Опаленные души

Август сидел в библиотеке рода Блутайм и депрессивно наблюдал за быстро перелистывающей страницы не тетей Этель. К его руке был крепко привязан их единственный шанс выбраться из этого бредового и кошмарного места – шкатулка передачи записок и предметов. Парень уже не в первый раз мысленно благодарил Рока и Судьбу за то, что лорд Аарон все-таки рискнул отдать шкатулку Августу. Без нее… бывший Блуфайер откровенно боялся думать, о своей незадачливой судьбе без нее. Хотя что тут думать. Повторение одних и тех же действий до бесконечности, вот, что его ждало. Судя по лежащей в шкатулке записке, шел их 23 цикл. Из нее же Август узнал, что им понадобилось четыре цикла, чтобы дать этому явлению название. И примерно в это же время, лорд Аарон начал составлять краткий список фактов и правил. Август машинально открыл шкатулку и молча посмотрел на приклеенный ко дну шкатулки список, рядом с которым красовался бумажный квадратик с цифрой 23. В этом списке было несколько торопливо написанных и частично зачеркнутых пунктов. 1. Спрячь Этель от девчонки. 2. Не выпускай шкатулку из рук. Связь со мной ваш единственный шанс на выживание. 3. Пиши мне каждые десять минут, или каждый раз, когда заметишь что-то нетипичное. Пиши мне каждый час. 4. В этом доме двое живых людей. Присцилла Блутайм и ее безумная мать, Миранда Блутайм. Мать привязана к кровати и не двигается. Девчонка подвижна. Не встречайся с ней. Твои записи чаще всего обрываются после встречи с ней. Наиболее вероятно, что именно она служит катализатором преждевременного сброса. 5. Вы находитесь в отделенном от мира пространстве, которое откатывается ко времени вашего прибытия либо, когда девчонка паникует, либо, когда вы пытаетесь выйти из особняка, либо, когда проходит три часа. Сигнал отката – девять ударов часов. 6. Это не воздействие на разум. Поврежденные вещи возвращаются обратно, перенесенные вещи исчезают, и даже подписанные договора обнуляются. Наиболее вероятная теория – стирание времени? Вопрос – куда исчезают вещи, принесенные извне? Почему не исчезают люди и вещи, с которыми люди пришли в петлю? Люди допускаются в петлю как питание артефакта? 7. Наиболее вероятная причина феномена часы около обезумевшей Миранды Блутайм (Ведьма?). Этель считает, что Миранда Блутайм создала проклятый артефакт. Это самое логичное объяснение противоестественной силы артефакта и его непрекращающейся работы в течение минимум года (Присцилла Блутайм считает себя восьмилетней и путает даты). 8. Не атакуйте Миранду. Физическое повреждение женщины, даже если девчонки нет поблизости, перезапускает цикл. 9. Согласно моим источникам, проклятые артефакты не способны долго работать без хозяина, на котором можно паразитировать. Так же, согласно исследованиям Арчибальда Блуфайера, данные артефакты не способны паразитировать на своем изначальном создателе. Возможно потому что те слишком безумны, чтобы загадать желание. Учитывая эти факты, наиболее вероятно, что артефакт исполняет желание Присциллы Блутайм. Необходимо выяснить подробности этого желания, не вызывая сброса. Девчонка защищена от вреда, так как является едой артефакта… реакция на Миранду не имеет смысла. Миранда часть желания Присциллы? 10. Этель очень настоятельно потребовала, чтобы я отдохнул и поспал. Я пришел к выводу, что ее аргументы логичны. Не связывайся со мной, если ситуация не будет экстренной. Я напишу, как только посплю и восстановлю свои силы. Август окинул эти совсем не пугающие записи взглядом и молча закрыл крышку. После чего перевел сосредоточенный взгляд на не тетю Этель, которая переползала от книги к книге с пугающей сосредоточенностью огромного металлического членистоногого. Фактически, в ее прилежном изучении книг Блутаймов не было никакого смысла. У них осталось несколько минут до следующего сброса, и все ее исследования полностью сотрутся из паучьего разума. К тому же… даже если бы у них не было дурацкого ограничения во времени, бывший Блуфайер не видел особого смысла что-то там изучать. Все знали, что проклятые артефакты работали по каким-то совершенно иным законам бытия. Было несколько Блуфайеров, пытавшихся их изучить, но… во-первых, это было технически сложно. Проклятые артефакты были чем-то вроде позорного клейма в роду, поэтому если такой