Опаленные души

Анна Блуфайер провела в особняке рода Блутайм около двух часов сорока пяти минут, и это было слишком много. У Анны не было времени. У Анны не было ни единой лишней секунды. Судя по записям, они и так потратили печально много времени на бессмысленные попытки убедить Присциллу, что часы – это зло. И нет, они были бессмысленными вовсе не потому что девочка была глупа или не склонна слушать. Присцилла сопротивлялась часам целую неделю, находясь наедине с безумной матерью, одиночеством и огромным чувством вины… девочка знала, что они зло. Просто она находилась в таком отчаянии, что ей было уже все равно. Проблема была только в том, что как только Анне и Августу удавалось подтолкнуть девочку к отказу от договора с часами… те немедленно заканчивали цикл. Анна и Август потратили пять циклов, прежде чем осознали всю бессмысленность своей затеи. Присцилла Блутайм попросила часы вернуть ее маму. И в пределах этого желания, этот проклятый артефакт мог творить все, что ему будет угодно, питаясь жизнью загадавшей желание девочки. Итак, вариант с добровольным прерыванием договора оказался провальным. Они только потратили время. Анна Блуфайер находилась в особняке Блутайм примерно полторы недели, и ЭТО было непростительно много. И не только потому что ее настоящее тело скоро начнет умирать от голода, но и потому что за этим напрямую наблюдает Алисия. Анна боялась думать о чувствах Алисии и Амелии в этот самый момент… они были маленькими детьми, сидящими в небольшом доме, и молча ожидающими любых новостей от людей, которые могут быть уже мертвы. Анна знала свою дочь. Алисия будет ждать в этом демонском доме даже если тело Анны сгниет и начнет усыхать подобно мумии. Алисия будет сидеть там, вдыхать запах разлагающегося трупа, и медленно умирать от голода. Даже если это никак не может быть ее виной, даже если она совершенно ничего не могла сделать… Алисия все равно будет смотреть на труп Анны и думать, что это была ее вина. К тому же, чем дольше Анна сидит в этом проклятом особняке, тем дольше Аарон загоняет себя работой. Судя по количеству собранных и проанализированных данных, а также разнообразию пересланных материалов, у Анны было нехорошее предчувствие, что Аарон почти не спал большую часть этих полутора недель. К этому моменту в шкатулке скопился целый набор кривых, но работающих артефактов разнообразного назначения, и Анна прекрасно знала, как сложно на поле боя найти компоненты для большинства из них. Ради всего… где Аарон добыл платину? Ладно, плевать на платину, как он добыл порошок диборида магния?! Анна даже не знала, что в этом времени его уже научились синтезировать! Она просто описала свойства материала, который можно использовать в пространственных артефактах! Чем дольше Анна находится в этом месте, тем больше вероятность, что Аарон допустит ошибку от усталости и умрет. Она не могла этого позволить (Только не из-за нее. Только не снова). И если ей придется вскрыть суть работы легендарного и таинственного проклятого артефакта, чтобы нарушить его работу, Анна это сделает. – Что именно мы делаем? – робко спросил Август, раскатывая по полу одной из пыльных комнат тонкую проволоку с выведенными на ней рядами рун. Анна перелистнула очередную страницу своих беспорядочных корявых надписей и ткнула ножкой в направлении еще одного угла гостиной. – Защищаемся, – кратко пояснила Блуфайер. – Образуй из проволоки круг. Если я права, то должно получиться, – задумчиво произнесла женщина. Август недоуменно на нее покосился, после чего безропотно направился в указанный угол. В данный момент, Август и Анна находились в ничем не примечательной комнате для прислуги на окраине особняке Блутаймов. Шел их сороковой цикл, и Анна, наконец, обрела достаточно уверенности, чтобы провести эксперимент. Если она права, то у них все получится, и Анна наконец получит самый ценный ресурс в этом проклятом доме. Она