Его душа

Сев на пол, Сакура подтянула к себе колени, начав раскачиваться взад и вперед. Мысли бродили как маятники, действуя на нервы. Убежав из общежития, Харуно благодарила бога, что главный корпус не запирали, а этот класс оставили открытым. Почему всё пришло к этому? Каким образом её чувства стали одержимостью? Он вернулся. Она была с Неджи. Дорожила, не плакала по ночам от безысходности, была счастлива и любила. Любила по-другому. Не обязывающая, не поглощающая, не уничтожающая любовь. Почему она так быстро отказалась от Неджи? «-Между нами всё кончено, Хьюга!» Потому что, это не то, что было ей нужно. Её сердце кричало об этом, и сразу же ухватилось за возможность вырваться из этой оберегающей клетки. Игра в любовь. Сделка. Честный обмен. Разве она хотела, чтобы это притворство привело её к подобному безумству? «- Почему ты отрицаешь нашу дружбу? Связь, возникшую между мной, тобой и Наруто! - Это глупо. Связи ограничивают свободу. - Ты не можешь не видеть происходящее! Эти фотографии, твоё более тёплое отношение к нам – это доказательство нашей дружбы. Мы – лучшие друзья, признай! - Сакура! Мы никто друг для друга, лишь знакомые на пути жизни. Рано или поздно наши дороги разойдутся. Школьная жизнь закончится. - Но связь останется! - Прекрати!» Он никогда не скажет, как ему больно. «- Дружба – великое счастье, дарованное свыше, почему ты отрицаешься её? - Мне она не нужна. Вы лишь мои одноклассники!» Она слышала его слова, но никогда не верила им. «-Бесчувственный эгоист, ты знаешь, что я говорю правду, просто мне не признаешься! Не признаешься, что тебе кто-то нужен рядом, чтобы жизнь твоя не была пустой и бессмысленной. - Уходи. - Ты не изменился. - Наконец, ты заметила, Сакура. Я никогда не менялся. Вы с Наруто придумали себе другого Саске – своего друга..» Придумать образ. Сакура положила лоб на согнутые коленки. Когда она смирилась и приняла свою любовь к Саске, который оставался холодным и неприступным, внезапно стало так спокойно, потому что он находился рядом и не бежал от неё. В момент игры, в которую так легко поверить. «-Задел за живое? Неужели эта девка нечто большое для тебя? Влюбился? - Нет. Это просто очередная поклонница.» Харуно покачала головой, вспоминая старшего брата Саске. Кажется, эти слова были концом игры. Они стали теми прогнившими дровами фундамента её иллюзий. «-Ты – самовлюблённый эгоист, а твои поклонницы тешут твоё самолюбие. Ненавижу тебя за это! Тебя, должно быть, задело, когда ты вернулся, а я оказалась с Неджи. Как это!? Ведь я любила одного тебя! Тебя терзало чувство собственности! Конечно, я – твоя навеки. Размечтался! Проклятый собственник! Скажи, я права?» Обвинять раз за разом. Каждый говорит о наболевшем. Чья гордость была задета больше: Её, потому что он вернулся не к ней, или его? «-Мне действительно жаль ту, которая тебя полюбит, - проговорила она, добавив шепотом, - как я. - Почему? – раздался голос, знакомый и холодный. - Любить тебя – страдание. Ты никогда не отдашь своё сердце, а она будет надеяться. Вы будете, как в этой песни. Одни. Возможно, ты будешь встречаться с ней, из жалости. Вы будете вместе, но одни. Она одна – со своими мечтами, а ты – один, гордый и неприступный». Выводы из воздуха, без доказательств и соглашения. - Мне жаль тебя, Сакура. – Вслух повторила его слова девушка, сглатывая ком. Почему он так внезапно уехал? Бежал, покидал, исчезал из её жизни, едва появившись. - Слабость… - невольно проговорила Сакура, нахмурившись, - Что является слабостью? Любовь, боль, страх, трусость? Не понимаю… «- Неужели