возникал, то все очень старались скрыть сам факт его существования. Даже огненные демоны были гораздо меньшим черным пятном на репутации аристократического рода – демоны могли возникнуть из-за смерти очень сильного аристократа, который решил пойти на все, чтобы отомстить своим убийцам… некоторые даже считали это проявлением силы рода. Когда возникал демон, то люди винили не аристократа, а его криворуких убийц, не сумевших провернуть все чисто и по правилам. К тому же, демон существовал от силы пару тройку месяцев. Конечно, это было ужасающее и трагическое явление… но демоны исчезали, и все могли постепенно забыть о этом. Проклятые артефакты были далеко не настолько быстрыми. Как в создании, так и в исчезновении. Чтобы возник проклятый артефакт, аристократка должна месяцами медленно впадать в безумие. И обычно причиной этого самого безумия были страдания и мучения несчастной женщины. Если кто-то из членов твоего рода стал ведьмой… никто не отдаст дочерей в такой род. Даже самые бессердечные из аристократов не могли себе позволить так пренебрежительно относится к членам собственного рода. А Глава Дома, допустившая ведьму в своем роду, могла бы сразу приставить кинжал к своему горлу и немедленно покончить с собой. Освободить место Главы было единственным вариантом хоть немного отбелить утонувшую в нечистотах репутацию. Поэтому, разумеется, если в роду все-таки появлялась ведьма, то Главы прилагали все усилия и ресурсы, чтобы это скрыть… что было не так просто, учитывая второе очень неприятное качество проклятых артефактов – они были абсолютно неразрушимыми и крайне… крайне долговечными. Судя по единичным записям одиозного Арчибальда Блуфайера, который провел почти всю свою жизнь, изучая проклятые артефакты… пока у артефакта была еда в виде соблазнившихся им дураков, те могли существовать почти вечно. А если еды не было, то артефакт медленно угасал в течении нескольких десятков лет. Один из самых живучих экземпляров, похороненный в склепе рода Гостфайер, (которые чаще всего и «создавали» проклятые артефакты) проявлял признаки активности почти сто семьдесят три года! Сто семьдесят три года, хотя у Гостфайеров существовала специальная должность кладбищенского стража, которые поколениями следили, чтобы к этой вещи никто не приближался. И вот с этой штукой они застряли в одном доме… и здесь поднимала голову вторая проблема проклятых артефактов. Они были совершенно необъяснимыми! Их материалы и структура никак не отражали получившийся результат! А сам результат часто бывал непропорционально ужасающим и невозможным. Жена Арчибальда Блуфайера долго и тщательно изучала попавшие ей в руки образцы проклятых артефактов и так и не смогла понять, как эти штуки работают. А она потратила на это годы! Им никак не успеть разгадать эту загадку за жалкие три часа, двадцать минут из которых Август тратил на то, чтобы уговорить не тетю Этель подписать тот дурацкий договор! Что ему стоило сразу посмотреть в шкатулку! Почему он такой идиот?! – Тук-тук… – донеслось до впадающего в отчаяние парня. Их единственный вариант уговорить эту Присциллу Блутайм отменить свой договор с теми дурацкими часами. Это был единственный известный метод противостояния проклятых артефактам – лиши их подпитки и беги! Конечно, можно попытаться убить эту Присциллу, но что-то подсказывало Августу, что у часов достаточно сил, чтобы отмотать все к началу даже если они убьют девчонку мгновенно. – Тук-тук… – уже более раздраженно донеслось до Августа. Но артефакты были известны тем, что дурманили голову своему владельцу. А эта девчонка наверняка пожелала, чтобы ее мама была в порядке… и проклятый артефакт как обычно вывернул это желание наизнанку, погрузив девчонку в бесконечно повторяющуюся петлю из трех часов, где ее мать была все так же безумна, но зато, в каком-то смысле, бессмертна. Обычно у ведьм было отвратительное здоровье, и они сравнительно быстро умирали от любой хвори, так что «решение проблемы» артефакта даже имело какой-то смысл. Вот только им самим это не очень помогало… как заставить девчонку смирится с тем, что ее мама фактически мертва, и она должна отпустить ее? И это при воздействии проклятого артефакта? Ладно, возможно Август и смог бы… но за два часа сорок минут? Даже Гостфайер на такое не