Опаленные души

После памятного обмена письмами прошло несколько часов. За это бесценное время Анна успела: собрать все лихорадочно исчерченные записки и спрятать их в специальное отделение рюкзака, развести огонь в переносной печке (женщина не видела смысла тратить запасенное пламя Аарона на артефакты подогрева. Дрова и спички были несоизмеримо экономнее), нагреть несколько литров воды, после чего слить ее в деревянную лохань и опустить туда собранные в заброшенном доме вещи (для дезинфекции). После женщина нагрела еще одну партию воды, развела ее в другой таре, разбудила уставшую Алисию, заставила ее снять свою вонючую уличную одежду и подмыться теплой водой. На этом этапе девочка достаточно проснулась, чтобы осознать причину действий матери, из-за чего сильно смутилась и побежала менять постельное белье. Анна слегка улыбнулась, сняла уже свою одежду, тщательно вымылась и с бесконечным облегчением забралась в свежую, только что перестеленную кровать. Через пару минут женщина ощутила, как рядом заползла Алисия. Девочка обняла слегка влажного после мойки медведя и открыла книгу, приготовившись дежурить всю оставшуюся ночь. Анна сонно моргнула и медленно закрыла глаза. Да… теперь она может позволить себе уснуть. К тому же, ей понадобятся силы. Завтра ей предстоял еще один нелегкий разговор с Аароном. Им следовало обсудить информативность своих записок. С этой, совсем не успокаивающей мыслью, женщина устало закрыла глаза и провалилась в глубокий сон. Следующее утро началось с укладывания сонной Алисии в кровать, готовки завтрака, состоявшего из овсяной крупы, и тщательного разбора и сортировки добытого в разграбленном доме. После женщина одела кулон сокрытия и обошла дом, проверяя артефакты слежения, ловушки и примитивные маркеры, установленные ей ранее (для тех, кто умел обезвреживать артефакты любой сложности, но не обращал внимания на сухие веточки и тонкие волоски, натянутые между деревьями). Все было чисто. Женщина задумчиво кивнула, прошла в дом и только тогда осторожно подняла стоящую на столике шкатулку и молча открыла крышку. Та, что ни удивительно, была пуста. Очевидно, Аарон ответил на свои вопросы и теперь не считал нужным нарушать привычный режим. Анна утвердительно кивнула своим мыслям и решительно взяла лежащий рядом лист и карандаш. Аарон получил часть своих ответов. И теперь Анна хочет получить свои. Дорогой Аарон… Анна нахмурилась и оценивающе посмотрела на лист. Это… звучало как-то… по-семейному. Нет, она и Аарон супруги, но Анна всегда воспринимала их скорее как коллег по работе, проживающих в одном здании. А какие письма пишут друг другу коллеги по работе? Анна глубоко задумалась и пробежалась мыслями по переписке со своими «коллегами». Мысленно оценила тот тонкий (а иногда очень и очень толстый) язык взаимных угроз, оттенков доминирования и смутных намеков о взаимных возможностях по причинению боли, перемежающийся с предложениями сотрудничества и признания силы друг друга . Анна ностальгически вспомнила некоторые посланные ей произведения искусства, в которых ей очень вежливо и бесконечно уважительно писали о том, какой же чудовищной смертью она может умереть если не подчинится. Да… итак, какие письма пишут друг другу коллеги по работе, чья работа не состоит из грабежа, убийств и формирования банд образований? Анна снова глубоко задумалась, после чего… с видом явного поражения продолжила писать. Дорогой Аарон В связи с недавними событиями, я бы хотела получить больше информации о вашей ситуации. Я полагаю, что это поможет нам лучше понимать происходящее и соответственно реагировать на дальнейшие изменения обстановки, чтобы наши враги не смогли ввести нас в заблуждение в дальнейшем. И да, Аарон. Я знаю, что вы не в порядке. И хочу точно знать, в чем это не в порядке проявляется. Пока мне не сообщил об этом кто-то другой в тех красках, которые они посчитают выгодными. Анна задумчиво перечитала свое в чем-то шантажирующее письмо, оценила