ты не понимаешь, что я… что ты… - слезы потекли из глаз. Рисуя дорожки на щеке, они падали на пол, - ты – моя жизнь. Я не могу так просто перечеркнуть всё. Я люблю тебя, Саске! - И что? – проговорил он недрогнувшим голосом». - И ничего, - улыбнулась воспоминаниям Харуно, - в любви нет виновных и виноватых, верно, Нана? Нельзя любить по приказу, по наставлению, из жалости… «-Не уходи от ответа… Почему ты…? – у неё пересохло в горле, в голове стучали молоточком слова надежды и слова страданий. Девушка сглотнула и сделала несколько шагов: - Почему ты не можешь сказать, что презираешь и ненавидишь меня? Ведь это причина? Я надоела тебе! Так? Скажи, и я успокоюсь! Ведь это правда!» Искусственность и самобичевание. Как низко и противно это помнить. Она должна была успокоиться, услышав нечто подобное, но в результате… «-Я презираю тебя, Сакура, - добавляя боли бедной душе, - за твою слабость, за твоё унижение передо мной, за твои слёзы. Но я знаю, что сам сломал тебя». - Ты не виноват, Саске, - обращалась к пустоте девушка, - Никто не виноват в моей боли и слабости. Не жалей меня. «-Причина… Ты меня с ума сводишь, Сакура. Твой запах, твои глаза, которые просят, желают, грустят…. Мне хочется всем этим обладать. Харуно дернулась. - Но, - выделил Саске, - это не то, что тебе нужно. Я ведь не люблю тебя. Я лишь хочу, чтобы ты была моей. Если мы будем вместе, ты будешь страдать…. А когда надоешь мне, я брошу тебя, Сакура, слышишь! – заглянул ей в глаза, - Ты не выдержишь этой боли… - Саске, - прошептала она. - Я не могу поступить так с тобой. Лучше сказать: «Прощай!», здесь и сейчас. Я уезжаю. Наши пути расходятся, ты должна забыть. Мне жаль тебя, Сакура, что ты полюбила меня…» - Я сама не знаю, что мне нужно, - поразилась Сакура своему выводу. Тишина успокаивала. Ночной класс не пугал, не наводил на мысли о страшилках из детства. Упокоение приходила с каждым вздохом. - Ты зря приехала, Сакура. - Сакура, это ничего не изменит. Я уже сказал всё, что хотел. - Никаких «но». На этом стоит остановиться. Мы расстаемся, ясно? Вставай! - Отвратительно. Ты приехала ко мне, не так ли? - Потому что это больно, - произнес Саске и, повременив, добавил, - для тебя. - Что значит принять? – резко бросил он. - Сказать в ответ: «Ты мне нужна. Я тебя люблю, Сакура?». - Разве я виноват в том, что ты полюбила меня? Его голос звучал в её голове, но, казалось, что он разносится по аудитории, завораживая своим спокойствием и уверенностью. - Ты не виноват, Саске, - ответила Сакура темноте, поднимая взгляд на окно. Звездное небо мерцало. - Как больно потерять… Всё то, что ты любил… - начала напевать девушка, - Останься, хоть на миг… Я не могу представить… Как без тебя… ды-шать, - плакать стало легче. Харуно вытерла остатки влаги с лица, успокоившись. Никто не виноват. - Где найти силы, чтобы сдаться? – спросила девушка, сворачиваясь на полу калачиком, - Как осознать, что моя любовь не спасет его от одиночества? Она не заметила, как сон мягко погрузил её в царство счастья, давая отдохнуть от переживаний и дать время, чтобы очнуться от реального сна своей любви. *** Тёплый, мягкий. Сакура повернула голову на шум, но ещё не открыла глаза. Пелена темноты уходила постепенно, возвращая в новое сегодня. Поморщившись, девушка всё-таки заставила себя посмотреть на реальный мир. Солнце с самого утра скрылось за тучами, не желая радовать людей. Серое небо давило, готовое разразиться дождем или снегом. Харуно села, соображая, где находиться. Боль в теле сообщала том, что её постель была холодной и твердой – и