a tenebris angulo anima mea

Старейшина Лендер, как самый старший за столом, взял слово: — Вик, прежде всего, позволь выразить тебе и твоему клану нашу глубокую признательность за оказанную помощь. Лукаво улыбнувшись и бросив быстрый взгляд в сторону Юнги, Вик кивнул бывшему главе в знак уважения. Лендер начал свой рассказ, изредка прерываемый уточнениями или пояснениями Юнги и Чонгука. По мере того как история разворачивалась, Вик становился всё более сосредоточенным и серьёзным, его взгляд мрачнел. Сказать, что он жаждал наконец-то взглянуть на этого загадочного незнакомца, было бы преуменьшением. Мать Вика была чёрной ведьмой. До сих пор многие гадали, как его отец, Мин Лео, вместо того чтобы выбрать в жёны представительницу знатного рода или Альфу, связал свою судьбу со столь экстравагантной особой. Мин Лео, к слову, стоически терпел непростой и своевольный характер своей супруги. Чёрные ведьмы славились капризным, дерзким нравом и непревзойдённым умением варить качественные зелья. Но их истинным даром была способность считывать информацию с предметов или людей, проникая в их прошлое, видя события и воспоминания, которые их интересовали. Вик, единственный сын в семье, был неимоверно избалован. Зелья варить он не умел, но дар считывать информацию унаследовал в полной мере. Мать, гордая обладательница тёмных волос и смуглой кожи, негодовала: сын полностью унаследовал внешность отцовского рода — светлую и, возможно, напоминающую Альфу, но характер, увы, достался ей. — М-да, нелёгкое дельце вы мне подкинули, — задумчиво протянул Вик, потирая подбородок. — Мне нужно его увидеть, чтобы прочесть. Лендер кивнул и спросил внука: — Для начала нужно узнать, в каком он состоянии, Чонгук? — Он был без сознания по прибытии, с тех пор я его не видел, — сухо отозвался Чонгук. Он начертил в воздухе руну, призывая Вэлери. Целительница не заставила себя долго ждать. В дверь постучали, и в гостиную Чонов вошла миловидная блондинка, одарив мужчин кратким кивком и вежливым приветствием. Лендер улыбнулся. Вэлери, бывшая ученица Бины – милая Альва, выросшая на его глазах, – обладала, однако, довольно дерзким характером. Родители, с детства заметив у дочери склонность к целительству, отдали её на обучение Бине. Та, после отъезда собственной дочери, нашла утешение в маленькой Вэлери, вкладывая в неё все свои знания и умения. Благодаря влиянию Бины, Вэлери стала одной из лучших целительниц, возглавив лечебницу и обучая женщин из других кланов. — Вэлери, доченька, как там Тэхен? — с теплотой в голосе спросил Лендер. Девушка с почтением ответила: — У него сильный жар, и он без сознания. Инициация, по моим ощущениям, произойдёт в ближайшие дни. Однако из-за того, что он полукровка, я не могу дать точных предсказаний относительно сроков. — Как так вышло, что в свои годы он до сих пор не инициировался? — спросил Юнги. — Его дар находился в спящем состоянии. Вследствие многократных стрессовых ситуаций инстинкт самосохранения пробудил его, чтобы защитить. — Мы можем к нему зайти? — подал голос Вик. Вэлери бросила взгляд на Вика, который нагло её разглядывал. Он сразу не понравился целительнице. Лицо, конечно, красивое, но манеры... Вэлери не жаловала такой тип Альвов. Нарочно игнорируя его, она обратилась к Лендеру: — Если его участие не требуется в вашем деле, то, конечно, можно. Так, всей командой, они направились в лечебницу. Вик наотрез отказался идти без Хосока, заявив, что если ему не хватит сил, он сможет пополнить свой резерв благодаря их связи, попросту вытянув энергию из Хосока. Сам эльф никак не отреагировал на это заявление. Лечебница, расположенная неподалеку от поместья Чонов, представляла собой светлое, скромное одноэтажное строение. В ее просторных коридорах сновали лекарши, а воздух был пропитан ароматами трав и свежестью. Палат здесь было немного, ведь Амори