Любовь на карантине

      В течении дня Чимин пытался урвать несколько минут наедине с Юнги, но его попытки постоянно прерывал снующий везде стафф, в конечном итоге парень сдался, переключив внимание на веселящихся рядом Чонгука и Тэхена. Он решил что на обратном пути менеджера с ними в машине не будет и он сможет побыть со старшим вдвоем. Так что когда пришло время разъезжаться по домам, Чимин определенно хотел ехать только в компании с хёном и ни с кем больше. Поэтому когда его стали сажать в машину с Джином и Намджуном, он всеми правдами и неправдами пытался отмазаться, упрашивая менеджера поехать той же компанией, которой он собственно сюда и прибыл. Естественно такое поведение не осталось незамеченным и люди находившиеся рядом, все больше с интересом посматривали на Чимина. Юнги стоял в сторонке, залипая в телефон и не подавал никаких признаков того, что его хоть на секунду волнует кого ему определят в попутчики. Конечно же за напускным спокойствием в душе он нервничал и телефон в его руке немного подрагивал, а сам он не мог и строчки разобрать из статьи, которую он открыл, чтобы скоротать время. В конечном итоге, после долгих препирательств менеджер сдался и Чимин с довольной моськой усаживался на сидение рядом с офигевающим Юнги. Несмотря на усталость, тот не позволяет себе расслабляться, потому что по заговорщическому лицу младшего видно, что он что-то задумал. И как в воду глядел. Стоило только машине тронуться, тот тут же пересел к старшему поближе и очень неправдоподобно зевнув, уложил свою каштановую макушку на плечо Юнги. — Я так устал, хён. Позаботься обо мне как раньше, пожалуйста. — Как можно непринужденнее укладывая свою подрагивающую руку, на бедро старшего. — Помнишь, когда мне было плохо, ты всегда помогал мне. А сегодня такой день сложный и возвращаться в пустую квартиру как-то грустно. — Тяжело вздохнув, Чимини приподнимает голову и вкрадчиво смотрит в глаза старшему. — Это ты так ненавязчиво напрашиваешься или приглашаешь в гости? — Ну типа того. Шестеренки в голове крутятся на всю мощь. Юнги старается быстро придумать какую-нибудь отмазку, но на ум ничего дельного не приходит. Не то чтобы он не хотел провести вечер наедине с Чимином. Наоборот, вспоминая те два чудесных дня когда тот неожиданно навестил его, он жаждет повторения. Но в связи с последними событиями, он жутко боится накосячить. Ведь мелкий явно стал проявлять к его скромной персоне недвусмысленный интерес, от которого его то в жар то холод кидает. Он ведь тоже не дурак и последние три дня только и мог что придумывать рациональную причину поведению Чимина в день эфира. Он тогда разрядил ситуацию конечно, но по приезду домой стал размышлять и пришел к выводу, что Чимин вполне последователен в своих действиях. Он посмотрел порно, возбудился, задумался над своей сексуальной идентичностью, решил проверить и перешел к активным действиям. С кем? Естественно с единственным знакомым ему бисексуалом. А Юнги что делать со всем этим счастьем? Он хочет Чимина до звона в яйцах, любит его отчаянно долгое время и вот этот пирожочек прям сам в руки просится, бери не хочу. Но Юнги не хочет экспериментов на один раз, а может даже до раза не дойдет, кто там знает какой Чимин бисексуал на самом деле. Может он только в теории би, а на практике сразу блевать побежит, как только жареным запахнет. И будет мелкий от него по углам потом шкериться, а Юнги ой как не хочет их дружбу так тупо потерять из-за своих желаний низменных. Пришел к выводу, что будет смотреть по ситуации, может тот перегорит быстро и они забудут все это недоразумение, а если не перегорит то решит на месте что делать. И вот он на том самом месте и