являлась полом класса. - Проснулась? Девушка подняла голову, столкнувшись взглядом с карими глазами. Преподаватель присел перед ней на корточки, с насмешливой и обаятельной улыбкой. Она вспыхнула, посмотрев в пол, пока не осознала, что её чем-то прикрыли, а именно – пиджаком! - Спасибо, - пробормотала Сакура, неожиданно прижимая деталь мужского костюма к себе. Ей казалось, что нет ничего прекраснее, теплее и лучше этой темной одежды. Сасори, подперев рукой подбородок, внимательно наблюдал за её реакцией. Харуно сжимала в объятиях пиджак, словно это был самый дорогой предмет на земле. Стоит отметить, что выглядела девушка исключительно забавно: волосы в различном порядке падали на плечи, вчерашняя косметика сияла пятнами, а мятая одежда отнюдь не украшала юную особу. - Спасибо, - вновь выдавила Сакура, заплакав от внезапно нахлынувших чувств: благодарности и неожиданности. - Что случилось, милая? – положил руку на её плечо Сасори и легонько потряс, - Почему ты ночевала в классе биологии? - Я хотела … подумать. Я запуталась. Преподаватель вздохнул, поддакнул и произнес: - Любовные проблемы. - Да, - Сакура почему-то улыбнулась, - Скажите, Сасори-сенсей, я… любовь бывает неправильной? В смысле… причинять боль? Он на мгновение задумался, потерев пальцем подбородок, а потом медленно и внятно произнес: - Любовь разнообразна, как природа вокруг нас. Люди, относятся к одному виду, но совершенно не похожи друг на друга. - Значит, бывает. - Сакура, не принимай всё так близко к сердцу. Я думаю, что человек, которого ты полюбишь, не будет страдать. Вы просто поссорились, - Сасори встал на ноги и пошёл к учительскому столу. Харуно поднялась, продолжая прижимать пиджак к груди: - Я мучаю его. Он не любит меня, и видит, как я страдаю из-за этого. Хочет помочь, но его действия становятся надеждами, толкают фантазировать и мечтать! Я не понимаю, почему он мучается!? Любовь спасает от всего, разве нет? Сасори перестал листать книгу, а потом оглянулся на ученицу: - Считалось, что кровоиспускание помогает больным почти от всех болезней. Пиявки, забирая большое количество крови, убивали, хотя лекари искренно верили в помощь этих существ. Почему? - Не знали, - автоматически ответила Сакура, продолжая после соответствующего жеста учителя, - Не хватало теоретических знаний, опыта. Пиявки приняли вред, паразитируя… - Но врачи верили в то, что поступают правильно, а их действие- лучшее средство. Сакура застыла, как каменная статуя. Сасори улыбнулся, резко захлопнув книгу: - Если ты поняла, то больного ещё можно спасти. Учитель кивнул напоследок, развернулся и вышел из класса. - Любовь – пиявка, я – врач, - рассуждала девушка вслух, - а значит, я не понимаю, потому что не хватает опыта, - закрыв лицо руками, Сакура прошептала: - Прости меня, Саске. Отрицание – не выход. Борьба проиграна. Отпусти, сдайся и уйди. - Сенсей! – вдруг опомнилась Сакура, выскакивая в коридор и побежав за преподавателем, уронив пиджак на пол. Затормозив на повороте, девушка врезалась в прохожего, пробормотала неловкое извинение и попыталась обойти его, чтобы не показать неухоженного лица. Но ей не удалось сдвинуться с места. Локоть обвили сильные пальцы, словно железные кандалы, они сдерживали её действия. Сакура с опаской подняла глаза. - Саске, - как обреченная пробормотала она, - Доброе утро! Но тут опомнившись, закрыла свободной рукой своё лицо, скрываясь, словно шпион. Учиха мягко отпустил её, отойдя на шаг назад и рассматривая смущенную своим видом девушку. - Что… произошло? – задумчиво произнес парень. - Нет-нет… Всё