Как сделать предложение хоббиту?

– Что это ты такой скромный сегодня? – полюбопытствовал маг, когда они с гномом слегка отошли от Бэг-Энда. – Даже титул свой не назвал… – Не твое дело, Таркун. – Король-под-Горой шел чуть впереди и улыбался каким-то своим мыслям. – А касательно титула, полагаю, у них не было причин сомневаться в моем благородном происхождении. – Завтра приведешь на обед своего юного протеже? – в уголках глаз чародея собрались морщинки, какие бывают у людей, любящих посмеяться над хорошей шуткой. С его точки зрения, все гномы выглядели одинаково забавно, когда начинали важничать. Король-под-Горой кивнул, но поправил: «Ори – мой компаньон, как и его братья. Я согласился отправиться сюда из Бри раньше времени вовсе не потому, что он хотел нарисовать несколько пейзажей. Думаю, он не откажется изобразить госпожу Белладонну, чтобы отплатить за ее гостеприимство. Я заметил, что ей нравятся картины». Гном не оборачивался, и потому не видел, как солидный маг закрыл рот ладонью, чтобы не дать прорваться хохоту. Его старый друг был довольно обидчив, как, впрочем, все короли, и чародей не хотел поссориться, но удержаться было просто невозможно. Он прекрасно знал причину, по которой Торин покинул Бри. Норы! Ему было очень любопытно посмотреть, как живет народ, обосновавшийся внутри холмов, как гномы внутри своих гор. И, насколько Гэндальф знал его, гном был очарован. Не полюбить этот мирный край было просто невозможно. Если бы полурослики не жили так замкнуто, то беженцы из Эребора в свое время наверняка обосновались бы именно здесь, прорыли бы себе роскошные подземные чертоги и, может быть, забыли бы об Одинокой горе, где спит на золоте огромный огнедышащий дракон, пожравший множество их сородичей и разоривший всю округу. – А вот и Ори! – обрадовался Торин, увидев молодого гнома, стоящего перед небольшим мольбертом и упоенно изображающим домики и рощу на излучине реки. – Удачи тебе в твоих делах, Таркун. Встретимся в следующую среду, как и было оговорено. Чародей распрощался с Торином, ему и правда давно пора было уезжать, засиделся в гостях. Король-под-Горой подошел к увлекшемуся художнику и положил широкую ладонь ему на плечо, привлекая внимание. – Вы так тихо подошли, Ваше величество… – пробормотал Ори, забыв, что они договорились обходиться в походе без этих церемоний. – У меня к тебе есть одна просьба, – не стал поправлять его Торин. – Мы приглашены завтра на обед к друзьям Таркуна… – Надо бы нам помыться и выстирать одежду, – засуетился парнишка, вытирая краску с пальцев. – И что я должен буду сделать? Охранник из меня никудышный… Король-под-Горой рассмеялся: «Ну кто здесь станет на нас нападать, Ори? Мне пригодятся твои таланты художника. Как думаешь, сможешь нарисовать пару портретов за вечер?» – Если не в цвете, то пожалуй, смогу, – кивнул молодой гном. – Притворись, что изображаешь только хозяйку, но обязательно нарисуй и ее сына. – Король-под-Горой помедлил. – Для меня. – А они не станут подглядывать в незаконченную работу? – на всякий случай спросил Ори. В целом художник с пониманием отнесся к просьбе узбада. Если на то воля короля, кто он такой, чтобы спорить или выяснять мотивы? Получив заверение в том, что хоббиты в высшей степени благовоспитанны, молодой гном совершенно успокоился. Ему не грозило быть раскрытым. Прежде чем отправиться любоваться видами, Ори выполнил распоряжения своего короля. Он снял две комнаты в харчевне "Зеленый Дракон" и попросил прачек привести в порядок запасную одежду, которая уже была стопками сложена на кроватях - чистая, заштопанная и отглаженная. Там же он пообедал и узнал о том, что специально для удобства гостей "Дракона" всего в нескольких десятках шагов от заведения устроена баня, где можно привести себя в порядок с дороги. *** Бильбо чуть ли не с самого утра принялся готовиться к приходу гостей. Придирчиво выбрал самую аппетитную связку сушеных белых грибов на суп, они были довольно крупные, так что вымачивать их предстояло часа три, чтобы набухли как следует, потом перерыл картофельный ящик, выуживая помельче, чтоб были примерно одного размера. Он намеревался приготовить грибной суп с домашней лапшой, который удавался ему особенно хорошо, и легкий, но сытный салат с солеными огурчиками, сметаной и свежей зеленью. А еще пришлось