Опаленные души

В небольшой каменной пещере мирно сидела маленькая кукла. Выглядела она очень реалистично – у нее было красивое, безмятежно спящее лицо, короткие, неровно обрезанные черные волосы и тело, покрытое трещинами и копотью. Кукла была одета в порванное черное платье, а на ее голове красовалось два зеленых, аккуратно подвязанных хвостика. Любой человек, при первом взгляде на куклу мог заключить, что та пережила нелегкие времена. При втором же взгляде человек бы быстро умер, так как возле куклы лежал огромный волк, целиком состоящий из огня. От огненного зверя исходила жажда крови и тяжелой ненависти, буквально заполняя пещеру аурой мучительной смерти. Его необычный огонь отбрасывал на стены пещеры зеленые отблески, придавая пещере таинственный и завораживающий вид. Именно его узрела Рената Чендлер, когда взяла под контроль свою куклу и заставила ее открыть глаза. К счастью, внутри артефакта еще оставалось пламя мистера Смита, поэтому девушка смогла подтянуть кукольные ножки к телу, пошатываясь встать и… споткнувшись неизящно шмякнуться на пол. Огненный волк резко открыл глаза, вскочил, заполыхал зеленым огнем и издал жуткий, нечеловеческий рев. Его глаза быстро обшаривали пещеру, ища неизвестного нарушителя, а в огненных зрачках застыла жажда кровожадного убийства. Рената полностью и абсолютно его проигнорировала после чего, аккуратно встав, двинулась на выход из пещеры. Волк проводил активную куклу тупым взглядом. В его огненно-зверином мозгу кипела очень напряженная работа. Настолько напряженная, что… Вольф Гринфайер, что в данный момент сопровождал одну из сестер по рынку, запнулся и глубоко задумался. Внезапно, в его мозгу возник крайне, просто ужасающе навязчивый вопрос. – Как защищать предмет в пещере, если предмет встал и сам ушел из пещеры? – как-то потерянно спросил Вольф. Его средняя сестра по имени Клара Гринфайер оторвалась от морального потрошения торговки капустой и непонимающе повернулась к брату. – Брат, мне сейчас не до твоих игр разума. Не трать силы на вещи, которые не приносят денег, – сурово отрезала четырнадцатилетняя девушка, после чего повернулась обратно к торговке. – Четыре шиллинга за этот кочан? Ты меня за дуру держишь ведьма? Кончик четвертого листа начинает желтеть, а значит ему целых пять дней. Что подумают другие твои покупатели, если я упомяну об этом? – мрачно спросил оживший кошмар торговцев Нижнего Рынка. Торговка капустой содрогнулась и мысленно помолилась Судьбе. Тем временем, за несколько тысяч километров от Ист Энда, в голове волка возникла мысль: Не до этого. Нужно срочно заработать денег, иначе Клара меня продаст. Волк замер, после чего странно затряс головой. Это помогло ему убрать непонятные видения маленькой волчицы, что с хищным видом потрошила капусту, кровожадно выгрызая из нее желтые кругляши. Когда странный образ пропал, и на его место вернулась старая добрая ненависть, волк ощутил некоторое облегчение. А потом осознал, что подзащитный объект самовольно ушел из-под этой самой защиты. Рената, тем временем, вышла из пещеры и с облегчением осознала, что находится поблизости от пустого накопителя. Девушка уже осмотрела накопитель мистера Смита, и не нашла в нем никаких нарушений. Значит либо проблема во втором, либо в чем-то еще. Благо мистеру Смиту не нужно было вновь проходить через джунгли, варваров, проклятые артефакты и огненных демонов дабы проверить маленький цилиндр. Это сильно экономило нервы и время обоим сторонам конфликта. С этими оптимистичными мыслями кукла дошла до цилиндра и, окинув его профессиональным взглядом, заключила, что цилиндр в полном порядке. Единственной проблемой было прискорбное отсутствие огня в этом цилиндре. Кукла прикрыла глаза и задумчиво замерла. Это не только помогало ей думать, но и позволяло полностью игнорировать незнакомую фигуру женщины с крайне знакомыми крыльями, сидящую неподалеку. К счастью, новое тело крыльев не обращало на маленькую куклу никакого внимания – неизвестная туземка продолжала