Связанные судьбой. Книга вторая.

      —Когда мы варили Оборотное зелье, она ведь всё время была рядом, в последней кабинке, — сокрушался Рон на следующее утро во время завтрака. — Мы могли обо всём её расспросить. А теперь…       Найти пауков было непросто. Но сейчас добраться до убежища Миртл ещё труднее. Надо миновать дозорных, надолго скрыться от бдительного ока преподавателей, иначе разговора не получится, да и туалет Плаксы Миртл расположен в двух шагах от места нападения на Джастина и Миссис Норрис. Друзья безуспешно ломали голову над неразрешимой, казалось, задачей.       Но на первом уроке МакГонагалл объявила им пренеприятную новость, и они думать забыли — впервые за эти недели — про зловещую Комнату: через неделю, первого июня начнутся экзамены.       —Экзамены? — ужаснулся Симус Финниган. — У нас ещё будут экзамены?       За спиной Сабрины что-то грохнуло. Невилл Долгопупс выронил волшебную палочку, и одной из ножек его стола как не бывало. Взмахом палочки профессор МакГонагалл привела стол в порядок и повернулась к Симусу.       —Если школа до сих пор не закрыта, так только для того, чтобы вы не остались неучами, — сказала она строго. — Экзамены состоятся как обычно, и я надеюсь, что вы будете усердно готовиться.       Ребята и подумать не могли об экзаменах. Класс зашумел, и профессор МакГонагалл сурово нахмурилась.       —Я хочу подчеркнуть: профессор Дамблдор предписал соблюдать заведённые порядки, разумеется, насколько возможно. А это включает проверку усвоенных за год знаний.       У Рона был такой вид, словно он получил приказ немедля поселиться в Запретном лесу.       —Вы только представьте, как я сдаю экзамены вот с этим, — он показал друзьям свою увечную волшебную палочку, которая как раз в этот миг задребезжала и издала свист.       За три дня до экзаменов профессор МакГонагалл сделала за завтраком ещё одно объявление.       —У меня хорошие новости, — начала она, и притихший было Большой зал взорвался криками.       —Дамблдор возвращается! — шумно обрадовались многие.       —Поймали наследника Слизерина! — воскликнула какая-то девушка за столом Когтеврана.       —Матчи по квиддичу возобновляются! — вопил Вуд.       —Профессор Стебль известила меня, — продолжала МакГонагалл, когда гвалт стих, — что мандрагоры наконец-то созрели и готовы к употреблению. Уже вечером мы сможем вернуть к жизни всех претерпевших заклятие Оцепенения. Хочу вам напомнить, что одна из жертв, по-видимому, знает, кто именно на них напал. Горячо надеюсь, что этот кошмарный год успешно завершится поимкой преступника.       Зал радостно зашумел. Сабрина не удержалась и бросила взгляд на слизеринцев: Драко Малфой не спешил присоединиться к общему ликованию. А вот у Рона лицо первый раз за много дней озарилось улыбкой.       —Может, нам и не придётся расспрашивать Миртл! — сказал он Гарри. — У Гермионы наверняка есть ответы на все вопросы. Ох, что с ней будет! Экзамены через три дня, а она не готовилась! Я бы на их месте не стал её оживлять, подождал, пока экзамены кончатся!

