Опаленные души

Болото… болото было той вещью, с которой Габриэль Смит не хотел иметь дела в хороший день. А после трех дней прерывистого, полного огня и ярости сна, день Смита был отнюдь нехорошим. Настолько, что даже слегка привыкшие к его «потрясающему» присутствию солдаты старались держаться от мрачного мужчины подальше. Ну, или они достаточно протрезвели, чтобы их чувство страха снова подняло свою голову. Тоже вариант. Поэтому сейчас Габриэль шел за Натаном, который, в свою очередь, следовал за лидером их миссии лордом Рэдсвипом, а весь остальной отряд держался от тройки лидеров на почтительном отдалении. Габриэль медленно вытащил сапог из вязкой грязи и опустил его вниз. До его слуха донесся глухой плеск, и мужчина с отвращением отметил, что в сапог залилась новая порция зеленоватой воды. Да, вода. Мутная вода, холодная, высасывающая силы вода… которая была буквально везде. Настолько везде, что до этого места они плыли на лодках, периодически обходя растущие из воды огромные деревья. И само плаванье было не таким уж и плохим: пока Габриэль был в лодке, он не касался воды. Но в один момент их лодки повернули и уткнулись в выглядывающую из воды грязь, которую сумасшедший лорд Рэдсвип, по какому-то недоразумению, назвал сушей. И вот с тех пор, как отряды солдат покинули лодки, их жизнь стала гораздо труднее. Отряд лорда Рэдсвипа двигался по небольшому участку земли, не покрытому водой. В остальном окружающая их земля… отсутствовала. Вместо земли присутствовали огромные деревья, покрытые зеленым мхом, выглядывающие из-под воды корни этих деревьев и небольшой незатопленный участок земли, по которому все они и шли дальше. У Смита было нехорошее предчувствие, что рано или поздно этот участок тоже погрузится под воду и солдатам придется столкнуться с «очаровательными» местными животными под названием крокодилы. Эти создания напоминали огромных, зубастых и очень плотоядных ящериц. В последнем пункте солдаты английской армии убедились лично, когда местные ящерицы чуть не утащили одного из них под воду. С тех пор все очень аккуратно шли по виднеющейся из-под воды земле. Смит глубоко вздохнул, поднял ногу и опустил ее в грязь. Его давно мертвые носки жалобно хлюпнули, после чего задымились от повышенной температуры. Цикл сушки повторялся не в первый раз, но даже Габриэлю было сложно противостоять почти озеру, так что большую часть времени его ноги были прискорбно мокрыми. Но хотя бы теплыми. Это уже больше, чем у идущих сзади солдат. Габриэль прищурился и попытался рассмотреть что-нибудь сквозь окружающий их группу белесый туман. К сожалению, его усилия не дали особых плодов. Смит видел плечи идущего впереди Натана и очень смутные очертания бодро вышагивающего Рэдсвипа. Но на этом его поле зрения заканчивалось. Смит поднял ногу, и грязь, смешанная с тиной, грустно хлюпнула, неохотно отпуская его сапог из плена. Мужчина опустил ногу и поприветствовал новую порцию болотной воды. Идущий впереди Натан чихнул. Габриэль поднял кулак, чтобы метнуть в приближающегося крокодила волну огня… огромная ящерица резко остановилась, повернулась и поплыла к более безопасной цели в виде идущих сзади солдат. Очевидно, даже странные огромные ящеры боялись Габриэля. Хоть что-то в жизни остается стабильным. – Мы приближаемся? – тихо спросил Габриэль. Идущий спереди Натан слегка напрягся и попытался осмотреть местность. К сожалению, окружающих их туман был не согласен с его стремлением. – Я подслушал, – тихо сказал не Гостфайер. – Что «злое место» начинается там, где кончается река и стелется туман. Лодку мы уже оставили, туман в наличии. Дальше земляной перешеек должен расшириться, и мы прибудем в «Землю Потерянных», – сказал Натан. – Прекрасно, – ядовито отметил Смит, зачерпывая сапогом новую порцию воды. – И в чем заключается суть этой «Земли Потерянных»? Натан напряженно замолчал, осторожно оглядывая местность. – Судя по услышанной мной колыбельной, – тихо сказал Натан. – Тут могут быть замешаны некие огни и видения. Если