надо решать. Почему-то кидает взгляд на прыщ на нежной щечке Чимина и вздыхает, — Ну можем поехать ко мне, если ты приставать не будешь. — Смотрит выжидающе на младшего и тот поспешно кивает с кроткой улыбкой на устах, которой он ни на секунду не верит. — Я о тебе позабочусь как в старые добрые. Раз уж ты у нас такой уставший, — беря в воздушные кавычки слово уставший, так как день сегодня вполне сносный был, — правда у меня из бухла, только водка осталась. — А она заботливая? — Хитро щурится мелкий. — Очень. Как у Бога за пазухой будешь, — прыскает Юнги не выдерживая, чувствуя как плечи Чимина сотрясаются от смеха. — А у тебя за пазухой буду? — Минуты не прошло, а ты уже пристаешь, — замечает старший. — Да я так вообще, просто. Интересуюсь. — кряхтит Чимин немного шурша курткой и мостится поудобнее устраиваясь на плече у старшего. Юнги попросил водителя, не заезжать к Чимину, а везти сразу на второй адрес. — Ты только не засыпай, я твою тушку не дотащу. — Уже обращаясь к младшему тихо произнес он. Через сорок минут парней уже будил водитель, потому что они оба отключились под монотонный шум дороги и пролетающие мимо огни ночного города. Сонные они дотелепали до квартиры и первым делом по очереди отправились в душ. Юнги опять выделил Чимину ту же домашнюю одежду, что и в прошлый раз и пока младший намывался, он пытался отыскать у себя в холодильнике что-нибудь съестное, подходящее под водку. Кимчи, мандарины, немного сыра, шоколадный батончик, почти полная бутылка алкоголя и две рюмки. Вытирая мокрые волосы полотенцем, на кухню зашел Чимин. Окинул грустным взглядом, скудную провизию. — Хён, может доставка, А? — Может. — Вздохнул Юнги и сделал заказ. В ожидании еды, они обсудили прошедшие съемки, последние сплетни и новости. — Откуда у тебя водка, Юнги-хён? — Неожиданно спросил младший, — еще и начатая. Не знал, что ты любитель? — Для коктейлей. Я иногда делаю, когда скучно. — Оу. Сделай мне коктейль, бармен. — Чимин уселся на полюбившийся высокий барный стул, положил подбородок на сложенные в замок ладони и игриво улыбнулся Юнги. Старший, натирающий рюмки кухонным полотенцем, стал с обратной стороны столешницы и с видом заправского бармена спросил. — Чего красотка желает? — Эй. Я вообще-то парень. — Притворно надул губы Чимин. — Я бы тебе поверил, не будь у тебя такой симпатичной мордашки. — Нагло улыбнулся старший, закинув полотенце на плечо и уперевшись руками в стойку. Чимин слегка растерялся от такой импровизации старшего, но подумав, черт с тобой, решил подыграть. — Чего-нибудь послаще, — и взмахнул ресницами. — Сахар? — Ну просто suga, немного скучно, не находишь? — Не искал. Но раз ты так считаешь, может тогда намекнешь? — Немного наклонившись и заглядывая в глаза Чимину спросил Юнги. — Я хочу «Секс на пляже». — Решает Чимин играть по крупному и чувствует, как к лицу приливает румянец. — Мм. Прости, пляж закончился, остался только секс, — хмыкает Юнги, — но он тебя вряд ли устроит. Могу предложить «Отвертку». Чимин нервно сглотнув, смотрит на такого нарочито сексуального старшего и ощущает легкие покалывания внизу живота, предвестники стояка. Приплыли. Хен, просто сказал слово «секс», а у него уже шевеления в штанах. Что делать, куда бежать. Стараясь не выдавать своего состояния, младший отводит взгляд. — Почему ты решил, что он меня не устроит. — Вырывается почти шепотом. Знает что выглядит сейчас, как спелый помидор, но не может ничего с собой поделать. Душа требует флирта, после трехдневного онанизма. Юнги открывает рот, чтобы что-то ответить, но звонок в домофон заставляет вздрогнуть обоих парней. Спохватившись он пошел открывать, а младший пытается привести душевное