Опаленные души

– Ты думаешь, я впущу вас в свой дом и дам свою еду из чистой жалости? – равнодушно спросила она. Впустить кого-то в ее дом? В это чудовищное время? Она не так глупа… она должна была защитить своего сына. Он был всем, что у нее осталось. – Нет – спокойно сказала молодая девочка с глубокими зелеными глазами – В обмен за убежище, мы клянемся служить вам. Мой брат принес вассальную клятву вашему мужу… с условием, что вы дадите нам убежище от серой чумы – пояснила девочка – Ваш муж говорил, что вы способны проверить наличие вассальной клятвы… если этого не хватит, то у нас есть письмо от Главы рода Блэкфайеров - немного нервно закончил ребенок, смотря на странного собеседника. Она подозрительно прищурилась и заставила куклу приблизится к нарушителям. То, что раньше было Лукрецией, наклонилось и присмотрелось к ядру зеленоглазой девчонки… несомненно. Это была вассальная связь. Удивительно… насколько же эти люди отчаялись, раз пошли на подобное? Ситуация снаружи настолько ужасна? Впрочем, ей плевать. Главное, это проблемные посетители. Ох… она так давно ни с кем не разговаривала. Ну, с тем, кто мог бы ответить. Обычно она говорила только с Маркусом, Говардом, Астрой и Лотти, которые просто молча смотрели в ответ. Иногда допрашивала сумасшедших немок, подошедших к ее дому слишком близко… впрочем, эти куски мяса были не лучше ее кукол. И теперь, она вновь видит людей… как проблемно. Она поморщилась, и заставила Лукрецию сказать. – Проходите. Но если вы хотя бы подумаете о неподчинении… я убью вас – холодно сказала кукла. Она отпустила контроль над марионеткой, устало откинулась на кресле и задумалась. Письмо… значит он все еще жив. Глава рода… как смешно звучит. Будь остальные живы, его бы никогда так не назвали. И все же… ты все еще жив. В том аду ты все еще жив… значит я жду не зря. Я все еще здесь. Как и обещала. Рената нахмурилась и медленно открыла глаза. Голова немного гудела, но не так сильно, как раньше. Что же… похоже кошмары вернулись. После того жуткого погружения неделю назад сны девочки нормализовались, позволив ей немного выспаться. Но видно перерыв был небольшим. Они начались снова. И, похоже, были связаны с ее новой головной болью – закрытой дверью Гринфайеров. А точнее с тем фактом, что для открытия двери ее ядро не годилось. Ей нужна была вассальная связь. Девочка стиснула зубы и резко ударила матрас. – Вас что-то беспокоит, молодая наследница? – участливо спросил Маркус, стоявший около ее кровати. Девочка устало на него посмотрела. – Знаешь, у Лотти было достаточно такта, чтобы не стоять около моей кровати всю ночь – грустно сказала Рената – и почему ты стоишь только около моей? А как же Элеонора и Джордж? Маркус наклонил голову и, с улыбкой, ответил: – Я принял ваше замечание насчет Лотти. В дальнейшем этот слуга тоже будет прятаться так, чтобы вы не заметили его нахождение в вашей комнате – пообещал сияющий дворецкий. – Прятаться? – робко спросила девочка, невольно обшаривая взглядом комнату. – Насчет младших членов рода… боюсь госпожа Элеонора приказала этому слуге следовать за молодой наследницей и не приближаться к ней – с оттенком сожаления пояснил Маркус. – Я знаю. Но странно, что тебя это остановило – хмуро сказала Рената, продолжая осматривать комнату – то есть Лотти здесь? Где именно? – отвлеченно спросила девочка. – Насчет молодого господина… Этот слуга несомненно навещает его, как и Лотти. Вы же запретили нам восполнять силы за счет простолюдинов. Кстати, в данный момент она в его комнате – поделился Маркус. – Да как ты это определяешь? – жалобно спросила Рената – Стой, то есть вы каждую ночь ходите обнимать Джорджа? Пока он спит? – удивленно спросила девочка. – Ох нет, боюсь обнимать молодого господина во сне бессмысленно. Он не выделяет пламени – посетовал Маркус – поэтому эти слуги будят его, дабы крепко обнять. Тогда молодой господин