Его душа

Курсив - воспоминания или ретроспектива. - Ты пришел извиниться? Сакура остановилась, как вкопанная, её рука застыла в воздухе, не успев дотронуться до дверной ручки. Она стояла в коридоре женского общежития, прямо перед своей комнатой. - Нет, - голос Саске заставил её опустить руку и сделать небольшой шаг назад. - Я так и думала, - чуть тише произнесла Колетта. - Ты уже наказал меня и след прошел. Если я спрошу, почему ты так поступил, ты не ответишь. - Ты знаешь ответ, Колетта. - Перегнула палку, так? Или это угроза – не трогай эту особенную девушку? Чем она отличается от других? Кажется, что настойчивая поклонница, приехавшая издалека за своим идолом. Упрямая и заносчивая. Сакура сжала кулак, сглотнув обиду. Отчасти Колетта права, наверное. - Ты не хочешь рассказать кто она тебе, Саске? Зачем она тебе нужна? - Нет. - Хм. Она любит тебя, верно? Это видно по глазам, обезумевшим от твоего появления, по скользнувшей в них радости, по интонации в голосе. Это бесит. Раздался звон. Должно быть, Роже разбила что-то, не сдержав эмоций. - Что ты к ней чувствуешь? Ответь, пожалуйста. Что ты сейчас к ней чувствуешь? Сакура затаила дыхание. - Ничего особенного, - произнес Учиха, но был прерван Колеттой: - Не ври. Думаешь, я слепая? Тяжёлый вздох. Харуно стиснула зубы, чтобы не закричать от надвинувшегося молчания. - Сейчас… Мне жаль Сакуру, - медленно произнес парень, когда раздался скрип - возможно, что-то открыли или отодвинули. - Жалость – это сильное чувство, Саске, - едва слышно проговорила Колетта, - это не похоже на тебя. - Ты разве знаешь меня, Роже? – голос парня оледенел. Шуршание и медленные шаги - Сакура услышала: - Мы понимаем друг друга, не так ли, Саске? – Послышался хлопок. Он её ударил? Харуно затаила дыхание. - Пусти, - хриплый голос Колетты выдавал её боль. - Отпусти мою руку! Синяк оставишь! Она тяжело выдохнула – высвободилась из хватки. Послышались шаги и дверь резко распахнули. Тень Саске упала на розоволосую, не сдвинувшуюся с места с начала разговора. Её плечи дрожали, она была готова убежать, но ноги приросли к полу, а голова склонилась, скрыв выражение лица. - Сакура, - выдохнул Учиха. - Что ты здесь делаешь? Харуно молчала - из-за плеча Саске выглянула Колетта: - Привет, соседка! Как твои раны, не болят? Парень хмыкнул, а Роже натянуто улыбнулась, оправдываясь: - Я не успела тебе сказать, прости. Сакура стиснула зубы, быстрым движением руки стерла слёзы и гордо подняла голову: - Я чувствую себя превосходно. Пропустите меня, а то встали в дверях! Харуно протиснулась между ними, намеренно отталкивая их от проёма, и захлопнула дверь. Но прежде чем эта преграда оградила её от пары, Сакура поймала взгляд Учихи, который, словно игла, пронзил своим спокойствием. Колетта выиграла, она прекрасно знала это, она показывала это всем своим видом, но так ли важно унизить соперника, чтобы он чувствовал себя последней букашкой на земле? Важно? Что важно в этой игре? Заполучить его внимание? Заполучить его? Вернуть его? Вернуть то, что тебе не принадлежало? - Жалость… и больше ничего, - прошептала Сакура, снимая медальон с шеи и кладя его на стол. - Действительно, я стала жалкой, Саске-кун. Размеренной походкой он шёл по коридору, направляясь прямиком в медицинский кабинет. Парень нес ту, что приехала к нему, ожидала чего-то от него. Но что она ждала? Объятий, поцелуев и возвращение к той игре, в которую она поверила? Если она решила быть одноклассницей, то почему ведёт себя как безответно влюблённая? Ибо мысли с сердцем разошлись? - Отпусти меня, - прошептала Сакура, продолжая держаться рукой за его рубашку. - Отпусти! Заёрзала она, стремясь вырваться. Учиха резко остановился и, не глядя на неё, произнёс: - Ты доставляешь мне одни проблемы. - Отпусти меня, - просила девушка, ладонью пытаясь оттолкнуться от него. Саске не двигался, но крепче сжал её, не собираясь отпускать. - Прекрати, Сакура, - Харуно застыла, отворачиваясь в сторону. - Зачем всё это? Он не объяснил, продолжив путь. Учиха свернул за угол и толкнул первую из попавшихся дверей медпункта ногой, а потом зашёл внутрь. Внутри никого не оказалось. Саске опустил пострадавшую на кровать, осторожно и заботливо накрыв покрывалом. Сакура сверкала глазами от непонимания, но не противилась, прижимая осколки к себе, сжимая и сжимая кулак, ещё не понимая, что кровь стекает по ладони. - Я позову медсестру, - направился к двери Учиха. Харуно резко остановила его: - Не смей! Я дождусь её здесь, а ты иди! Парень повернул голову к девушке, смотревшей в противоположную от него сторону. Они молчали. Но тишина была настолько давящей и тяжёлой, что единственный шорох покрывала заставил их очнуться. Сакура стёрла