Чокнутый!

Мы просидели, обнявшись, наверное, около получаса. Я как-то перестал считать минуты, когда Рей, словно почувствовав мою усталость от долгого нахождения в одном положении, вдруг потянул меня вниз и усадил к себе на колени. Как я предполагал, со стороны это должно было выглядеть очень странно. Впрочем, что ещё можно ожидать от Рея? Странные поступки – его фирменный стиль. Правда, это понимаю только я, так что если кто-нибудь нас увидел бы, то непременно счёл бы голубой парочкой, ловящей драгоценные моменты уединения. Отталкивать Рея сейчас мне не хотелось. Ему было больно: я чувствовал это в биении его сердца и сбивчивом дыхании. Ему было больно, а я даже не знал, нужно ли что-то сказать. В итоге лучшим вариантом развития событий оказалось молчание и полное подчинение Рею. Поэтому я смирился, что мне придётся ещё какое-то время просидеть у него на коленях, продолжая обниматься. Если сюда зайдёт Микк, придётся быстро придумывать хорошее оправдание. Хотя, кому я собираюсь врать? Это ведь Микк! Даже если я и придумаю гениальную причину, то всё равно не узнаю, поверил он мне или нет! — Рей, — я первым нарушил затянувшееся молчание. — Мне неудобно. — Извини, я костлявый, — тепло выдохнул он мне в ухо. — Не в этом дело. Я не привык к чему-то подобному. Я вообще не привык, что люди могут находиться так… близко. Прерывистое щекочущее ощущение подсказало мне, что Рей смеялся. — Почему же ты ночью мне этого не говорил? — Ночью мне было всё равно. Ты действительно спал спокойно и не мешал мне. Поэтому… я не нервничал, — я закусил губу и чуть расслабил руки. — Не нервничал, значит… — как-то по-философски протянул Рей и замолк. Мне показалось, что сейчас должно произойти что-то особенное. Не знаю, почему, но ситуация вполне располагала к очередному внезапному событию. И знаете, внезапного события я всё же дождался. Событие получилось настолько внезапным, что я поначалу даже и не понял, как его стоит расценивать. Мягкое прикосновение к шее заставило меня выпрямиться и напрячься. Когда же до меня дошло, что Рей касался моей шеи губами, я весь похолодел и нашёл в себе силы расцепить руки и отклониться в сторону. — Что ты делаешь? — вопросительно посмотрел на него я. — А на что это похоже? До чего же наглый провокационный вопрос. — Тебе лучше знать, — увильнул я от ответа. И вообще, какого хрена я продолжал сидеть у Рея на коленях? Стоило только дать слабину, как он сразу же затащил меня в мир своих странностей. Нет, Рики, ты совсем испортился. С начала учебного года прошло всего ничего времени, а я уже сам себя не узнаю. — Наверное, я поцеловал тебя в шею, — Рей растянул губы в ехидной улыбке и предпринял ещё одну попытку добраться до моей шеи. — Нет-нет-нет! — воспротивился я, махом вырвавшись из его объятий и вскочив с его колен. — Этого ещё не хватало. Я терпеть не могу, когда кто-то слюнявит мою шею! Почему-то моё заявление вызвало у Рея приступ истеричного смеха. — Уже были попытки? — кое-как пробормотал он, сгибаясь пополам. От смятения и безвыходности ситуации я задержал дыхание, надув щёки как хомяк. Наверное, я был весь красный, но в тот момент меня это мало волновало. На самом деле, Рей попал в точку. В выпускном классе я практически начал встречаться с одной девушкой, только вот не успело всё начаться, как мы расстались из-за нелепой случайности. Этой девушке приспичило как-то полезть ко мне с поцелуями, когда мы пришли на свидание в кинотеатр. Однако она полезла не к губам, а к шее. Не знаю, насколько громким было моё возмущение, но сидящие впереди люди все до единого оглянулись назад, как только я с криком «Не лезь туда!» вскочил на ноги. Девушка, нужно признать, была ошеломлена до такой степени, что лишь молча продолжала пялиться на меня. А как только я