тонкое напоминание о вчерашней истерике мужа, служащее близким ему логическим аргументом, после чего со спокойной душой опустила письмо в шкатулку и захлопнула крышку. А потом спокойно встала и начала еще один активный, полный выживания, готовки, стирки, разбора краденного и экспериментальной артефакторики день. Уже ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к закату, а маленькие переносные часы показывать без десяти девять, Анна подошла и открыла шкатулку. Там лежал небольшой листок белой бумаги. Женщина подозрительно прищурилась. Она ожидала более объемного письма. Анна раздраженно вздохнула и, внутренне ожидая надписи «Я в порядке», подняла лист. Прочитав ваше письмо, я был вынужден согласиться с вашими аргументами. – Ну спасибо, – раздраженно подумала Анна. Если с вами свяжутся и сообщат, что я отсутствую в своей воинской части, то прошу вас не беспокоиться. Я добровольно покинул ее около четырех месяцев назад, – вывалил первую информационную бомбу Аарон. Старшая Блуфайер подавилась слюной и закашлялась. Я путешествую самостоятельно и продолжаю исполнять свой воинский долг, поэтому корона не может предъявить мне никаких претензий. В родовом договоре есть пункты о войне с врагами государства, но нет ни слова о том, что в процессе сражения я должен подчиняться нынешнему правителю и его законам ведения войны, – «любезно» пояснил Блуфайер – Так же вам могут сообщить, что я являюсь неофициальным Главой Рода, – продолжал «жечь» Аарон – из-за чего требуется ваше присутствие у родового круга с целью официального назначения меня Главой. Я бы просил вас не приближаться к родовому особняку, так как это может быть ловушкой. Я на 97% уверен, что мой старший брат уже несколько месяцев пытается убить меня из-за моей новообретенной позиции. Так же я полагаю, что именно его люди вчера солгали мне о том, что вас схватили и держат в заложниках с целью моего дальнейшего шантажа, – пояснил причины своей вчерашней истерики муж – К сожалению, я был несколько… эмоционально скомпромитирован и убил их до того, как смог должным образом допросить, – слегка виновато дополнил Аарон – Но теперь, когда я знаю, что в вами все в порядке, ситуация находится под моим полным контролем. Поэтому уверяю вас, что ваша предыдущая оценка моего состояния не верна. Я в полном порядке и полностью контролирую ситуацию, – решительно и бескомпромиссно отрицая реальность написал муж. Анна и недавно подошедшая к ней Алисия тупо пялились на этот густо исписанный небольшой листочек. Старшая Блуфайер машинально отметила, что после вчерашней истерики у Аарона могла закончится бумага, поэтому теперь он вынужден экономить. Учитывая, что ее муж уже четыре месяца шляется по смертельно опасному полю боя без отряда, должного снабжения или завалящей палатки… становится удивительно, где же он берет бумагу. Да какая разница?! Аарон #$@, это намного хуже, чем она ожидала! Какого $%@?! Все в порядке?! Да ты буквально выживаешь, идиот!! Анна резко встала, выхватила одну из тетрадей Алисии для учебы (да, она продолжала учить дочь. Война не должна вставать на пути образования. Особенно учитывая, что может творить образованный Блуфайер) и вырвала из нее кучу листов. После чего взяла один из них и начала гневно на нем писать. Аарон, мне нужен список вещей, в которых ты нуждаешься прямо сейчас. У нас есть утварь и инструменты, которые могут облегчить твое выживание, поэтому я надеюсь на твои способности к логическому мышлению. Я не хочу, чтобы ты умер. И тебе нет нужды беспокоиться, что ты лишаешь нас вещей. Внизу есть покинутая крестьянская деревня. Мы возьмем вещи оттуда. Так же я бы хотела больше подробностей о твой ситуации. Мне необходимо знать, как ты пришел к своему нынешнему состоянию. Это является важной информацией, которой могут воспользоваться наши враги. Пожалуйста Аарон. Это очень важно. Женщина поставила точку и повернулась к Алисии… которая в данный момент пихала в шкатулку набор теплых