получит время. А если она не права, то… Аарон хотя бы поспит. Нет смысла убиваться и рисковать жизнью ради мертвеца (Она не будет проклятьем, разрушившим еще одну жизнь. Анна скорее умрет, чем сделает это снова). Август закончил свою долгую работу, после чего выпрямился и задумчиво осмотрел получившуюся композицию. Его взгляду предстало два идеальных круга. Меньший круг, состоящий из нитей серого сплава, покрытого коричневатым напылением, находился внутри круга из серебристого металла. Ранее этот серебристый, толщиной с бумагу материал, на внутренней стороне которого был выведен ряд крайне сложных цепочек рун, был заботливо и тщательно скручен до толщины проволоки, после чего уложен в форму круга. Август понятия не имел что это за материал и какой цели служила та одиозная цепочка совершенно незнакомых парню рун (Август готов был поклясться, что часть из них была придумана той женщиной на месте), но его обширных знаний было достаточно, чтобы осознать, что это как-то затрагивало пространство. Парень не знал, как пространство поможет им в борьбе со стиранием времени, но ему было буквально нечего терять. Так что он безропотно помог этой женщине с ее проектом. Анна задумчиво осмотрела круги, после чего одобрительно кивнула, а потом вытащила из лапки стилет и… провела по еще одной лапке длинную неровную царапину. После чего невозмутимо прошла внутрь конструкции из двух кругов. На лице Августа отразилось слегка обеспокоенное удивление. Анна могла его понять. Это была ее первая попытка использования кругов в незнакомой среде, управляемой непонятным ей артефактом. Возможно, было более эффективно начать с неодушевленных простых предметов, а потом двигаться наверх по лестнице сложности, но… во-первых, Анна опасалась вспугнуть артефакт. Если тот как-то следил за ними, то чем меньше попыток они делали, тем лучше. Во-вторых, то, что работало с предметом, совершенно не обязательно сработает с артефактом, служащим для передачи информации с души, чья связь с основным телом прервалась полторы недели назад. В данный момент, само существование Анны было своеобразной ошибкой, нарушающей законы мироздания. Она была неким фантомом, функционирующим только за счет искривления причинно-следственных связей из-за ловушки времени проклятых часов. Не было никаких способов протестировать безопасность кругов для самой Анны. Ну а в третьих, у них просто не было выбора. Если метод не сработает, то Анне все равно конец. Тело человека не может вечно лежать без сознания... скоро Анна умрёт от голода, так зачем затягивать? Этот метод единственная зацепка женщины и если он не сработает, то она фактически мертва. Анна просто не успеет вывести новую теорию и собрать материалы для другой попытки. Да и далеко не факт, что в работе проклятого артефакта есть другие лазейки. Поэтому, сейчас или никогда. Анна уселась в круге поудобнее и начала ждать. Август нахмурился и поднял ногу, чтобы ступить внутрь странной конструкции. – Нет, – резко приказала Анна, тыкая мальчика в ногу. – Ты стоишь снаружи. Бывший Блуфайер недоуменно моргнул. – Ты живое и сложно составное человеческое существо, – кратко пояснила Анна. – Слишком много может пойти не так. Август ощутимо нахмурился. – А вы? – слегка обеспокоенно спросил парень. Анна перебрала лапками и села на брюшко. – Я информация о душе, переданное в металлическое тело, – спокойно пояснила женщина. – Есть мало вещей, которые могут мне навредить. Парень неуверенно переступил с ноги на ногу, но спорить с Анной не стал. Женщина мысленно улыбнулась. Август был довольно послушным парнем, когда это действительно требовалось. Парень крепче перехватил шкатулку и… – Бооооомммм-Бооооомммм-Бооооомммм… Август поднял голову, а Анна невольно сжалась крепче. Именно сейчас все и решится. Если она права, то переживет это… если же ошибается, то… скорее всего будет стерта как Август. Да, это наиболее вероятный