рычит и начинает сильно трястись, благодаря чему выделяется пламя… молодой господин так одарен – прослезился дворецкий. Рената потрясенно на него уставилась. – Получается… каждую ночь вы будите моего брата, доводите его до белого каления и крепко обнимаете? Каждую ночь?! – неверяще переспросила девочка. – Каждую вторую или третью ночь, молодая наследница – гордо заявил Маркус. Девочка посмотрела на его сияющее лицо, тяжело вздохнула и с усилием потерла переносицу: – То есть Джордж даже не знает, когда именно вы придете – печально сказала Рената – неудивительно, что он такой дерганый в последнее время… Маркус, может вы будете обнимать его днем? – устало спросила Чедлер. Дворецкий улыбнулся и поклонился: – Если таково желание наследницы. Рената задумчиво на него посмотрела, после чего представила реакцию ее брата… учитывая, что Джордж никому не говорил о странном поведении кукол, возможно он не хотел, что бы кто-то знал об… ну об этом. Но здоровый ночной сон тоже был важен… хммм… – В общем, решайте сами – легкомысленно отпустила ситуацию девочка. После чего спокойно встала и без тени стеснения сняла ночнушку (к сожалению, выгнать Маркуса из комнаты не представлялось возможным… девочка перепробовала все. А потому смирилась. Тем более, после всего уже пережитого… на некоторые вещи ей стало откровенно плевать. Она слишком устала для бессмысленных битв). Дворецкий почтительно принял белый кусок ткани и протянул темное, богатое платье. Рената депрессивно на него посмотрела и сказала: – Нет, Маркус. Дворецкий еле заметно погрустнел и вытащил новое. На нем было меньше драгоценных камней и вышивка была проще. – Нет – отрезала девочка. Маркус вздохнул и с явным отвращением на красивом лице протянул девочке… чуть менее богатое платье. Рената пристально посмотрела на печального дворецкого. – Маркус… мне казалось предыдущие платья были отданы Элеоноре. Где ты их берешь? – устало спросила Рената. - Если бы этот дворецкий не мог обеспечить молодой наследнице достойной одежды, то не осмелился бы называть себя вещью рода Блэкфайер — возвышенно сказал Маркус. – Великолепно – печально заключила девочка – Маркус, я приказываю тебе принести мою обычную одежду. В этой я не смогу выполнять обязанности по дому – сурово сказала Чендлер. Дворецкого ощутимо передернуло, после чего он… повалился на колени. Рената проводила это зрелище равнодушным взглядом. – Молодая наследница! – с надрывом в голосе сказал Маркус – эта вещь настаивает на поручении ей домашних дел! Ваше происхождение слишком благородно, чтобы марать себя чем-то подобным! – казалось еще немного и дворецкий заплачет. – Я уже говорила тебе, что мой отец простолюдин, Маркус – раздраженно сказала девочка. – А я утверждаю, что это невозможно, дорогая наследница – сурово ответил дворецкий – Чистые это сокровище рода Блэкфайеров. Вы можете родиться только при тщательном выборе родителей… не должно быть ни единой крупицы недостойной крови – уверенно заявила кукла. – Моя матушка не изменяла отцу – прошипела Рената – Тебе ясно?! – Если вам угодно так считать – равнодушно ответил дворецкий. Губы Ренаты нервно дернулись, и она еле удержалась от того, чтобы не заорать. Наконец, когда ее дыхание несколько выровнялось, девочка глубоко вздохнула и сказала: – Неси мою одежду. Это приказ. А после иди и накажи себя за дерзость и нерасторопность. Ты понял? – угрожающе спросила Рената. – Этот слуга понял – мрачно сказал дворецкий. После чего встал, повернулся и вышел за дверь. Вместе с ее ночнушкой. Некоторое время Рената ошарашенно стояла посреди комнаты, постепенно понимая, что у нее фактически нет одежды. После чего нервно повернулась к кровати и… увидела лежащее на кровати серое платье и стоящую около него Лотти. – О – облегченно сказала девочка – Хорошо, что ты здесь – и взяла свое любимое платье. О том, как кукла проникла в комнату девочка старалась не думать.