состояние в порядок. А это они еще водку не пили, думает Чимин. Вернувшись с пакетами, Юнги начал доставать контейнеры с едой на стол, а Чимин их открывать. Делали они это все в тишине, но было стойкое ощущение, что это затишье перед бурей. Решили пить отвертку, так как апельсиновый сок у старшего все-таки нашелся. Часы показывали начало первого ночи, когда они наконец поели и теперь расслабленно попивали коктейли, переместившись на широкий диван в уютной гостиной. Во время еды они почти не разговаривали, так как рот был вечно занят, но теперь когда тело медленно расслабляется под действием алкоголя и разум тоже не сильно напрягается, Чимина опять прет на разговор о сокровенном. — Юнги-хён, я же тебе все еще нравлюсь, ведь да? — Без лишних предисловий спрашивает румяный младший. — Говно вопрос. — Так вот, хён. У меня есть подозрение, что ты мне теперь тоже нравишься. Юнги от такого заявления поперхнулся и зашелся кашлем, а Чимин начал бить того по спине участливо заглядывая в глаза. — Все в порядке, хен? Дышишь? — Да. Блять не в то горло пошло. Ты бы поаккуратней со своими высказываниями, так и помереть можно. — Запивая большим глотком коктейля отвечает Шуга. — Я не дам тебе умереть, Юнги-хён, — Со всей серьезностью произносит Чимин, — не теперь, когда я наконец осознал, что ты мне нравишься. Я не могу теперь тебя просто так похерить. — И че ты собрался со мной делать? — Вытирая выступившие слёзы кряхтит Юнги. Набрав в грудь побольше воздуха Чимин на одном дыхании выпаливает. — Любить, хён. Давай мутить. Старший в этот момент как раз набрал полный рот коктейля. Забрызгав все вокруг, он во второй раз заходится кашлем. — Твою мать, Чимин. Ты предупреждай. Куда мутить? Что мутить? Ты как вообще додумался до этого? Чимин опять лупит его по спине, приговаривая. — Горе ты мое луковое. — Какое я тебе горе? Что на тебя нашло? — Отбрыкивается старший от младшего. — Ну хён, сам посуди. Я тебе нравлюсь, ты нравишься мне, че кота за яйца тянуть. Давай наслаждаться моментом. — Говорит Чимин и перемещает свою тушку под бок к Юнги. Тот устало закидывает голову назад и громко вздыхает, стараясь взять себя в руки. — Чимин, мы это вроде обсудили. Практикуйся на ком-нибудь другом. С чего ты взял, что я тебе вообще нравлюсь? — Не знаю. Понял и все. Ты так круто с саблей танцевал. — Я в принципе круто танцую. — Непонятно для чего говорит старший. — И еще кое что случилось, в последние дни… — Да, ты переключился на парней. — Не на всех. На конкретного парня. — И ведет бровями, невинно присасываясь к трубочке. — Да я же с этой саблей даже не всегда хожу. Сейчас я без нее и уже не такой красивый. — Мне видней, красивый ты или нет. Ты сейчас тоже бомбически выглядишь, хён. — Отставляя стакан в сторону томно выговаривает Чимин. Юнги нервно теребит трубочку и жмется в подлокотник дивана, подальше от разнузданного Чимина. — Ты вообще-то обещал не приставать. — Я соврал. — Говорит Чимин, кладет свою руку на плечо старшего и смачно целует его в щеку. Тот от неожиданности дернулся и расплескал немного напитка по дивану. Чертыхнувшись, он отставляет стакан на пол и пытается встать, чтобы найти чем вытереться и заодно слинять от мелкого, но Чимин хватает того за талию и валит обратно на диван. Он замечает капли на руках старшего и недолго думая, берет его ладонь и слизывает остатки напитка, глядя в глаза опешившего Юнги. Чимин сам от себя в ахере, что же он такое творит, но разомлевший от алкоголя мозг, говорит, мол все нормально. Молодец, отличная задумка, ты такой креативный Чимин, продолжай. Юнги же видит все в замедленной съемке. Как младший высовывает свой язык, облизывает свои незаконно пухлые губы, приближается