в порядке! – уверяла Харуно, удавив внутри себя цветок, желавший распуститься от подобной заботы, - Просто… Сасори-сенсей… Саске внезапно схватил её за плечи и притеснил к стене, словно угрожая: - Вы были вместе? - Что? – онемела от наглого вопроса Харуно, ноги подогнулись, и теперь лишь руки Учихи спасали её от падения на пол. Девушка некоторое время молчала, рассматривая в глубине черных глаз что-то, что могла остановить её от шага, на который она решилась в тот момент, когда дверь за преподавателем закрылась. Стук сердца такой немощный, такой неслышный просил и умолял остановиться, но Сакура мягко положила ладонь на руку Саске, прося отпустить. Ноги всё ещё не твердо стояли на земле, когда Учиха отошел от неё, продолжая наблюдать за малейшими изменениями в её поведении. - Саске, - девушка выпрямилась, прогнав жалостливое выражение лица, - я прощу прощения, - она резко поклонилась, застыв в позе покаяния, - за своё глупое поведение, слезы, за мой приезд, причинивший столько проблем. Я сознаю, что совершала одни… одни глупости… Прости, если сможешь. Я … - Сакура, что ты… - он едва сделал шаг к ней, как она резко выпрямилась. Её лицо было добрым, искренним, а глаза сияли не виданной ранее решимостью. Учиха нахмурился. - Спасибо тебе, слышишь? Спасибо. Но я… сдаюсь, понимаешь? Я больше не хочу мучить себя и тебя… Всё кончено. Наконец-то, я поняла это и признаю это. Не ищи в этом какого-то гениального хода, чтобы добиться тебя. Не ищи, ладно? - Твой голос дрожит, - проговорил Саске. Сакура кивнула, подтверждая: - Конечно, сам бы попробовал говорить подобное! – попытка обратить в шутку ситуацию вызвала усмешку на его губах. - И… - Харуно глубоко вздохнула, заснув руку в карман юбки. Тихо звякнули бусины, цепочка прошелестела по ткани, - Возьми. Ты его мне подарил. Но отдай его Колетт… так будет правильнее и… - Прекрати, - посмотрел в сторону он, - Если этот браслет, который в прошлом году ты рассматривала в витрине, тебе больше не нравится – выкини. Мне он не нужен. - Выкинуть? – Сакура вдруг кивнула, загоревшись какой-то безумной идеей. Она обогнула Саске, оказавшись у подоконника. Приложив усилия, девушка открыла окно, которое со скрипом известило о том, что его покой был потревожен. Учиха не противился подобным действиям. Харуно улыбнулась на прощание, коленями встав на подоконник, и, схватившись за раму, размахнулась второй рукой и, закрыв глаза, отпустила браслет в полёт. Саске оказался рядом, тихо проговорив: - Не побежишь за ним после того, как я уйду? Сакура обернулась на него, со слезами на глазах прошептала: - То, что было выброшено, перестало быть моим. Та, что мучила тебя, уйдет первая. Харуно присела, чтобы слезть, но тут чувства прорвались сквозь ту стенку, что она встроила в своёй груди. Уйди! – кричит разум. Но руки обвивают его плечи, а лицо касается подбородком его головы. Саске не сопротивляется, напротив, обхватив девушку за талию, снимает её с подоокника, аккуратно ставя на пол. - Всё! – вдруг резко дернулась назад Харуно, понимая, что хотя бы ещё секунда в его объятиях уничтожит решение, которое она приняла, - До встречи, Саске. Девушка развернулась и быстрым шагом устремилась к лестнице. Ступень раз. Она должна быть сильной, пока он видит её спину. Ступенька, два. Как ей хватило сил на это? Сказать, решиться. Так внезапно. Ещё одна. Сакура держалась за поручень, чтобы не свалиться и не полететь головой вперед на каменный пол. Чужие шаги отвлекли её, как она увидела, сквозь туманную завесу слез, красноволосого молодого человека, остановившегося