понял, что фильм уже мало кого интересовал, то пулей вылетел из зала, сгорая от стыда. Именно тогда я узнал, что шея – моё слабое место. И Рей, как назло, умудрился повторить тот же трюк. Я застыл как статуя около хохочущего Рея с пылающим лицом и ушами. Мне хотелось провалиться сквозь землю (вернее, сквозь пол, к соседям снизу) и больше никогда с ним не видеться. Когда люди узнавали о моих слабых местах, я терялся. Знаю, это достаточно большой недостаток, с которым надо бороться. По крайней мере, нужно вести себя более спокойно. Я же всегда был готов поддаться панике, которая, по сути, была совершенно бессмысленной. — Ненавижу тебя, — бросил я напоследок и круто развернулся, намереваясь смыться с кухни. Куда – неважно, главное, не оставаться здесь. Но смыться мне не позволили. Рей исхитрился и схватил меня за руку, когда я и пары шагов не успел сделать. Снова его супер способности? Да-да, как же. Только не вовремя. — Не держи меня, — прошипел я. — Я тебя обидел? — Нет. — Я не знал, что ты так отреагируешь… Извини. — Да всё в порядке! — я рванулся вперёд, но результатом была только более цепкая хватка Рея. — Когда всё в порядке, не сбегают. — Знаешь, если друг целует тебя в шею, это как минимум заставляет удивиться. Рей не ответил, но и отпускать меня не торопился. — Пусти, — повторил я, начиная злиться. — А я думал, друзья – это те, кто может позволить себе всё, что угодно, — вдруг неестественно тихо откликнулся он. — Но в рамках разумного! — я всё же повернулся к нему, наткнувшись на обиженный взгляд исподлобья. Он что, серьёзно? Не нужно так смотреть на меня. Не нужно. «Отвернись», — мысленно попросил я его. Обида. Да, именно это я видел в глазах Рея. Он смотрел на меня так, словно это я только что обидел его и должен был извиниться. Только вот я совершенно не учёл того, что пора бы мне научиться видеть в Рее нечто иное. Рей – само воплощение живой загадки. В нём всё двусмысленно. За одним кроется второе, за вторым – третье. То, что он делает – странно, но всегда имеет причину. Его невозможно понять сразу. Да, именно. Его невозможно понять сразу. «Отвернись же!» — У меня ноги подгибаются, когда ты так смотришь, — не выдержал я и пошёл к чайнику, чтобы налить себе стакан воды. В горле внезапно пересохло. — Как у влюблённой девицы, что ли? — Заткнись! — рявкнул я и сделал большой глоток. Увы, рассчитать свои силы мне не удалось. Вместо облегчения я почувствовал, как подавился. Благо раковина оказалась рядом, поэтому ещё несколько секунд я жутко кашлял и сплёвывал слюну. Рей практически сразу оказался рядом со мной и проявил любезность, сильно, но весьма осторожно стуча по моей спине. Когда всё закончилось, я буквально был готов лечь прямо на холодный пол и радоваться маленькой победе. — Я уже говорил, что ненавижу тебя? — Сегодня или вообще? — Значит, говорил, — кивнул я и выпрямился. Мы с Реем были практически одного роста. Возможно, он был на пару сантиметров выше, но особой роли это не играло. Сейчас я разглядывал его глаза и понимал, что меня раздражают очки. Его очки. Хотелось снять их и именно сейчас смотреть без всяких преграждающих стёкол. Я склонил голову к плечу. — Что ты планируешь делать завтра? Рей поджал губы. — Ничего. — Совсем ничего? А как же кладбище? — Оно в другом городе, — тут же ответил он. — Мы специально уехали, чтобы начать новую жизнь. Но… долгая история. — Долгая история, да? Сегодня выходной. У нас много времени, — всё-таки мне очень хотелось узнать о жизни Рея. Да, это эгоистично. Вряд ли кто-то любит вспоминать о тёмном прошлом, от которого хочется убежать. Однако рано или поздно я всё равно дождался бы этой истории. Рей моего энтузиазма не разделил. — У меня идея получше, — сказал он и схватил меня за руку, потянув за собой в коридор.