болели крайне редко. Управляла этим учреждением Вэлери, признанная лучшей целительницей и наставницей клана. Проходя по короткому коридору, Вэлери распахнула дверь седьмой палаты, и все вошли за ней. Тэхён лежал бледный, его брови хмурились даже во сне, но пробуждения всё не наступало. Альва нетерпеливо отделился от группы и шагнул к рыжеволосому парню. Его взгляд задержался на Тэхёне. Перед ним лежал необычайно красивый юноша. Рыже-красные волосы, оттенок настолько редкий, что встречался лишь у ведьм, обрамляли точеные, почти идеальные черты лица. Альва, не в первый раз, поймал себя на мысли, что ведьмы и ведьмаки — существа дьявольски притягательные. — Долго будешь стоять истуканом? Приступай, у нас нет времени на любование, — хмуро бросил Чонгук. Закрыв глаза, Альва прошептал что-то себе под нос, соединяя ладони в молитвенном жесте. Затем он резко развел их в стороны, и между ними запульсировал светло-фиолетовый сгусток энергии, постепенно разрастаясь и расширяясь. Альва шагнул к изголовью кровати и легким пассом накрыл Тэхёна тонкой пеленой заклятия Считывания. — Dic mihi verum! — произнес он, и латинское слово эхом отозвалось в тишине. Погружаясь в сознание Тэхёна, Альва пролистывал образы: неясный силуэт женщины, ветхий домик, лица из толпы. Воспоминания были обрывочными и, казалось, совершенно неинтересными. Но чем глубже Альва проникал в его подсознание, тем сильнее становилось сопротивление. Кто-то яростно не желал, чтобы Тэхёна считали, или же сам ведьмак подсознательно отбивался от чужого воздействия. Видение, мелькнувшее перед его глазами, длилось лишь миг. Его вышвырнуло из подсознания Тэхёна с такой стремительностью, что Вик не успел даже понять, как его отбросило от Тэхена, и со всей силы врезался в стену. В тот же миг Тэхёна начало бить крупной дрожью. Красное свечение окутало его тело, и на коже с огромной быстротой стали проступать мелкие чешуйки. Лендер и Чонгук обменялись встревоженными взглядами. Это могло означать лишь одно: у Тэхёна началась последняя стадия инициации. — Вэлери, все, быстро прочь отсюда! — выкрикнул Лендер, его голос звучал резко и требовательно. Красный свет тем временем вспыхнул, ослепляя и полностью скрывая рыжеволосого за своей пульсирующей пеленой. Амори при первой трансформации чрезвычайно сильны и агрессивны — попадаться им на пути смертельно опасно. Юнги и Хосок поспешили помочь Вику, которому досталось не на шутку, и потащили его из комнаты. Вэлери вышла следом, бросив последний обеспокоенный взгляд на мерцающую завесу. — Дед, выходи, я справлюсь, — сосредоточенно произнес Чонгук. Лендер, скрипнув сердцем, бросил последний взгляд на внука и вышел следом за остальными. Красный кокон начал истончаться, распадаясь на мерцающие искры. Под ним, завершив трансформацию, лежал ведьмак в своей второй ипостаси. Змея, поначалу неподвижная с закрытыми глазами, внезапно встрепенулась и распахнула их. Руна Альгиз, никуда не исчезая, ярко сияла на его голове. Его чешуя была ослепительно-красной, испещренной черными круглыми узорами. Заметив Чонгука, змея злобно прищурилась, неотрывно следя за Амори. Медленно, не отводя взгляда. Приближение Чонгука не понравилось змею. Она яростно зашипела и резко бросилась в атаку. Чонгук не успел заметить точный момент броска, но был готов к нападению. В змеином облике Тэхён был заметно крупнее и сильнее, вынуждая Чонгука отшатнуться назад. Ведьмак, злобно извиваясь, вновь зашипел, ударил хвостом о пол и со всей силы ринулся на противника. Они вылетели наружу, разбив окно вдребезги. Поняв, что в человеческом обличье ему не справиться, Чонгук увернулся в сторону и начал стремительную трансформацию. С его опытом, это заняло всего пару мгновений. Перед Тэхёном предстал змей матового, смоляно-черного оттенка, еще более крупный, чем он сам. Его зелёные глаза, полные вызова, уставились