вариант. Рисков почти нет. Это место почти гарантия своеобразного бессмертия. Если же нет… она оставила данные о своих опытах Аарону. Если над мужчиной не будет висеть медленно умирающее тело Анны, то он будет более благоразумен. Он будет осторожнее и не станет так спешить. И даже если он ничего не сможет сделать… артефакт не может существовать без еды. Рано или поздно Присцилла умрет от истощения, и Август будет свободен. Да… Анна ничего не испортит. Не в этот раз. – Бббббоооооооооммммммммм-Бом-Бом-Ббббббббоооооооооооооммммммммм… Анна отвлеклась от своих мыслей и обратила внимание на странный, неравномерный бой часов. Казалось, что в одну минуту они замедлялись, а в другую резко ускорялись. Странно… в предыдущих записях ничего не упоминали о неравномерном бое часов. Судя по информации, они каждый раз были стабильны. Анна опустила взгляд на Августа, чтобы спросить о его состоянии, но тут ее окуляры наткнулись на неестественное синеватое свечение, начавшее окружать внешний круг. Это не походило на пламя или свет солнца… скорее выглядело как некая оптическая иллюзия, возникающая из-за искажения чего-то, что ни один Блуфайер еще не обнаружил и не смог ввести в свои уравнения. Анне казалось, что она смотрит на само время. Или на отсвет того, что могло бы быть временем. – Бм-бббббббббоооооооооомммммммммм… – Рррррррряяяяяяяддддддддккккккккеееееее? – донеслось до слухового аппарата Анны. Она подняла окуляры и, наконец, увидела Августа, который обеспокоенно на нее смотрел. Его рот все еще двигался, будто он продолжал что-то говорить, хотя сам звук уже вышел из его рта. Все движения парня выглядели так, будто он с трудом двигается сквозь огромную толщу воды. А потом… звук прекратился, и Август полностью замер. Синее свечение погасло, и вокруг Анны повисла тишина. Это была не обычная, тяжелая тишина, возникающая, когда все вокруг замолкают, и не неестественная тишина, когда вокруг тебя нет никаких источников звука. Больше походило на то… что сам мир перестал существовать. Анне казалось, что она смотрит на огромную, объемную и крайне детализированную картину. Август, лучи света из небольшого окна у самого потолка, крохотные пылинки, танцующие в воздухе, еле различимый скрип старого дерева… все застыло. Все тело Анны продрало невольным ужасом. А это застывшее мгновение все длилось и длилось… прошла минута… две… три… мир продолжал оставаться мертвым и совершенно неподвижным. Паучок оторвал взгляд от застывшего в вечности Августа и обвел комнату молчаливым взглядом. Возможно, менее хладнокровный человек мог бы впасть в панику, решив, что навсегда остался в этом мертвом и безжизненном мире. Но Анна быстро успокоилась. Они с Аароном составили ряд графиков и уравнений, которые указывали, что она и Август теряют некоторое количество минут при каждом окончании цикла. Тогда Анна и Аарон решили, что это погрешность их записей и необъективного восприятия. Теперь же Блуфайер наконец поняла, куда именно девались эти несколько минут. Для находящихся в цикле, момент конца длился буквально мгновение независимо от того, сколько это занимало в действительности. Но в реальности… похоже процедура была далеко не такой быстрой. Нет, это было понятно. Не так-то просто стереть целый кусок действительности. Даже если эту действительность засунули в буквальное нигде. Да. Теория Анны Блуфайер только что полностью подтвердилась. Почему ее шкатулка могла перемещать вещи в то время, как артефакт перемещения был бессилен? Почему, когда Анна проверяла это место перед началом всего этого в особняке никого не было? Каким образом такой титанический по энергоемкости процесс как буквальное стирание куска реальности вообще мог существовать, подпитываясь только энергией ядра молодой аристократки? Ответ был прост. Весь этот особняк находился в другом месте. И нет, он не просто переместился в какое-то непонятное место… самые сложные процессы и расчеты