* * *

Мы приехали на другой конец города ради какого-то кинотеатра, в котором я никогда не был. Глупая затея, Рей! И зачем тебе понадобился этот кинотеатр, если любой фильм сейчас можно посмотреть в интернете? Но он меня не слушал. Мне было приказано (именно приказано!) надеть первые попавшиеся вещи, более-менее подходящие для прогулки, и в срочном порядке отправиться на улицу. Помимо метро нам пришлось пересесть на автобус, чтобы не тащиться дополнительные четыре остановки пешком. Раньше я слышал об этом кинотеатре, носившем странное название «Столетие», но никогда здесь не бывал. В итоге тайна оказалась раскрыта достаточно быстро. Здесь помимо новинок показывали и старые фильмы. Уж не знаю, что именно Рею нравилось в самой трагичной выдуманной истории (которую я сам не считал такой), но он купил два билета на «Ромео и Джульетту», не спросив моего мнения. — Ты смеёшься, да? — я внимательно рассматривал билет, словно это был инопланетный подарок. — Предпоследний ряд, центральные места… и какая-то сказка Шекспира? — Это не сказка, — возразил Рей. — Это печальный рассказ о трудностях любви. Я закатил глаза. — В жизни такого не бывает. Нельзя встретиться, влюбиться, переспать и умереть за неделю. В каком мы веке живём, по-твоему? — А разве есть разница? В тебе совершенно нет романтики, — Рей хлопнул меня по плечу. — Идём, сейчас уже начнётся. Когда-то я видел этот фильм по телевизору. Да, Рей был прав: я не романтик. Я не люблю, когда давят на самое больное из человеческих чувств и заставляют пустить слезу. Я не верю в идеального Ромео и трогательную Джульетту, которые пожертвовали своими жизнями ради любви. Так не бывает. Нельзя же бросать своё будущее из-за несостоявшейся любви? Я сразу вспомнил Принцессу. Я, конечно же, не был влюблён в виртуальный образ, но после той ужасной встречи меня ещё несколько дней пробирала дрожь от одного только воспоминания. А если бы я умудрился влюбиться, просто переписываясь с ней? А потом – опа! – и передо мной оказался бы мужик в юбке. И, ладно бы, это был красивый мужик, который хотя бы выглядел опрятно в женском образе. Но то, что я увидел тогда, совсем не вязалось с аккуратностью. Тогда я безумно радовался, что не настолько подвержен впечатлениям от приятного общения, поэтому и резать себе вены как-то не торопился. А вот если бы… Это оказался красивый парень, что бы я сделал? Пусть даже в женском образе, но… что бы я сделал? В середине фильма я настолько крепко задумался, что перестал следить за напряжённой ситуацией на экране. Если бы это был парень… Я повернул голову и посмотрел на Рея. Рей с волнительным видом смотрел фильм, явно переживая каждую секунду как свою собственную. Отвернувшись, я невольно дотронулся до шеи там, где касались губы Рея. К Рею я не испытывал отвращения. Наверное, я бы даже не был против, если бы мы поцеловались. Да, поцеловались… Подняв глаза, я увидел, как Ромео целовал Джульетту. Поцелуй… Так, стоп! Что это вообще за мысли?! С каких пор меня тянет размышлять о таких вещах? Ты уже сходишь с ума от одиночества, Рики. Найди себе нормальную девушку и реализуй с ней свои фантазии. Но не с Реем же… Он не должен посещать твои мысли так часто, Рики! Нельзя! Вопреки настрою я залился краской и медленно съехал вниз. Колени упёрлись в спинку впереди стоящего сидения. Перед тем, как снова взглянуть на экран, я зачем-то задержал дыхание и уже после поднял глаза. Романтика… И что люди находят в этом? — И тебе это нравится? — шёпотом спросил я у Рея. — Конечно, — так же шёпотом ответил он. — Это ведь настоящие чувства! Я озадаченно взглянул на него. — Когда ты так говоришь, мне начинает казаться, что ты должен был родиться девушкой. Тогда бы… всё встало на свои места. В этой жизни редко можно встретить такого человека, как Рей. Будь он девушкой, было бы гораздо проще. Возможно, тогда иначе воспринималась бы его дружба с мягкими игрушками. Возможно, тогда бы я без всяких сомнений понял изменение его внешнего вида в публичных местах. А то, как он нашёл общий язык с моим братом? Будь Рей девушкой, любой парень сразу вцепился бы в него и не отпускал. Ах, да. И вера в романтику. В сказки. «Рей, меняй пол», — хотелось сказать мне, но я сдержался. — Ты не веришь в любовь? — Рей облокотился на подлокотник, наклонившись ко мне. Я почувствовал сладковатый запах мятной жвачки. — В жизни не бывает так, как в фильмах. Здесь же всё переиграно в десятки раз, — я чуть отвернулся. — Не бывает такой сильной любви. И я не понимаю, почему ты в неё веришь… — Разве я сказал, что верю? — Но ведь ты сам только что… — запнулся я, удивлённо изогнув