на красную змею. Тэхён принял вызов и ринулся в бой. Между ними разразилась яростная схватка. Тела обоих извивались, принимая замысловатые, смертоносные позы, постепенно перемещаясь в сторону леса. Чонгук, как более опытный, мастерски наносил боковые удары, используя мощь своего извивающегося тела, и безжалостно кусал противника. Тэхён, в свою очередь, не сдавался, отвечая укусом на укус. Драка началась, и теперь ее было не остановить. Кто-то из них должен выйти победителем — таков был закон Амори. Обвив Тэхёна, черный змей стремительно завертелся в траве. Кольца тел мелькали так быстро, что невозможно было различить, где один, а где другой. Вскоре красная змея, вся искусанная и обессиленная, перестала сопротивляться. Амори обвился вокруг нее плотными кольцами, крепко удерживая в захвате. Тэхён зашипел, сделал несколько отчаянных попыток высвободиться, но вскоре обмяк, принимая поражение. Амори обвился вокруг него плотными кольцами, крепко удерживая в захвате. Лендер и остальные наблюдали за схваткой издалека. Старик, даже в такой напряженный момент, не удержался от комментария: — Брачные игры начались, вы только посмотрите на них! — Дедушка Лендер! — возмутился Юнги. — А что дедушка? — Лендер едва слышно усмехнулся. — Когда мой внук преображался, вот тогда, да, было страшно. А сейчас Чонгук быстро его усмирит, видите, он уже обессилел. Невольно все уставились на притихшую парочку. Лендер, убедившись, что внук справился, произнес: — Теперь им нужно время. Оставим их, пусть придут в себя и вернутся, когда будут готовы. Присутствующие реагировали по-разному. Хосок смотрел в одну точку, словно завороженный. Вик, казалось, был на грани обморока и нуждался в немедленной помощи целителя. Юнги, Лендер и Вэлери, напротив, выглядели на удивление спокойно, словно подобные зрелища были для них обыденностью. По распоряжению целительницы Вика немедленно отправили в лечебницу. Остальные последовали за ними. Лежа на кровати, Вик обратился к Юнги: — Ты как минимум дашь мне одну из своих редких книг по лечебной магии. Юнги, не ожидавший столь неожиданного требования, смерил брата гневным взглядом и хмуро спросил: — Зачем тебе? Ты же никогда этим не занимался? — Теперь занимаюсь, — многообещающе ответил Альва. — И требую свою моральную компенсацию. О цене мы ещё поговорим. Юнги устало выдохнул и кивнул. — Тебе удалось что-нибудь считать? — спросил Лендер. — Меня почти сразу выкинуло из его подсознания, но кое-что я успел уловить, — устало ответил Вик. — Снег, женщина с длинными рыжими волосами, алтарь и ищейки. Это всё, что мне удалось увидеть. Лендер нахмурился. Им досталась лишь новая загадка, которую теперь предстояло разгадать. Перед тем как погрузиться в сон, Вик спохватился и добавил: — И ещё, его настоящее имя тоже всплыло в этих воспоминаниях. Женщина с рыжими волосами называла его Амин. *** *** Чонгук ослабил хватку и отполз от Тэхёна. Хотя осознанность сохранялась даже в этом облике, движениями Амори руководили преимущественно инстинкты. Именно инстинкты подсказывали Чонгуку, что он должен был прикончить красного змея и спокойно вернуться, продолжив свой путь. Красный змей лежал, свернувшись калачиком, с закрытыми глазами. Перед Чонгуком предстала удивительная картина: даже в змеином обличье Тэхён был по-своему прекрасен. Руна сияла на его лбу нежным голубоватым пламенем. Тэхёну не пришлось долго восстанавливаться. Он открыл глаза, медленно поднял голову, и в его взгляде застыл неподдельный ужас… Чонгук мысленно усмехнулся: «Надо же, даже сейчас всё видно по глазам». Амори принял человеческий облик, опустился на корточки перед Тэхёном и процедил: — Ты успешно прошёл инициацию, поздравляю. Чтобы вернуться в человеческий облик, тебе, во-первых, нужно успокоиться, а во-вторых, уснуть. Ведьмак быстро замотал головой, без слов давая понять, что он хочет