сбегать на рынок. Он все никак не мог придумать, что подать на второе. В результате юноша обзавелся усатым сомом, который едва уместился к нему в корзинку, все время норовил высунуть наружу то хвост, то плоскую морду, и явно мечтал упрыгать обратно в реку. Ох, и намаялся с ним хоббит, но результат превзошел все мыслимые ожидания. Нежное сочное мясо просто потрясающе сочеталось с кисло-сладким соусом. А еще он нашел на полке небольшую баночку со своим любимым крыжовенным вареньем, быстро испек песочные корзинки, много-много маленьких, размером с рюмочку, и, наполнив их вареньем, украсил сверху листочками мяты. Мать подошла к нему, когда Бильбо в нерешительности стоял перед шкафом. Она на сей раз выбрала темно-фиолетовое платье под горло с пышной полосатой юбкой, а ворот украсила камеей с цветком пиона. Это она посоветовала надеть солнечно-желтый жилет с харадским узором пейсли, выполненным тонкими золотыми нитями. – Понравился тебе король Торин? – спросила она ласково и пригладила пушистые золотые волосы сына. – Он такой необычный и… – молоденький хоббит не договорил, услышав дверной звонок. – Это, должно быть, он! Бильбо выбежал из комнаты, на ходу застегивая красивые блестящие пуговички, и про себя подумал: «Ну, конечно же, это он! Кто еще может так звонить?» Он открыл дверь с радостной улыбкой и не удержался от восхищенного вздоха. Король-под-Горой сегодня выглядел еще более величественно, должно быть, все дело было в косах, которые почти полностью спрятали седину. Он безукоризненно вежливо поздоровался и представил своего невысокого спутника, тоже гнома, только совсем молодого, с забавной светлой бородкой и недавно пробившимися усиками. В отличие от короля, тот носил короткие волосы, подстриженные на людской манер, Бильбо видел высокий народ всего раз десять и точно помнил, что некоторые из них стриглись подобным образом. Подмышкой Ори нес папку с листами и жестяную коробочку. Он оказался немного застенчивым. Положив руку на сердце, он отвесил два низких поклона хозяину и хозяйке и по традиции подгорного народа пробормотал: «К вашим услугам!» Ори с любопытством рассматривал картины на стенах, и в следующий раз его голос удалось услышать, только когда одна из них привлекла его внимание: «Да это же вы, госпожа Белладонна!» – На этом портрете я еще девочка, – зарделась дама. Он был написан незадолго до того, как они с Банго обручились. У дочери старого Тука были тогда короткие вьющиеся волосы, едва доходящие до хрупких плеч. Художник с необычайной точностью повторил изгиб тонких бровей и очаровательный носик, положил на нежные щеки блики ласкового весеннего солнышка и тронул легкой улыбкой лепестки губ. – С тех пор вы только похорошели, – заверил ее гном, переводя взгляд на хоббитянку.– Позвольте мне нарисовать еще один ваш портрет. Гном уже решил ради забавы повторить размер и поворот головы, чтобы его работу можно было поставить в рамке рядом так, чтобы девочка и дама как бы смотрели друг на друга. – Право, не стоит… – смутилась Белладонна. – Это меньшее, что мы можем сделать для вас в награду за гостеприимство и этот восхитительный ужин, – настоял Торин. Гномы отдали должное кулинарному искусству Бильбо, и хоббит был вне себя от счастья. Конечно, он знал, что от его стряпни соседи готовы были проглотить языки, но совсем другое было слышать похвалы от самого короля. И снова он не обращал внимания на мелкие недочеты в манерах гостей, которые совершенно не знали о назначении столовых приборов. Ори не придавал этому значения, а Торин, похоже, хотел угодить хозяевам. Бильбо льстило, когда гном как бы невзначай бросал на него взгляд своих пронзительных синих глаз, проверяя, какую вилку следует взять. Если бы Бильбо был внимательнее, то заметил бы, что оба гнома смотрят на него несколько чаще. Ори прикидывал, как угодить Торину с портретом, а Король-под-Горой тихо восхищался маленьким золотым сокровищем. Малыш готовил просто восхитительно, но даже если бы он не умел этого вовсе, король бы ничуть не меньше желал увезти его далеко за Мглистые горы в свой отчий дом. Увы, как всегда в сердечных делах, неукротимого воина и бесстрашного предводителя целого народа охватывала неуверенность. Как найти нужные слова, чтобы вместо восхищения разжечь в глазах очаровательного юноши искру любви и страсти?