гладить огненную птицу, сидящую у нее на плече. Огонь от перьев птицы почти незаметно отклонялся в сторону стальных крыльев, из-за чего Рената заключила, что проклятый артефакт ее «жрет». Как ни странно, птица совершенно не возражала по поводу такого произвола. Более того, она выглядела весьма довольной и мечтательно жмурила свои огненные глазки. На секунду, у Ренаты возникло искушение допросить проклятый артефакт. Та знала много странных вещей и, возможно, могла ответить на вопросы девушки о прошлом… вот только такие вещи всегда требовали платы. И выгода от этой платы была незначительна, по сравнению с потерями. К тому же, «мысли» проклятых артефактов были примитивными и бессистемными. Например, артефакты на первом этаже (то есть сделанные древними Блэкфайерами) можно сравнить со слабоумным, бредящим безумцем, ведомым одной навязчивой идеей. Артефакты из особняка Изабеллы были на несколько порядков выше, но все равно не думали как люди. Их можно сравнить с животными. Да, крылья, клык и золотое зерно могли думать. Золотое зерно лучше остальных, но даже у него были признаки неких… инстинктов. Артефакт сначала ощущал некий порыв и только потом начинал думать, чтобы его удовлетворить. Золотое зерно хотело есть, волчий клык есть и защищать, а крылья жаждали устойчивого тела. Их «мысли» насчет этих вещей были сконцентрированными и четкими, но остальное терялось в бессистемных обрывках. Иначе говоря, допрашивать крылья было бессмысленно. У них не было такой вещи, как память. Поэтому Рената проигнорировала опасное существо и сконцентрировалась на цилиндре. После чего с удивлением заметила… что он начал наполняться? Кукла недоуменно моргнула, а потом ощутила как ее аккуратно подняли за край платья, перевернули и понесли обратно в пещеру. Судя по отблескам огня, это был огненный волк. Девушка раздраженно замахала ручками и попала одной кистью прямо в огненный глаз. От неожиданности волк вспыхнул зеленым огнем, заревел и выпустил куклу из своей пасти. Где-то далеко, Вольф Гринфайер вздрогнул и ощутил необычайный прилив ненависти ко всем куклам этого мира. Он жутко зарычал и трясущийся продавец мясом быстро согласился дать кошмару торговцев скидку. Клара обернулась, узрела перекошенное от ненависти лицо своего брата и одобрительно кивнула. Наконец-то ее непутевый брат хоть чему-то научился. И пока секрет рыночного успеха Вольфа Гринфайера отчаянно тряс головой, Рената невозмутимо поднялась с земли и поковыляла к чувствительному цилиндру. Тот снова замер и перестал наполняться. Если бы девушка могла, то непонимающе нахмурила бы брови. Однако непонятное устройство снова активизировалось, после чего девушку резко подняли за подол платья и, злобно рыча, потащили обратно в пещеру. И тогда до Ренаты дошло. Похоже артефакт впитывает огонь, но только около демонов. Возможно… радиус впитывания пламени был недостаточно большим? Но почему месяц все работало? Девушка нахмурилась и вышла из куклы. Та безвольно обвисла, но злому волку было уже плевать на подвижность непослушной вещи. Он прошел в пещеру и раздраженно швырнул куклу на каменный уступ, после чего… заметил огненную человеческую фигуру, стоящую в углублении пещеры. Та молча осмотрела свое покусанное сокровище, а потом подошла, аккуратно посадила ее на место и поправила зеленые хвостики. Огненный волк окинул пещеру подавленным взглядом, тяжело вздохнул и сел, молча ожидая когда огненный человек закончит. Наконец, тот удовлетворился состоянием куклы, отошел от уступа и медленно повернулся к огненному волку. Идущий по Нижнему Рынку Вольф Гринфайер внезапно ощутил, как на него давит какое-то неописуемое, мучительное ощущение. Он явно и четко осознал, что какое-то сильное и безжалостное существо им очень НЕДОВОЛЬНО. Вольф споткнулся, тряхнул головой, а потом повернулся к сестре и сказал. – Клара, я уволюсь из армии и пойду искать хорошую работу, – искренне заверил сестру старший брат, после чего запнулся и добавил. – Поэтому не злись на меня больше. Это страшно.