***

В особняке Блэквудов начиналось еще одно восхитительное утро и каждый член семьи встречал его по своему: Рената Чендлер мрачно сидела за столом и наблюдала, как решительный Маркус раскладывает тарелки с омлетом и тостами, сделанными Лотти. Сама Лотти стояла за спиной девочки, бдительно осматривая обстановку. За всем этим облегченно наблюдала Элеонора, радостно понимая, что сейчас эти куклы не ее проблема. Джордж же подобными заблуждениями не страдал, а потому, при приближении дворецкого напряженно сжал столовый нож. Маркус почтительно улыбнулся и бровь мальчика раздраженно дернулась. Рядом с Джорджем сидел сосредоточенный Френк Чендлер, разбирающийся в многочисленных бумагах, разложенных на столе. Розмари ела. – Итак – задумчиво сказала Вивьен, сидящая напротив Ренаты - Как идут дела, господин Чендлер? – Я не совсем понимаю принципы начисления вашего жалования – грустно сказал Френк – но еще немного и я пойму. – Великолепно – радостно сказала женщина. – Правда остается вопрос с тем, как именно оплачивать ваше нахождение здесь – задумчиво пробормотал мужчина – возможно как полевое задание повышенной сложности… но они не так длительны. Это большая проблема… особенно учитывая, что обычно вас больше – прищурился Френк. В ответ на это женщина пожала плечами. – Уж простите, господин Чендлер, но у нас тоже есть личная жизнь. Мы не можем все вместе дежурить около вас целыми днями. Тем более мы и Лотти то не могли ничего сделать, а теперь их двое…. какая разница сколько нас помрет, если они свихнуться? – философски спросила женщина – К тому же, мы пошли вам навстречу… вы можете работать из дома. Классно же – попыталась внести долю позитива Вивьен. Френк согласно кивнул и пробормотал: – Тогда бонус за сверхурочные убираем… - и продолжил писать. Вивьен задумчиво на него посмотрела и перевела взгляд на свою часть стола. Печально пустую часть. – Эм… эй, жуткий артефакт! – махнула рукой женщина – ты вроде научился немного по нашему, да? Где моя жрачка? Безмятежно улыбающийся Маркус так же безмятежно ее проигнорировал. – Маркус, дай еды госпоже Вивьен – спокойно сказала Рената. Дворецкий резко повернулся (из длительных наблюдений Рента поняла, что когда куклы взволнованны, то их движения становятся немного… механическими. Очевидно, Маркус был недоволен) и рвано подошел к женщине. После чего резко поставил перед ней тарелку с подгорелой яичницей. – Ой… вы сделали блюдо специально для меня – умилилась женщина – Я тронута. Ням-ням-ням – и начала невозмутимо есть. Иногда Рената задавалась вопросом, является ли Вивьен сумасшедшей? Мало того, что она носит штаны (что являлось социальным самоубийством для любой женщины. Подобного человека никогда не позовут замуж), так еще и довольно нагло ведет себя с вышестоящими или опасными людьми. То есть женщина лишала себя шанса на женитьбу, при этом совершенно не ценя свою работу… и возможно жизнь. Нет, Рената определенно совершенно ее не понимала. За этими мыслями девочка доела свою порцию еды и приготовилась встать, чтобы убрать тарелки. Которые исчезли, как только девочка подумала о самой возможности. Через секунду раздался звук закрывающейся двери кухни и Рената… мысленно сдалась. Эта война шла уже неделю и девочка просто не могла победить в скорости реакции и силе два упрямых артефакта. Ну ничего… где-то в кладовке завалялась швабра и она точно сможет… – Кхм – внезапно донеслось из-за ее спины и девочка замерла – Дорогие господа из великого рода Блэкфайеров – радостно сказал Маркус – этот слуга с честью может заявить, что поверхностно выучил ваше наречие. Наконец, эта вещь может поделиться с вами толикой своей мудрости – всхлипнул дворецкий – этот слуга так счастлив. – Чего? – недоверчиво спросил Джордж. – Он говорит?! - пораженно воскликнула Элеонора. – А теперь я смиренно попрошу господ последовать за этим слугой в гостиную — радостно сказал Маркус – Настало время начать обучение. – О Судьба – устала пробормотала Рената.

