Любимчик (宠逆)

Рождество, три часа дня. Тан Сянси с большим трудом отлепился от Су Цихэна, проводил его домой и отправился в аэропорт встречать старшего брата. Они не виделись больше года, и Тан Сянчжи поразило то, как переменился его младший брат. Он едва узнал его: радостный, сияющий, с улыбкой во всё лицо, как лучший пример успеха и процветания. Тан Сянчжи даже сказал: — Тебе не нужно так притворяться перед старшим братом. Он ещё помнил, какие злоба и отчаяние исходили от брата перед его отъездом, только что не превратился в законченного социопата, и на том спасибо. Тан Сянси покачал головой. Немного напрягало то, что у брата остались такие впечатления о нём, тем более, что именно моральная поддержка брата помогла ему пережить тот год, когда он поставил на себе крест. Он решил просто отшутиться: — Э-эмм… Твой маленький братишка внезапно повзрослел. Тан Мукану (сын Тан Сянчжи) уже пятый год, почти столько же, сколько было Су Муси в то время. Неизвестно, случайно или нет, но имена двух братьев — Кан и Си — вместе составляли одно слово: Канси — процветающий и лучезарный. Но в отличие от феноменального интеллекта и опережающего свой возраст развития Су Муси, Тан Мукан страдал врождённой умственной отсталостью. Так на нём сказалась сложная беременность и тяжёлые роды. Однако для Тан Сянчжи это не имело значения: хотя он и покинул клан Тан, на его счету всё равно осталось достаточно средств, чтобы обеспечить безбедное существование себе, жене и сыну до конца дней. — Я намерен позволить ребёнку думать самостоятельно и найти то занятие в жизни, которое будет ему интересно, главное — чтобы он был здоровым и жил без забот. Так сказал Тан Сянчжи, когда в разговоре братьев была затронута эта тема. У них обоих не было особого выбора, за них всё решали родители, и обоим пришлось выдержать немалую борьбу, чтобы отстоять свою самостоятельность. Теперь перед ними свободная жизнь, широкая как море и необъятная как небо, и следующие поколения уже не унаследуют их печали. Совсем недавно Тан Сянси позвонила Лоу Ин и сообщила: — Мне кажется, есть один сценарий, который тебе подойдёт, почему бы тебе не попробовать сыграть эту роль? Тан Сянси: — Что за роль? — Роль придурка, который хочет умереть, но боится, и ему приходится нанять киллера, чтобы тот убил его. Тан Сянси: — … Вот что значит настоящая мать! Такой извилистой хитростью решила наказать сына. Однако Тан Сянси честно ответил: — Мама, я просто не понимал раньше, как ты переживаешь за меня. На другом конце застыло долгое, тяжёлое молчание, а когда Лоу Ин заговорила вновь, в её тоне звучала настороженность: — Ты кто такой? Когда ты успел проникнуть в тело моего сына? Куда ты дел его душу? Поначалу Тан Сянси онемел, а потом пришлось припомнить тысячи мелочей и пустяковых происшествий из собственного детства, чтобы убедить мать в том, что он — это он, единственный и неповторимый её сынок в оригинале, без всяких там попаданцев и подселенцев. — Я приеду на Новый год, и ты проведёшь экспертизу, я это или не я, ладно? Лоу Ин: — Да, да, в самом деле, надо ещё убедиться, не унаследовал ли ты его память. — … У матушки богатое воображение, но Тан Сянси обошёл этот вопрос стороной. Вместо этого он сказал: — Есть ещё один человек, я бы хотел, чтобы ты его увидела. Он всерьёз собирался отнестись к Су Муси как к своему сыну и предполагал, что за это ему придётся снова стоять на коленях в поминальном зале; при одной мысли об этом колени начинали болеть. Следует отметить, что в периоды счастья терпимость людей к боли очень снижается, хотя в недалёком прошлом он стоял на коленях, не боясь умереть. — Но в этот раз я приду к вам без него. Лоу Ин скорее всего знала, кого он имеет в виду. Могла ли она быть недовольной, когда после череды отношений с мужчинами и женщинами её сын навёл, наконец, порядок в своей жизни? — Раньше я думала, что добрая традиция подчинения жене от твоего отца перешла к твоему старшему брату, не ожидала, что и ты окажешься этакой версией скрытого подкаблучника… Я не одобряю, что ты отделяешься от семьи, ведь мы должны завершить год обязательным жертвоприношением. Новогодние жертвоприношения