Связанные судьбой. Книга вторая.

      Когда пятеро подземных странников — Гарри, Сабрина, Рон, Джинни и Локонс — с головы до пят мокрые, грязные, а Гарри ещё и в пятнах крови, вошли в кабинет, все, кто там был, ошеломлённо замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем:       —Джинни!       Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, за ней — мистер Уизли, и оба бросились к дочери.       Но Сабрина смотрела не на них — у камина стоял, улыбаясь, профессор Дамблдор, рядом — профессор МакГонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. Прошуршав крыльями возле уха Гарри, феникс опустился на плечо Дамблдора, а Сабрина и Рон с Гарри по очереди очутились в крепких объятиях миссис Уизли.       —Вы спасли её! Спасли! Как вы это сумели?       —Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла профессор МакГонагалл утратившим обычную твёрдость голосом.       Миссис Уизли выпустила Гарри и тот, мгновение поколебавшись, подошёл к столу и выложил Волшебную шляпу, меч, украшенный рубинами, и жалкие остатки дневника Реддла.       А потом он заговорил. Около четверти часа в полной восхищения тишине он рассказывал о том, как услышал бесплотный голос, и Гермиона одна поняла, что это голос василиска, ползавшего по трубам внутри толстых стен замка, как они с Роном и Сабриной пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва василиска, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в её туалете.       Гарри замолчал, чтобы перевести дух.       —Замечательно! Итак, вы отыскали вход, нарушив — не премину добавить — вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы оттуда выбрались живыми, Поттер? — МакГонагалл сгорала от любопытства.       Гарри, слегка охрипший, перешёл было к тому, как вовремя подоспел Фоукс, как Волшебная шляпа вооружила его мечом, и вдруг запнулся. Он старался избегать упоминаний о дневнике Реддла, поглядывая на Джинни — она стояла в двух шагах, прижавшись к матери, и слёзы безостановочно бежали по её щекам.       —Я вот что хотел бы узнать: как лорд Волан-де-Морт изловчился околдовать Джинни? — тихо спросил директор. — Ведь он, по моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах.       Горячая волна радости накатилась на друзей.       —Что? — ошеломлённо воскликнул мистер Уизли. — Вы-Знаете-Кто… околдовал Джинни? Но Джинни, разве она… разве она не была…       —Во всём виноват дневник, — Гарри поднял его и показал Дамблдору. — Реддл его вёл, когда ему было шестнадцать.       Дамблдор взял у Гарри дневник и принялся с любопытством рассматривать его, склонив длинный крючковатый нос над мокрыми прожжёнными страницами.       —Изумительно, — проговорил он негромко. — Да, Реддл был один из самых одарённых учеников Хогвартса.       Дамблдор повернулся к супругам Уизли, окончательно сбитым с толку.       —Очень немногим известно, что лорда Волан-де-Морта когда-то звали Том Реддл. Я учил его здесь пятьдесят лет назад. Окончив школу, он исчез, скитался в дальних краях, якшаясь с самыми опасными колдунами и магами. И всё глубже погружался в тайны чёрной магии. Он подверг себя такому количеству чудовищных превращений, что, когда вновь появился — уже под именем Волан-де-Морта, — был совершенно неузнаваем. Не было ничего общего между зловещим Тёмным Лордом и умным славным мальчуганом, который был когда-то старостой школы.       —Но что могло с ним связывать нашу Джинни? — воскликнул мистер Уизли.       —Его… его дневник, — всхлипнула Джинни. — Я в нём писала, а он отвечал… весь этот год.       Мистер Уизли был потрясён.       —Джинни! Как ты могла! Что я тебе всегда говорил? Мало ли кто или что может прикинуться добрым и понимающим! Как можно идти на поводу у того, кого совсем не знаешь! Почему ты не показала дневник мне или маме? Такая подозрительная вещь! Ясно же, что она полна чёрной магии!       —Я этого не знала, — рыдала Джинни. — Он был в одном из учебников, помнишь, которые мама купила. Я подумала, кто-то вложил его в книгу и забыл…       —Мисс Уизли следует немедленно отправить в больничное крыло, — не терпящим возражения тоном вмешался Дамблдор. — На её долю выпало слишком тяжёлое испытание. Ни о каком наказании и речи быть не может. Волшебники гораздо старше её бывали обмануты Волан-де-Мортом.       Он широким шагом подошёл к двери и открыл её:       —Джинни нужен сон и ещё, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мне это всегда прибавляет сил, — добавил он и дружески подмигнул девочке. — Мадам Помфри ещё не спит — она сейчас раздаёт сок мандрагоры. С уверенностью могу сказать, что жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту.       —Значит, Гермиона скоро будет в порядке! — обрадовался Рон.       —Всё худшее позади, — кивнул Дамблдор.       Миссис Уизли, поддерживая Джинни, повела её из кабинета, мистер Уизли, который никак не мог опомниться, побрёл за ними.       —А знаете, Минерва, — улыбнулся профессор Дамблдор, — пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами?       —Можно, — сухо кивнула профессор МакГонагалл и уже у дверей спросила: — Полагаю, в моё отсутствие вы разберётесь с Поттером, Эйлертсон и Уизли, не правда ли?       —Истинная правда, — заверил её Дамблдор.       Она ушла, а Сабрина, Гарри и Рон опасливо посмотрели на Дамблдора. Что значит — разобраться с ними?       —Помнится, я говорил, что придётся исключить вас обоих из школы, если вы ещё раз нарушите правила, — начал директор, обращаясь к мальчикам.       От ужаса Рон вытаращил глаза.       —Это лишний раз доказывает, что даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно, — усмехнулся Дамблдор. — Вы трое получите особые награды за услуги школе. И… дайте-ка подумать… да, по сто баллов каждому для Гриффиндора.       Рон сделался ярко-розовый, как цветы Локонса на Валентинов день.       —Но почему-то ещё один здесь присутствующий хранит слишком упорное молчание. А было бы интересно послушать о его участии в этом рискованном предприятии. — Дамблдор посмотрел на Локонса. — К чему эта излишняя скромность, Златопуст?       Сабрина вздрогнула — она успела начисто забыть о Локонсе! А тот стоял в углу комнаты, по-прежнему улыбаясь растерянной, чуть дурашливой улыбкой. Услыхав Дамблдора, он огляделся вокруг, силясь понять, к кому это обращаются.       —Профессор Дамблдор, — поспешил вставить Гарри. — Произошёл несчастный случай — внизу, в Тайной комнате. Профессор Локонс…       —Я что, профессор? — осведомился Локонс с кротким удивлением. — Вот те на! А я-то считал себя идиотом…       —Он хотел наложить на нас заклятие Забвения, — продолжил Рон, — а палочка возьми и стрельни в него самого…       —М-м-да. — Дамблдор покачал головой, и его длинные серебряные усы задрожали. — Значит, поражён собственным оружием?       —Оружием? — эхом отозвался Локонс. — У меня нет оружия. А вот у этого мальчика есть. — Локонс указал на Гарри. — Меч, очень красивый. Он вам может его одолжить.       —Рон, пожалуйста, отведи профессора Локонса в больничное крыло, — обратился Дамблдор к Рону. — Мне ещё нужно сказать Гарри и Сабрине несколько слов.       Локонс неуверенно поплёлся к двери. Рон, выходя, оглянулся, бросил на директора любопытный взгляд и, взяв Локонса за руку, вышел с ним в коридор.       Пройдя через комнату к камину, Дамблдор опустился в одно из кресел.       —Садитесь, ребята, — предложил он, и друзья сели, испытывая необъяснимое волнение. Дамблдор разгладил усы.       Он окинул взглядом девочку, а после нахмурился.       —Вижу, у тебя уже почернела третья прядь, — произнёс он.       —Да, но ведь у меня был только один чёрный локон. Откуда взялся третий?       —Второй почернел тогда, когда ты использовала свой дар впервые, — ответил Дамблдор. — К тому времени, как ты очнулась, он вернул свой прежний цвет.       Девочка вздохнула.       —Реддл сказал, что я вскоре встречусь с Этоном Аддерли. Он обещал, что его новость не обрадует меня, — гриффиндорка вопросительно уставилась на директора.       Дамблдор слегка помрачнел и нахмурился ещё больше, что не осталось незамеченным.       —Значит так и будет, — изрёк он серьёзно, а потом смягчился. — А теперь иди отдыхать, — поспешно добавил он, как только Сабрина хотела задать очередной вопрос.       Директор тепло улыбнулся.       —Я должен поговорить с Гарри.       Гриффиндорка горестно вздохнула, кивнула, встала и направилась к выходу.       Как только она покинула кабинет Дамблдора, она столкнулась со Снейпом. Профессор зельеварения около секунды разглядывал её. Сабрина могла поклясться, что в глазах Снейпа промелькнул ужас, а лицо побледнело.       —Здравствуйте, профессор! — как ни в чём не бывало поздоровалась Сабрина, натянуто улыбнувшись.       Мужчина медленно кивнул, не сводя глаз с волос гриффиндорки. Затем он судорожно вздохнул и тихо произнёс:       —Немедленно отправляйтесь в больничное крыло.       Сабрина поспешно кивнула и быстрым шагом направилась в госпиталь.