к руке и лижет ее своим теплым язычком. Завороженно он смотрит в глаза напротив, которые все ближе и чувствует прикосновение губ к своим. Сердце гулко ухает куда-то в район пяток. Чимин его целует. Юнги во все глаза смотрит на подрагивающие ресницы напротив, ощущает тепло чужих губ на своих и не может поверить в происходящее. Он забывает как дышать, а Чимин немного смелеет, прижимая Юнги за затылок ближе к себе и делает первые движения губами. Захватывает нижнюю губу старшего своими и слегка посасывает, чувствует, что от таких простых действий он не хило так возбуждается. Юнги на поцелуй не отвечает, но и не отталкивается. Он еще не до конца въехал в происходящее. В голове одна мысль на репите. Чимин его целует. Пак мать его Чимин, целует его. Он постепенно отмирает и вяло пытается ответить, чтобы не казаться совсем уж идиотом. Для младшего эти легкие шевеления как спусковой механизм. Он шумно выдыхает в поцелуй и с новой силой толкается в рот старшему. Уже закидывая вторую руку на плечи и прижимаясь телом к Юнги. Он теряется в ощущениях. Он целуется с парнем. Он не чувствует выступающих привычных бугорков груди, не цепляется за длинные волосы, а запускает пальцы в короткий ежик на затылке старшего и понимает что ему хорошо. Его все устраивает. Конечно тело подрагивает, но это от волнения перед неизвестностью, а не от отвращения или какого-то дискомфорта. Он чувствует запах свежести от чистой футболки Юнги вперемешку с теплом его тела и его ведет не по-детски. Он сильней напирает в поцелуй, облизывает губки старшего, ощущая как тот несмело приоткрывает рот и впускает его. Их языки встречаются, Чимин слышит нежный вздох в свой рот, чувствует как старший робко обнимает его за талию и прижимает к себе. Он практически лежит на Юнги всем весом упираясь своим возбуждением ему между ног и да, тот тоже возбужден. Почувствовав чужой стояк, Чимин заметно вздрогнул, что не осталось незамеченным старшим. Юнги нежно обхватил лицо младшего и отстранился от поцелуя. Его глаза окутаны пьянящим дурманом, а губы покраснели и припухли от долгого поцелуя. Чимин видит Юнги таким первый раз в жизни и понимает, что ему страх как нравится такой хён. Но в душе помимо возбуждения поднимается еще и беспокойство. Будто они переходят какую-то черту, за которую заходить не стоит ибо пути обратно нет, а впереди только пугающая неизвестность. Эти чувства отражаются на лице младшего и Юнги прекрасно осознает чувства Чимина. — Чимини, всё хорошо. Мы не сделали ничего плохого. Мы выпили и это был всего лишь поцелуй. — Он видит, как глаза мелкого становятся влажными. Это действует на Юнги, как отрезвляющая пощечина. Все страхи и сомнения которые он пытался затолкать поглубже, в этот момент обрушиваются на сознание старшего. Дышать становится трудно, но он изо всех сил старается не показывать своего разочарования. Чимин опустил взгляд, видимо чтобы старший не видел его растерянность. — Ну, малой. Все нормально, слышишь, — берет его за подбородок и заставляет посмотреть на себя, -мы ничего не сделали. Это ничего не значит. — И пытается осторожно отстраниться подальше от Чимина, чтобы он хотя бы перестал жаться все еще возбужденным членом к нему. Младший чувствует, его пытаются отодвинуть и не дается. Он сильнее вцепляется в плечи Юнги и машет головой. — Юнги. Мне страшно. Ты мне нравишься, но я не уверен, что могу… смогу…сейчас. — Тщщ. Все хорошо. Мы не будем заходить дальше. Просто поцелуй. От него еще никто не умирал. Ну может только жертва дементора, но там свои заморочки были. — Нежно улыбаясь говорит старший. А Чимин смущенно смеется утыкаясь макушкой ему в плечо. Юнги в который раз удается разрядить обстановку. Он