способен! – Тюк! – Аааа! – заорал Август, отшвыривая от себя что-то, уколовшее его в ногу. Не тетя Этель немного побарахталась на пыльном библиотечном полу, медленно поднялась на все восемь лапок, встряхнулась и деловито посеменила обратно к ошарашенно потирающему ногу парню. – Вы чего делаете? – возмущенно воскликнул нервный парень. И да, как только Август осознал, что вскоре все его действия будут буквально стерты из реальности, то стал намного смелее в общении. Паучок ткнул ножкой в направлении шкатулки, после чего подтащил к себе кипу бумаги и странную, скрученную из проволочек конструкцию. Август даже представлять не хотел, скольких мучений женщине стоило все это скрутить и какими конечностями она это сделала. Но стоило признать один неоспоримый факт – не тетя Этель была до маниакальности упряма и безумно упорна. И сейчас она направила все свое упорство на то, чтобы выбраться из ловушки самой настоящей временной петли. Август не мог осуждать ее за этот факт. Только молча и совсем незаметно радоваться, что он угодил во временной парадокс не с каким-нибудь ревущим слабаком, а с крайне деятельным и обладающим стальными нервами металлическим пауком с неизвестной начинкой. И да, Август успел возненавидеть эту фразу, как только мысленно ее произнес. Что не так с его жизнью?! Паучок, тем временем, повторно ткнул лапой в направлении шкатулки. И вот тут парень понял этот «очень тонкий» намек. – Лорд Аарон просил его не беспокоить, – нерешительно сказал Август. Потому что, судя по записке в шкатулке, он просил его не беспокоить по настоянию этого самого паучка. И если сама не тетя Этель передумала… считается ли этот запрет действующим? Паучок раздраженно сузил окуляры и медленно вытащил из лапки стилет. Похоже не один Август решил «слегка» расслабиться в общении на фоне новостей о совершенной безнаказанности. Только, если парень просто начал грубить, то «эта мягкотелая женщина» перешла на физические угрозы и тотальное равнодушие к душевному самочувствию Августа. И теперь парень не совсем понимал, что ему делать со знанием, что эта женщина специально старалась вести себя помягче ради него. Этот факт немного его раздражал и нервировал (взрослые так не делают). – Ладно, ладно, – огрызнулся парень. После чего схватил странную конструкцию и записи, а потом засунул их в шкатулку. Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… И, судя по всему, сделал это удивительно вовремя. Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… Паучок убрал стилет обратно и медленно сел на брюшко. Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… Август устало вздохнул и приготовился… к чему-нибудь. А потом… Сияние перемещения погасло около бывшего Августа Блуфайера. Парень пару раз моргнул и медленно осмотрелся. Август находился в гостиной жалкого и довольно бедного рода Блутаймов

***

Август сидел в гостиной рода Блутайм, и молча слушал рассказ плачущей Присциллы Блутайм, машинально прислушиваясь к шуршанию суетящегося под столом паучка. Парень возник в этой гостиной около часа назад, потратил двадцать минут, чтобы убедить эту женщину подписать с ним договор, прочитал сообщение в звякнувшей шкатулке, после чего омертвело достал из нее какую-то дикую конструкцию из проволочек и кучу коряво исписанной бумаги. После передачи этого деловито засуетившемуся паучку, Август молча сел и стал так же молча ждать прихода какой-то девчонки, от которой нужно прятать не тетю Этель. В конце концов девчонка вошла в гостиную, Август окончательно убедился в правдоподобности сообщения в шкатулке, ненадолго упал духом и теперь выслушивал эмоциональный рассказ Присциллы Блутайм о своей несчастной жизни. Август знал, что ученичество Синего Тирана не достается просто так. Но это было не тем испытанием, которого ожидал неразговорчивый, грубый и нервный парень. Он был готов к боли, голоду, сражениям и битве разумов… Август не подписывался работать целителем душ у мелкой девчонки! И, судя по записке, прикрепленной ко дну шкатулки, делать это несколько часов подряд! Ладно, плевать на мучения Августа. Если он хотел жить и учиться у Синего Тирана, то ему необходимо выбраться из этого демонского дома! А для этого, нужно выяснить, что именно девчонка пожелала у проклятых часов. Точное знание условий договора