можно было упростить, убрав лишние переменные и оградив реакции от воздействия внешней среды. Это касалось не только науки, но и реальности. Чем меньше примесей, тем эффективнее будет результат. И это приводило Анну к одной теории насчет происходящего. Особняк рода Блутайм или некое его отражение находился на родине частиц Эйфель, в том самом пространстве, в которое был перенесен особняк Черной Ведьмы. Сейчас Анна, Август, Присцилла и останки Миранды Блутайм находились в месте без времени и пространства. Они находились в нигде. Этот вывод, подтвержденный несколькими очень специфичными расчетами и информацией, собранной с пары кривых артефактов, плюс работа шкатулки, которая по сути была самостоятельным, изолированным от особняка пространством, плюс воспоминания женщины о рунах на дверях особняка Черной Ведьмы натолкнули Анну на выход из положения. Несколько расчетов и снятых показаний спустя женщина окончательно уверилась в своем выводе. Становилось очевидно, что в работе часов учитывалась переменная пространства. Поэтому Анна сделала кое-что совершенно бесполезное в обычной жизни. Она сделала два ограничивающих контура из проволоки, создав между собой и окружающим пространством прослойку из частиц Эйфель с незаданными координатами. Некая имитация состояния нигде. Если расчеты Анны верны, то часы должны были определять радиус воздействия своей силы, и, скорее всего, рассчитывали ее по наличию пространства. Тогда, местность без пространства не должна попадать под воздействие, а значит Анна будет в порядке. Да. Осталось только понять, сработает ли это, или Анна потратила минимум четыре бессонных дня на проработку неработающей концепции. Паучок устало перебрал лапками и осмотрел неподвижное, безвременное пространство. Внезапно, до слухового анализатора Анны донесся странный… это было сложно назвать звуком. Скорее непонятное искажение, которое производило нечто, похожее на шелест. Нет, не шелест… смещение. Неестественность… ранее Анна понятия не имела, что человек может услышать что-то подобное. И, судя по реакции женщины на это, она была полностью права. Даже если слух человека мог уловить это колебание… его мозг не мог перевести это колебание в звук. Сознание Анны начало невольно корчится от попытки осознать, что именно воспринимает ее слуховой аппарат, а мысли начали путаться и искажаться, пытаясь заставить мозг перестать слышать. Паучок сильно сжался и начал неловко корчиться на полу, рефлекторно пытаясь избежать отвратительных ощущений, но краем сознания понимая, что ей нельзя выходить за границу круга. Если бы женщина могла, то обхватила бы свои уши руками, в попытке избежать этого ужасающего, неестественного для человека звука, который даже звуком было сложно назвать. Скорее рядом колебаний, возникающим при буквально невозможном в реальности явлении. Звук становился все громче, причиняя Анне все больше страданий. Корчащийся паучок странно извернулся и воткнул одну из ног в небольшое отверстие в основании туловища металлического артефакта… и на этом, окружающий шелест полностью отрезало. Анна уничтожила артефакт для восприятия звука и буквально оглохла. Учитывая, что это был просто артефакт, женщина не сильно огорчилась этой потере. Паучок перестал корчится и расслабленно растянулся в границах круга. – Слава Судьбе, что я не пустила Августа внутрь, – отвлеченно отметила Анна. Женщина совершенно не ожидала, что мир перестает двигаться в момент сброса. Она тем более не ожидала, что сам процесс будет столь мучителен для любого живого существа. Круг защищал Анну от того, что происходило снаружи, но он не останавливал ее способность к восприятию этих процессов. К тому же, жизненное пространство Анны резко ограничилось небольшим пяточком земли. Если бы Август был рядом с ней… первой проблемой было бы отсутствие кислорода. Если даже пыль в воздухе перестала двигаться, то газы тем более не доступны