Опаленные души

С момента победы над вампиром прошло два дня. На исходе второго, Валери и Виктория ушли в сгоревший лес в отчаянной попытке найти хоть какую-то еду. Джордж пошел за ними, чтобы поржа не оставлять двух юных женщин наедине с неизвестными опасностями, и Рената, наконец, осталась совершенно одна. Точнее, она думала, что осталась одна, пока к ней не подошел Маркус. – Молодая наследница… этот слуга просит вас о милости – тихо сказала кукла. Рената посмотрела на его, в кои-то веки, не улыбающееся лицо и поняла, что дворецкий очень серьезен. О чем бы он не хотел поговорить, это было важно для него. – Хорошо… это как-то связано с тем, что ты не рассказал нам о… телах? – грустно спросила девушка. Дворецкий на секунду замер, после чего медленно кивнул. – Этот слуга… этот слуга хочет, чтобы молодая наследница знала. Госпожа Изабелла великий человек… моя создательница сильнейшая и благороднейшая из женщин. Стойкая, умнейшая и храбрейшая. Она самая достойная Глава Дома в истории… быть ее наследницей… это великая честь – с великой убежденностью в голосе сказал Маркус. Его речь была настолько наполнена жаждой, чтобы его услышали, что это почти резало слух. – Я… – от неожиданности Рената запнулась – я не понимаю, как это связано… – Она не виновата! – крикнул Маркус, хватая Ренату за плечи – Моя госпожа не виновата! Этот слуга не знает, почему госпожа постоянно говорила, что это ее вина… он даже не понимает, что такое вина. Но они все… все эти слабые вассалы говорили, что она невиновна! Это их вина, что они были столь слабы… это их вина, что моя госпожа… вы не должны думать, что это ее вина – почти умоляюще сказал дворецкий – Вы ее наследница… ее Надежда… вы так похожи на госпожу Изабеллу. Этот слуга просто желал, чтобы… – тут Маркус замолчал, будто не в силах найти правильных слов. Будто даже не до конца понимая, что именно он пытается сказать. – Госпожа Изабелла величайший артефактор из существовавших – наконец сказал Маркус – Но госпожа… иногда этой вещи казалось, что она этого не знает – робко прошептала кукла. Рената молча смотрела на растерянного дворецкого. Она знала Маркуса три года и все это время он был жизнерадостным и эмоциональным в своем бесконечном восхвалении своей удивительной госпожи. Иногда девушка задавалась вопросом, вел ли себя Маркус так же, когда Изабелла была рядом. И теперь она знала ответ. Теперь девушка могла себе представить, как дворецкий сопровождал свою госпожу, постоянно повторяя ей – Вы достойны восхищения. Вы величайшая аристократка из существующих. Вы сильнейший и самый искусный артефактор в мире. Госпожа добрейшая и сильнейшая женщина из когда-либо рожденных… наверняка, дворецкий повторял это годами, но его никогда… никогда не слушали. И теперь, когда Маркус встретил наследницу Изабеллы, что похожа на нее как две капли воды… его все еще не слушают. Поэтому Маркус и не показывал ей тех кукол. Он знал, что чтобы он не говорил, Рената не послушает его. И поэтому решил сделать так, чтобы разговор вообще не состоялся. – Значит, Изабелла не виновата в том, что случилось с Джойс? – наконец спросила девушка. Маркус удивленно на нее посмотрел, будто не веря в прозвучавший сейчас вопрос. А потом в его глазах зажегся огонек надежды: – Да. Госпожа ненавидела создание несовершенных кукол из хрупких людей. Только мы, ее изначальные творения… – оживленно начал дворецкий. – То, что она ненавидела это, не делает ее менее виноватой, Маркус – грустно сказала Чендлер. Дворецкий сбился, после чего нахмурился. Его пальцы на плечах Ренаты сжались крепче: – Этот слуга не может рассказать молодой наследнице о том, что произошло в прошлом… создание артефактов и несовершенных кукол входит в систему защиты. Этой вещи нельзя говорить об этом – тихо сказал Маркус – но госпожа… ОНА… НЕ… ВИНОВАТА – слова дворецкого били как молот, будто он жаждал вбить смысл своих слов в голову Ренаты – этот слуга прочитал все книги… опросил всех вассалов особняка и, даже, одну из захваченных кровососущих тварей Фриды, после стерев ему память – с отчетливой ненавистью прорычал Маркус. – Ты что?! – Ренате показалось, что та ослышалась. – На тот случай, если вассалы были пристрастны – кратко пояснил дворецкий – И все они… все источники утверждали, что госпожа НЕ ВИНОВАТА. Только госпожа… только она считала иначе. Она и… вы. Почему? Почему только вы? – с каким-то отчаянием спросил Маркус. Несколько секунд Рената не могла ответить. Потому что… есть вещи, которые ты просто знаешь. Солнце восходит на западе, рыбы плавают в воде, и ты виноват, если делаешь это. Как можно объяснить что-то подобное существу, что не может отличить немертвого от человека? – Потому что она обладала жуткой силой – наконец сказала Рената – и только она решала, пользоваться этой силой, или нет. Каждая живая кукла, это ее ответственность. Каждый проклятый артефакт, это еще один вассал, которого она не смогла защитить, как сюзерен – объяснила свои метущиеся эмоции девушка. Маркус сосредоточенно нахмурился, после чего медленно сказал: – Эти слова логичны, но… – дворецкий как-то беспомощно осмотрелся, будто ища поддержки – но она не виновата – беспомощно заключил он. Рената только грустно улыбнулась. Наверняка Маркус повторял это тысячи раз, но… судя по его отчаянному виду, никогда не был услышан. Как и всегда. – Спасибо Маркус – это было все, что могла сказать Рената – Если это поможет, то… я действительно восхищаюсь Изабеллой. Я понимаю ее и… наступает момент, когда даже самый великий человек больше не может. Я… действительно понимаю – тихо сказала девушка. Лицо Маркуса странно исказилось, будто он испытывал боль. После чего кукла резко успокоилась, и теперь на Ренату смотрела равнодушная маска. – У этого слуги есть просьба – сказал дворецкий. – Еще одна? – недоуменно спросила девушка. – Может ли этот слуга перейти в следующую комнату? – спросил Маркус. – Что? – не поняла Рената – Зачем? – Теперь этот слуга знает, что госпожа Изабелла видит вашими глазами – пояснил Маркус – и он не может позволить госпоже… видеть вещи, что она не хочет видеть – наконец сказал дворецкий. Рената недоуменно моргнула. – Ты… хочешь что-то спрятать? – спросила девушка. – Да – просто ответил Маркус. Сначала, Чендлер хотела спросить. Она даже открыла рот, но… она действительно устала. Она была измотана, полна какой-то тянущей, еле ощутимой боли и все еще очень сильно боялась голоса, спящего на краю ее сознания. А еще… она помнила, что Маркус прятал от нее раньше. Поэтому… девушка закрыла рот и молча кивнула. Дворецкий поклонился, молча развернулся и ушел вглубь пещеры. Он исчез примерно на пол часа, и вернулся как раз к тому моменту, как вернулись оголодавшие Гринфайеры и веселый Джордж. Рената так и не спросила, что именно он прятал.

***

– Итак… мы готовы? – устало спросила старшая Чендлер. – Да! – решительно крикнула Валери. – Еще как!! – еще громче крикнула Виктория. УРРРРРРРР БУУУУУУРРРРРК – У нас нет выбора – зло выдохнул Джордж – Иначе эти двое нас сожрут. – Этот слуга не позволит тронуть молодых господ – твердо сказал Маркус. – Ну, или дуболом их убьет, и на нас ополчится здоровый кусок криминального мира Ист Энда – заключил раздраженный парень – Ненавижу бандитов. – Ты все ненавидишь, злобный пацан – фыркнула Виктория. – Не все. Только то, что доставляет моей семье проблемы… и я не виноват, что это весь демонский мир, ты пожирательница денег – прорычал Джордж. – Успокаивающая медитация – припечала брата Рената и тот, полыхая недовольством, сложил руки на груди. Через несколько секунд парень закрыл глаза и ощутимо поморщился, но аура неконтролируемого раздражения около него явно уменьшилась. Рената обеспокоенно на него покосилась. Да, Маркус утверждал, что повышенная раздражительность после подобных перегрузок обычное дело – со слов дворецкого, Джордж выделил просто огромное количество пламени. Но девушка все равно беспокоилась. – Итак… подвеску взяли? – недовольно спросила девушка. – Да – кивнул Маркус, похлопав себя по карману. Там, замотанная в бешеное количество железной бумаги, что частично блокировала