Опаленные души

Первым, что заметила Рената, была старая военная форма, похожая на ту, в которую были одеты трупы в комнате белок. Единственным, что отличалось, был цвет – темно-красный. Красные штаны и красный же мундир, с черными, грязными сапогами… этот человек целиком был одет в алый, режущий глаза цвет, будто тот, кто одевал его, стремился показать всему миру - это существо не обычный солдат. Не приближайся, не смотри, и ради всех богов, не ошибись. Теперь эта форма была безжалостно разодрана на части, открывая взгляду смотрящего неестественно бледную, безволосую кожу. Рената видела нищих людей, больных людей и людей, на грани смерти (Изабелла видела) и никто из них не был настолько бледен. Лишь трупы. Следующим, что заметила девушка, были глаза. Они были кроваво красными и болезненно хищными. Неизвестный, светловолосый мужчина, выглядящий на тридцать лет, не отрываясь смотрел на руку сестры Валери, следя за стекающими по ее предплечью каплями. Лишь один раз Рената видела отдаленно похожее выражение – когда Чендлеры еще жили в своем маленьком городе, девушка наткнулась на нищего, сидящего в переулке. Он был болезненно худ, его руки немилосердно дрожали, а в глазах притаилась та самая, болезненная жажда. Он сжимал в руках грубую, темную трубку и лихорадочно набивал ее каким-то мелким порошком. Тогда девушка прошла мимо. Позже Чендлер узнала, что этот нищий был сыном богатого купца, и продал все имущество своего отца ради очередной партии опиума. Жажда в глазах «кровавого монстра» напоминала ту лихорадочную тягу, что Рената видела у нищего наркомана. Только его жажда была гораздо сильнее. И намного, намного более отчаянной. И поэтому, когда это существо, стоящее среди иссохших деревьев, резко рвануло вперед, Рената совершенно не удивилась. Да, атаковать Маркуса или Джорджа было бы разумнее. Взять в заложники саму Ренату, так похожую на ее предка, было бы логично. Но сейчас, этим существом двигал не разум… поэтому Рената совсем не удивилась, когда монстр исчез и через секунду оказался около сестры Валери. А потом схватил девушку за руку, широко открыл рот, полный жутких, неестественных клыков и укусил ее кровоточащую рану. – Твоего гнилого скарра! – крикнула девушка и ударила существо по голове. То осталось совершенно равнодушным к жуткому по силе удару и продолжило быстро сосать, издавая громкие, сглатывающие звуки. – Виктория! – испуганно крикнула Валери и рванула к стремительно бледнеющей сестре. И тут окружающие вышли из своего испуганного оцепенения и начали действовать. – Молодой господин, огонь! – крикнул Маркус, подхватывая Ренату на руки. Джордж, успевший подбежать к Виктории, зажег на руке пламя и ударил жуткое существо. То издало животный, недовольный рык и отцепилось от пошатнувшейся Гринфайер. Теперь, на его скуле выделялся жуткий ожог, открывавший посеревшие мышцы… из раны не скатилось ни капли крови. Монстр оскалил окровавленные зубы, после чего нечеловечески быстро увернулся от следующего удара и пнул Джорджа в грудь. – Nicht stören Engländer! – с бескрайним отвращением сказал немец. Младший Чендлер громко застонал и согнулся, болезненно потирая место удара. – Джордж! – испугано крикнула Рената. – Тупая слуга, держи госпожу! – скомандовал Маркус. Внезапно Чендлер ощутила рывок и поняла, что теперь висит на руке Валери. Другой рукой женщина сжимала свою дезориентированную сестру, что тащила за собой как мешок картошки. Следующим в поле зрения появился Джордж, которого снова пнули (уже заботливый дворецкий) по направлению к остальным аристократам. Маркус же встал напротив монстра, отрезая ему доступ к людям. Но не мешая ему смотреть… бескрайняя жажда в глазах неизвестного немного отступила и теперь там появился сосредоточенный, хищный разум. Монстр облизнул окровавленные губы и