создавало лазейки для выхода из него. Итак, судя по записанной в шкатулке информации, шел их тридцатый цикл, и шестая попытка допросить Присциллу Блутайм. Из ее слезливого рассказа (который очень кропотливо и внимательно задокументировали предыдущие Августы. Этот Август восхищался их выдержкой и поклялся помнить их жертву вечно) можно было выяснить, что мать девчонки окончательно свихнулась около недели назад, а полчаса назад, часы внезапно заработали, начав мерно тикать, отсчитывая время. Примерно на этом моменте бывший Блуфайер хотел продолжить допрос, но, судя по всему, не смог его завершить и был стерт. И да, могло показаться, что Август узнал крайне мало за целых шесть циклов, но допрос этой девчонки был хождением по минному полю. Почти любые действия Августа вызывали слезы и побег с последующим отказом разговаривать, а в некоторых случаях мгновенное окончание цикла. Что у этой Присциллы с нервами?! Но даже из обрывистых записей можно было кое-что подчерпнуть. Судя по записям, девчонка была совершенно сбита с толку самим предположением, что проклятые часы могли с ней разговаривать. Так же, любая попытка рассказать ей о цикле времени и проклятом артефакте вызывала внеочередное окончание петли. Почему именно это происходило было не до конца понятно… с одной стороны, артефакт не мог сам контролировать петлю – он мог высасывать энергию хозяина только исполняя его желание. Могло ли желание Присциллы затрагивать все новости о петле? С другой… могла ли эта Присцилла настолько отвергать реальность, что вызывала окончание цикла каждый раз, как ей сообщали о тюрьме времени? Проклятье, почему она настолько нервная? У Августа тоже бывали плохие времена, но он не заливался слезами по любому поводу! И теперь нынешнему Августу снова пришлось начинать весь разговор с самого начала. Будь проклята его жизнь. – Я сидела около маминой кровати, – продолжила свой бесконечный рассказ девчонка. – И… и… – тут Присцилла немного замялась и нерешительно покосилась на сидящего рядом парня. Август же очень старался лишний раз ее не нервировать… и вообще не двигаться. Орать на нее и требовать, чтобы девчонка говорила быстрее не работало – Блутайм заливалась слезами и убегала к часам. Все эти многочисленные сбросы преподали парню важный урок… крики на людей не помогают им действовать быстрее, когда эти люди не твои слуги. Холодно цедить слова и бить по рукам так же не особо эффективно (с мамой эта девчонка долго бы не продержалась. Любимые дети и их слабые нервы). Предпоследний Август попробовал позлить эту Прициллу, чтобы та разозлилась на него в ответ и сосредоточилась, но девчонка только стала плакать сильнее и угадайте что? Снова сбежала (что не так? На тупой Алисии это всегда работало!). В итоге, последний Август и нынешний выработали наиболее эффективную тактику действий. А именно… – Чем больше я знаю, тем больше шансов, что я помогу твоей маме, – сказал парень, очень стараясь убрать все раздражение из своего голоса. Присцилла раздражающе шмыгнула носом и глубоко вздохнула. – Ну, я поплакала и… потом часы зазвонили и… и появился ты, – робко улыбнулась Присцилла. Улыбка девочки была немного напряженной. Август напрягся как гончая, учуявшая добычу… этот момент… именно на нем оборвались записи предыдущего Августа. И судя по времени, указанному в записях, тогда прошло всего два часа с начала петли. Значит что-то пошло не так. Обычно, если девчонка убегала, то Август хотя бы успевал это записать. Если же записи обрывались, то это означало окончание цикла. Обычно, это происходило только при упоминании о петле, а значит… ее заминка была связана с циклом. Первым побуждением парня было начать давить на девчонку, чтобы запугать ее и заставить нервничать. Судя по кончине предыдущего Августа, эта тактика не сработала. Парень глубоко вздохнул и мысленно помолился Року о стойкости духа. – Присцилла, – разнесся по комнате мягкий женский голос. Август сильно вздрогнул и начал дико озираться по сторонам. Сама же Присцилла, как ни странно, отреагировала куда спокойнее. Точнее, она вообще никак не отреагировала. Просто продолжила сидеть, недоуменно глядя на Августа. – Здравствуйте, Присцилла. Вы не можете меня видеть, потому что я говорю через специальный артефакт, но я настоящая, – снова разнеслось по