воздействие артефакта, лежала проклятая вещь. – Вещи взяли? – продолжила девушка. – Да – одновременно сказали Маркус, Джордж и Валери. Виктория продолжала подавленно бурчать животом в стороне… на самом деле, раньше Рената считала, что Валери плохо переносит голод. Очевидно, она сильно ошибалась. Если сравнивать двух сестер, то старшая ела МЕНЬШЕ... возможно, потому что часто сдерживалась в прошлом, когда у ее семьи были плохие времена. И одна эта мысль ужасала. А еще укрепляла Ренату в уверенности, что Валери лучший вассал, что мог у нее быть. – Хорошо… значит пойдем – решительно выдохнула девушка и повернулась к синей двери. На самом деле, им даже не пришлось далеко идти – дверь уже была в глубине пещеры. Что и не удивительно, учитывая тело Джойс, что закрывало вход. Рената так и не спросила Маркуса, куда тот отнес тело… она просто не могла. Рената вздохнула и кивнула Маркусу, чтобы тот нажал на ручку. Та опустилась и символы на двери засветились тусклым синим светом… раздался тихий щелчок. Валери шагнула в новую комнату. Следом за ней прошел Маркус… потом Виктория. Наконец, прошла Рената, и идущий последним Джордж тихо закрыл дверь. И так Рената оказалась в… комнате. В смысле, в нормальной, обычной комнате. Здесь были стены, покрытые посеревшими зелеными обоями, деревянное покрытие пола, убранное зеленым же ковром и неожиданно высокий потолок. Это был холл какого-то дома. Большая круглая комната с арочным потолком и несколькими дверями, по краям помещения. На дверях были надписи, говорящие о том, что где-то располагалась спальня, где-то ванная, а где-то гостиная. Над одной из дверей, почти издевательски большим и ярким шрифтом было написано: Выход Она была синей. Стены, вокруг нее, были чудовищно повреждены, будто кто-то истово их атаковал (на самой двери не было и царапины). Хотя вряд ли атакующий хотел повредить именно дверь – вся комната была истерзана и превращена в лохмотья. Ковер был разорван на куски, стены покрыты шрамами, а на полу виднелись остатки каких-то лестниц и канатов, что, судя по обрывкам, раньше висели на потолке. Сам потолок, вверху которого находилось огромное, круглое окно, тоже был немилосердно поврежден. Создавалось впечатление, что в эту комнату впустили огромное количество диких, неуправляемых животных, что остервенело рвали друг друга на части. Хотя сейчас, в зале находился только один. На полу, около пришедших, лежал жутко изуродованный труп маленькой девочки. Ее руки выглядели, как лапы какого-то зверя, ноги были вытянутыми и заканчивались когтями, в области копчика крепились остатки черного хвоста, чей конец оканчивался блестящим жалом, а на спине лежало крыло, как у летучей мыши (второе было оторвано). На ее лице виднелись длинные шрамы, будто чьи-то когти начали путь в области лба и тянулись до шеи в тщетной попытке выпотрошить свою жертву. Этот самый шрам открывал желающему взгляд на острые клыки и не позволял рассмотреть выбитый глаз лежащего на животе ребенка. Это была самая жуткая, самая чудовищная химера из всех, что видела Рената, пока шла сюда. И самым чудовищным в ней было то, что оно было создано из тела маленькой, двенадцатилетней девочки. – Хенрика фон Лебенвассер – тихо сказал Маркус. – Эта тварь использовала ребенка? – неверяще прошептала Рената – Зачем? Ты же сказал, что некроманты прагматичны! Дворецкий недоуменно моргнул и посмотрел на своих позеленевших сопровождающих. Даже Виктория отвлеклась от своего голода, с ужасом рассматривая труп. – Полагаю, для Хенрики подобный вид был довольно прагматичен – недоуменно сказал Маркус – учитывая, что ее рост остановился в области двенадцати лет. Сначала Рената не поняла только что прозвучавших слов. Она была уверена, что поняла неправильно. Что Маркус имеет ввиду? Что он… – Это создательница химер? – неверяще спросила Валери. – Верно – кивнула кукла – Хенрика фон Лебенвассер, целительница из рода Лебенвассер, что нарушила запрет в двенадцать лет. Именно она занималась уничтожением рода Гринфайер по приказу императора. Командующая отрядом, состоящим