обвел аристократов глазами. Его взгляд ушел от злого Джорджа, застыл, и с трудом оторвался от бледной Виктории (от ее раны), прошелся по напряженной Валери и остановился на Ренате, что отчаянно пыталась думать сквозь шум в своей голове. Брови монстра удивленно приподнялись в пугающе человеческом выражении недоумения. – Freund der Herrin? – нерешительно спросил монстр. – Молчать! – внезапно прорычал Маркус - Не смей называть госпожу Изабеллу этим мерзким словом, безумная тварь! Валери, уведи молодую госпожу! – скомандовал дворецкий и рванул вперед. В первую секунду, Чендлер услышала жуткий треск. Потом мир вокруг нее сместился, и девушка поняла, что мимо пролетают темные, иссохшие стволы деревьев. Рената заторможенно моргнула и перевела взгляд на испуганную Валери, что тащила на себе и своего сюзерена и теряющую сознание младшую сестру. А потом, сзади вспыхнул первый лепесток пламени. Девушка осознала, что… – Джордж! – испуганно крикнула Чендлер – Джордж остался там! – Маркусу нужен огонь… физические удары эту тварь не пробивают – быстро сказала задыхающаяся Валери – без вашего брата у него нет шансов. А мы, если останемся, станем просто едой. – Да мне плевать! – прорычала Рената, игнорируя головную боль – Он мой младший брат! Я должна защищать его! – отчаянно крикнула девушка. В ее груди начала нарастать знакомая, разъедающая злоба, и далекая ненависть сонно зашевелилась. – О, Судьба, мне теперь и злиться нельзя?! – зло воскликнула Чендлер – оставь меня в покое… это все из-за тебя! Этот проклятый дом, эти монстры, король и его спуски, все из-за тебя! – озлобленно крикнула девушка. – Госпожа, пожалуйста, успокойтесь! Мы должны сохранять ясную голову – умоляюще попросила уставшая Валери. Скорость ее бега сильно снизилась, а грудная клетка ходила ходуном. Похоже даже усиленная и тренированная Гринфайер имела свои пределы… и сейчас она уверенно к ним приближалась. Рената посмотрела в ее усталые, полные ужаса глаза и… попыталась взять себя в руки. Валери была права, крики и жалобы здесь не помогут. Им нужно было остановится и подумать. – Валери. Стой – кратко скомандовала Рената. Бегущая женщина запнулась, и перешла на быстрый шаг. – Я сказала, стой – прорычала девушка. Гринфайер обеспокоенно нахмурилась, но видно эти недели под землей не прошли даром. Она прислушалась к словам своей госпожи, начав идти все медленнее и медленнее, пока, наконец, не остановилась. Рената глубоко вздохнула и выдохнула… вдохнула и выдохнула… после чего поняла, что в данных обстоятельствах этот простенький ритуал был совершенно бесполезен. Очевидно тот, кто советовал дышать для успокоения, не учитывал наличия ожившей ненависти в голове, подпитывающей твою злость. Чендлер крепко сжала дрожащие от ярости руки в кулаки и воткнула ногти в ладони. Боль немного отрезвила девушку, и она попыталась думать. – Так… у нас есть немертвое, кровососущее чудовище, что находилось в этой комнате в течение двухсот лет. И нам нужно избавится от этой твари – очень сосредоточенно сказала Рената – предложения? Тяжело дышащая Валери сглотнула и нерешительно сказала: – Если мы найдем следующую дверь… Маркус говорил, что до выхода осталось немного. Может следующая или сразу за ней… мы могли бы выбраться и позвать помощь – испугано предложила женщина. – Ты дура – прохрипела Виктория, висящая на сестринском плече – эта тварь питается кровью, и он демонски долго голодал… хочешь пригласить его на банкет?! – Эта девушка права – согласилась Рената – Если Маркус не справится, то у полисменов нет шансов. Тем более, пока мы здесь бродим… Джордж – тихо выдавила из себя Чендлер. – Значит надо думать дальше – прохрипела сестра Валери – и главное, о чем надо подумать, это почему тварь застряла здесь в первую очередь. Злобный пацан сказал, что вы потомки Черной