***

      Ребята бывали в Хогвартсе на многих праздниках, но никогда ещё ничего подобного не видели: все были в пижамах, и торжество растянулось на целую ночь. И сколько же радости эта ночь принесла им! Гермиона встретила его с восторженным криком: «Вы победили!», Джастин выскочил из-за стола, долго тряс руку Гарри, бесконечно извиняясь за свои подозрения, а в половине четвёртого внезапно появился Хагрид и с таким жаром хлопнул Гарри и Рона по плечам, что те ткнулись носом в тарелки. Вслед за этим профессор МакГонагалл сообщила, что по случаю столь отрадных событий дирекция сочла возможным отменить экзамены, и прибавила, что три сотни баллов, полученные Гарри, Сабриной и Роном, обеспечили Гриффиндору Кубок школы ещё на один год. А тут ещё Дамблдор объявил, что, к сожалению, профессор Локонс не будет больше преподавать защиту от тёмных сил, он потерял память и едет лечиться — ликование школьников разделили и несколько профессоров.       —Вот жалость, — проворчал Рон, уплетая пончик с джемом. — Он только-только начал мне нравиться…

***

      В жарком солнечном мареве промелькнул остаток летнего семестра. Хогвартс вернулся к своим обычным будням — правда, с небольшими изменениями. Отменили занятия по защите, исключили из Попечительского совета Люциуса Малфоя. Драко перестал разгуливать по школе с таким видом, будто весь Хогвартс — его вотчина. Вид у него теперь всегда был обиженный и угрюмый. Зато Джинни, напротив, сияла от счастья.       Быстро, слишком быстро наступило время отъезда. И наши друзья — Гарри, Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Джинни — заняли купе в экспрессе Хогвартс — Лондон. До начала каникул остались считанные часы — ученикам пока ещё можно колдовать, и вся компания самозабвенно отдалась любимому занятию. Играли в исчезающие карты, пускали последние оставшиеся у близнецов хлопушки и обезоруживали друг друга с помощью заклинаний. У Гарри и Сабрины это получалось мастерски.       Ребята ни на секунду не замолкали, болтая обо всём. Сабрина как-то невзначай упомянула, что хочет научиться самостоятельно изменять цвет своих глаз, хоть и понятия не имеет, как это сделать.       Гарри так же во всех подробностях рассказал Сабрине о том, что произошло после его разговора с Дамблдором. Конечно же, он не забыл сказать о том, о чём говорил с ним сам директор.       Экспресс замедлил ход и остановился.       Гарри достал перо, кусочек пергамента и повернулся к Рону с Гермионой.       —Это номер телефона Дурслей, — сказал он Рону, дважды наскоро написал номер, пополам разорвал пергамент и вручил друзьям половинки. — Прошлым летом я объяснил твоему отцу, как пользоваться телефоном, он научит тебя. Позвоните мне: два месяца говорить только с Дадли — я этого не вынесу!       —А ты расскажи дяде с тётей, какое геройство ты совершил, — сказала Гермиона, когда они окунулись в людскую толчею перед заколдованным барьером, — и они будут тобой гордиться.       —Гордиться? Они, знаешь, как расстроятся! Столько раз дорогой племянник был на волосок от гибели и уцелел! Боюсь, как бы они от злости не умерли!       Сабрина тоже протянула Гарри, Рону и Гермионе по кусочку пергаментна.       —Звоните, мои будут не против… Надеюсь, — девочка улыбнулась. — Главное, не наткнитесь на Минду или дядю Эндрю.       И друзья, на этот раз без помех, прошли все вместе сквозь барьер, разделяющий два мира: маглов и магов.