из созданных ею химер... одна из самых старых некромантов, сражавшихся на войне. Это она – спокойно пояснил Маркус. – Старых? – ошарашенно прошептала Валери. – Эта сопля создала тех тварей и нагнула зеленый этаж? Мне теперь как-то обидно за предков – печально заключила Виктория. – Но… она же ребенок – хрипло сказала Рената – Просто маленькая девочка… как ее родители… как кто-то мог допустить такое? – Мать fräulein Хенрики умерла во имя Der Weg der Unsterblichkeit , а ее отец был перерожден в Eisiger Riese – внезапно донеслось от Маркуса. Все, находящиеся в комнате, резко застыли, после чего медленно повернулась к дворецкому. Тот выглядел весьма сердитым и мрачно сверлил глазами мешок, что два дня таскал с собой без перерыва. – Мерзкий кровосос… что ты сделал с кляпом? – раздраженно спросил Маркус, начав рыться в этом самом мешке. – Я его съел, мой бескровный враг – с явным самодовольством донеслось из сумки. После чего сердитый дворецкий окончательно распотрошил сумку, вытаскивая на свет… замотанную в слои ткани голову. – Маркус… – с каким-то печальным смирением сказала Рената – Это вампир? – О, ja-ja! Ich bin ein Vampir – воодушевленно донеслось из свертка – А вы, очевидно маленькая наследница Freund der Herrin . Большая честь говорьить с вами! – Ты что, взял эту #@$ с собой?! На$%@?! – вытаращилась Виктория – Оно еще и разговаривает в таком виде? Стой… эта штука слышала нас все это время?! – Он все равно не понимает современной речи – равнодушно пожал плечами Маркус, кладя сверток на пол. Тот повалился на бок со странным, каменным стуком, и все присутствующие отошли на несколько шагов назад. – О! Этот запах… wolfskind ? Я уже немного устал от волков… но вы были весьма вкусной! Danke! – весело сказал вампир – И, благодаря волчьей крови, я научился нескольким словам, что были важны für den spender . Например, родитель, девочка и На$%@... какой странный набор – задумчиво пробормотал монстр. – И вправду… несет какую-то древнюю околесицу – кивнула успокоившаяся Виктория – правда что-то современное мелькает… да нет, показалось – отмахнулась Гринфайер. И примерно в этот момент Рената осознала, что снова невольно переводит старое наречие. Благо девушка не успела продемонстрировать свои знания… но это начинало утомлять. Возможно ей пора уже запомнить, что исконные обитатели этого дома не знают современного языка? Вот только… почему в этом проклятом особняке столько говорящих обитателей? Во имя Судьбы… почему двести лет без воздуха и еды для вас какая-то мелочь?! Остановитесь! – Маркус, зачем здесь эта штука? – снова повторила Чендлер, тряхнув головой. Дворецкий только раздраженно дернул углом рта и достал из мешка бывший кляп Валери. Тот был грязным и вонючим от засохшей слюны… дворецкий нехорошо ухмыльнулся. – Что это за запах? – в голосе вампира послышалось беспокойство – Что ты задумал, alter feind ? – К величайшему сожалению этого слуги – очень сожалеюще сказал Маркус – Голову вампира уничтожить невозможно. Их мозг защищен буквально от всего… госпожа Изабелла пробовала – печально вздохнул дворецкий – К тому же, эта вещь не может оставить голову кровососа валяться на земле. Он может добраться до одного из тел химер в комнатах, или выбраться наружу. Поэтому за ним придется присматривать лично… твари Фриды всегда были изворотливы – посетовал дворецкий, начав разматывать сверток. – Я не до конца понимаю, что ты говоришь, но по тому, что разобрал… ты сетуешь на мое perfektion – уточнил любопытный голос – Разумеется ты это делаешь… все-таки меня создала Herrin Фрида. Я идеален – горделиво приосанился сверток. Рената так и не поняла, как он это сделал. А потом сверток размотало до конца, и идеальное существо увидело свой будущий кляп. – О… – поскучнел монстр – Снова пытки? Маркус хищно ухмыльнулся, после чего силой открыл клыкастый рот и засунул туда вонючий кусок ткани. – Ууууу – позеленела Валери. Виктория и Джордж расползлись в садистских ухмылках. Рената же печально смотрела на очередного ненормального обитателя своего