изумруд в твоих глазах

Р:-Ну, тогда по коням. Мы дружно пошли одеваться. Накинув куртки, мы пошли по одной дороге. На этом промежутке нам с Бяшей было по пути, а Рома видимо шёл просто за компанию. Когда наши пути начали расходиться, Бяша пошёл дальше по дворам, а мы с Ромой свернули в сторону леса. Мы шли мимо деревянных домов, в которых уже кипела бытовая жизнь. Из труб тянулись струйки дыма. Кто-то уже колол дрова, проверял парник, после заснеженной зимы. Мы шли и болтали о учёбе, одноклассниках и о предметах, которые нам нравятся. Р:-Не знаю... все они какие-то уебанские, но физика вроде интересная. Мне в детстве были интересны многие вещи, которые она объясняет. Да и училка у нас неплохая, молоденькая. А:-Неплохо, Пятифан, Неплохо. Мне всегда были близки точные науки, как алгебра или геометрия, но сейчас интересуюсь обществом и химией. Р:-А чё там об обществе вообще рассказывают? А:-О нём там мало чего. Обществознание рассказывает о законах и правах человека, интересная херь. Р:-О как. Под эту болтовню, мы уже дошли до мостика. Это как граница между лесом и цивилизацией человека. Эта черта будто сдерживала всю лесную тварь по ту сторону моста, не давая ей вырваться и носиться вдоль домов. Но к моему сожалению, я живу с этими тварями по одну сторону. От этого места было одинаковое расстояние до моего дома и до дома Ромы. Поэтому мы решили расстаться здесь. Я обнял Рому на прощание и побрёл своей дорогой. Было уже достаточно светло, поэтому лес не казался таким жутким. Вдоль дороги, через проталлены уже пробивалась прошлогодняя трава, птицы изредка перекликивались, а на деревьях уже таяли сосульки. Под ногами всё плыло и хлюпало. Приходилось искать сухие участки земли и перепрыгивать с одного на другой, да бы не запачкаться. Из-за деревьев уже виделся дом. Он неплохо вписывался на фоне тёмного леса. Меня ожидала домашняя рутина вместе с отцом. Матери нет и бытовухой кому-то заниматься надо. Подходя к дому, я уже распределил задачи по уборке. В моих подсчётах, это должно занять часа два. С этой мыслью я уже подходил к крыльцу. Я начал доставать ключи, как вдруг заметил, что дверь открыта. Вокруг отверстия для ключа всё было в мелких царапинах. Отварив её, я сжал ключ в руке, в надежде хоть как-то им защититься. На полу не было грязных следов. Сомневаюсь что грабители стали разуваться, а в такую погоду ботинки сверкать не будет. Сняв обувь, я тихо начал двигался по половицам, наступая на их середину, во избежании скрипа. Странное чавконье доносилось со стороны кухни. Внутри всё сжалось, но отступать было уже нельзя. Собрав всю свою смелость в кулак, я направился в сторону подозрительных звуков. С каждым шагом тело всё больше сопротивлялось двигаться. Ноги будто сами упирались в пол, как бы предупреждая. Сердце колотилось как бешеное, а дыхание участилось. А если это какое-то животное? Что мне тогда делать? При таком раскладе, ключ бы наврятли мне помог. Уже подойдя к дверному проёму, ведущему на кухню, я резко открыл дверь, сталкиваясь лицом к лицу с той тварью что сидела там. Но к моему счастью никто в дом не врывался. Это был мой отец, перебравший с алкоголем. Он сидел за столом сложив руки под голову. Невнятное бормотание я принял за чавконье зверя, хотя в таком состоянии это сложно было назвать человеком. Это тело начало медленно выпрямляться. Папа повернулся в мою сторону, его глаза будто смотрели через меня, не в силах сфокусироваться. -Привет, пап... Я впервые видел отца в таком состоянии. У меня не было страха пьяных людей, но в тот момент мне было не по себе. -Сын....вот ты...понимаешь почему она так поступила..? Речь была явно о маме. Он говорил невнятно, многие слоги просто съедались. Его качало, даже сидя на стуле. -Она отдохнёт и приедет, а ты не должен опускать себя до уровня людей, которые только и делают что забываются в алкоголе. Браво Антон, кто-то пару часов назад пускал слюни на плечо своего одноклассника, после двух бутылок браги. Но ситуацию нужно было исправлять. Я подошёл к раковине, чтобы налить себе воды. Она стояла в дальнем углу кухни так, что стол стоял за мной. -Да как ты...скин сын, смеешь говорить что мне делать! Я услышал только грохот табуретки, упавший на пол. Повернув голову в сторону грохота с кружкой воды в руках, отец уже стоял рядом со мной. Мне прилетела смачная пощёчина. Меня впечатало в столешницу. Вода вылилась из кружки. Я подскользнулся на этой луже. Упав на пол, передо мной предстала страшная картина. Папа почёсывал ладонь, которой только что приложил меня к шкафчикам. На его лице виделся оскал и звериный взгляд. Он был готов врезать мне ещё раз, но что-то сдерживала его. Я оцепинел от увиденного. Щека начала гореть, а в горло поднялся ком, будто перекрывающий доступ к кислороду.