***

– Итак – начал дворецкий, стоящий около грифельной доски – Как считают молодые господа, с чего следует начинать обучение аристократов? – участливо спросил Маркус. – С шарика – с видом знатока сказала Элеонора, сидящая на диване напротив. Маркус недоуменно наклонил голову… на его лице застыло выражение крайнего непонимания, вследствие чего девочка немного стушевалась. – Она имеет ввиду тренировку силы воздействия – пришла на помощь милосердная Вивьен. Маркус моргнул, после чего улыбнулся шире. – О, это несомненно важный этап. Один из первых в практических занятиях, начинающихся после двухлетнего изучения теории – согласился дворецкий – но этот слуга имел ввиду теоретические знания. Итак… какие знания необходимо преподавать юным господам в первую очередь? – снова спросил дворецкий. Элеонора открыла рот и потрясенно застыла. Сидящий за ее спиной Френк Чендлер задумчиво пробормотал: – Два года теории – после чего задумчиво сощурился. Рената обеспокоенно на него покосилась. В последнее время папа злился настолько часто, что волны гнева были уже не столь сокрушительны. Можно сказать… он стал спокойнее. Возможно папа научился сдерживаться, или у него просто перестало хватать сил на нормальный приступ. К сожалению, из-за этого стало сложно понимать, когда он рванет. – М-мне… мне говорили только о шариках – невольно покраснела девочка. – Вот как – просто сказал Маркус. При этом, улыбка с его лица совершенно исчезла… это было довольно жуткое зрелище. В этот момент он действительно напоминал безжизненную куклу, которой и являлся. Только в глубине зрачков виднелось что-то… очень яркое и пылающее. Рената подумала о том, вернется ли к ним Агнесс когда-нибудь. И если вернется, сколько она при этом проживет. Маркус же, тем временем повернулся к Джорджу. – А что знает молодой господин? – участливо спросил дворецкий. Учитывая, что он все еще не улыбался, Рената мысленно прибавила к списку смертников и Элвина. – Эм… меня учили медитации и концентрации пламени – нерешительно сказал мальчик – Как ощущать его в воздухе, собирать внутри и выпускать наружу. – Это все? – спокойно спросил Маркус. Рената прямо видела, как Элвина режут ножами и поджаривают на костре. Картинка была настолько яркой, что девочку передернуло. – Да – ответил Джордж – Элвин сказал, что через два года меня возьмут в военную академию, и там научат остальному – робко сказал мальчик. Видно брат хотел, чтобы Элвин выжил. Учитывая, что Маркус все еще не улыбался… Ренате показалось, или края его губ пошли вниз? – Боюсь… этого несколько недостаточно – безжизненно сказал Маркус. Покойся с миром, Элвин – невольно подумали сидящие в комнате. – Ну что же… раз молодых господ ничему не учили – мрачно подвел итог Маркус – придется начать с самых, самых основ. А именно с законов и запретов – спокойно закончил дворецкий, начав рисовать что-то на доске. – Законов и запретов? – непонимающе спросила Элеонора. – Верно – резко повернул голову Маркус. Учитывая, что он продолжал писать, выглядело это очень жутко. – В магии, дорогие господа, самым важным является соблюдение правил – продолжил дворецкий – вы являетесь благородной кровью, обладающей великими силами… и поэтому можете совершить великие ошибки. И плата за них будет гораздо ужаснее чем все, что может сотворить с собой простолюдин – мрачно подытожил Маркус. – В смысле? - обеспокоенно спросил Френк. Вивьен задумчиво стояла у дверей и молча смотрела на заполняемую доску. Рената же смотрела на появляющиеся буквы, и