***

Рената Чендлер, сидящая в кресле, что находилось в синей гостиной, открыла глаза. После чего устало помассировала виски и взяла чашечку кофе, стоявшего на маленьком столике. Напротив нее сидел не менее усталый Габриэль Смит, что потягивал все то же кофе и, казалось, мучительно о чем-то размышлял. – С артефактом все в порядке, – наконец сказала девушка. – Полагаю проблема в… радиусе. – Радиусе? – непонимающе моргнул жених. – Босс, а сейчас войти можно? – крикнули из-за запертой двери синей гостиной. – Нет! – зло крикнул Смит. – Проваливай Зак! – Серьезно? Целых два часа, и ты все еще бодряком? Я тебя недооценивал, босс, – уважительно донеслось из-за двери. Рената и Габриэль непонимающе нахмурились, после чего дружно проигнорировали странную фразу Свенсона (и вновь он избежал смерти). Эти два социальных инвалида были слишком заняты, чтобы разбирать словесные конструкции других людей – Рената спасала свою семью, а Габриэль спасал собственную психику. В общем-то поэтому они и оставались социальными инвалидами. – Ну тогда вперед жеребец! А я пока пожру, – радостно донеслось из коридора и парочка услышала звук удаляющихся шагов. Рената и Габриэль посверлили дверь непонимающими взглядами, после чего выбросили слова Зака Свенсона из головы и сосредоточились на деле. – Адриан сказал, что площадь поглощения пламени несколько километров, – задумчиво произнес Смит. – Пока оно нужной концентрации, все должно быть нормально… а учитывая, что там обитают демоны, концентрация должна быть большой, – посуровел Габриэль. – И до этого дня все прекрасно работало. Рената только беспомощно пожала плечами. – Накопитель работает, но начинает впитывать пламя только поблизости от демона. Это то, что я видела своими глазами, – пояснила девушка, после чего что-то вспомнила. – Этот волк… раньше он был не таким… стабильным, – нахмурилась Чендлер. – Волк? – непонимающе спросил Смит. – Огненный волк, – пояснила девушка. – Раньше, когда я швыряла в него тряпку, то он расплывался и потом собирался обратно. Теперь же я ткнула ему в глаз, но он остался плотной формы, – невозмутимо поведала Рената Чендлер. Габриэль Смит, который ранее очнулся сидя на одном из огненных демонов (и судя по следам, набил морду остальным), так же невозмутимо кивнул на слова девушки. Вот так легендарные огненные бедствия стали объектом избиений и пренебрежения в глазах двух «чистых» наглецов. – Зеленый огонь наиболее эффективен, когда стабилен, – поделился наблюдениями огненный аристократ. – В отличие от остальных типов пламени, он скорее энергия тела, а не природное явление. Поэтому огонь малоэффективен для прямых атак… если выпустить его из тела без стабильной животной формы, то он просто рассеется в воздухе. Можно сказать, что протекание зеленого огня вне демона было показателем нестабильности этих существ… поэтому я и выбрал Зеленого Демона. Его огонь должен был просачиваться наружу без вреда для артефактного накопителя, – объяснил свой тщательный план Габриэль Смит. – К сожалению… если мастер зеленого огня себя контролирует, то огонь почти не просачивается наружу. Похоже эти существа пришли в себя, и накопителю просто нечего впитывать, – мрачно заключил жених. Рената понимающе закивала. – Возможно наш приход их взбудоражил, и они собрались с силами, – предположила девушка. – Может быть, через некоторое время они успокоятся и снова будут… протекать огнем? – осторожно предположила Чендлер. Габриэль только очень тяжело вздохнул и запустил руки в волосы. Если бы причиной был их приход, то демоны стабилизировались бы сразу. Но они приходили в себя постепенно в течение месяца… и Габриэль подозревал, что он приложил к этому свою огненную, бессознательную руку. Все дерьмо в его жизни происходило, пока Габриэль был без сознания. Вот и сейчас. Проклятье… он не сломал огненных демонов. Он их починил!! Б#$@. Почему он не может починить что-то хорошее?! Дома, деревья, артефакты… свою скарскую жизнь?! Нет, все, что он может починить, это жутких древних демонов. Жизнь огненного отродья Габриэля Смита во всей своей проклятой Роком красе! Прекрасно… просто прекрасно. Он ненавидит все это. Как же он это