были одной из традиций семьи Тан, и когда шла подготовка к жертвоприношению, в обязанность всех мужчин вменялось охранять поминальный зал предков. Прежде Тан Сянси не удавалось избежать этой скучнейшей обязанности, но сейчас у него уже другое мнение на этот счёт. Он был очень признателен деду за его мудрые слова перед смертью, о том, что каждый имеет право получить то, чего хочет. Что же касалось собственно семьи, дело было даже не в Су Цихэне, не в том, что его просто не посадили бы за стол в этом доме, а в том, что с течением времени сам Тан Сянси всё больше и больше отдалялся от родни. Тан Сянчжи устранился от центра принятия решений; «Тан — созвездие талантов» и «Небесное шоу» принадлежат Тан Сянси, у клана Тан в них лишь небольшая доля. Если Тан Сян’юй (старший кузен, преемник после деда) упорно настаивал на соблюдении древнего обычая собираться всей семьёй на три праздника *в году, то Тан Сянси, честно говоря, не считал это разумным. (*Подразумеваются три главных традиционных праздника в Китае: Китайский Новый год или Праздник весны — между 20-ми числами января и февраля, завершается праздником Фонарей; Цинмин или праздник поминовения усопших –начало апреля; Праздник середины осени, или полнолуния — октябрь. Все эти праздники так или иначе связаны с культом семьи, их принято встречать и праздновать в кругу близких — п.п.). В частности, как он мог привезти с собой Су Цихэна, когда на этом обязательном сборище будут присутствовать родители Тан Сян’юя — парочка мерзавцев высшей пробы? Лучше подождать, пока они умрут, а там видно будет. Но пока он не собирался подвергать любимого человека оскорблениям. Тан Сянчжи с семьёй пробыл в Сиэтле неделю, рассчитывая дальше поехать на Аляску, посмотреть на северное сияние. Тан Сянси наблюдал небывалый подъём духа у старшего брата, и угрызения совести постепенно отпускали его. Тан Сянчжи со своей стороны, зная упрямство младшего, не забывал наставлять его перед отъездом: — Хотя то, что ты делаешь, по сути неправильно, но для всех так будет лучше; как говорится, всё хорошо, что хорошо кончается. Не кори себя, братишка, я живу счастливо. Тан Сянси: — … Брат, у тебя такое широкое сердце, прямо до подмышек. «Как ты можешь говорить «всё хорошо, что хорошо кончается», если тебе однажды причинили боль, подставили, и это сделал родной брат?» — Ты мой младший брат, если я не буду на твоей стороне, то с кем ты останешься? — Тан Сянчжи говорил как о само собой разумеющемся, — И Сяо Цью тоже на твоей стороне, никто из Танов тебя не винит. Тан Сянси горько усмехнулся. Все давно уже смотрят на него открыто, и только он один как дурак строит догадки, действительно, зачем? Тан Сянси всё больше казалось, что он проспал полжизни. Интересно, его брат действительно допускает, что он, Тан Сянси, готов занять подобающее место в жизни, такое как у всех? Что он, как положено, заведёт семью, сделает ребёнка и потом продолжит внедрять ему эти искажённые идеи, которые с детства вдалбливали им самим в головы их родители и деды? Неужели он полагает, что и следующее поколение тоже должно жить ради того, чтобы продолжать бороться до последнего вздоха за деньги и власть, и так до бесконечности… Только представишь — и вздрогнешь. К счастью, у него есть возможность сделать свой выбор и прожить иначе вторую половину жизни. Но когда пришла пора расставаться, братья обнялись, и Тан Сянчжи сказал: — Неважно, кого ты полюбишь, мужчину или женщину, ты мой брат, и я хочу, чтобы ты был счастлив и не одинок. К глазам Тан Сянси подступили слёзы: на фоне заговора огромного клана против него чистая доброта его брата осталась неизменной. Прежде он упрекал старшего в косности и излишней подверженности влиянию каких-то двоюродных родственников, теперь он понял, что в чём-то брат был прав. Он ответил: — Счастливого пути. Тан Сянчжи: — Счастливо оставаться. Тан Сянси принял благословение старшего брата, посмотрел, как он и его семья проходят паспортный контроль, потом вздохнул и написал сообщение Су Цихэну: «Я по тебе соскучился». Специально нашёл симпатичный эмотикон и добавил: «(／￣3￣)／～L.O.V.E.» (Эмотикон — символическое изображение, отражающее чувство, эмо-цию, реакцию; (／￣3￣)／ в переводе означает «я тебя обожаю» — п.