сейчас. Чонгуку было всё равно, чего желает этот наглец. В лесу послышалось шипение – это Тэхён шипел, пытаясь укусить Чонгука. Амори бесцеремонно сгрёб его руками и понёс в сторону лечебницы. Змея шипела, изгибалась, пытаясь выскользнуть из его рук. Но в итоге Чонгук просто перекинул Тэхёна через свою шею, чем тот тут же воспользовался, пытаясь придушить его. — Смотрю, в тебе пробудился характер Амори. Может, даже наконец-то перестанешь падать в обморок по каждому поводу, — усмехнулся Чонгук. В ответ Тэхён клацнул зубами в нескольких миллиметрах от лица Чонгука, грозясь откусить какую-нибудь часть. — Страшно-то как, — издевательски протянул Чонгук и захохотал. Ведьмак опешил, застыл и пристально посмотрел на лицо Амори. «Неужели ты ещё и улыбаться умеешь?» — пронеслось у него в голове. На Тэхёна очень много навалилось за последние несколько дней. Он перенёс сильный стресс и очень устал от всего, ведь раньше его жизнь никогда не отличалась столькими событиями. [Начало флешбэка] На очередном праздновании Тэхён отправился в город, чтобы развеяться. Он всю жизнь прожил в этом месте, но так и не завёл друзей. Его будни, в основном, были скучными и однообразными. Тэхён любил свою деревню, но в душе его жила постоянная тоска по чему-то иному. Ему казалось, что он не принадлежит этому миру, что он не на своём месте. Тэхён ощущал, будто проживает чужую судьбу, и это чувство неполноценности грызло его изнутри. В детстве ведьмак часто фантазировал о том, как однажды отыщет родителей. Но с годами пришло осознание: он не знал о себе ровным счётом ничего, чтобы начать поиски. Его характер казался чудаковатым для обывателей, и сколько бы он ни пытался влиться в их круг, ему это не удавалось. Годы шли, но ничего не менялось. Напротив, чёрная воронка отчаяния закручивалась всё сильнее, сжигая эмоции, взвинчивая тревожность и вытягивая последние жизненные силы. В последний год Тэхён всё чаще ощущал себя не человеком, а механизмом, выполняя всё автоматически. Так продолжалось, пока в один «прекрасный» день он не уснул и не очнулся в кромешной тьме… [Конец Флэшбэка] *** *** В змеином обличье Тэхёна захлестнула такая волна агрессии, что он не нашёл иного выхода, кроме как наброситься на Амори. К тому же, Амори, по его мнению, заслуживал этого, несмотря на то, что спас Тэхёну жизнь. Надо признать, эта драка принесла ему облегчение. Он наконец выплеснул весь негатив, скопившийся за последние дни. Отрицать очевидное далее не имело смысла: он теперь был одним из представителей этой расы. Не то чтобы ему было легко принять своё новое положение – напротив, он до последнего цеплялся за прежнюю жизнь, отрицая всё. Однако Тэхён чувствовал, что находится именно там, где ему суждено быть, и это немного сглаживало остроту его паники. Всю свою жизнь он чувствовал себя одиноким и никому не нужным. Единственная женщина, что его вырастила, не могла дать того, чего он так жаждал. Она не была ему настоящей матерью и даже не пыталась ею стать. И вот теперь, оказавшись в этом мире, он, возможно, найдёт своих родителей. Это как минимум один весомый аргумент, чтобы отбросить эмоции на второй план и попытаться разобраться со всем, что происходило в его жизни. В глубине души Тэхён был Чонгуку безмерно благодарен, но этой змеюке знать об этом не стоило. Он ещё обязательно отомстит ему за все измотанные нервы. У лечебницы они столкнулись с мужчинами, выходившими от Вика. — Внучёк, ты так быстро его приручил, истинный носитель нашей фамилии, дед гордится тобой! — Лендер тепло посмотрел на внука и положил руку на плечо, но тут же убрал, потому что Тэхён угрожающе клацнул зубами. «Семейка шутников, вы у меня ещё попляшете», — прошипел ведьмак про себя. Хосок ни с того ни с сего громко рассмеялся, по-доброму и искренне, словно понимая мысли Тэхёна. Лендер и Чонгук недоумённо уставились на него. — А