи с вампирами». Гарри с Роном стояли рядом, беседуя о квиддиче, а Сабрина их слушала, лишь изредка добавляя что-то от себя. Скоро Гарри и Сабрина почувствовали на себе чей-то пристальный взгляд. Подняв глаза, они увидел того самого мальчика с волосами мышиного цвета, от которого Сабрина пряталась. Мальчик смотрел на ребят, вытаращив глаза, как будто заворожённый. В руке он сжимал фотокамеру. Сабрина поёжилась, вспоминая тот день. Поймав взгляды ребят, он покраснел как рак. —Не сердитесь. Я Колин Криви, — произнёс он на одном дыхании, нерешительно шагнув вперёд. — Я — тоже гриффиндорец. Как вы думаете… как вы посмотрите на то… если я сделаю снимок? — поднял он камеру. —Снимок? — недоумённо переспросил Гарри. —Ну да, снимок. В доказательство того, что мы с вами знакомы, — продолжал Колин, приблизившись ещё на шаг. — Я всё о вас знаю. Мне столько о вас рассказывали: как Сами-Знаете-Кто хотел убить вас, как вы чудесно спаслись, а он навсегда исчез, и всё такое… Что у Гарри на лбу есть метка, похожая на молнию, а у Сабрины — на запястье в виде руны. А ещё про Искру Гармонии… А один мальчик из нашего класса сказал, что если проявить плёнку в особом растворе, то фотографии будут двигаться. — Колин от избытка чувств вздохнул со всхлипом и продолжал: — Как здесь замечательно! Дома со мной происходили странные вещи, а я и не знал, что это — волшебство. Но потом получил письмо из Хогвартса и всё понял. Мой папа — молочник, так он и сейчас не верит в магию. Я хочу послать ему много-много всяких фотографий. Будет здорово, если он получит ваши, — он умоляюще взглянул на ребят. — А твой друг не мог бы сфотографировать меня вместе с вами, чтобы я стоял между вами? А вы могли бы подписать фото? —Подписать фото? Поттер и Эйлертсон раздают свои фотографии с автографом? Громкий насмешливый голос Драко Малфоя гулко разнёсся по двору. Он остановился позади Колина в сопровождении двух верных дружков, Крэбба и Гойла, по виду настоящих головорезов. —Спешите занять очередь! — надрывал глотку Малфой, обращаясь к ученикам, наполнившим двор. — Гарри Поттер и Сабрина Эйлертсон раздают автографы! — а затем сладко пропел. — Мне одну фотографию мисс Эйлертсон с её автографом, — и залился смехом. —Замолчи, Малфой. Ничего мы не раздаём, — ледяным голосом парировала Сабрина. —Тебе просто завидно. А ещё, мне кажется, что ты ревнуешь Сабрину к Гарри, — выпалил Колин, чьё туловище было едва ли толще шеи Крэбба. От такого заявления все, кто стоял во дворе, замерли. Одни смотрели удивлённо, другие — испуганно, третьи — с любопытством. Сабрина закашлялась от возмущения, а Гарри покраснел. Девочка посмотрела на Малфоя, которого Колин, похоже, застал врасплох. Хотя, скорее всего, Драко тоже изумило заявление первокурсника. Крэбб и Гойл еле подавили улыбки, а растерянный Малфой тут же напустил на себя непроницаемый вид. Сабрина поняла, что это не к добру. Сейчас наверняка подерутся. —Мне? Завидно? Я? Ревную?! — Драко больше не кричал, его и так уже слушал весь двор. —Да-да, ты! — не унимался Колин. — Завидуешь, потому что они знамениты. А Гарри ты завидуешь больше, потому что Сабрина с ним дружит, а с тобой — нет! А ты влюбился, потому что она красивая, смелая, умная… Ай! Криви не смог закончить свою убийственную тираду, так как Сабрина ущипнула его за шею. —Колин, ты перегибаешь палку! — процедила она, видя, как Малфой краснеет от злости с каждым словом гриффиндорцев. —Ты пожалеешь об этом, мерзавец! — прошипел Драко. — Вы слышали его? Я влюбился?! Ха-ха-ха! Да я… —Малфой, успокойся! Мы и так всё понимаем! — зло выкрикнула Сабрина. Она сейчас была очень зла на Малфоя и на Криви, поэтому боялась, как бы её дар сейчас не вырвался наружу. Но спасение пришло с самой неожиданной стороны. —Что, что тут происходит? — Златопуст летел, точно синяя птица, бирюзовая мантия развевалась за спиной, как сохнущее на ветру бельё. Сабрина никогда не была так рада появлению Локонса. Сейчас она в какой-то степени была благодарна ему. Ребята хотели было объяснить происходящее, но Локонс обхватил их за плечи и, улыбнувшись во всю ширь белозубого рта, пропел: —Можно было бы не спрашивать! Мы опять пересеклись с вами! И тут, к облегчению ребят, прозвенел звонок на урок. —Идите в классы! Быстрее! — скомандовал Локонс и сам устремился ко входу. Все, раздосадованные тем, что эта перепалка так и не закончилась, разбрелись в разные стороны. Гарри, Рон и Гермиона пошли вслед за Локонсом, а Сабрина, бросив на Драко испепеляющий взгляд, бросилась догонять друзей. Почему-то сейчас она чувствовала себя виноватой в том, что произошло. Конечно, Малфой стал инициатором этого «скандала», но ей, кажется, не помешало бы «остудить» Драко.