дома. Нет, девушка понимала, что Маркус не позволит ей даже приближаться к оторванной голове. Но Чендлер будет знать, что эта штука где-то там. Что тетушка Розмари может найти ее в поисках еды и попытаться погрызть… после прихода Гринфайер, тетушка часто стала бродить по дому с этой целью. Ее изгнали из столовой и даже с кухни. Тетушка проиграла в прямом столкновении с превосходящим хищником и была опущена до уровня падальщика, что бродит по пустующему дому в поисках объедков. О, Судьба… Ренате действительно нужно отдохнуть. Она начинает бредить. И примерно на этой совершенно не оптимистичной мысли девушка решительно повернулась к двери. – Маркус… это выход? – спросила девушка. – Да… – отвлеченно ответил дворецкий, ожесточенно утрамбовывая замолчавший сверток – Этот слуга временно оставит кровососа здесь, после чего перенесет наверх… с вашего дозволения – поклонился Маркус и скрылся в комнате с надписью Гостиная. И так молодые аристократы остались наедине с изуродованным трупом двенадцатилетней девочки. Несколько секунд прошло в пристальном разглядывании маленького трупа. Каждый из присутствующих думал о своем… Рената думала о другой маленькой, зеленоглазой девочке по имени Лидия. Рената размышляла о том, что так и не узнала, какое же у нее животное. О том, что… это может быть не ее комната. Пусть она и была главной среди Гринфайеров… поход к концу комнат не означал, что последняя, это комната лидера. Даже если Маркус пошел на просьбу, чтобы спрятать очередную куклу. Рената не будет спрашивать. Ни за что. Эти восхищенные зеленые глаза, направленные на Изабеллу… Рената никогда не спросит. Она готова умереть, так и не узнав. – Если кто спросит – внезапно сказала Виктория, и Чендлер невольно вздрогнула – то эта мерзость была трех метров в высоту и дышала огнем. – Что? – не поняла Рената. – Ну, в смысле, наши предки были охрененными, что держали эту сволочь. Репутация, это все в наших краях… поэтому три метра и огонь, смекаете? – напряженно спросила младшая Гринфайер. – Ее здесь вообще не было – устало сказала Рената – и комнаты этой тоже не было… смекаешь? – не менее напряженно спросила Чендлер. – О! – осознала поглупевшая от голода Виктория – Зашибись. Тогда отлично… никто ничего не видел, никто ничего не знает, и скоро мы пойдем наружу и пожрем. Кстати… а эта хрень не встанет? – как-то нервно спросила девушка. – Нет – внезапно сказал Маркус, заставив младшую подпрыгнуть – Без Фриды, она не сможет – пояснил вернувшийся дворецкий. – Зашибись – облегченно выдохнула Гринфайер – пошли жрать.

***

Когда Рената вышла из подвала, сопровождаемая огромной группой людей, то ждала… каких-то встречающих. Но в подвале было пусто… девушке потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, как долго они находились в особняке в этот раз. Почти месяц… Ренате казалось, что прошла целая жизнь. – Еда! – прорычала Валери, вырывая Чендлер из своих мыслей. – Жрать!! – взвыла Виктория, и двое Гринфайеров буквально исчезли. В одну секунду они были рядом, а в другую, наверху что-то бухнуло, и они пропали. А потом… – Нееееееееттттт!!! – донесся сверху вопль, полный чистейшего мучения и боли. – А, тетушка Розмари была в столовой – равнодушно заметил Джордж. – Здесь кто-нибудь есть?! Помогите!! – внезапно послышался совершенно незнакомый для Чендлеров женский голос. Джордж и Рената недоуменно переглянулись, и тут услышали грохот двери, ударившейся об косяк и громкий топот. Вскоре, наверху показалась фигура… это был худой, бледный и пошатывающийся Френк Чендлер. – Рената… Джордж – изможденно прошептал мужчина, и по его щекам потекли слезы – Вы… вы живы. Он счастливо улыбнулся и… потерял сознание. Из-за этого, худая мужская фигура пошатнулась в последний раз и начала наклоняться в сторону провала, ведущего в подвал. Рената испуганно открыла рот и потянулась к падающему отцу, но спустя секунду его поймала возникшая из ниоткуда Лотти. Он тяжело на нее навалился, но кукла, казалось, не обращала на это внимания. Она просто молча сверлила глазами Ренату, будто