для дыхания. Конечно, был кислород в самом круге, но Анна не знала сколько продлиться сброс и хватит ли его для дыхания. Еще был вопрос температуры в подобной среде, давления, гравитации (паучок задумчиво подпрыгнул и поставил мысленную галочку) излучений, радиации и кучи других, пока не открытых Блуфайерами процессов. Женщина понятия не имела, как мог бы отреагировать на все это хрупкий человеческий организм. А теперь… даже если бы Август выжил, то ему пришлось бы выколоть себе барабанные перепонки. А учитывая костную проводимость звука… возможно пришлось бы удалять весь слуховой аппарат, рискуя задеть вестибулярный отдел. И это, если само колебание не разрушало биологические ткани. Кстати, как этот звук вообще разносится в фактически безвоздушной среде? Или ее нельзя назвать безвоздушной, если воздух все еще присутствует в безвременном виде? Что происходит с частицами света, и почему Анна все еще способна их воспринимать? Отличаются ли свойства среды в вакууме и свойства идеально неподвижной среды с набором застывших газов? Как наличие и отсутствие времени влияет на физические и химические процессы? Возможно ли вообще проведение каких-либо процессов в отсутствие понятия времени? Судя по звуку да… тогда, имеет ли смысл называть его звуком? Возможно, это ранее неизвестный науке тип воздействия, который тело переводит в звуковой сигнал, так как это самый близкий к нему метод интерпретации? Получается, в среде без времени существует ряд процессов, который невозможно воспроизвести во временной плоскости? Судьба… каждый уважающий себя Блуфайер убил бы за шанс попасть в это место. Даже если его это убьет. Сама Анна откровенно страдала от отсутствия какой-либо анализирующей и записывающей аппаратуры. Да за одну только теорию существования этого места, Анна была бы освобождена от всех экзаменов рода Блуфайер до конца дней своих! И как, @#@ на все это способен фактически случайно созданный стихийный артефакт?! Все аристократы привыкли жить с пониманием, что это просто магия, но Блуфайеры живут тем, что анализируют и интерпретируют магические процессы. И Анна, благодаря своей работе, зашла в понимании проклятых артефактов дальше всех остальных, потому что осознала, что они работают за счет души (буквально два часа и тридцать минут назад и осознала). Но как? Как кусок ядра способен воспроизводить процесс, для которого не то что значений, даже знания о существовании этого процесса еще не вывели?! Возможно ли, что души связаны с неким пулом безграничных знаний, и человек может задействовать эти знания доведя свою душу до абсолютного предела и использовав ее в совершенно неправильном ключе? Связано ли это с выведенной Анной теорией о том, что души никогда не исчезают, а бесконечно перерождаются и, судя по различным колебаниям основного ядра младенцев, перерождаются в совершенно разных местах? Причем разных, в смысле разных. Включая законы мира, физики и причинности. Может ли душа хранить в себе информацию о совершенно различных законах бытия и использовать ее будучи оторванной от основного тела и погруженной в состояние, близкое к перерождению? Паучок взволнованно перебрал лапками. Разум Анны гудел от возможных теорий и почти физически страдал от невозможности их записать и обсудить с Аароном. Женщина ощущала, как погружается в состояние исследовательской горячки. А потом ее окуляры уловили уже знакомое ей синеватое «сияние». Паучок резко повернулся к краю комнаты и увидел полоску «не пламени», прошедшую через стену. Тогда же женщина осознала, что ее лапки стали слегка неустойчивыми из-за странной дрожи. Женщина быстро вывела теорию, что тот самый «звук» становился все сильнее, пока не начал физически воздействовать на окружающий мир. Точнее на Анну, которая находилась в участке времени, поэтому могла меняться в зависимости от воздействия. Значит даже полное оглушение Августа не помогло бы ему пережить