у подножья ступенек. Сакура тяжело вздохнула, словно в груди засел ком, а потом слетела вниз, и уткнулась лицом в белую рубашку учителя. Сасори не шелохнулся, но потом мягко обнял её, поддерживая. Харуно не слышала, что за её спиной ещё чьи-то шаги резко оборвались, прекратились на мгновение, а потом стали удаляться. Преподаватель проследил взглядом за свидетелем, но ничего не сказал. Сакура искренне прижималась к нему, ища ту доброту, что подарил обыкновенный пиджак этим утром. *** Как всё это объяснить самой себе? Сакура закрыла глаза, завернувшись в плед и приютившись на кровати. Сердце медленно стучало в груди, дыхание ровное, голова абсолютно светлая. И пустота. Колетт ещё не появилась в комнате, хотя скоро был официальный отбой. Харуно хотелось кричать так громко, как позволял её голос. Реветь, как раненная белуга, причинить себе какую-то физическую боль, но только перестать осознавать произошедшее. Да, всё так, как сказала Нана. Эгоизм. Эта болезнь, захватившая её в стремлении войти в сердце Учихи. Добиться, победить, захватить, завладеть, похитить… Да, всё так, как произнесла Роже. Это чувство любви, её чувство любви не спасет его. Одиночество не прогоняется простым: «Я люблю тебя». Сказки, сказки. Ложь, неправда, скрытый факт… Понимание, тонкое понимание его состояния и прошлого. Она не может этого дать. Отказалась, сдалась, ушла, простилась, выкинула… Рука скользнула по груди, коснувшись медальона. Отдать. Противно. На душе мерзко. Словно кто-то уронил тарелку сомнительного содержимого, и некоторое чудо растеклось по полу, издавая тошнотворный запах, даже лучший ароматизатор воздуха не спасет. Принять, успокоиться, смириться… Повторяя подобный ряд, она не могла понять, почему стало легче дышать, но осталось чувство опустошения. Словно оголодавший волк, мысли шастали по замкнутому пространству, не давали себя успокоить, желали свободы. Стук. Сакура повернула голову к двери, смотрела на её сверкающую от лака поверхность, но не пожелала впустить незваного гостя. Но неизвестному не нужно было разрешение – ручка наклонилась вниз. Харуно уставилась на вошедшего, как на часть стены, не понимая, что кто ещё появился в комнате. - Наконец-то поняла, Сакура. Гость подошёл к кровати, сел рядом с девушкой. Последняя подтянула колени к себе, уперлась к них подбородком, и ответила: - Он уже выбрал. Не меня, так Карин? Красноволосая кивнула, поджав губы, и как-то отрешенно пробормотала: - Становиться легче, верно? Но совершенно пусто. Сакура посмотрела на неё осознанно, наклонившись вперед. - И хочется кричать. Безумно громко, чтобы он услышал и раскаялся. Харуно кивнула автоматически, но различила насмешку в её улыбке. - Знаешь, что самое смешное? Это всего лишь первая любовь… Карин повернула голову в сторону: - Тебе больнее, чем мне. Ты несколько месяцев была его девушкой, жила с ним и наслаждалась его присутствием. Но, всё-таки, Сакура, - она резко взглянула в глаза Харуно, - Это лишь первая любовь… Это лечится и проходит. Как бы это громко не звучало - Всё проходит! Розоволосая покачала головой, но сдернула с себя медальон. Щелчок. Осколки оказались на ладони, а затем переместились на тумбочку. Проститься – да. Забыть – да. Пройдет – вряд ли. Карин наблюдала за тем, как Сакура слезает с кровати, направляясь на выход. Медальон раскачивался в её руке, вися на порванной цепочке. - Пути назад нет? – вдруг спросила гостья. Харуно выпрямилась: - Если бы был, я бы воспользовалась? Карин кивнула, понимая её. Нет чувства пустее, чем любовь. Вы когда-нибудь замечали? Пустота. Мыльный