носков. При виде этого Анна чуть не прослезилась. Алисия была таким умным ребенком. Она сразу поняла, чего могло не хватать человеку, четыре месяца живущему на подножном корме. Старшая Блуфайер одобрительно кивнула и положила сверху многочисленные листы бумаги, бережно укладывая свое злобное письмо сверху, после чего захлопнула крышку. В этот раз ответа пришлось ждать около двух часов. За это время женщина успела изготовить два простых замка для тренировки Алисии, приготовить обед из имеющихся у них продуктов, пару десятков раз злобно поднять крышку шкатулки и просверлить ее злым, многообещающим взглядом, чтобы в конце концов, наконец, получить ответ. Это письмо был написано на одном из тетрадных листов Алисии, что подтверждало мысль Анны о нехватке бумаги. И с этим немного мрачным осознанием женщина вчиталась в текст мужа. Я рассмотрел ваши аргументы и нашел их разумными, – милосердно написал Аарон – Полагаю вы знаете, что мой старший брат не был прикреплен ни к одному отряду и не участвовал в боевых действиях, что не мешало ему оставаться в живых. Разумеется, отец был заинтересован в выяснении подробностей подобной аномалии, но старший брат исчез и не отвечал на призывы отца. В итоге, Глава поручил выяснение деталей происходящего мне… – Какая неожиданность, – немного ядовито подумала Анна. «Отец» Аарона поручал ему все. Иногда женщине казалось, что ее муж работает за всех кандидатов в наследники разом и за Главу заодно… на будущее. На нем висела бухгалтерия рода, контроль принадлежащих Блуфайерам производств и каналов поставки ресурсов, дипломатическая работа с «некультурными родами» Гринов и Рэдов, общение с которыми считалось особо тяжелым и непрестижным (хотя Анна предпочла бы этих простых ребят Гостам и Блуфаерам в любой день), и все это не считая его личных научных проектов, необходимых для поддержания репутации. Пару раз женщина пыталась «намекнуть» Аарону, что если он выполняет работу в подобных объемах, то чем занимаются все остальные кандидаты на место? И если ничем, то почему Аарон все еще не утвержденный Наследник? Судя по отвлеченным ответам мужчины, он думал о чем-то похожем и уже мысленно считал себя этим самым Наследником. Тогда Анна нашла этот вывод несколько сомнительным, так как если он уже фактически Наследник, то почему его не потрудились утвердить? Но, судя по письму мужа… он все-таки стал Наследником. Получается Аарон был прав? Примерно с этой мыслью Анна вернулась к выведенным на бумаге строчкам. Я потратил на расследование этой аномалии около двух месяцев, – продолжил писать Аарон – И за это время отец потерял контакт с моим младшим братом. Как выяснилось позднее, Артур был убит неизвестными пока находился в расположении своей воинской части. Отец был… недоволен моей нерасторопностью в расследовании, – странно четким подчерком вывел мужчина. Анна слегка нахмурилась. За эти недели она успела немного выучить привычки мужа в письме. Ей пришлось вычленять подробности о его состоянии из наклона букв и силы нажатия карандаша на бумагу. И эти слова… Анна ожидала, что они будут написаны излишне мягко или неловко. Аарон всегда плохо реагировал на саму мысль о том, что он вызовет неудовольствие своего отца. Но сейчас… в этих буквах виднелось холодное раздражение. Раздражение на Главу Рода Блуфайер. Это не было хорошим знаком. Примерно в это же время на меня стали совершать регулярные, но безуспешные покушения, – невозмутимо сообщил Аарон – Эти покушения становились все более и более раздражающими, а приказы вышестоящих все более глупыми и самоубийственными, поэтому я принял решение игнорировать все приказы, покинуть отряд и далее сражаться самостоятельно, – равнодушно сообщил муж. Анна далеко не так равнодушно уставилась на письменное подтверждение того, что не только брат Аарона, но и действующая власть упорно пыталась его убить. Судя по ровному почерку, муж уже давно осознал эту простую истину, поэтому относился к ней на удивление