слёзы одной рукой, закрыла глаза ладонью, чтобы отгородиться от него. Саске подошёл к ней, наблюдая за тем, как она отмахивается от него, как от галлюцинаций. Он ловким и быстрым движением перехватил запястье, когда несколько капель крови опустилось на светлое покрывало. Саске силой разжал кулак, в котором были спрятаны разбитые обещания. Сакура смотрела на свою ладонь, чувствуя жжение. Учиха поднял на неё взгляд, дернув за руку Харуно на себя. Она стиснула зубы от боли, прокатившейся по её телу, подавшись вперед. Присев на кровать, парень стал извлекать осколки из раны. Ей было больно, он это чувствовал по дрожи, появлявшейся при каждом прикосновении его пальцев. - Зачем? Это не опасно, - шептала девушка. - Раненная рука – это пустяк. - Что же тогда опасно? – спросил он, разглядывая спрятавшиеся в порезах кусочки. - Разбитое сердце. Учиха взглянул в печальные глаза Харуно. Они взывали к пересмотру её приговора, к помощи и поддержке. К его душе. Он потянул её на себя, а Сакура безвольно приблизилась, качнувшись вперед и ударившись лбом о его плечо. Этого было достаточно. Свободная рука скользнула по одеялу и опустилась на спину Саске, девушка вздрогнула, понимая, что плачет. Как давно? Прижавшись к нему, она почувствовала небольшое облегчение. Это награда за испытанные муки? - Прекрати сводить меня с ума, Сакура, - надменно произнес Учиха, последний раз осмотрев её руку. - Ты сама сюда приехала. Отпустив её и отодвинувшись, Саске собрал осколки и направился к двери. - Что это было? – спросила шепотом девушка, уставившись на свою ладонь. - Зачем ты это сделал? Он не обернулся, произнеся: - Мне жаль тебя… Сакура. Медсестра появилась в проёме, сразу подскочив к больной, которая не сводила глаз с удалявшейся спины. Дверь закрылась с тихим щелчком, а Сакура продолжала смотреть в ту сторону. - Милочка, тебе очень больно? – жалостливо протянула молоденькая помощница доктора. - Твои глаза просто просят о помощи! Сейчас-сейчас! Давай сначала эту руку, она вся в крови! - Мои глаза? – пространственно спросила девушка, наблюдая, как медсестра вытирает и забинтовывает ладонь. «Ты меня с ума сводишь, Сакура. Твой запах, твои глаза, которые просят, желают, грустят... Мне хочется всем этим обладать…» - так он сказал в тот день. Она совсем не изменилась. Не стала сильнее. Жалость. Проклятая жалость к такому слабому существу, как она. Презрение к этой слабости. Медсестра помогла ей лечь на кровать, закончив обработку и перевязывание, и потом упорхнула из палаты. Сакура подняла руку, рассматривая свою ладонь на фоне потолка. - Жалость? – смеющимся голосом прошептала она, резко разорвав бинт. - Не нужна мне твоя жалость, Саске! А в этот момент парень спускался по крыльцу корпуса, его рука сжималась и разжималась. А на пальцах застыла кровь той, что он отнес в медпункт. Сакура приподняла голову над подушкой, рассеянным взглядом уставившись на дверь, в которую тихо постучали. В коридоре явно кто-то шушукался, как вдруг смех прорвался в комнату, несмотря на преграду. Оглушающий звук удара о стену - Харуно поразилась, почему еще не слетела с петель сама дверь. - Привет! – Саори подскочила к девушке, таща пакет. За ней появилась Нана, Мики и Суйгецу, на которого, по воле случая или наказания, свалили два огромных свертка. - Что это? – ошалело разглядывая продукты, что вывали ей на кровать, произнесла Сакура. - Праздник! Нам есть что отметить! – Асакура искренне радовалась и на пальцах одной руки продемонстрировала: - Первое: ты выздоровела. Второе: твоя соседка свалила надолго. Третье: твою соседку скинули с поста казначея. Четвертое: мы просто живы и счастливы. Так, мальчики? – ожидала поддакивания Саори, но только Мики кивнул, а Суй хмыкнул и спросил: - Ты уже лучше себя чувствуешь, Сакура-чан? - Да, конечно, - заверила друзей Харуно. - А каким образом её выкинули-то? Ходзуки улыбнулся: - Президент постаралась. - Да, Нана – умница! – Саори полезла обниматься с соседкой, которая ловко увернулась, встав рядом с помощником Саске, добавив: - Я сделала то, что должна. В конце концов, каждому воздаётся по заслугам. - Нана – президент, - опешила Сакура, переводя взгляд с неловкой улыбки Мики на довольное лицо его сестры. - Но не стоило из-за меня… Матсури покачала головой: - Всё нормально, тут не сыграла роль твоего знакомства со мной. Просто… - она посмотрела на Асакуру, которая внезапно притихла. - Просто так надо было. Саори стряхнула оцепенение, когда Суйгецу кашлянул: - Так празднуем? - Конечно! – Саори бросилась помогать распаковывать притащенные продукты из школьной столовой. Сакура улыбнулась, но почему-то не могла оторвать любопытного взгляда от Асакуры, вновь смеющейся и веселящей остальных.