ты мне казался нормальным эльфом, — произнёс старик, — кто бы мог подумать, что у тебя тоже кукуха поехала с этими оболтусами. Вдруг Чонгук спохватился: — Ты же понимаешь язык животных! «Сам ты животное», — с сарказмом подумал Тэхён. Хосок опять прыснул, и Чонгук, со зловещей улыбкой глядя на Тэхёна, догадался: — Это он обо мне отзывается там крайне лестными словами, в своей маленькой головушке, которую можно сломать одной рукой? «Я тебе сейчас глаз вырву», — зашипел Тэхен. Оба уставились друг на друга с ненавистью, готовые разорвать противника на части. — Любовь, она такая, всепоглощающая, — философски заметил Лендер, и они с эльфом расхохотались. Парочка теперь метала ненавидящие взгляды в сторону смеющегося дуэта. До Тэхёна наконец дошло, что Хосок понимал его мысли. «Ммм, эльф с сиреневыми волосами», — осторожно обратился Тэхён мысленно. Хосок повернул голову в его сторону. Ведьмак обрадовался и сосредоточенно подумал: «Спроси их, как мне вернуться в свой облик?» Хосок озвучил их вопрос, и Лендер повторил слова Чонгука: — Амин, проблема в том, что первые обращения неконтролируемы, и нужна практика, а также контроль, чтобы в будущем ты мог превращаться так же, как Чонгук. — Амин? — одновременно спросили Чонгук и Тэхён, но вопрос ведьмака прозвучал лишь в его мыслях. Лендер поведал им всё, что рассказал Вик, и наступила тишина. Тэхён покатал имя на языке, и оно ему пришлось по вкусу. Наконец-то он узнал что-то о себе. Остальное ещё предстояло выяснить. — Сдаётся мне, мы раскроем множество тайн в ходе этого дела, — озвучил Лендер, предчувствуя грядущие сложности. Чонгук схватил Тэхёна за хвост, на что тот зашипел. Передал его Хосоку со словами: — Неси этого недоведьмака к Вэлери, а мне нужно поговорить с дедом. Эльф осторожно взял змею и направился обратно. Тэхён шипел и извивался, пытаясь укусить Чонгука, на что Лендер, провожая их взглядом, пробормотал себе под нос: — И почему Чоны всегда выбирают строптивых?! — Дед, что ты там бубнишь под нос? — подозрительно спросил Чонгук. — Говорю, весна настала, пора любви и прочие прелести, — ответил старик. — Пошли уже, поговорим. *** Добравшись до поместья, Чоны отправились умываться. Зено по распоряжению Лендера накрыл им стол на заднем дворе. Наполнив их бокалы вином, гоблин коротко поклонился и растворился в воздухе. Двор поместья был просторным, с безупречно ухоженным садом. Его укрывали от солнца многочисленные цветущие яблони, а воздух был напоен ароматом бесчисленных цветов, смешивающимся с их сладким запахом. В этой приятной атмосфере Чоны и ужинали. Некоторое время активно гремели приборы. Разговор начал Чонгук: — Дед, расскажи мне про вашу встречу с бабушкой. — Тоже скучаешь по ней? — тепло улыбнулся Лендер. Амори молча кивнул. Старик пригубил вино и начал свой рассказ: — До встречи с твоей бабушкой, я был увлечён другой женщиной, — улыбнулся своим воспоминаниям Лендер. — Мне казалось, что она отвечала мне взаимностью. Я был убеждён, что влюблён, и даже подумывал пойти наперекор отцу, чтобы взять её в жёны. Но всё изменилось одним утром. Прогуливаясь по лесу, я наткнулся на девушку, купающуюся в реке. На улице стоял прохладный день, но её это совершенно не смущало. Она была в тонком белом нижнем платье, а её длинные тёмные волосы, струившиеся до талии, казались живым водопадом. Картина была настолько прекрасной, что я замер, не в силах отвести взгляд, — восхищённо протянул старик, словно и вправду оказался на том месте. — Знаешь, что Амори, внучек, обладают одной удивительной особенностью, — Лендер понизил голос, словно делясь сокровенной тайной. — Некоторые из нас переживают явление, когда мы безоговорочно привязываемся к одному существу, будь то мужчина или женщина. Мы не знаем, почему именно нашей расе выпала эта участь — любить лишь одного человека на всю жизнь, но, как говорится, на всё