ты пойдешь за огнями, то увидишь грезы. Если ты последуешь за грезами, то будешь потерян. Вот, как я понял ту колыбельную. Больших подробностей мне выяснить не удалось, – печально покачал головой парень. – Ладно, – слегка устало произнес Смит. – Значит как обычно. Внимательность и… Плеск – Бобби? – крикнул один из солдат. – Че ты творишь?! Головы Габриэля и Натана резко повернулись в сторону звука. Детали разглядеть было затруднительно из-за вездесущего тумана, поэтому Габриэль видел лишь очертания людей, но ему хватило и этого. Взглядам Смита и Натана предстало удивительное зрелище того, как один из солдат вцепился в китель второго. А вцепился первый солдат потому, что второй сошел с тропы и по грудь провалился в окружающую их топь. – Там девочки! – радостно крикнул утопающий мужик. – Девочки! – Что он творит?! – крикнул еще один солдат. – Не знаю! – проорал держащий. – Эге-гей! – радостно замахал утопец. – Девочки! Габриэлю было трудно разглядеть его лицо, но, судя по голосу, любитель поплавать был полон незамутненного счастья. А потом около его лица выросла огромная зубастая пасть. – Приветик, детка! – радостно поприветствовал крокодила утопец. – Хочешь поцелуйчик? – оживленно спросил мужик. Держащий утопца солдат дико заорал и выпустил свою ношу. Крокодил раскрыл пасть, подплыл поближе, после чего сомкнул челюсти. До Габриэля донесся глухой, влажный хруст. Огромный ящер резко ушел под воду, и тело «поцелованного» любителя девочек скрылось в водной пучине. На этом его история и закончилась. Стоящие рядом с местом последнего упокоения солдаты дико орали, Габриэль хмурился, а Натан невольно подошел поближе к отпугивающему все живое сюзерену. – Хм? – внезапно донеслось сбоку. – Чего все орут? – с любопытством спросил подошедший лорд Рэдсвип. – Крокодил кого-то сожрал, – констатировал очевидное Габриэль. – И что? – равнодушно спросил лорд. – Они солдаты. Их что не предупредили, что солдаты имеют привычку умирать? – с легкой нотой любопытства спросил аловолосый. Габриэль молча покосился в его сторону и наткнулся на леденящей в своей равнодушности взгляд. Смит перевел глаза обратно и в очередной раз задумался о самом странном члене их отряда. Габриэль никак не мог понять этого человека. Все в его поведении было странно ненормальным, и это злило. – Милорд, я… – начал говорить Габриэль, но внезапно запнулся. И у его запинки была причина. Внезапно в поле зрения Смита мелькнул странный фиолетовый отблеск. Мужчина недоуменно моргнул и невольно перевел взгляд на источник странного света. И за мгновение до того, как глаза Смита сконцентрировались на невольно отвлечении… мужчина внезапно обнаружил, что больше не стоит на вязкой болотистой земле, окруженный водой и аллигаторами. Габриэль Смит немного растерянно моргнул и проследил взглядом за пролетевшей мимо него белоснежной юбкой. Смит тряхнул головой и поднял глаза вверх. Его взгляду предстал высокий белоснежный потолок, по краям которого виднелась яляповатая лепнина. До ушей Габриэля донесся шелест кружащейся вокруг ткани. Мужчина нахмурился, опустил голову и обвел взглядом огромный бальный зал. Точнее он думал, что это похоже на бальный зал. Ему было сложно рассмотреть делали, так как все поле зрения заполняли кружащиеся вокруг него неизвестные красивые женщины, одетые в разнообразные бальные платья. Лица женщин были закрыты привычными для Лондонцев масками, но у Смит все равно знал, что эти женщины очень красивы. Габриэль растерянно моргнул. Он стоял на небольшом пятачке паркета, свободном от танцующих… это ощущалось как-то странно. До ушей мужчины доносилась разнузданная мелодия скрипки, которая больше подходила для какой-нибудь таверны, а не для странного бального зала, полного кружащихся вокруг женщин. Нет, стой, если он слушал скрипку, то почему до его ушей доносится шелест юбок? Габриэль снова тряхнул головой и попытался сосредоточиться. – Какого демона? – наконец озвучил происходящее Смит. – Хм? – среагировал стоящий рядом лорд Рэдсвип. И