Ведьмы, а ваша кукла… Лотти… в общем она пояснила, что Ведьма драла задницу немцам в течение многих лет, в этот самом доме. Учитывая уцелевшие записи об этих психах… крутая была баба – с отчетливым уважением протянула девушка. – Записи… Виктория, ты снова за свое!? – вскинулась Валери. – Заткнись, Вел – устало среагировала младшая Гринфайер – так вот, судя по тому, что мы видели по пути сюда… ну, все эти останки серых людей и разодранных животных чудовищ… эти немцы шли сквозь двери, как нож сквозь масло. Значит они знали, где эти синие артефакты спрятаны и как их открыть… а поэтому вопрос… почему этот кровососущий хрен еще здесь? – задумчиво пробубнила Виктория. И тут Валери и Рената потрясенно замерли. – О… – тихо сказала девушка – Ты права. Химеры оставались на месте, потому что были глупы. Но почему это говорящее и… разумное чудовище все еще здесь? – нахмурилась Чендлер. – Вот-вот… может, Черная Ведьма сделала что-то с дверью? Хотя вряд ли… если можно просто запереть дверь, то зачем париться с ловушками и секретами? Это тупо – кивнула своим мыслям Виктория. – Может – нерешительно сказала Валери – Может кто-то из Гринвольфов… защищал дверь? – робко спросила женщина. Виктория вздрогнула и удивленно уставилась на сестру. – Откуда ты знаешь настоящее название нашего рода? – пораженно спросила младшая – я думала, ты не хочешь знать историю. Валери отчетливо поморщилась и зло покосилась на вторую Гринфайер. – Да, я не хочу знать, Викки – огрызнулась женщина – Потому что мы и так по уши в дерьме, Викки. Поэтому я не хотела добавлять нашей семье проблем, еще и с историей Викки! – прорычала Валери. – Ого, какие мы злые. Что, наконец-то обрела яйца? Ну так возьми их и засунь себе в… – начала было младшая. – Тихо! – крикнула Рената и ощутила, как ее пульсирующая голова взрывается очередной вспышкой злобы – во-первых, ваши семейные разногласия вы решите в другом месте. Не здесь! – твердо сказала Чендлер, впиваясь ногтями в ладонь – во-вторых… Валери, да, твои предки были сильными. Но это существо все еще «живо» и активно спустя двести лет… Джойс могла быть очень сильна, но она просто человек. Эту битву на истощение она бы не выдержала – безжалостно заключила Рената. – Ага… поэтому тварь была здесь по другой причине… – отвлеклась от злобного обмена взглядами младшая Гринфайер – может какой-то хитрый артефакт или… что там выжившие после войны писали о вампирах? Святая вода? – непонятно пробубнила девушка – В общем, наш лучший шанс обнаружить что-то действенное, это найти дверь. Скорее всего артефакт находятся около нее – заключила Виктория. – Ну… это имеет смысл – сосредоточено согласилась Рената – если он свободно бродит здесь, но не может выйти, значит что-то находится около двери – пробормотала Чендлер. – Стой… как ты назвала этого монстра? – тревожно спросила Валери. – Вампир – просто ответила Виктория – По крайней мере, так они назывались в учебнике, появившимся после войны. И да, кто-то умный написал учебник, чтобы потомки знали какая скарская х**ня может вылезти из сраной Германии, если у целителей снова потечет крыша. Кстати, про гниющих медведей там не упоминалось… надо будет дополнить – задумчиво пробормотала Гринфайер и продолжила – Жаль только, это мудрое начинание прикрыли и учебники сожгли. Благо мы добыли один… и теперь я ни за какие деньги не подпущу к себе целителя. Ты, «госпожа», не захочешь знать, что эти психованные твари могут сотворить с человеком. К слову, о том, почему полезно изучать историю, Валери – зло проворчала Виктория. – Ну прости, я не ожидала, что попаду в довоенный дом, принадлежавший Черной Ведьме, в котором будут трепетно сохранены все эти жуткие монстры. Почему-то мне казалось, что у Судьбы закончились подарки для нашего рода. Я надеялась на это, учитывая, как глупо