брови. — Сказки на то и сказки, чтобы показывать нам светлые и тёмные стороны жизни. И ты прав. В жизни такого не бывает. Есть… что-то среднее. — То есть ты не веришь? — уточнил я. — Не верю. Но хотел бы верить. Рей в очередной раз поставил меня в тупик. И как можно было понять его логику? В любовь он, значит, не верил, но с упоением смотрел фильм и читал книгу в метро. Я всё сильнее убеждался в том, что Рей жил ненастоящей жизнью. Он показывал то, что хотел показать. Остаток фильма я тупо пялился в экран, следя за развитием драмы. Позади меня плакала девушка. Видимо, её непрерывные всхлипывания можно считать за восторг. Пошли титры, включился свет. Я с тихим вздохом встал, потянулся как следует и оглянулся на ту девушку, что была музыкальным сопровождением в концовке. На пятнадцать лет потянет. Она смотрела фильм одна и сейчас прятала красное лицо в платке, с особым старанием вытирая им слёзы. — Хороший фильм, правда? — поначалу я решил, что Рей обращался ко мне, но только когда я заметил, что он смотрел на ту плачущую девушку, понял, что обо мне даже и речи не шло. Девушка замерла около нас, во все глаза смотря на Рея, а потом отчаянно закивала. — Лучший фильм всех времён! Ну, разумеется, после «Унесённых ветром»! — Здесь я бы поспорил, — Рей усмехнулся. — Но не буду. Мне показалось, или между ними засветились искры? Кто бы мог подумать, что и в нашем веке есть преданные любители подобных картин прошлого времени. Девчушка вдруг поспешно неаккуратным жестом стёрла остатки слёз и с готовностью шагнула к Рею. — Простите… Но я всегда искала такого молодого человека, как вы! — с трепетом в голосе прошептала она. Рей, видимо, немного обескураженный таким напором, отступил назад и чуть не свалился с лестницы. — Думаю, я неправильно выразился… — Нет-нет, всё нормально. Всё именно так, как и хотела. Если вы сейчас свободны, не могли бы мы немного погулять и… поговорить? — в её голосе слышалась такая надежда, что любой бы не смог отказать в такой простой просьбе. Рей, тебя приняли за принца на белом коне. Вперёд, отвези же красотку в своё королевство, а я вернусь домой к Микку. Однако Рей не спешил. Он взглянул на меня, чем явно вызвал удивление у девушки. До этого она совершенно не обращала на меня никакого внимания, а сейчас обернулась и всё же заметила меня. — Я пришёл сюда с другом и уйду тоже с ним. Полагаю, нам не по пути. Я почувствовал, как на меня наваливается камень ненависти. Похоже, я только что стал непреодолимой канавой на пути этой девушки. — Ах, вот как… Простите, я не знала. Извините, что помешала, — она поспешно спрыгнула на несколько ступенек вниз. — Но если что, то приходите сюда снова. Здесь частенько показывают старые фильмы. Рей кивнул. — Я знаю. Конечно, он знал. Наверняка это было его излюбленным местом. Девушка уже покинула зал, на прощание посмотрев на Рея в последний раз. Я же лишь вздохнул и подошёл к нему. — Ну и почему ты ей отказал? — Потому что я занят. — Кем же ты занят? Шерханом? — Тобой, конечно, — он повернулся ко мне с улыбкой. — Я спал с тобой, поэтому должен взять на себя всю ответственность. Шутка, значит. И снова несмешная. — У тебя проблемы с чувством юмора, — покачал головой я и, похлопав Рея по плечу, медленно стал спускаться по лестнице. Вместо того, чтобы доехать до метро на автобусе, мы отправились бродить пешком. Дорога должна была занять около двадцати минут, поэтому я был не против провести на улице некоторое время. Мы шли молча. Я ломал голову над загадкой, которую мне не удалось разгадать в кинотеатре. Зачем он притащил меня сюда? Чтобы улизнуть от ответа? Ведь именно когда я попытался добраться до настоящего Рея, он оборвал натянутую между нами нить. Хорошая попытка, Рей. И я повёлся. Может, он и чувствовал то же самое, что и я, хотел начать здесь новую жизнь, найти друзей… Но он боялся. Так же, как и я. Доверить кому-то своё прошлое, не потеряв при этом настоящее – сложно. Теперь я окончательно убедился, что мне нравился именно такой Рей, которого я постоянно видел рядом с собой. Не тот странный тип в модных шмотках, сторонящийся всех вокруг и производящий совершенно неправильное впечатление, а тот, кто мог запросто заявиться к кому-то домой посреди ночи с мягкой игрушкой в обнимку и заявить, что сегодня будет ночевать здесь. Пожалуй, нужно как-нибудь пробраться к нему в комнату и выбросить половину из его одежды. Надеюсь, он не будет против. Открыв рот, я выпустил на волю клубок пара. Жёлтые листья, холодный воздух и шарфы напоминали о том, что осень уже была в самом разгаре. — Не жарко, — сказал я, застегнув куртку до упора. — Пойдём домой.