воля Богов. Это происходит, когда Амори впервые встречает свою истинную пару. Чаще всего это любовь с первого взгляда, но иногда, в силу своего упрямства и бескомпромиссности, мы можем долго не замечать знаков судьбы. Однако матушку -природу не обманешь, она всегда знает, что нам нужно. Если Амори действительно находит свою половину, он меняется навсегда. Он готов пойти на всё, чтобы защитить и служить ей. Все другие обязательства в его жизни становятся второстепенными, даже долг перед кланом. И что самое удивительное, эта связь взаимна: наши пары тоже чувствуют нас и редко сопротивляются своей судьбе. Амори автоматически становится для своей половины тем, в ком она нуждается. Так один человек превращается для нас в центр всей вселенной. — Только со своей половиной Амори могут познать истинную любовь, внучек. До встречи с твоей бабушкой я и представить не мог, сколько граней заложено в нас, и сколько мы способны отдать тем, кого любим всем сердцем. Но у этой медали есть и обратная сторона, к сожалению. Потеряв свою пару, мы теряем абсолютно всё. В нашей жизни больше не остаётся места ничему, что связано с любовью, — грустно выдохнув, Лендер сделал большой глоток вина и продолжил: — Когда Веста заметила меня, она мгновенно обернулась. Я застыл, не в силах оторвать от неё взгляда. В тот миг на меня обрушилось столько эмоций, я интуитивно понял: она — моя половинка. Её внешность, её тело, её лицо, и даже голос... Конечно, в тот день она со мной не заговорила, но потом... Уверяю тебя, внучек, абсолютно всё в ней казалось созданным по моему желанию. Мне тут же захотелось оберегать её, защищать от любых бед. Она сопротивлялась недолго, и её семья с готовностью отдала мне её в жёны. Ведь это была такая честь – их дочь оказалась парой самого Главы клана! Её родня мне никогда не нравилась. Эти люди были падки на золото и серебро, и в последующие годы мне не раз приходилось выручать их из различных передряг и нужды — всё ради моей Весты, чтобы она не страдала. С Вестой же мы жили душа в душу, она была прекрасной женой и матерью. Вот что такое истинная связь, внучек, – с улыбкой закончил свой рассказ старик. *** *** Тэхён, обмякший в объятиях Хосока, решил, что разберётся с Чонгуком, как только придёт в себя. Вэлери встретила их с утомлённым видом. Её нервы изрядно потрепал Вик. Эльф осторожно положил Тэхена на вторую кровать рядом с Виком и отошёл. Вик, увидев Тэхёна, с нескрываемым интересом уставился на него, еле сдерживая порыв подойти поближе, чтобы рассмотреть и пощупать. Тэхёну от такого пристального внимания стало не по себе, и он зашипел в сторону Вика. — Луна моя, что он говорит? — с интересом спросил Вик. — Хватит на него так пристально смотреть, ему неприятно, — спокойно ответил Хосок. Вик язвительно оскалился и ответил уже ведьмаку: — У тебя на лбу светится руна, привлекая моё внимание. Как истинный учёный, я не могу не изучать столь экстравагантную полукровку. Повернувшись к Хосоку, Тэхён дружелюбно спросил: — Если я убью этого напыщенного индюка, ты сильно расстроишься? Эльф улыбнулся и отрицательно помотал головой. — Мы с тобой точно подружимся, — вынес свой вердикт Тэхён. В их разговор, понятный только им двоим, вклинилась целительница. Держась за голову, она шикнула на Вика, пригрозив наложить на него сонное заклинание, если он добровольно не успокоится. К Тэхёну же она обратилась более благосклонно и ласково: — Амин, тебе нужно поспать, чтобы вернуть человеческий облик. Когда проснёшься, можешь сделать с ним всё, что пожелаешь, а сейчас я должна погрузить тебя в сон, хорошо? Ведьмак кивнул. Только эта девушка не внушала ему страха, было в ней что-то родное. Вэлери подошла и положила руку на его голову. Из-под пальцев заструился белый свет, и она мягко прошептала: — Somnum, — затем погладила его пару раз по голове, уже после того как он