ненавидит. Ненавидит, ненавидит, ненавидит, ненавидитненавидитненавидит. Габриэль с силой стиснул зубы и впился в волосы сильнее. Проклятье, за месяц он отвык от этих ударов ярости. Ему нужно сосредоточится. Он ДОЛЖЕН сосредоточится хоть на чем-нибудь! – Итак… – донеслось до Смита. – Какой у вас запасной план? – спросил спокойный женский голос. Внезапно… мужчина ощутил, что растущая, разъедающая ярость на секунду запнулась. Это дало ему передышку и время на укрепление своей мысленной обороны. Габриэль вновь вернулся в настоящее, после чего медленно разжал пальцы, и аккуратно опустил свои руки на колени. – Почему вы думаете, что он у меня есть? – хрипло спросил Габриэль. – Вы умный человек, который трезво оценивает свои силы, – спокойно ответила девушка, отпивая из кружки. – А умные люди всегда думают о возможности неудачи. Смит хмыкнул и окончательно успокоился. Он взял свою чашку с кофе и поднял глаза на девушку. Около нее стояли две неподвижные куклы и пристально смотрели на потерявшего равновесие мужчину… судя по их позам, они готовились атаковать его в любой момент. Дворецкий безмятежно улыбался и окидывал нестабильного аристократа голодным взглядом, а горничная пристально наблюдала за его языком тела. Если Смит хотя бы попытается напасть, то умрет. Это приносило ему странное, болезненное ощущение… безопасности. Если мужчина потеряет контроль, то не причинит вреда этой девушке. И это позволяло ему расслабиться. Даже если Габриэль жуткое чудовище – эти куклы тоже. И сейчас они были настороже. Из-за клятвы о неразглашении, данной Ренатой Чендлер по поводу огненного безумия Габриэля Смита, куклы не могли услышать и запомнить ведущийся разговор. Девушка запретила им это и пояснила риски… даже изворотливый дворецкий не решился бы рисковать, дабы не ранить свою хозяйку нарушением договора. Но это не мешало Ренате дать им приказ атаковать в случае опасности. После данного приказа только полный идиот не заподозрил бы неладное, поэтому куклы были наготове. И благодаря этому Рената заметила проблеск нестабильности Смита. И так как девушка сама страдала подобными гневными приступами, то быстро поняла как помочь. Отвлечение от спирали ненависти обычно помогало. Еще лучше, если это была тема, уничтожающая причину появления этой самой спирали. – Конечно у меня был запасной план, – сказал успокоившийся мужчина, отпивая горький напиток. – Точнее три… и, учитывая обстоятельства, наиболее благоприятным будет один из них, – задумчиво пробормотал Смит, покачивая напиток в руке. Его глаза следили за остывшей темной жидкостью… по цвету она не отличалась от его радужек – такая же темная, чернильная бездна. – Осталось только все организовать… – прищурился Смит, после чего в его глазах мелькнула какая-то быстрая мысль. Он отвел взгляд от чашки и сконцентрировался на невозмутимой невесте, которая в данный момент изящно грызла печенье. – Леди Рената… я бы хотел узнать, нет ли у генерала Рэдвипа никаких… не совсем легальных увлечений? – мягко спросил Габриэль Смит. Невеста ласково улыбнулась и ответила: – У него самого не так много… но полагаю вас заинтересует его сын. Двое людей, сидящих в небольшой комнате хищно усмехнулись друг другу. Лица этих двоих были человеческими, но казалось в их темных глазах скрывалось искры неестественной ненависти с оттенком древнего безумия, а ухмылки были полны клыков. Сидящий внизу Зак Свенсон внезапно ощутил, как его хребет пробрало леденящим ужасом. Бастард поежился и неодобрительно посмотрел наверх. – Босс… ну не при невесте же. Держи себя в руках, во имя Рока, – посетовал Зак, после чего вернулся к поеданию жареной курицы. Тем временем, люди наверху отогнали от себя призраков древней ненависти и вернули более-менее человеческий вид. – Ну, полагаю что скоро отправлюсь на поле боя, – довольно заключил Габриэль Смит. – В том ритуале было что-то про ингредиенты… что вам привезти? – заботливо спросил мужчина. И на этом вопросе непробиваемая Рената Чендлер внезапно потеряла невозмутимость. Она неловко отвела глаза, смущенно наклонила голову и начала нервно мять платье. Габриэль Смит, который за сегодня не смог вызвать подобной реакции своим безумием, кошмарами и диким