***

      После полудня Златопуст Локонс сопровождал их на историю волшебства.       Локонс, сто раз на день повторявший, что опасности больше нет, был искренне убеждён, что платит непомерную цену за дежурства и другие охранные меры: волосы у него были не завиты и золотом не отливали — ещё бы, ведь он полночи провёл на ногах, патрулируя четвёртый этаж.       —Помяните моё слово, — начал он, когда класс свернул за угол, — первое, что скажут ожившие изваяния: «Это был Хагрид». Говоря откровенно, я поражаюсь, почему профессор МакГонагалл до сих пор не отменила эти обременительные меры безопасности.       —Полностью согласна с вами, сэр, — поддакнула Сабрина, отчего Рон и Гарри в изумлении выронили книги.       —Спасибо, Сабрина, — благосклонно ответил Локонс и остановил гриффиндорцев, пропуская длинную колонну пуффендуйцев.       —К чему все эти ночные бдения, прогулки с учениками между уроками, у преподавателей и без того хватает дел! Излишняя предосторожность!       —Вы совершенно правы, сэр, — кивнул Гарри, вникнув в план подруги, и тут Рон смекнул, что к чему.       —Почему бы, сэр, вам прямо сейчас не отказаться от этой чепухи? — сказал он. — Осталось всего-то пройти один коридор…       —А ты знаешь, Уизли, я, пожалуй, последую твоему совету, — решил Локонс. — Мне надо пойти подготовиться к следующему уроку.       И Локонс поспешно удалился.       —Подготовиться к уроку! — хмыкнул ему вслед Рон. — Волосы пошёл завивать…       Сделав вид, что ищут что-то в карманах, друзья подождали, пока класс их обгонит, повернули обратно и стремглав бросились к туалету Плаксы Миртл. Всё пока шло как по маслу.       —Эйлертсон! Поттер! Уизли! Что вы здесь делаете? — остановил их грозный голос профессора МакГонагалл.       —Мы тут… Мы это… — замялся Рон. — Мы собирались пойти…       —Повидать Гермиону, — пришёл другу на помощь Гарри.       И Рон, и Сабрина, и профессор МакГонагалл взглянули на него с нескрываемым удивлением.       —Мы её не видели сто лет, профессор, — наступив Рону на ногу, продолжал как ни в чём не бывало Гарри. — И решили потихоньку сбегать в больничное крыло… Поймите, мандрагоры уже поспели… и… стало спокойнее…       Профессор МакГонагалл какое-то время внимательно глядела на него, Сабрина ожидала, что сейчас последует очередное увещевание. Но МакГонагалл заговорила тихим, прерывающимся голосом.       —Да… разумеется… я понимаю, как это тяжело друзьям… Конечно, Поттер, конечно, пойдите навестить мисс Грэйнджер. Я извещу профессора Бинса о причине вашего отсутствия. Скажите мадам Помфри, что я разрешила… — и на её всегда строгие глаза, к изумлению ребят, навернулись слёзы.       С трудом веря, что удалось избежать неприятностей, друзья свернули за угол и отчётливо услышали, как профессор МакГонагалл, шмыгнув носом, высморкалась.       —Здорово! — произнёс Рон с чувством. — Лучше ты ещё ничего не выдумывал!       И друзья зашагали в больничное крыло, постучали в дверь и сказали в щёлку мадам Помфри, что профессор МакГонагалл позволила им навестить Гермиону.       Мадам Помфри пустила их, правда с большой неохотой.       —Какой смысл навещать оцепеневших, — проворчала она.       И ребята, присев возле Гермионы, признали её правоту. Гермиона не подавала ни малейших признаков жизни и, конечно, не сознавала, что у неё гости. Сказать ей, что совсем скоро всё будет хорошо, — всё равно что говорить с её тумбочкой.       —Вот было бы здорово, если бы она видела преступника, — Рон печально глядел на неподвижное лицо Гермионы. — Ведь если он сбежал из замка, никто никогда не узнает…       Но Сабрина смотрела не на лицо, а на правую руку, лежащую поверх одеяла, пальцы были сжаты в кулак, из кулака что-то торчало. Девочка наклонилась и увидела клочок бумаги.       Не сомневаясь, что мадам Помфри где-то рядом, она молча указал на него Гарри и Рону.       —Постарайся вытащить, — шепнул Гарри, а Рон передвинул свой стул, чтобы заслонить Сабрину. И стал следить за дверью — вдруг кто войдёт.       