не в силах оторвать от нее взгляд. – Эм… я в порядке – робко сказала девушка – Что с папой? – А – донеслось из-за спины Лотти – ты еще жива. Ну и слава Судьбе - устало выдохнула подошедшая Элеонора – не делай так больше… это был сущий кошмар – изможденно выдохнула девушка, после чего повернулась назад – Сосед, помоги мне донести папу до спальни! – крикнула девушка. И только Рената успела задуматься, к кому она так странно обращается, как... – Значит взрослый демон решил оставить захваченное тело? – донесся до ошалевшей девушки ЕЩЕ ОДИН незнакомый голос – Ну и хорошо, а то этот мужчина стал выглядеть совсем уж плохо – посетовал подошедший красноволосый парень, аккуратно подхватывая обессилевшего Френка – А вы, значит, старшая сестра демона? – с каким-то болезненным интересом спросил незнакомец, повернувшись к онемевшей девушке – Рад, что вы еще живы… мне нравится Лондон и Англия в целом. Не хотелось переезжать – непонятно выразился парень, после чего повернулся и понес Чендлера вглубь дома. – Что за? – успела среагировать Рената. – Помогите!! Кто-нибудь!!! – донесся до Чендлер новый истошный крик. – Да успокойся, детка – сказал очередной незнакомый голос – Все на мази. Судя по тем крикам, босс и ее сеструха здесь, а значит мы тебя скоро отпустим. – И может даже целой… Гы-гы-гы-гы – басовито донеслось сверху. Рената снова тряхнула головой, надеясь, что у нее начались какие-то видения. После чего глубоко вздохнула и, с какой-то внутренней дрожью, начала подниматься по лестнице. На первый взгляд, все было нормально – из кухни доносились чавкающие звуки, и отчаянные подвывания. Гринфайеры вернулись и начали отнимать еду тетушки… ничего необычного. Дверь столовой была открыта, и там виднелся стул, к которому были привязаны перетертые веревки… это было не так обычно. Но ничего выходящего за рамки нормы – учитывая рассказ Джорджа, скорее всего там держали папу. Девушка решительно выдохнула и пошла на второй этаж, после чего медленно прошла по коридору. Она двигалась в направлении криков о помощи. Спустя несколько шагов, девушка дошла до открытой двери, что силой чьего-то удара чуть не слетела с петель и, после глубокого вздоха, заглянула внутрь. И там, в остатках синей гостиной девушка увидела… – Я не знаю, как открыть эти демонские двери! Это технология Забытой Войны!! Оставьте меня в покое!!! – истошно крикнула молодая светловолосая женщина с глубокими синими глазами. Эти самые глаза внезапно заметили Ренату и устремились на девушку, сверля ее в одержимой надежде на чудо. Учитывая, что голубоглазая была привязана к стулу посередине гостиной, и ее окружали зеленоглазые женщины бандитской наружности… Чендлер могла ее понять. А вот кого она понять не могла, так это Вивьен, что заинтригованно следила за ситуацией, сидя на соседнем стуле. Рядом с одетой в кожаные штаны женщиной находился чайник, фарфоровая кружка и набор для чистки ее любимого пистолета, лежащие на потрепанном кофейном столике. Очевидно, полисменша устроилась со всем возможным комфортом и двигаться в ближайшее время не собиралась. – Вивьен… вы то, что здесь делаете? – печально спросила Чендлер. – Служу отечеству – радостно резюмировала женщина. Рената окинула ее осуждающим взглядом, после чего повернулась к зеленоглазым женщинам. – А вы?.. – устало спросила девушка. – Мы Звери. Банда такая – щербато ухмыльнулась самая высокая – Меня Мединой звать… здрасьте. – Аааааа. Виктория очень лестно о вас отзывалась – понимающе закивала Рената. Услышавшая это гигантша как-то потупилась и смущенно шаркнула ножкой. – Эта соплячка больно впечатлительная. А ты, я так понимаю, потеряшка, что вместе с Вел угодила в какое-то дерьмо? – спросила женщина и, получив молчаливый кивок, расплылась в новой улыбке – Ну и зашибись. Тогда сворачиваемся… Нора, бери взломщицу и почапали. А то у нас кончается наличка для полисменши – проворчала женщина, чем-то похожая на медведя. Другая женщина, напоминающая кабаниху, согласно хрюкнула и подняла стул с плачущей голубоглазой. Та печально посмотрела на