хохотом удивленно на нее уставился. – Эм… это… я… – начала бормотать девушка. – Вы не подумайте. Я… я не маньяк, просто мне показалось, что этот артефакт вам наиболее полезен. И… и основной ингредиент у него заменить никак нельзя, поэтому… просто условие ритуала в искренности. И я думаю, вам такой был бы нужнее всего… – продолжала мямлить невеста. Габриэль Смит был заинтригован. В его полной безумия жизни это случалось нечасто. Обычно это он интриговал окружающих. – В-общем… если вам нетрудно, то мне…. мне нужно сердце, – почти прошептала Чендлер, съежившись в маленький комок. – А? – не понял Смит. Девушка болезненно скривилась. – С… сердце огненного аристократа! – почти крикнула Рената, после чего в ужасе запнулась и замахала руками. – Вам не нужно никого убивать! Просто вы солдат и там наверняка будут трупы… просто вырежьте сердце павшего! Чем он слабее, тем лучше. Кто-нибудь со сформированным ядром, но жалкий и неопасный. Думаю такие чаще всего умирают, поэтому проблем не будет! Я… я не кровожадная, просто… – снова начала мямлить девушка. – Хорошо, – спокойно кивнул Габриэль. – Что-нибудь еще? – невозмутимо уточнил он. Рената как-то потерянно застыла. Ее руки так и остались висеть по бокам туловища, на щеках выступил нервный румянец, а глаза были немного влажными от пережитых переживаний. Что-то в сердце Габриэля екнуло, и он ощутил странный жар в груди. Мужчина немного покраснел, после чего отвел взгляд. – Вы… вы не против? У вас не будет… проблем? – услышал он нерешительный, мягкий голос. Почему-то мужчина зарумянился еще больше и легкомысленно махнул рукой. – Сердце слабого аристократа не представляет проблем, – уверенно заявил Смит. – Можете не переживать, леди. Эти слабаки дохнут на передовой как мухи… я легко добуду его для вас, – заявил мужчина, не упоминая, что иногда они «дохнут» из-за него. Это был первый раз, когда огненный ужас по имени Габриэль Смит красовался перед представителем другого пола. Правда он совершенно не понимал, что творит и какие именно побуждения заставляют его это делать (разумеется, когда-то живший в борделе парень знал, что такое половые отношения между мужчиной и женщиной, но никогда не примерял эти вещи к себе). Благо его первые попытки попали на благодатную почву. Наследница Черной Ведьмы была впечатлена кровожадностью и беспринципностью принятием и спокойствием другой стороны, из-за чего смутный жар ее сердца стал немного сильнее. Ее тело расслабилось, на лице появилась нерешительная улыбка, а на щеках вступил мягкий румянец. Габриэль Смит, осмелившийся снова посмотреть на девушку (подсознательно оценивая успешность своих слов) снова покраснел и немедленно отвел взгляд. Древние инстинкты мужчины подтвердили эффективность выбранной тактики по впечатлению пары и сразу же атаковали его животный мозг. – Вам нужно что-нибудь еще? – выпалил Смит. – Помимо сердца у людей есть много органов, – со знанием дела заявил бывалый солдат. Рената взволнованно улыбнулась. Ее очень человеческий и меркантильный мозг срочно вступил в игру, мысленно прикидывая насколько сложно достать труп даже слабого аристократа. К сожалению, трупы аристократов в морги не возили, а очень аристократически хоронили на личных кладбищах. Маркус пояснял, что это вынужденная мера – у него был длинный список того, что аристократ-затейник мог сотворить с родом другого аристократа при помощи его тела. К сожалению, эта славная традиция сильно мешала совершенно не злой Ренате ковать совершенно не злые, но эффективные артефакты. И теперь… теперь мистер Смит… Габриэль… Девушка так разволновалась, что прижала руки к груди и часто задышала от открывшихся перспектив. Сидящий рядом жених покраснел как рак при виде данного зрелища, а его животный мозг стал что-то активно праздновать и намекать ему на дальнейшие действия. Пара была впечатлена и теперь настал момент выполнять обещания и тащить ей добычу. – Маркус, – хриплым от волнения голосом сказала порозовевшая Чендлер. – Неси список. В этот момент многие солдаты славной Великобританской армии ощутили зловещий холодок на своей спине. Габриэль Смит, впервые познавший муки любви, был очень настроен произвести впечатление.