тут Смит внезапно осознал, что стоит на чистом участке паркета не один. Почему он не замечал этих двоих раньше? Ему казалось, что это место лишает его способности сосредоточится на чем-то, отвлекая его то музыкой, то шелестом, то кружащимися вокруг женщинами. Почему-то эти вещи ощущались так сильно, что забивали собой все остальное. – Это иллюзия. Похоже, мы увидели призрачное пламя, – уверенным голосом постановил Натан. – Скорее всего это отражение желаний кого-то из солдат. Что бы не наводило эту иллюзию, оно использовало его мечту как источник видения, – деловито прокомментировал не Гостфайер, осматривая пронесшуюся мимо женщину. – Тогда понятно, почему играет это музыка, – сердито констатировал Габриэль, снова тряхнул головой. – Вряд ли эти ребята знают, что исполняют на балах, – равнодушно произнес сюзерен четырех аристократических ветвей, удачно избежавший всех приглашений на светские мероприятия. – Видения, основанные на воображении цели, часто имеют много дыр, – спокойно констатировал Натан. – Но их основная сила во внушаемых жертве эмоциях, которые передаются всем остальным жертвам по цепочке. Обычно эти эмоции так сильны, что жертвы не замечают искажений так как слишком увлечены происходящим, – деловито пояснил не Гостфайер. Габриэль равнодушно проводил глазами прекрасную незнакомку и попытался нащупать в себе что-то кроме застарелой жажды сжигать. Ему было даже интересно в кои-то веки ощутить что-то кроме злобы и вездесущей усталости. – Я ничего не чувствую, – слегка разочарованно прокомментировал Смит. Натан слегка сочувственно на него посмотрел. – Значит, вы привыкли справляться с гораздо более интенсивными эмоциями, чем способна внушить иллюзия. Или именно эта мечта совершенно не соответствует вашим вкусам. Так или иначе, вы ничего не почувствуете, – озвучил очевидное не Гостфайер. – Простите, сэр, – почему-то добавил парень. Габриэль только равнодушно поправил рюкзак. Он давно привык к разочарованиям. – Не легче ли всех нас погрузить в иллюзию? – решил уточнить Смит. Он никогда не сталкивался именно с Гостами. Обычно Габриэль имел дело с их наемными убийцами, поэтому не разбирался в тонкостях иллюзий. Натан ненадолго замолчал, похоже собираясь с мыслями. – Здесь есть свои проблемы, – медленно произнес Натан. – Полагаю, дело в эмоциях. Создать по-настоящему реалистичную иллюзию очень сложно. Нужно учитывать мельчайшие детали и восприятие человека все равно может орать его голове, что что-то не так. Как у нас сейчас. Гораздо легче действовать через эмоции… но для этого нужно знать, какое видение показывать. То есть жертва должна быть уязвима для чтения… эм, я не обучен и не знаю деталей, как это делать, но я слышал о том, что Госты умеют как-то читать огонь разума. Вроде как у людей очень много огня в голове и… не важно, – слегка смутился парень. – В общем, мы аристократы, поэтому нас читать сложнее. Так что дух взял эмоции солдата и ударил ими по нам на случай, если мы будем склонны к его мечтам, – быстро договорил Натан. – Ясно, – кивнул Габриэль. – И как нам выбраться из этой… мечты? – спросил Смит. Мельтешение бесчисленных юбок начало действовать ему на нервы. Похоже, эта иллюзия усиливала не только эмоции, но и восприятие. Мужчина нахмурился и закрыл глаза… к его раздражению, он каким-то образом продолжал видеть эти юбки. – Нам нужно найти источник иллюзии и разбудить жертву, – спокойно пояснил Натан. – Мне кажется, я видел остальных солдат где-то в гуще бального зала. Нужно найти самого вовлеченного и поговорить с ним, – уверенно произнес парень. – А если жертва не захочет просыпаться, то… можно его вырубить. Без источника видение закончится, – сухо перечислил варианты не Гостфайер. – Отлично, – сказал Габриэль, все еще не открывая глаз и чистого упрямства. – Натан, я надеюсь на тебя, – попытался ободряюще улыбнуться Смит. – Э? – среагировал не Гостфайер. – Эм… милорд Рэдсвип, может быть… – Отличная идея, – живо сказал лорд, становясь в глазах Смита немного более