успокаивающе гладит младшего по спине и очень надеется, что тот не слышит грохот его сердца. Они так посидели какое-то время пока Чимин наконец не отлип от Юнги. Он оттолкнулся от его плеч и сел себе на пятки, но рук своих не убрал, а завел их ему за шею, тем самым оказавшись лицом к лицу с Юнги. Теперь его колени упирались между ног старшему. Он наклонился и оставил невинный поцелуй у того на губах с нежностью смотря в глаза. Юнги тонет в моменте. Он никогда не был так долго близок к Чимину и поэтому наслаждается происходящим. Смотрит то в глаза, то на припухшие губки напротив. Легонько проводит рукой по волосам младшего, убирая непослушные пряди волос падающие тому на глаза. Чимин улыбается и Юнги улыбается в ответ, а у самого фейерверки в душе от такой интимности. — Ну и что мы делаем, м? — Шепчет в губы младшему. Чимин неуверенно пожимает плечами и улыбается пуще прежнего — Ничего плохого. Сам же говоришь. — И еще раз целует того в губы, немного задержавшись на них. А потом еще раз, только теперь в уголок рта. Следующие касания губами приходятся на щечку, на подбородок, в линию челюсти и крайний поцелуй оставляет сбоку на шее под подбородком. Юнги судорожно выдыхает. — Чимини, что ты со мной делаешь? Я же не каменный. Не начинай если не сможешь продолжить. — Он лениво водит руками по талии Чимина, немного задирая футболку, проходясь пальцами по оголенной коже. Тот наконец перестает его целовать, расслабленно падая в объятья Юнги. — Хорошо. На сегодня сеанс поцелуев окончен, — смущенно хихикает младший, — но позже мы продолжим изучать вопрос, ведь да? Ведь да, хён? — Посмотрим на твое поведение, Чимини. — — Я буду хорошо себя вести. Ты будешь гордиться мной. — Куда то в шею говорит Чимин. Они еще недолго обнимаются, но больше игнорировать сон становится невозможным. После неловких копошений они наконец разлепились и решили спать отдельно, как и в тот раз. Они тысячу раз спали в одной постели, но теперь имея такой контекст, это было бы слишком смущающим. Поэтому Юнги топает к себе в комнату, а Чимин остается на диване, предварительно получив от старшего подушку и полюбившийся мягкий плед. Уже лежа у себя в комнате Юнги смотрит на часы в телефоне. Три часа ночи не лучшее время чтобы писать Хосоку. Но он чувствует что его сейчас разорвет если он не поделится с другом событием. Поэтому он пишет ему короткое сообщение. 🐱 Мы с Чимином целовались. — Не особо надеясь на ответ, зная что Хоби рано ложится спать. Но все равно на душе становится немного легче. Он выключает свет и пытается уснуть когда звенящую тишину прорезает внезапный звонок, от чего Юнги нервно подрывается и судорожно жмет кнопку принятия вызова. На другом конце, он слышит нечеловеческий визг Хосока. Ему даже приходится убрать телефон подальше от уха чтобы не оглохнуть. Счастливая улыбка не сползает с лица Юнги пока он слушает поток бессвязных криков, а потом когда Хоби немного успокаивается, рассказывает в подробностях что случилось. С кем как не с ним ему поделится таким важным событием. Ведь именно Хоби был всегда рядом, когда его накрывало приступом очередной беспробудной ревности и тоски по Чимину, когда тот бегал по свиданкам и возвращался домой под утро заметно расслабленным и счастливым. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться чем тот занимался пол ночи. Поэтому не тая, он выкладывает все как на духу, начиная со случая с порно с которого все завязалось и заканчивая сегодняшним днем. Хосок внимательно слушал, а в конце разразился очередными счастливыми визгами. Договорились что завтра обязательно еще поговорят, ведь им предстоит совместный радиоэфир. Со спокойной душой Юнги наконец уснул.