Ренату, но сердце той было слишком занято жалостью к себе, Изабелле, ее людям и своей семье… места для синеглазых взломщиц там уже не оставалось. Даже на донышке. – Ты держись – ободряюще сказала Рената, тем самым вычерпав последнюю каплю. Голубые глаза стали совсем печальными, и надежда в них погасла окончательно. Вивьен же радостно ухмыльнулась и протянула руку к медведице. Та что-то недовольно проворчала и сунула ей в руку банкноту… ухмылка Вивьен стала шире, и она радостно хлопнула медведицу по плечу. – Приятно с вами работать – бодро заявила полисменша. – Хрм – среагировала женщина и неожиданные посетители удалились в закат. Рената проводила их молчаливым взглядом и повернулась к Вивьен. – Вы что творите? – с каким-то болезненным любопытством спросила девушка. – Спасаем Лондон и моих сотоварищей от твоего папки – резюмировала женщина – Ну и от муженька твоего… я слышала, он парень ответственный. Как и его вассал, что, по слухам, носит портреты своих сестренок у сердца и бьет морду любому, кто плохое слово о них скажет. Иногда до полусмерти – доверительно поведала Вивьен. – Вы же понимаете, что за нашим домом следят? Думаете наблюдающие спустят этот хаос? – недоуменно спросила девочка. – Спустят – нехорошо ухмыльнулась Вивьен – одна из ваших кукол, от стресса, разумеется, стала выходить из особняка и рубить в капусту любого мимо ползущего. Типо режим повышенной боеготовности, все дела. Пока не до смерти… но все еще впереди, поэтому ребята решили не рисковать – со знанием дела кивнула Вивьен. Рената даже думать не хотела, откуда женщина знает о разговорах «ребят» — И теперь только я… преданный и самоотверженный работник короны, преодолевая опасности и ужас перед жуткой куклой прошлого готова нести свою нелегкую роль наблюдающего за происходящим в данном доме – в какой-то момент трогательной речи, женщина аж прослезилась – ну и за повышенный оклад, разумеется. Ребята скинулись со своих сбережений, чтобы я шпионила вместо них – доверительно поведала Вивьен – Бухгалтер-то мой, временно, не в себе. Готов выдавать зарплату только моими отпиленными конечностями – равнодушно закончила полисменша. – А артефакты? Наверняка за домом наблюдают при помощи артефактов – въедливо уточнила Рената. Ей казалось, что не может все быть так просто. – Ну так, кукла как-то их всех и протащила. Как, понятия не имею… профессиональные секреты, походу – пожала плечами Вивьен. – А… – осознала Рената, вспомнив Лотти и мешки с едой – Но зачем тогда рубить ползущих в капусту? – недоуменно спросила девушка. – Так стресс же – просто ответила полисменша – Она же испереживалась вся. Рената пристально на нее посмотрела, пытаясь понять, не издевается ли над ней эта женщина. Ее встретили кристально чистые, лучащиеся невинностью глаза… в этот момент Чендлер осознала – у Вивьен всегда такое лицо. Поэтому хрен знает, говорит она правду, или брешет. – Странно, что Лотти так тебе доверяет – подозрительно заключила девушка. – Так мы с ней договор заключили – пожала плечами Вивьен – С нее деньги, с меня молчание. И бандитки тоже… только условия другие. Какие, я не уточняла. И бандитки не уточняли про мои… молодцы. Их плата за молчание была щедрой – ухмыльнулась стремительно богатеющая женщина – В общем, крошка Лотти развела дикую активность… походу она действительно переживала – с каким-то удивлением заключила полисменша. – Оу… – после этих слов Рената ощутила, как у нее защипало в глазах. Лотти была не самой эмоциональной и разговорчивой куклой. Ее всегда затмевал разговорчивый Маркус, и из-за этого, ты легко мог забыть, что у нее тоже были чувства. Но она так старалась… в груди Ренаты потеплело, и она ощутила, что… вот-вот потеряет сознание от усталости. Все проблемы были решены. Она выбралась из жуткого подземелья и просто… очень хотела отдохнуть в своей кровати. – Ладно – смутно донеслось издалека – Пошли в кроватку, Рен… походу тебе это реально надо. Чендлер только устало вздохнула и молча согласилась. Она действительно надеялась, что сможет хоть немного отдохнуть.