Дело оказалось довольно трудным. Пальцы Гермионы крепко держали бумагу, девочка потянула кончик, боясь оторвать. Отпустила, потянула одну сторону, потом другую, опять отпустила, и наконец после долгих усилий высвободила бумажку из окаменевших пальцев.       Это была страница, вырванная из какой-то очень старой библиотечной книги. Сабрина торопливо разгладила её.       »…из многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также ещё именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несёт путём диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, даден ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую и в муках великих. Особливо боятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…»       Под этими строками рукой Гермионы — гриффиндорка сразу узнала её почерк — выведено всего одно слово «Трубы». И тут для друзей как будто во тьме вспыхнул свет!       —Гарри, Рон, — выдохнула Сабрина. — Вот оно! Ведь это ответ! Чудище Тайной комнаты — василиск, гигантская змея! Вот почему ты единственный, Гарри, кто слышит голос. Ведь ты здесь один понимаешь змеиный язык.       Она оглядела другие кровати.       —Василиск убивает людей взглядом. Но он пока никого не убил. Наверное, потому, что никто из них не смотрел ему прямо в глаза. Колин видел его через глазок фотокамеры, василиск сжёг вставленную в неё плёнку, но самого Колина убить не смог, только обратил в камень. Джастин… Джастин, скорее всего, смотрел на василиска сквозь Почти Безголового Ника! Весь заряд василиска пришёлся на Ника, но Ник-то второй раз умереть не мог! А рядом с Гермионой и старостой Когтеврана, помнишь, лежало зеркальце. Гермиона догадалась, что чудовище из Тайной комнаты — василиск. Спорим на что угодно — она сказала первому, кого встретила, давай на всякий случай заглянем за угол с помощью зеркала. Девушка достала зеркальце, а дальше — сами знаете…       —А Миссис Норрис? — сгорая от любопытства, спросил Рон.       Гарри и Сабрина задумались, пытаясь вызвать в воображении всё, что происходило в ту памятную ночь Хэллоуина.       —Вода… — проговорил Гарри медленно. — Помнишь, тогда затопило туалет Плаксы Миртл? Уверен, Миссис Норрис видела только отражение в воде…       Он забрал листок из рук подруги и ещё раз подробно перечитал страничку, всё глубже вникая в смысл.       —»…страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…» А петухи-то Хагрида были все перебиты! Наверное, наследник Слизерина постарался: ведь василиска, скорее всего, он выпустил на свободу! И смотри, что дальше: «Особливо боятся Василиска пауки…» Ну всё, всё сходится!       Рон потеребил собственное ухо и опять спросил:       —Но как этот василиск передвигается по замку? Здоровенная змеюга… кто-то, наверняка, должен был его заметить…       Сабрина указала на слово, второпях написанное Гермионой внизу страницы.       —Трубы, — сказала она.       —Знаешь, Рон, — тихо начал Гарри. — василиск ползает по трубам, встроенным в стены замка. Теперь я понял: тот голос я слышал именно сквозь стену…       Рон схватил Гарри за руку.       —Вход в Тайную комнату! — от волнения у него сел голос. — Что, если он в туалете? А вдруг это…       —…туалет ПЛАКСЫ МИРТЛ! — закончили за него Гарри и Сабрина.       Друзья сидели, потрясённые, боясь поверить собственной догадке. Гарри нервно потёр лоб:       —Значит, в школе кто-то ещё говорит на змеином языке. Это, конечно, наследник Слизерина. Потому он и может повелевать василиском.       —Что же нам делать? — Глаза Рона горели. — Пойти прямо к МакГонагалл?       —Да, скорее в учительскую! — Гарри вскочил на ноги. — Она придёт туда через десять минут. Сейчас будет звонок.       Друзья побежали вниз. Им не хотелось, чтобы кто-нибудь застал их в этом коридоре, да ещё во время урока. Преодолев робость, они вошли в пустую учительскую. Это была большая комната, обшитая деревянными панелями, уставленная креслами чёрного дерева. Но друзья не стали садиться, слишком были взволнованны. Ходили по комнате, ожидая звонка. Однако звонок на перемену так и не прозвенел.       