терпимым. – Насколько я понял, ты изгнанник Гостов. Это же прям по твоей части. Вперед, парень! Мы надеемся на тебя! – подбодрил Натана мужчина. – Вы просто не хотите пачкать свои сапоги, – проворчал не Гостфайер, после чего Габриэль резко перестал его слышать. А это значило, что Натан стал незрим и неслышим, после чего уверенно двинулся на дело. Иначе говоря, пошел в сторону ранее виденных ими солдат фактически наощупь, попутно наступая на ошеломленных невидимой едой крокодилов. Габриэль задумчиво переступил с ноги на ногу, пытаясь нащупать грань между каблуки звонко ударили по натертому паркету и ощущением легкого давления при поднятии ноги, что указывало на то, что его сапоги снова завязли в грязи. Это было интригующее ощущение. Смиту казалось, что разница состояла в уверенности. Голова Габриэля была железно уверена, что он стоит на паркете. Тогда как в ощущении вязкости участвовала ступня, нога и уже потом голова, что делало ощущение не таким четким, но при этом оно было… более естественным, можно сказать. Смит слышал от Адриана, что в голове людей есть мозг, а в мозге просто куча электричества, который является человеческими мыслями. Натан говорил, что в головах людей много огня… может он имел ввиду это электричество? Получается, огонь Гостов действовал на головы людей, заставляя их думать о вещах. При этом, все остальное тело людей в этом не участвовало, поэтому внушаемые мысли должны быть сильнее, чем ощущения рук, ног, глаз и ушей. Габриэль снова прислушался к себе и попытался описать свои ощущения. Разница напоминала отличия пирожного от ржаного хлеба. Пирожное было таким вкусным, что почти било тебя по языку и забивало все остальные чувства, но иногда оно комом лежало у тебя в животе. А ржаной хлеб был простым, хоть и не таким вкусным, давая простое и незамутненное чувство сытости. Значит именно так ощущалось воздействие иллюзии? Неудивительно, что Госты постоянно сходили с ума. Чем-то это напоминало проблему Гринфайеров. Если постоянно внушать своему огню, что его владелец зверь, то в один момент огонь может и поверить. Вот только в случае Гостов это были их собственные головы. Внезапно, в мире что-то сместилось, и я стою на паркете, мимо меня проносятся прекрасные девушки, играет веселая музыка, исчезло из головы Габриэля. Тот даже ощутил легкое облегчение. Все-таки эта иллюзия немного действовала ему на нервы. Смит открыл глаза и увидел… крокодила, деловито хрустящего телом незадачливого солдата, и Натана, который не успел добраться до места буквально пару метров. Вообще, эти дикие животные как-то больно активно жрали пришлых людишек. Обычно животные старались не трогать незнакомых существ. Вполне возможно, что местные ящерицы уже привыкли к добавке рациона в виде человеческого мяса. – Ну, похоже отряд потерял еще одного бойца, – констатировал очевидное лорд Рэдсвип. – А значит надо идти, пока не кончились все остальные, – весело произнес мужчина, зачем-то потыкав Габриэля локтем. Смит повернул голову и непонимающе уставился на этого странного человека. Сам же лорд повернулся и бодро двинулся дальше, по пути напевая какую-то веселую солдатскую песенку, которую Смит никогда раньше не слышал. Габриэль услышал за спиной чавкающие шаги и повернул голову. К нему подошел мрачный Натан не Гостфайер. В его руке был зажат конец длинного мотка веревки. Остальной отрезок этого мотка связывал между собой тела оставшихся в живых солдат, потрясенно семенивших следом за не Гостфайером. – Прошу вас, сэр, – сказал Натан, протягивая Смиту оставшийся конец. – Для нас всех будет удобнее, если мы сможем добраться до следующей жертвы без проволочек, – мрачно сказал парень. За его спиной толпились внезапно осознавшие всю бездну своих проблем солдаты. Габриэль окинул эту команду смертников долгим взглядом, после чего кивнул и обвязал веревку вокруг своего живота. К этому моменту лорд Рэдсвип уже скрылся в окружающем их тумане, поэтому во всеобщем связывании не участвовал. Впрочем, за ним никто особо не гнался.