п.). Су Цихэн прочитал, но не ответил. Он никогда не мог устоять перед словами любви, и если не находил ответных слов, предпочитал молчать; но Тан Сянси прекрасно мог представить, с каким смущённым и ошеломлённым видом он там сидит и смотрит на дисплей телефона. «На этот Новый год полетим в Тайвань, я должен воскурить благовония перед твоими родителями». Ответ пришёл моментально: «Перед нашими родителями». Тан Сянси сжал губы, еле удерживая улыбку. Ему нравилось, что кролик принял его в свою семью. Кто сказал, что львы и кролики не могут жить в одном гнезде? Их пара является живым примером. «В таком случае, ты не хотел бы повидаться с нашими другими родителями?» И опять долгая тишина. Тан Сянси с замирающим сердцем ждал и наконец, дождался ответа: «А как быть с Сяо Си?» «Если ты не против, я скажу, что это мой сын. В конце концов, он начал взрослеть и становится всё больше похож на меня…» Он уже как-то говорил об этом с Су Цихэном. Кровное родство ребёнка с Танами несомненно, а «Небесное шоу» и «Тан — созвездие талантов» нуждаются в преемнике. Если маленький чертёнок не проявит требуемых для этого амбиций, ему придётся заставить дядю Гуаня на старости лет произвести наследника; однако, когда Су Муси услышал этот разговор, он первым делом спросил: — Тогда я стану богатым? Тан Сянси: — Ты станешь очень, просто невероятно богатым. Су Муси: — И тогда я смогу разделаться с тобой… — … Сначала Тан Сянси сжал кулаки, сдерживая желание ударить его, но потом подумал и провокационно улыбнулся: — Возможно, я заблаговременно уступлю тебе своё место. «А потом захвачу свою жёнушку, и мы махнём вместе далеко-далеко, и будем жить в своё удовольствие без всяких детей — мир для двоих, что может быть чудеснее, на-ла-лай-ла-ла…» На психологическом уровне Су Муси пока ещё был не соперник такому матёрому интригану, как Тан Сянси. Мальчишке сразу полюбилась эта идея и он стал придумывать, как он наподдаст пинков этому противному дядьке, чтобы он скатился со своих высот в самый низ и отвязался от его дяди… Су Цихэн не собирался знакомить ребёнка с настоящим отцом, но если Су Муси вознамерится стать преемником, ему необходимо предстать перед семейством Тан; поэтому он не стал обсуждать способ, каким Тан Сянси это сделает. Во всяком случае, он всегда был против усыновления, а мужчина больше не собирался касаться этой болезненной для Су Цихэна темы. Молодой человек прислал новый вопрос: «Как это примет твоя семья?» Сейчас, конечно, не древние времена, брат и сестра вполне могут служить одному влиятельному человеку, тем не менее, спать и с сестрой, и с братом — это даже по современным меркам неслыханный скандал. Старший брат окажется в сложном положении, ведь кролик всё-таки слишком напугал его тогда. Поэтому пока со встречей с родственниками стоит повременить или, как правильно сказать, «отложить встречу». Хорошо хоть старшего брата сейчас нет в Тайване. Тан Сянси напустил на себя великодушие: «Как обычно, прекрасно. Стоять мне опять на коленях в поминальном зале». Су Цихэн моментально просёк в его словах подвох: «Что значит, опять?» С тех пор, как они возобновили отношения, кролик стал не хуже Конан (персонаж аниме «Наруто» — п.п.), ни одной зацепки, ни одного намёка не упускал из внимания. Всё-таки, он не знал, что́ пришлось пережить мужчине за четыре года разлуки — об этом тот всегда говорил как-то расплывчато, мимоходом, ничего толком не объясняя. Но впереди достаточно времени, чтобы разобраться, и кролик «рыл» информацию не спеша. Су Цихэн написал: «Ничего, ничего, я в детстве часто проказничал, и мама ставила меня в угол на колени. Тогда был очень популярен телесериал «Принцесса Жемчужина», **и я, как героиня сериала, внушал себе: «Стоять на коленях — это просто»…» (**Костюмированная дорама «Принцесса Жемчужина», 1998г., на осно-ве новеллы тайваньской писательницы и сценаристки Цюн Яо «Брат Хуан Чжу»; занимательный сюжет, полный интриг и тайн, действие которого происходит во времена династии Цин — манчжуры — позднее, в 2010–2011гг. был переснят и с огромным успехом прошёл по всем странам Дальнего Востока и даже в Канаде. В русском прокате фильм вышел под названием «Моя прекрасная принцесса» на сайте Dorama TV 98 серий римейка 2011г. — перевод не закончен, на сайте ДорамаКун оригинал 1998г. с русскими сабами, по отзывам хорошая дорама — п.