* * *

Дома было всё как обычно. Папа в привычной расслабленной позе читал газету за кухонным столом, попивая чай, а мама с аппетитом уплетала суп. Рядом с ней сидела Кира и тоже читала какой-то глянцевый журнал. Микк выглядел весьма довольным: перед ним в тарелке лежал большой кусок шоколадного торта. Я снова видел свою сумасшедшую идеальную семью. — Я что-то пропустил? — в ступоре спросил я, не ожидая увидеть такой идиллии. Мама бросила на меня зоркий взгляд орла. — И как ты только посмел оставить Микка дома одного? Ты хоть помнишь, сколько ему лет? Да я тебя… — Микк был не один. С ним остался Шерхан, — нагло влез Рей, стоящий за моей спиной. Мама, словно забыв о моём существовании, тут же переключилась на Рея. — Шер…хан? — Да, Шерхан. Это мой тигр, он сейчас охраняет комнату Рики и Микка. Так что всё хорошо, — он улыбнулся. Не знаю, что подумала мама, но продолжать орать на меня она не стала. Видимо, я всё-таки пропустил что-то важное. Вчера мама лила слёзы, а сегодня выглядела так, будто ничего не было. Однако устраивать расспрос сейчас, тем более перед Реем, мне не хотелось. Семейные дела должны оставаться семейными. Вместо этого я решил объяснить присутствие Рея. — Мам, Рей здесь потому, что… — Я уже всё знаю. Рей, солнышко, можешь оставаться сколько тебе потребуется. Чем больше человек в этой квартире, тем лучше. Правда, Пит? Мои родители редко обращались друг к другу по именам. Обычно всё ограничивалось котиками, солнышками, зайчиками и так далее, поэтому я даже иногда забывал, как их зовут. Но сейчас… Моя мысль не была закончена, так как папа никак не ответил на вопрос мамы, поэтому она, судя по всему, решила привлечь к себе внимание, наступив ему на ноги под столом. Папа взвыл, чуть не опрокинув стол. — Ты что делаешь, дура?! Все, включая меня, ошарашенно уставились на него. — У меня есть имя, между прочим! — не растерялась мама. — Кэти-дура, что ты делаешь?! — перестроил фразу папа. Началась перепалка. Кира взяла Микка за руку и вывела из-за стола. Естественно, родители не обратили на них никакого внимания, так как были слишком увлечены собой. — Когда вы вернулись? — шёпотом спросил я у Киры. — Без понятия. Когда я пришла домой, они были уже здесь. Привет, Рей, — она дружелюбно махнула рукой Рею и вышла в коридор. Микк же даже обнял его, заменив этим жестом словесное приветствие, и тоже поспешил покинуть кухню. — Пошли отсюда, — Рей решил не задерживаться. — Взрослым нужно самим разбираться в их проблемах. Кира увела Микка в свою комнату, я с Реем пошёл в другую комнату. Едва не споткнувшись о Шерхана, я принялся нарезать круги. Хороший выходной, ничего не скажешь. — Они никогда раньше так себя не вели, — взволнованно сказал я. — У всех бывают ссоры. Обычное дело. — Обычное? — я остановился, всплеснув руками. — Для нашей семьи это не так, тебе не понять! В ответ я получил весьма понимающий взгляд и молчание. — Извини. Просто я на нервах. И я действительно был напряжён. Эффект после просмотра фильма уже прошёл, и я вернулся с небес на землю. Была только середина дня, а мне казалось, что дело уже шло к ночи. Солнце задорно светило в окно, вися где-то высоко в небе, что меня совсем не радовало. — Всё настроение насмарку. — Редко кто в твоём возрасте настолько переживает за семью, — заметил Рей. — А за кого мне переживать? За бомжей на улице? Не в моих интересах. — Ссоры имеют свойство заканчиваться. Они необходимы, успокойся. — Но… Но!.. — мне было нечего ответить. Рей сел на мою кровать, подпёр подбородок руками. — Хочешь услышать сказку? Мою сказку. Настоящую. Я не совсем понимал о чём шла речь, но медленно сел на пол, неосознанно поглаживая мягкую спину Шерхана.