Вместо него эхом прокатился по замку усиленный мегафоном голос профессора МакГонагалл:       —Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее.       Гарри обернулся к друзьям:       —Неужели новое нападение?       —Что будем делать? Пойдём в спальню?       —Нет, — ответила девочка, оглядываясь.       Слева от них высилось разлапистое сооружение, увешанное мантиями преподавателей.       —Давайте спрячемся сюда. Послушаем, что произошло. А потом расскажем, что мы нашли.       Друзья укрылись среди мантий, слыша над головой, этажом выше, топот многих десятков ног. Скоро дверь учительской распахнулась, и в щёлки между складок отдающих затхлостью мантий они увидели, как входят преподаватели. Одни были растеряны, другие — откровенно испуганы. Последней появилась профессор МакГонагалл.       —Это опять случилось, — сказала она в наступившей тишине. — Монстр напал на ученика. На сей раз утащил в Тайную комнату.       Профессор Флитвик вскрикнул. Профессор Стебль прижала руки ко рту. Снейп с силой сжал спинку кресла.       —Откуда такая уверенность? — спросил последний.       —Наследник Слизерина, — МакГонагалл побледнела, — оставил ещё одну надпись на стене, прямо под первой: «Её скелет будет пребывать в Комнате вечно».       Профессор Флитвик залился слезами.       —Кто на этот раз? — воскликнула мадам Трюк. Ноги у неё подкосились, и она упала в кресло.       —Джинни Уизли.       Сабрина почувствовала, как за её спиной Рон, не произнеся ни звука, сполз на пол.       —Завтра будем отправлять учеников домой, — горестно стиснула ладони МакГонагалл. — Хогвартс на грани закрытия. Дамблдор говорил…       Дверь учительской опять распахнулась с громким стуком. На краткий миг у ребят мелькнула безумная надежда, что войдёт Дамблдор. Но это был, как всегда, сияющий Локонс.       —Простите, что опоздал, просто сплю на ходу! Пропустил что-то важное?       По-видимому, он не замечал, что присутствующие смотрят на него не то с ненавистью, не то с отвращением.       —Вот тот, кто нам нужен! — выступил вперёд Снейп. — Да, именно он. Послушайте, Локонс, монстр похитил девочку. Утащил её в Тайную комнату. Коллега, наконец пробил ваш час.       Локонс побледнел.       —В самом деле, Златопуст, — вмешалась профессор Стебль. — Не вы ли вчера вечером объявили, что вам доподлинно известно, где вход в Тайную комнату?       —Я… Ну да… Я… — залепетал Локонс.       —Вы меня уверяли не далее как вчера, что знаете, кто там обитает, — всхлипнув, перебил его Флитвик.       —Я? Ув-уверял? Н-не припомню…       —А вот я абсолютно точно помню, как вы сетовали, что вам не удалось продемонстрировать всем нам свою волшебную силу: преступника, то есть Хагрида, успели арестовать, — продолжал Снейп. — Вы укоряли нас, что вам с самого начала не предоставили свободу действий — тогда бы никаких бед в школе не произошло.       На лицах коллег не было ни капли сочувствия.       —Я… Я, честное слово… Вы, видимо, превратно меня поняли…       —Словом, профессор Локонс, мы хотим загладить допущенную несправедливость. Поручаем вам сразиться с чудовищем, — заключила профессор МакГонагалл. — Сегодня вечером у вас наконец-то будут развязаны руки. И вы совершите подвиг — избавите Хогвартс от чудовища.       Локонс потерянно озирался. Ни одного сочувственного взгляда. И он разом утратил весь свой лоск, губы тряслись, белозубая улыбка исчезла, он выглядел слабым и ничтожным.       —О-очень хорошо, — промямлил он, запинаясь. — Ну я… пошёл. Буду у себя в кабинете… подготовлюсь…       И Локонс поспешил покинуть учительскую.       —Ну, хоть это хорошо, — профессор МакГонагалл махнула рукой. — Локонс больше не будет путаться у нас под ногами, — и перешла к главному. — Поручаю деканам известить студентов о том, что случилось. Скажете им, что завтра утром экспресс увезёт их домой. Всех остальных попрошу проследить, чтобы никто из учеников не покидал факультетских помещений.       Преподаватели молча поднялись и разошлись один за другим.