комнате. – Я пришла с мистером Августом, – пояснил непонятный голос. – Ты можешь звать меня Анна. Поза Присциллы стала более напряженной, а парень невольно покосился под столик, за которым засел паучок. Это не тетя Этель? Значит вот что она все это время собирала? Артефакт для общения? – Эм… да, – очень осторожно сказал парень, начав машинально записывать все происходящее для будущего Августа. – Это… Анна. Она пришла со мной, – очень доходчиво сообщил Август. Глаза Присциллы метнулись к парню, после чего в очередной раз обвели комнату. Девчонка начала машинально раскачивать ногами, становясь все более и более нервной. – Мне жаль, что я не могу поговорить с тобой лично, – сказала не тетя Этель. – Но мое тело сейчас не здесь. И мне жаль, если Август тебя напугал… его мама никогда не объясняла ему, как говорить с другими детьми, но он не злой и правда хочет тебе помочь, – очень мягко произнес голос. «Не злой» Август молча снес это оскорбление. И попутно его пронзило еще одно осознание… эта женщина крайне упорно создавала артефакт несколько циклов… она вообще не верила в способность парня разговаривать с этой девчонкой?! Август так же молча принял это еще более горькое оскорбление и постарался не хмуриться, когда все еще молчащая Присцилла молча на него покосилась. Если теперь ему не придется с ней разговаривать, то небольшое оскорбление того стоило. – Теперь, когда мы можем поговорить, я хочу сказать, что ты была очень храброй все эти дни, Присцилла, – начала подлизываться к девчонке женщина. – Ты хорошо заботилась о своей маме и не опускала руки, даже когда она плохо себя вела и кричала на тебя, – твердо произнесла не тетя Этель. И тут… губы раздражающей девчонки снова задрожали. – Н-но… я жаловалась и плакала и плохо себя вела, – тихо сказала Присцилла. – И поэтому мама… маме стало плохо, – дрожащим, хриплым голосом сказала Блутайм. – Твоей маме стало плохо, потому что началась война. Потому что твой дедушка ушел, ваши слуги ушли и весь мир изменился в худшую сторону, – спокойно сказала не тетя Этель. – И ничто из этого не было твоей виной. Их глаз девчонки снова потекли слезы. Август отвел глаза и начал молча записывать все происходящее. – Нет, – печально сказала девочка. – Это из-за меня. Я… я знаю, что это из-за меня. Потому что я была плохой. Август так сильно нажал на бумагу, что карандаш пробил ее насквозь. Он не мог это слушать. Он просто… – Именно это сказал другой голос? – внезапно спросила не тетя Этель. – Тот, который ты слышишь у себя в голове? Август и Присцилла замерли на своих местах. И если парень пытался осознать только что сообщенную ему информацию, то девчонка… ее глаза наполнились ужасом. Она быстро встала и, судя по всему, приготовилась бежать. – Я знаю, что ты умный ребенок, Присцилла, – резко сказала не тетя Этель. – Иначе ты бы не сопротивлялась этому голосу целую неделю. Все, что он говорит, ложь… все, что он говорит о тебе и твоей маме ложь. Это то, что делают такие вещи. Они всегда лгут, – твердо произнесла женщина. Губы Присциллы сильно задрожали, а по щекам потекла новая порция слез. – Нет, – хрипло сказала девочка. – Она обещала. Она обещала, что вернет маму обратно! Это ты врешь! Ты плохая! – крикнула Блутайм, после чего развернулась и начала бежать в глубину коридора. Одновременно с этим, по особняку начал разносится размеренный бой часов. Август резко засунул листы в шкатулку, бросился к паучку и вырвал из его лапок конструкцию из проволоки. Эта вещь была единственной гарантией Августа, что ему не придется общаться с девчонкой самому. Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… Значит этот проклятый артефакт общается с девчонкой. Это объясняло, почему общение с Присциллой было таким опасным, и любая полезная для них информация вызывала окончание цикла. Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… Они в полном дерьме. И Август даже немного жалел следующего Августа. Ведь именно ему это дерьмо предстоит разгребать. На этой мысли Август нынешний прижал шкатулку к груди и спокойно закрыл глаза. Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… Сияние перемещения погасло около бывшего Августа Блуфайера. Парень пару раз моргнул и медленно осмотрелся. Август находился в гостиной жалкого и довольно бедного рода Блутаймов.