п.). Пока они беззаботно чатились в LINE, самолёт на Аляску вырулил на взлётную полосу. Тан Сянси смотрел, как он берёт разгон и наконец, взмывает в небо, и ему казалось, что следом за самолётом улетает в небо его душа — так легко и свободно он себя почувствовал. Он вышел из аэропорта — погода была хорошей, без дождя, что для Сиэтла зимой большая редкость. Но несмотря на яркое солнце, воздух был морозным, а это несомненно хороший повод прикинуться бедняжкой и написать жалостное послание: «Что-то очень холодно, боюсь, я простыну». Су Цихэн: «Приезжай домой скорее, я сварю тебе куриный супчик». Тан Сянси: «Лучше имбирного компотика». Су Цихэн: «Ладно, супчик будет, чтобы поесть, а компот — чтобы согреться». Тан Сянси улыбнулся: честно говоря, он совсем не хотел никого затруднять хлопотами, но этих нескольких фраз ему хватило, чтобы согреться. Его строптивый прежде питомец теперь предан ему всем сердцем… О нет, он не питомец. Тан Сянси нащупал в кармане предмет, который он попросил брата привезти для него из Гонконга. Рекламодатель преуспел в маркетинге: это кольцо, которое каждый мужчина может заказать для себя только раз в жизни по удостоверению личности.*** Теперь оно у него в кармане. Он не знал, как отреагирует кролик… Но ведь не убежит же в страхе? (***Бриллиантовые обручальные кольца ювелирной компании Darry Ring известны во всём мире. Компания прославилась не только качеством изделий, но и оригинальным маркетинговым ходом: каждый мужчина может заказать в этой компании обручальное кольцо с бриллиантом только один раз в жизни, по удостоверению личности. Вот как об этом пишется в рекламе: «В этот бурный век верная любовь скоро станет легендой, но независимо от того, как меняются времена, все по-прежнему жаждут настоящей любви на всю жизнь. Мы в Darry Ring верим, что брак — это жест высшей привязанности, потому что один человек обещает другому любовь и верность навеки. Обручальное кольцо от Darry Ring дарится единственному любимому человеку и означает любовь, единственную и неповторимую». — п.п.). Продолжая размышлять, он сел в машину и завёл мотор. До Китайского Нового года ещё месяц. Домовладельцы Су Цихэна вернулись из путешествия, теперь можно поговорить о совместной жизни, о медовом месяце… О, самое главное — предложение руки и сердца. Заднее сидение автомобиля было забито воздушными шарами, которые он надувал накануне отъезда вместе со старшим братом и невесткой, из-за чего невестка ревниво пожаловалась: — А мне он даже предложения не делал! Тан Сянчжи притворялся глухим: — О, гляньте, какой здоровый шар я надул… Их брак был бизнес-проектом, соединившим две компании, никаких ухаживаний, никакой романтики, всё очень прагматично и прозаично. Позже, уже в браке, родилось взаимное чувство; старший брат по его примеру тоже заказал себе кольцо Darry Ring, а в поездке на Аляску Тан Сянчжи собирался преподнести его жене с предложением руки и сердца. Для невестки это определённо будет сюрприз. Они даже репетировали друг с другом, как делать предложение, воспользовавшись моментом, когда жена Тан Сянчжи отсутствовала. Если бы их в этот момент увидел кто-то, кто не в курсе — решил бы, что братья собираются сочетаться браком. …… Тан Сянси: «Я возвращаюсь». Су Цихэн: «Тогда я иду к тебе, буду ждать тебя в твоём доме». Тан Сянси глубоко вздохнул, силясь утихомирить бешеное сердцебиение и подготовиться к важному моменту, отложил телефон и тронулся в путь. Перед ним ровная дорога, светит солнце, отражаясь в льдистой поверхности тающего снега, превращая шоссе в сказочный, сверкающий путь в светлое будущее. Теперь, кто бы из них ни оглянулся первым, другой без-ошибочно поймает его взгляд. Конец основного текста Слова автора: конец XD (конец после кучи постельных сцен XDXDXDXDXD) Слова переводчика: надеюсь, читатели не поверили, что это действительно конец? XD)XD)XD)