не находила ни слова о договорах. Как они и планировали... к сожалению, это была вынужденная мера. Вбить что-то в голову человека так, чтобы он не подчинялся условиям гораздо проще, когда он не думает о том, что умрет при непослушании. К тому же, Рената не хотела рисковать. Они и так идут по самой грани допустимого… девочка не знала, сколько вольностей будут терпеть корона и Гостфайеры. Пока было впечатление, что Чендлеры верны короне, просто столкнулись с излишне старательными артефактами прошлого. Но если они узнают о договорах… корона может решить, что их верность опасно пошатнулась. А предатели короны долго не живут, сколько бы артефактных кукол у них не было. Никто не сможет победить целую страну. Поэтому им придется дождаться даты окончания договора, прежде чем сообщить младшим о совершенной ими ошибке. Для Джорджа срок был не таким большим – два года, до поступления в ту самую академию. А вот Элеонора… десять лет. Максимальный срок ученичества… зачем Агнесс это понадобилось? Она подписывала договор до того, как узнала об Изабелле… почему такой срок?! На самом деле… девочка начинала мрачно размышлять, о том, что легче дождаться смерти Агнесс, чем окончания контракта. Женщина была уже немолода. А у нее были Маркус и Лотти. Девочка тряхнула головой и переключилась на доску. На которой деятельный дворецкий успел написать несколько строк. Закон материалов: 1) Артефактор может выделить только то свойство, что есть в материале. 2) Артефакту требуется энергия мага для работы. 3) От качества материала зависит качество артефакта – Дорогие господа, перед вами базовые законы, используемые артефакторами – бодро сказал Маркус – Они достаточно просты и, обычно, преподаются детям. Но так как вас не обучали этот слуга взял на себя смелость поведать вам эти законы – сказал дворецкий – Если еще проще, то нельзя взять перо птицы и создать воду. Невозможно создать хорошую вещь из ржавой стали. Артефакт не будет работать в руках простолюдина. Это законы материалов – заключил Маркус. – Ну… это звучит логично – задумчиво сказал Френк. – А живые артефакты? – с любопытством сказал Джордж – их же и простолюдины могут использовать. Маркус резко повернулся к мальчику и наклонил голову: – Живые артефакты? – недоуменно спросил дворецкий. – Они имеют ввиду поделки ведьм – пояснила Вивьен – в ваше время были ведьмы, верно? – О! – понял Маркус – творения нарушивших запрет… вы назвали их живыми? Ну… полагаю в этом есть смысл – задумчиво сказал дворецкий. – Нарушивших запрет? – недоуменно спросила Элеонора. – Так мы называем ведьм, молодая госпожа – пояснил Маркус – женщин, нарушивших закон материалов, называют ведьмами. А то, что они создают запретными артефактами… кстати об этом – спохватился дворецкий – молодая наследница, в этом мире есть много вещей, которые вам нельзя совершать. И одна из самых важных… вы никогда не должны нарушать закон материалов – угрожающе сказал Маркус. – А его можно нарушить? – недоуменно спросил Френк – как можно сделать хорошую вещь из мусора, или выделить воду из огня? Это невозможно – нахмурился мужчина. Элеонора покосилась на отца и открыла рот, но Маркус ее перебил: – Аристократы удивительные существа – с оттенком странной гордой грусти сказал дворецкий – Можно сказать они практически всемогущи, но это всегда требует цену. И иногда цена слишком велика, чтобы плата стоила того – мрачно поведал Маркус — При сильном желании и достаточном упорстве… артефакторы могут заставить вещь подчиниться. Ведь