ты себя ведешь – прошипела старшая Гринфайер. – Я глупо себя виду? И это говорит аристократка, жравшая мусор, обладая суперсилой и скоростью? – едко спросила Виктория. Глаза Валери панически расширились, и она ощутимо вздрогнула, будто по ее телу прошла болезненная судорога. – Ты… знала? – неверяще прошептала старшая Гринфайер. В ее глазах отражалось мучение, полное панического, болезненного стыда. – А… эм… я… – запнулась Виктория и… – Заткнитесь! – прорычала Рената – Просто заткнитесь и найдите мне дверь… сейчас! – зло крикнула девушка. Каждую секунду, что они стояли на месте, раздражение Чендлер росло. Ее мысли остановились на одинокой фигурке младшего брата, что сейчас сражался с каким-то монстром и каждое мгновение, что он там находился, она боялась и злилась. В ее голове рефреном стучало чуждое: мое, мое, они отнимают мое, убить, уничтожить. Это было почти больно выносить, и боль в руках уже не помогала. Поэтому ей необходимо было двигаться. Она должна была что-то делать, чтобы помочь Джорджу! – А, да – отвлеклась каких-то тяжелых мыслей Валери, затравленно отводя взгляд от младшей сестры – Хорошо… И быстро пошла вперед. И если раньше в ее плечах была какая-то уверенность и сила, то теперь весь ее вид был поникшим и подавленным. На свою сестру Валери старалась не смотреть. Виктория же нервно жевала губу, всем своим видом излучая раздраженную досаду. Двое Гринфайеров сохраняли мертвое молчание, тяжело давившее на всех участников похода. И, если бы в голове Ренаты не творился сущий ад, она бы обратила на это внимание. Но сейчас, ей было откровенно плевать на проблемы двух сестер, пока ее собственный брат находился в опасности. Поэтому, вместо попыток наладить контакт между родственниками, Рената спросила: – Куда мы идем? Валери ощутимо вздрогнула и нерешительно сказала: – Я… ощущаю запах. Пахнет, как метка, что ставят собаки, когда обозначают интересное место. Я… я думаю, что это может быть путь к двери. Если я не ошиб…баюсь и… – ближе к концу фразы ее голос сорвался и нерешительно задрожал. – Хватит мямлить! – раздраженно сказала младшая Гринфайер – у тебя же вроде отросли яйца. Или ты их уже потеряла? Валери поежилась и сгорбилась, из-за чего Рената чуть не врезалась в голову висящей Виктории. Та еле слышно ругнулась и решительно закрыла рот. Судя по виду, младшая решила молчать до конца дней своих. Старшая Гринфайер робко на нее покосилась, после чего ее плечи немного расслабились, и она пошла уже увереннее. И вот так, в полной тишине, девушки продвигались вперед. Через несколько метров, Рената заметила первую дохлую тушу, что при приближении превратилась в обезглавленного медведя. Похоже, это существо было здесь не одно… в этот момент Чендлер вспомнила слова Маркуса о том, что к концу войны химеры стали брать верх количеством. Но почему в других комнатах они были по одному? Хотя… во второй комнате, под водой было несколько скелетов химер. В комнате белок тоже было много трупов. Но во всех остальных было по-другому… что отличалось? И пока девушка размышляла об этом, мертвых, обезглавленных туш становилось все больше. Одни из них были чудовищно изуродованы, будто кто-то порвал их на части. Другие были почти целыми… не считая отсутствующей головы. От третьих остались лишь оторванные конечности и внутренности, раскиданные по обломкам деревьев и иссохшей земле. Несомненно, здесь произошло настоящее побоище. – Ого, это почти так же плохо, как в первой комнате – пробормотала Виктория. – Что? – непонимающе спросила Рената. – Ну, все эти серые люди с бычьими головами. Их было прям очень много… они почти завалили ту женщину своими трупами – пояснила девушка. – Какую женщину? – отвлеченно спросила Чендлер, отвлекаясь от гула в своей голове. – Ну… ту, к которой нельзя подходить. Мы, пока искали эту