***

Рената проверила висящий за спиной рюкзак, попрыгала на месте, чтобы оценить уровень возможного шума (тот был приятно нулевым) и глубоко вздохнула. Девушка посмотрела на маячащую перед ее лицом дверь на этаж Гостфайеров. Прямо сейчас группа по спасению Элеоноры стояла в холле начального этажа и перебирала свои вещи. Рената упаковала артефакты и еду, Кэтрин Флетчер перебирала взрывчатку и патроны, а Валери несла в руках три мешкообразных рюкзака с долгохранящимися продуктами. Карен не Гостфайер внимательно осматривала все, что ее окружает. На ее плечах висел небольшой рюкзак с едой, водой, парой ножей и пистолетами. Все-таки, если они каким-то образом разделятся (опять), ребенок не должен оставаться беззащитным. Рядом с суетящейся группой смертников стояла невозмутимая как горы Анна Блуфайер и еще более невозмутимая кукла Алисии. А еще один старающийся привлечь внимание Ренаты Маркус. Девушка вздохнула, отвела взгляд от двери и посмотрела на куклу. – Этот слуга позаботился о том, чтобы человеческие слуги молодой госпожи присмотрели за ее отцом, – заявил Маркус. – Эта вещь готова сопровождать молодую госпожу, – уверенно произнес дворецкий. В глазах Ренаты отразилось еле заметное напряжение, и она покосилась в сторону мисс Анны. Та окинула девушку понимающим взглядом. Несколькими часами ранее Блуфайер отвела Ренату в сторону, чтобы сообщить, что заметила некоторые изменения в ядре особняка, из-за которых блокировка этажа Гостов была ослаблена. И эти изменения могли быть внесены только Алисией. Проблема состояла в том, что проклятый артефакт, оставшийся от Алисии Блуфайер, имел четкий список приоритетов (буквально начертанный в книге), первым пунктом которого была починка систем особняка. И дополнительные изменения, ломающие особняк еще больше, не соответствовали целям Алисии. А значит, она получила приказ. И было только одно существо, которое то, что осталось от Алисии Блуфайер, стало бы слушать. Изабелла попросила своего главного ученого взломать защиту этажа Гостов. И Рената пока не знала, зачем. Не то чтобы у Изабеллы не было особых причин, но Чендлер нужно было знать какая именно это причина. В конце концов, Черная Ведьма вряд ли жаждала нести свет и насаждать добро. И так как на зов предок больше не отзывалась, девушка осталась без ответов, но с одним очень беспокоящим ее вопросом. А это приводило ко второй проблеме. А именно – очень, очень преданному Маркусу. Который по первому зову Изабеллы мог бросить их всех и пойти исполнять ее желания… какими бы ужасными они ни были. И это приводило уже к третьей проблеме. Маркус был очень полезен. Рената пережила большую часть дерьма, которое бросала в нее жизнь, только благодаря присутствию этой живой куклы. Маркус был огромным преимуществом. Но после разговора с мисс Анной, Ренату внезапно пронзило резкое осознание, что это преимущество легко может превратиться в ужасный кошмар по одному слову Изабеллы Блэкфайер. Это не сделало жизнь девушки легче. И теперь Чендлер стояла на перепутье. – Конечно, – твердо сказала девушка. – Идем, – махнула она рукой и повернулась в сторону двери этажа Гостфайеров. Когда оба варианта являлись плохими, стоило выбрать менее плохой. А также, как следует подготовиться к самому худшему развитию событий. Рената еще раз тряхнула рюкзак и уверенно кивнула. Все было должным образом упаковано. Они готовы выдвигаться. Благодаря присутствию Алисии, которая уже начала чинить систему «Атмосфера», дверь должна была открыться сразу при нажатии. Эта новость принесла Ренате небольшое облегчение. Она не хотела сидеть у двери несколько часов и думать о том, что происходит с Элеонорой. Рядом с девушкой встала печально прижавшая уши к голове Валери, немного