равнодушно. Но Анна узнала об этом буквально только что! Получается, правительство под прикрытием боевых действий пытается заменить Глав родов на тех, что его больше устраивают? Учитывая слухи о королевских убежищах… мог ли король разрешать некоторым аристократам «Древнейших» родов скрываться в убежищах, связывая их определенными договорами, попутно пытаясь убить всех остальных? Таким образом, в его власти могли оказаться последние потомки этих самых родов, что гарантированно делало их Главами «Древнейших» семей, а значит всех аристократов разом. Это дало бы королю беспрецедентную власть над всеми аристократами… но стоило ли это риска проиграть в войне? Да, представителей «Древнейших» родов не так много по сравнению со всеми аристократами, но… они сильнейшие. Неужели король так уверен в себе, что готов ослабить свою армию во время боевых действий? Хотя… конечно он мог. Ради подобной власти люди шли на гораздо более безумные вещи. И, возможно, у него даже получилось. Между временем Анны и этим существовало несколько огромных отличий. И одним из них была степень власти королевской семьи. Во времени Анны, король был почти богом. Подчинение ему было беспрекословным… любой его приказ должен быть выполнен, даже если это означало ослабление рода, неподходящий брак или полное вымирание ветви. Здесь же… аристократы учитывали существование короля, но почти ему не подчинялись. Они были некоей военной силой, необходимой для защиты земли от аристократов других государств. Проще говоря, король занимался простолюдинами, а аристократы занимались собой, и периодически они встречались, чтобы поскандалить, если аристократы творили что-то непотребное. Стороны обсуждали произошедшее, приходили к какому-то решению и расходились взаимно довольные (или совсем недовольные) друг другом. И теперь… возможно Анна видит причину подобных изменений? Возможно ли, что Забытая Война была начата специально, но потом вышла из-под контроля? Женщина ощутимо нахмурилась и решила пока отложить свои размышления. Все ее мысли лишь бессмысленные догадки, а значит и думать о них дольше положенного смысла не имеет. И с этим очень разумным выводом женщина вернулась к письму мужа. Спустя три месяца после ухода из отряда, мне сообщили, что отец был убит на поле боя и передали его завещание, – продолжил писать Аарон – В нем меня утвердили… временным Главой рода Блуфайер, – и вот на этих буквах карандаш врезался в бумагу так сильно, что оставил жирный, черный след. И Анна могла прекрасно его понять. – Что?! – воскликнула женщина, резко вставая с кровати – Ах ты скарский… – тут женщина заметила сидящую рядом Алисию и прикусила язык. – Что случилось? – обеспокоенно спросила девочка, откладывая тренировочный замок для взлома. На лице Анны мелькнуло ощутимое раздражение. – Твой дед и младший дядя мертвы, – сухо сообщила Анна. Алисия моргнула, после чего попыталась изобразить должную грусть. Но потом видно вспомнила, что здесь только мать, и плюнула на это неблагодарное дело. – И что? – вместо этого спросила Алисия, прекрасно знавшая характер своей холодной матери. Из-за смерти двух малознакомых и смутно раздражающих ее людей, Анна Блуфайер даже выражение лица бы менять не стала. – Твоему отцу пришло завещание, в котором его назначили… временным Главой, – раздраженно поведала Анна. Алисия тупо моргнула. После чего опустила глаза на письмо… в комнате повисла тяжелая тишина. Губы девочки сурово сжались, а на лице отразилась явная, полная священного негодования злость. – Н-но почему? Отец так много работал… он работал больше кого-либо другого… – сдавленным от чувств голосом произнесла девочка – Почему он так… это нечестно! – воскликнула Алисия – Отец самый умный, сильный и компетентный аристократ этого поколения! – с твердой и незыблемой верой произнесла преданная дочь. Анна одобрительно кивнула и сунула в руки дочери лист вырванной из тетради бумаги. – Вот так ему и напиши, – твердо сказала Анна – думаю ему это