проклятую дверь, всю комнату обошли и наткнулись на нее. Ваша Лотти сказала, что в комнатах могут быть тела женщин, которые почему-то не сгнили, и к ним нельзя приближаться, поэтому мы обошли ее по широкой дуге. О… демон, а вдруг эта штука не давала вампиру выйти? – тревожно сказала Виктория. Рената нахмурилась, силясь обдумать поступившую информацию. Судя по замершим глазам Валери, та пыталась заняться тем же. И, учитывая, что старшую Гринфайер мучил только стыд и психическая травма (в отличие от Ренаты) она сообразила быстрее. – Ты имеешь ввиду… что во всех комнатах были тела каких-то женщин, что не поддавались гниению? И химеры атаковали эти тела? – робко спросила Валери. Виктория, на секунду запнулась, нерешительно покосившись на старшую сестру, после чего прокашлялась и сказала: – Ну да. Вы что, не заметили их? Ну ладно, в первой комнате мы часами блуждали, поэтому наткнулись… во-второй, допустим, она глубоко лежала, заваленная костями рыб и каких-то чудовищ. Хотя это лицо, что наблюдает за тобой из толщи воды было жутким… его было сложно не заметить – поежилась девушка – В третьей с белками, мы тела вообще не нашли, но, судя по холму тех трупаков, она была завалена под ними… но в четвертой-то достаточно было пойти за телами этих людей кроликов и вуаля. Она лежит прямо там, на краю поляны, заваленная частями тел кролей – спокойно сказала младшая. Глаза Ренаты бессмысленно смотрели в пустоту, а в голове шелестела громкая тишина. Она пыталась… пыталась понять. – Я… я нашла только одну химеру-кролика. После того, как я ее обезглавила, Маркус сказал мне идти обратно, хотя я заметила другие тела… но он настаивал, что с остальными разберется сам. Он всегда первым шел на разведку комнаты и говорил… говорил, куда нам можно идти – тихо сказала Валери. – О… то есть ваша кукла не сказала, что в комнатах есть очень опасные штуки, к которым ни за что нельзя приближаться? – с легким недоверием спросила Виктория – почему? – Я… я не… – нерешительно начала Валери, но вдруг запнулась и резко остановилась. – Кхарский гнилой скарр! – выругалась Виктория, подняв голову – Я так и знала… это оно. Что еще это могло быть? – Она… она похожа на… – как-то испугано прошептала Валери и замолчала. Рената медленно повернула голову. Первым, на что наткнулся ее взгляд, были разбросанные повсюду медвежьи туши. Они валялись на земле, на деревьях и в устье высохшего ручья, что раньше тек в маленькую пещеру. Вторым, на что наткнулся взгляд Ренаты была нога, одетая в тяжелый солдатский сапог. Девушка задержалась на нем в течение нескольких секунд, после чего медленно подняла взгляд выше. Ее глаза прошли простые, тканные штаны, потрепанную, посеревшую от времени куртку, задержались на простом кулоне в виде клыка, продетом в серебряную цепочку, и остановились на суровом лице, посередине которого проходил длинный, грубый шрам, задевавший часть щеки и некрасиво искривлявший губы, открывая участок зубов. У тела не было одной руки и сквозь прореху виднелись потрескавшиеся участки серых мышц и кость неестественного, стального цвета. Вены и артерии были бледными, возможно, потому что у этого тела не было энергии, чтобы сделать их яркого, синего оттенка (такого же, что она однажды видела в ванной, когда мыла одну грязную живую куклу). На голове тела красовались остроконечные, волчьи уши, зубы были заостренными клыками, а на руках виднелись острые, темные когти. Рената готова была поклясться, что если женщина/кукла откроет глаза, то девушка увидит черные склеры с желтыми, звериными зрачками. У стены маленькой пещеры, тяжело привалившись к стене, сидела Альфа волчьей стаи, что когда-то поклялась охранять Изабеллу ценой своей жизни. Это было полностью измененное, подвергшееся звериной трансформации и превращенное в пустую куклу тело Джойс.