любопытная Карен не Гостфайер и мрачная как смерть Кэтрин. Откровенно говоря, Рената взяла Кэтрин с собой, чтобы приложить все возможные усилия к сохранности Карен не Гостфайер. К тому же при встрече с иллюзиями, чем больше людей, тем надежней. Если один человек попадет в иллюзию, остальные могут ему помочь. Чендлер хотела взять еще и мисс Анну, но при одном озвучивании этого предложения, Алисия резко замерла и медленно повернула голову в сторону Ренаты, после чего уставилась на нее неподвижным, безэмоциональным взглядом. Учитывая, что кукла ученой стояла к девушке спиной, эффект был… жутковатым. И стал еще более жутковатым, когда лампы около их группы внезапно вспыхнули и неровно заполыхали синим огнем. Так Рената Чендлер узнала, что Синий Демон: а) научился следить за происходящим на Синем Этаже через огонь синего демона в колбе, питающего этот самый этаж, б) всегда следит за мисс Анной, где бы та не находилась и в) слава всем богам на земле и на небе пока не сообщил Черному Пеплу и другим демонам, что они могут передавать друг другу информацию каким-то странным демонским способом. Похоже, раньше демоны для таких трюков были слишком нестабильны, а теперь слишком взволнованы внезапным обретением мыслей, складывающихся в длинные предложения и пока игрались с этой концепцией. По крайней мере мисс Анна заверила девушку, что дело обстоит именно так… из этого Рената вынесла еще два важных наблюдения: г) Синий Демон и мисс Анна могли как-то разговаривать друг с другом, д) Синий Демон мог шпионить за другими демонами, не показывая своего присутствия. В тот момент, когда Ренате сообщили эту «потрясающую» новость, девушка мысленно решила никогда более не спускаться на Синий Этаж, найти мисс Анне хорошего специалиста по душевному здоровью (никто не должен выглядеть так радостно, сообщая, что его преследует огненный демон), и честно рассказать Габриэлю все, что они узнали о Черном Пепле, так как скоро Пепел так или иначе обнаружит связь между демонами и выяснит все сам. В общем и целом, разговор с мисс Анной получился очень плодотворным. И полностью закрыл для Ренаты возможность взять ее с собой в смертельно опасный поход, так как один проклятый артефакт и один древний огненный демон были против. Учитывая, что как боец мисс Анна была так себе, Рената не сильно возражала. Особенно учитывая, что мисс Анна дала Чендлер с собой пару очень важных и нужных вещей. И заодно пообещала приглядывать за криминальной империей Габриэля и отцом Ренаты. Что было очень большим подспорьем, на самом деле. Итак… Рената осмотрела сопровождающих ее людей и одну куклу, мысленно собралась с духом и протянула руку вперед. Ее ладонь легла на ручку и опустила ее вниз. Руны на двери засияли ровным, синим светом, после чего до ушей Ренаты донесся тихий щелчок. Створка медленно открылась, и группа спасения Элеоноры выдвинулась вперед. Первой пошла Валери, тщательно прислушиваясь к происходящему впереди. Сразу за ней двинулась Рената, после взволнованная Карен, а замыкала процессию все еще мрачная Кэтрин Флетчер. Вскоре группа скрылась за дверью, и створка сама подалась назад. До ушей оставшейся в холле Анны донесся легкий щелчок, и руны на двери медленно погасли. Женщина не выглядела особо счастливой. Но у нее были свои приоритеты… и потомок Изабеллы Блэкфайер была даже не пятой в ее списке. Анна вздохнула, повернулась и посмотрела на номер один в ее личном списке приоритетов. Алисия посмотрела на нее в ответ, после чего повернулась и двинулась в глубины Синего Этажа. Анна в последний раз посмотрела на закрытую дверь, после чего молча двинулась за тем, что осталось от ее дочери. И так… еще один поход Ренаты Чендлер в глубины особняка Черной Ведьмы официально начался.