пузырь на пустом месте. Оболочка и воздух внутри шарика. Всю свою жизнь посвятить одной цели, одному человеку, а потом распрощаться, понимая, что твоё сердце стало воздушным шариком, заполненным искусственным кислородом – им одним. Но тут игла убила шарик, а после оглушительного хлопка осталась пустота. Её сердце любит его. И остатки шарика валяются под ногами влюбленной. *** В комнате было темно. Сакура прикрыла за собой дверь, дыша через раз – чтобы не выдать своего присутствия, но свет внезапно полыхнул по глазам. Саске включил настольную лампу, садясь за стол. Девушка медленно прошла до него, и опустила на светлую поверхность медальон. - Мне больше не нужен он, – кратко объяснила Сакура, разворачиваясь на каблуках. - Что произошло? – спокойно спросил Саске, не оглядываясь на ней. Открыв книгу, он делал вид, что не заинтересован в ответе. Харуно усмехнулась, не собираясь изливать свою душу и побрела к выходу. - Са-ку-ра, - по слогам, словно впервые говоря, произнёс Учиха, подперев рукой подбородок. - Сас-ке, - протянула девушка, наклоняя голову на бок, но не поворачиваясь к нему. Спиной друг к другу, не видя глаз, что отражают их внутреннее состояние, они разговаривали так спокойно, словно между ними никогда ничего и не могло быть. - Уже поздно, - подвела итого Сакура, сделав ещё шаг прочь. - Ты играешь с огнём, - известил Саске подругу, - Очень опасным огнём. Харуно улыбнулась: - Это неважно. Опаснее тебя нет никого. - Что же произошло? – задумчиво, сложно рассуждая вслух, спрашивал он. - Я не хочу повторять утренний разговор. Знай только то, что твои слова дошли до меня. Ты не виноват в моей любви и мучиться не должен. Неправильная любовь останется только моей проблемой. - Справишься одна с ней? – недоверчиво протянул Учиха. - Обязательно. Не стоит беспокоиться. - Я когда-то беспокоился? – поддел девушку он, уставившись в книжные строчки. Сакура продолжала улыбаться: - Всегда… Саске усмехнулся, подняв голову, но не оборачиваясь. Харуно даже не попыталась оглянуться, направившись к двери. Опустив ладонь на ручку, Сакура услышала: - Береги себя. Девушка кивнула, делая шаг в коридор: - Береги себя, Учи-ха Сас-ке-кун. Дверь закрылась. Девушка бросила взгляд в темноту, а потом уставилась себе под ноги. - Ты слышал, верно, Суй? - Каждое слово, - Ходзуки повернул голову на тихий голос в темном коридоре, - Ты не боишься выговора? - Нет. Разве этом сейчас важно? - голос изменился: - Я совершаю ошибку, Суйгецу? - Это больно, - неопределенно произнес парень, - для вас обоих. Неизвестно кто из вас будет жалеть об этом. - Это правильно, - вдруг проговорила Сакура, - Иначе нельзя. Я давно должна была понять это. Я недостойна любви такого человека, как он. - Глупости, - фыркнул парень, - любовь не благодарность, не медаль... Это... просто связь двух сердец. Знаешь, Сакура, в вашей истории меня бесит только одно - твоё понимание любви - Моя любовь эгоистична, обреченная,.. как пиявка. - И? Разве это важно? Какова бы она не была, - это любовь. Ты любишь всем сердцем! Даже если ему это невыносимо, больно. даже если не нравиться или противно! Он ничего не изменит. Именно этого... он боится больше всего. Боится, что когда наступит день его не станет, не станет и тебя... Потерять близких... это .. - Прекрати, Суй. Это уже неважно. Саске всегда будет со мной, но сейчас сдаться - лучший выход. Я отпустила его. - Она сделала шаг вперед, чтобы уйти, как Суйгецу схватил её под локоть: - Но отпустит ли он тебя? Сакура печально улыбнулась: - А я бы осталась, если бы он попросил?