нужно. Алисия часто закивала и полыхая праведной яростью ушла в освещенный солнцем угол убежища… писать. Анна же глубоко вздохнула и опустила на длинное письмо тяжелый, печальный взгляд. Временный Глава. Несведущий человек посчитал бы это честью или достижением, но сами аристократы знали лучше. Чем-то это звание походило на королевского консорта. Тебе давали полномочия Главы, но только на то время, пока ты не найдешь более подходящую кандидатуру. Иначе говоря… само это звание означало, что тебя нашли настолько неподходящим, что ограничили твое время пребывания на посту. Часто это означало безвыходную ситуацию, в которой место отдавали недостойному, связывая его обязанностью найти достойного правопреемника. И вот этим вот «гордым» званием наградили Аарона после долгих, выматывающих лет на службе роду. Если бы отец Аарона не кормил червей, Анна бы лично отправилась очень вежливо с ним пообщаться. Мало что могло ранить Аарона сильнее, чем звание «Временного Главы», данное лично его отцом. Отцом, которого он почти не знал, но сильно уважал и которого всегда боялся подвести… в этом он немного походил на свою дочь. Похоже наследственность сыграла свою роль. Анна начала машинально нашаривать карандаш, чтобы начать писать что-то ободряющее, но вовремя вспомнила о крайне решительной Алисии, уже исписывающей обратную сторону второго листа. Девочка была полна настолько праведной ярости за поруганную честь своего родителя, что даже не подумала о том факте, что это ее первое письмо недостижимому и отстраненному отцу. На лице Анны выступила невольная, легкая улыбка, после чего она взяла себя в руки и вернулась к чтению. Женщина уже немного опасалась того, что там написано дальше. Согласно завещанию отца, – продолжал безжалостно писать Аарон – Я должен передать звание своему старшему брату, как только тот будет найден. Похоже то, что мешало отцу найти моего брата так же мешало ему передать Глену звание Главы Рода, – с определенным, можно сказать злорадным наклоном букв написал муж – Очевидно, мой брат не знал об этих крайне важных деталях, поэтому даже не пытался выйти со мной на контакт и потребовать передачи места. Разумеется, я уничтожил завещание и человека, что присутствовал при оглашении, поэтому теперь шансов узнать у него точно нет, – с нехарактерной для Аарона злобностью написал мужчина – А учитывая характер моего брата, я на 95% уверен, что он никогда не осмелится подойти ко мне достаточно близко, чтобы я был вынужден сообщить ему о его статусе. Поэтому сейчас я, фактически, являюсь Главой рода Блуфайер, – без какого-либо ликования и радости в линии букв сообщил муж – И именно поэтому для вас нет никакого смысла пытаться попасть в особняк нашего рода. Даже если я получу доступ к ритуальному кругу, это не даст мне явных преимуществ из-за моего «временного» статуса. А мой брат… не знаю, что за глупость он с собой сотворил в попытке сбежать от войны, но это полностью отрезало его от рода. Если он даже не может осознать, что является полноценным Наследником с «временным» Главой, то даже ритуальный круг в его руках не представляет никакой опасности. Поэтому, будет проще, если мы просто будем игнорировать все, связанное с основной ветвью, – максимально равнодушно написал Аарон. Анна задумчиво кивнула. Ситуация, в которой находится Аарон (и они вместе с ним) кажется хрупкой как карточный домик. Сейчас ее муж поставлен в ситуацию, в которой он полностью зависит от решений своего старшего брата. Если Глен найдет в себе душевные силы просто подойти и поговорить с Аароном, то муж будет вынужден сообщить ему о своем «гордом звании». Статус временного Главы, это звание с огромным количеством ограничений и привязок… и большая часть этих привязок направлена на то, чтобы «недостойный места» не пытался убить или повредить «кандидату». Именно поэтому это звание так унизительно. Но здесь были и хитрости… и основная из них заключалась в том, что звание «достойного кандидата» определял