это – отметила заинтригованная Блуфайер, осматривая ощутимо колеблющуюся паучью лапку. Если оно так воздействует на укрепленный металл… у хрупкого мозгового вещества нет ни единого шанса. К этому моменту «свет» дошел до внешнего круга Анны и вспыхнул, огибая проволоку. Анна снова находилась в круге света… женщина подняла окуляры, чтобы заметить, как этот самый свет буквально сжирает застывшего в вечности Августа. Казалось, что парень совершенно бесследно и очень быстро сгорает в этом странном огне. Перед тем, как бывший Блуфайер окончательно исчез, Анна успела уловить обнаженные мышцы и кости внутренней части его руки, будто огонь просто стер его одежду, кожу и наружные ткани… прежде чем даже эти остатки исчезли без следа. Женщина подняла взгляд и отметила, что рисунок застывших в воздухе пылинок изменился – теперь они располагались по-другому. Сияние окончательно прошло через комнату, открывая взору паучка все еще застывшее неизменное пространство… застывшее, неизменное пространство три часа назад. Анна продолжала следить за застывшими в воздухе пылинками. Прошла минута, две, три… и что-то в воздухе неуловимо изменилось. Солнечные лучи стали немного другими, пылинки в воздухе начали движение, а странное, давящее ощущение полностью ушло из тела Анны. Но женщина все еще не двигалась. Прошло еще десять, долгих минут и, наконец, дверь комнаты медленно открылась. Взору паучка предстал сильно нервный, но отчаянно старающийся оставаться спокойным Август, крепко прижимающий к своей груди шкатулку и лежащее сверху письмо. – Миссис Этель? – нерешительно произнесли губы парня, еще понятия не имеющего, что он уже открыл Анне все свои подозрения насчет ее настоящей личности. Паучок мысленно кивнул, аккуратно вытянул паучью ножку и нерешительно вступил на территорию особняка. Металлическая конечность ничуть не изменилась. Оставленная ранее царапина была на месте. И это означало, что Анна, избежавшая влияния часов, не вызывала окончание цикла сама по себе… а значит она снова была права, и часы не могли детально следить за происходящим в особняке. Паучок жестом попросил передать ей кипу бумаги, после чего тщательно записала свои наблюдения, выводы и пару уравнений для будущего анализа. Женщина не хотела подвергаться риску полностью потерять все свои уникальные наблюдения, которые могли дать начало совершенно отдельному ответвлению науки. Даже если Анна умрет здесь или будет стерта через мгновение… ее записи будут переданы Аарону. А тот лучше многих понимает, как драгоценен пережитый ей опыт. – Он будет так взволнован! – радостно подумала Анна, заполняя шестую страницу. – Надеюсь это немного поднимет ему настроение. Женщина продолжала писать и писать, вспоминать каждую мелкую деталь, после чего тщательно переносить ее на бумагу, но тут… чья-то ладонь накрыла очередной листок записей, отвлекая Анну от ее увлекательного занятия. Паучок непонимающе мигнул окулярами и поднял глаза… на Анну был устремлен донельзя хмурый и раздраженный взгляд глубоких синих глаз. – Что нам делать? – беззвучно произнесли губы Августа. Окуляры мигнули еще раз, после чего Анна резко перенеслась в реальность. Она вскочила и начала выталкивать Августа из смертельно опасного, для состоящего из мяса и костей организма, круга. После чего встрепенулась, быстро вернулась за листами, сгребла их лапками (что было совершенно непростым занятием. Благо опыт брал свое) и деловито посеменила обратно. Спустя мгновение, листы были впихнуты в шкатулку и перемещены в безопасное от стирания реальности место. Анна облегченно выдохнула, после чего переступила лапками и повернулась к все еще ничего не понимающему Августу. Итак, первый этап ее плана сработал. Они создали метод защиты от работы часов. Теперь… настало время второго этапа. Анна потратила слишком много времени, сражаясь с останками Миранды Блутайм. Теперь настал момент покончить со всем этим.