как работает кование? Это приказ вещи последовать воле артефактора. И если ты будешь невероятно сосредоточен и упорен… даже закон материалов может быть нарушен – заключила кукла. Присутствующие Чендлеры застыли в полном потрясении. – В-вы имеете ввиду, что… м-можно уговорить вещь сделать что-то невозможное? - пораженно спросил Френк – И… если это сделать, то получится живой артефакт? – нахмурился мужчина. – Верно – согласился дворецкий – Но это не так просто, как звучит. И не так… очевидно. Как сказал этот слуга… это настолько тяжело, что чтобы сделать это, нужно дойти до предела. Нужно жить этой вещью и вкладывать в нее свои самые сильные эмоции и мечты… и тогда, в момент безумной одержимости, в отчаянном желании чуда и спасения ты нарушишь запрет – сказал Маркус. На некоторое время в комнате повисло тяжелое молчание. Наконец, Рената открыла рот и задала нерешительный вопрос: – То есть… обычно аристократки не понимают, что творят? – девочка помнила сестер Изабеллы. Они точно не доходили до подобного состояния. Было ли это тем, что они имели ввиду, когда говорили об избранности? То, что они могут усилием воли сделать то, для чего остальным требуется сойти с ума? В таком случае… это не благословение, а проклятье. – Верно – кивнул Маркус — поэтому одной из основных обязанностей Главы Дома от женщин и Главы Рода от мужчин является контроль за членами рода. Если Глава Дома допустит, чтобы ее подопечная дошла до состояния ведьмы, то она будет немедленно изгнана и предана всеобщему осуждению. Так как пропустить столь жуткое состояние сложно, случаев нарушения запрета практически не было. И этот способ отлично работал… до войны – сказал дворецкий. – То есть в определенный момент он перестал работать? – спросила Рената. Она хотела понять, что ждет ее в воспоминаниях Изабеллы. Ей нужно было морально подготовится. – Да – просто сказал Маркус — этот способ работает, если в отчаянии находятся низшие представители рода. Если же в отчаяние впадают старшие… за ними некому смотреть – пожал плечами дворецкий – Главы родов были на войне, и никто не мог их остановить. И в итоге… они умерли. Оставив после себя лишь глупые запретные вещи — кратко пояснил Маркус. На некоторое время в маленькой гостиной повисла тяжелая тишина. Элеонора нервно сжимала край платья, Джордж обеспокоенно косился на младшую, Френк напряженно думал, а Вивьен задумчиво поглаживала пистолет, висящий на бедре. Рената же… она вспоминала свой недавний сон и мысли Изабеллы. Насколько же эти люди отчаялись, раз пошли на подобное? – думала Изабелла в ее воспоминаниях - Ситуация снаружи настолько ужасна? Получается многие сошли с ума в ту войну. Может... Маркус говорил, что раньше проклятых вещей практически не было. Теперь же их столь много, что существуют десятки историй... похоже эти сказки тоже наследие Забытой войны. Что же… похоже Изабелла продержалась дольше всех остальных Глав домов. Как иронично, что только она вошла в историю, как Черная Ведьма. Но… – Но что привело всех этих женщин в такое отчаяние? – тихо спросила девочка. – Маркус затрудняется сказать, молодая госпожа – ответил дворецкий – В то время он был несмышленее младенца. Многие вещи, кажущиеся этому слуге нормальными могут удивить вас – посетовал Маркус. Девочка нахмурилась… в глубине памяти Изабеллы было что-то. Что-то кошмарное и ужасное… что-то, из-за чего она оказалась в одиночестве. Но Рената не помнила. На самом деле… она не хотела помнить. Но вряд ли ей позволят такую роскошь.