вовсе не действующий Глава Рода, а скорее ряд инструкций, введенный в саму структуру этого самого рода. И если Глен не соответствовал этим критериям, то Аарон просто физически не сможет передать ему место. Было всего несколько вещей, способных оградить аристократа от влияния Главы, сделав нечувствительным к его зову и смене места в иерархии. И Анна была совершенно уверена, что большая часть этих вещей была запрещена родовыми законами. Конечно, они не могли рисковать – возможно брат Аарона прибег к тем методам, которые допускаются, но все же… Анна хмыкнула и опустила глаза на письмо. Вполне возможно, что из-за своих махинаций Глен полностью лишил себя прав на место, – повторил ее мысли муж – Но всегда есть опасность, что его метод допускается законами… поэтому, я исключил любые стратегии выживания, направленные на мое звание Главы. И… откровенно говоря, мне уже плевать на это проклятое место, – с неожиданной горечью написал Блуфайер – Если Глен его хочет, то пусть подавится. Мне все равно. Я просто… просто хочу, чтобы с вами было все в порядке. Пока вы в безопасности со мной тоже будет все в порядке, – было написано мягким, но твердым, недрогнувшим подчерком, – Поэтому вам не нужно обо мне волноваться. Я сделаю все, чтобы выжить и вернуться к вам. Пока вы живы… я тоже буду жить, – пугающе откровенно написал Аарон, неожиданно резко заканчивая свое длинное письмо. Анна уставилась на эти простые буквы застывшим от неожиданности взглядом. После чего тряхнула головой и снова неподвижно уставилась на черные, но твердые карандашные линии, выведенные на простом тетрадном листе. Нет, женщина знала, об истинных эмоциях Аарона. После вчерашнего вечера и множества разлетевшихся по полу доказательств, было трудно не осознать истинных чувств и эмоций ее обычно холодного зажатого мужа. Она просто не ожидала, что он… способен так просто это написать. Аарон потратил всю жизнь, чтобы добиться места Главы Рода. Он женился с учетом этой цели. Он нанял учителя для своей дочери только для набора преимуществ в конкурентной борьбе… он с детства учился, почти не спал, выполнял все порученные ему задания и вкладывал всего себя в эту амбициозную, казалось бы недостижимую цель. Только ради одного – стать Главой Рода Блуфайер. И теперь… он так просто, пишет, что ему плевать. Пишет, что они самое важное, что у него есть. Судя по письму, теперь мысль о главенстве над родом приносит ему одно лишь раздражение из-за пришедших с этим проблем. Это походило на полное крушение картины мира… крушение, произошедшее посреди поля битвы, когда рядом с ним не было никого близкого, кроме наемных убийц его старшего брата. И ни Анны, ни Алисии в этот момент с ним не было. – Алисия, – напряженно казала Анна, стараясь не скомкать посланное ей письмо. Девочка отвлеклась от заполнения третьего листа с восхвалениями Аарона и подняла голову. – Сначала дочитай это письмо, – решительно сказала женщина, протягивая девочке бумагу – А потом… мы возьмем еще листов. Много… много листов, – с явным, угрожающим оттенком произнесла Анна Блуфайер. В итоге, две крайне решительные женщины писали до самой полуночи, заполнив небольшую шкатулку почти до отказа. После чего Анна отправила очень злую, но усталую Алисию спать и потратила еще около часа, выписывая все вещи, что могут понадобиться Аарону в чистом, покрытом следами битв поле (так как муж совершенно проигнорировал ее просьбу о списке вещей. А значит Анна просто пошлет ему все ,что есть). И только после этого очень усталая женщина разбудила Алисию на дежурство и с легкой душой завалилась спать. На следующее утро, в шкатулке лежала небольшая записка, в которой аккуратным, почти идеальным подчерком было написано: Спасибо Как ни странно, Анне этого было вполне достаточно. Возможно, после этого эмоционального обмена письмами, она стала понимать мужа немного лучше. Этого небольшого слова ей было вполне достаточно… ведь оно показывало, что Аарон все еще в порядке.