погрузился в сон. — Почему ты не можешь быть такой же ласковой со мной? — поныл в своей манере Вик. Вэлери закатила глаза и повернулась в его сторону: — Ты мне не нравишься, — любезно сообщила она, направляясь к выходу. — Через двадцать минут я вернусь. Если не найду тебя спящим, тогда тоже погружу в суточный сон. Ты меня изрядно достал! С этими словами она вышла из палаты, оставив Вика и Хосока наедине. — Все женщины стервы, — выпалил Вик, оскорблённый тем, что на его красоту не повелись. Эльф усмехнулся и тоже направился к выходу. — Моя Луна, хоть ты меня не бросай, — прохрипел Вик, и голос его надломился, словно предсмертный крик раненой птицы. — Тебе нужно спать. Я забочусь о твоем здоровье, — с едва скрываемым удовольствием произнес Хосок, готовясь уйти. — А как же прощальный поцелуй? — Вик оскалился, его голос прозвучал ехидно, сквозь стиснутые зубы. Эльф обернулся, встретился взглядом с наглым лицом Вика. Вместо поцелуя он лишь насмешливо отправил ему воздушный, а затем, с едва заметной, но ехидной улыбкой, добавил: — Не хочу, чтобы ты перенапрягался. Видишь, какой я заботливый. С этими словами Хосок отвернулся и бесшумно вышел. После ухода Хосока Вик погрузился в свои мысли. Он прекрасно понимал, что окончательно надоел эльфу, но это не имело значения. Он не отпустит его, даже если тот будет ненавидеть его до последнего вздоха. Затем его мысли переключились на целительницу. Вик точно нашёл себе новую жертву. Вэлери. Дерзкая. Дикая. Не такая, как те бесхарактерные пустышки, что вились вокруг него. У Вика появилась новая цель, и он непременно достигнет её. Рано или поздно. Но скорее рано. *** *** Вэлери вышла из лечебницы и решительно зашагала в сторону поместья Чонов. Миновав высокие кованые ворота, она постучала в тяжёлую дверь. У неё была лишь одна цель — раскрыть правду. Ещё давно Бина, ставшая ей почти второй матерью, доверила ей тайну, которую больше нельзя было хранить. Именно об этой тайне она и собиралась поговорить с Чонами. Гоблин открыл дверь, поклонился и проводил её на задний двор, где Лендер и Чонгук, уже поужинав, сидели с бутылкой выдержанного вина, закусывая его свежими фруктами. Увидев целительницу, Лендер тепло улыбнулся и пригласил её к столу. Вэлери нечасто употребляла алкоголь, поэтому он распорядился приготовить для неё жасминовый чай. Девушка благодарно улыбнулась, хотя её не оставляло чувство, будто она предаёт родного человека. Однако глубоко внутри интуиция подсказывала: Бина хотела бы, чтобы Лендер узнал правду. Мысли унесли её в давний разговор с Биной. Флэшбэк Бина сидела в своём кресле-качалке, наблюдая, как Вэлери старается выполнять правильные пассы для заклинаний первой помощи. — Мне не нравится, как ты держишь указательный палец, — педантично заметила ведьма. — Его нужно подгибать к большому, иначе заклинание в нужный момент может не сработать, а в целительстве каждая секунда на вес золота. Вэлери была покорной ученицей, но движения её рук, несмотря на все старания, оставались неуклюжими из-за природной негибкости пальцев. Видя мучения девушки, Бина отложила вышивку и обратилась к ученице: — На сегодня хватит. Дома делай упражнения, которые я тебе показала. Тебе всё ещё не хватает гибкости. Альва кивнула, заметив, что наставница сегодня чем-то расстроена. Бина поставила греться чайник, затем достала закуски и пирожные, сервируя стол. Чаепитие после уроков было их своеобразной традицией. Сев за стол, Вэлери продолжала наблюдать за наставницей, которая, казалось, глубоко погрузилась в свои мысли, не замечая ничего вокруг. — Наставница, — неуверенно протянула Альва, — что тебя так сильно гложет? Бина молча, не отвечая на вопрос, расставила чашки и налила чай. Сев за стол, ведьма принялась греть о чашку свои вечно холодные руки. После ухода дочери в её сердце навсегда поселилась зима — холодная и беспощадная. С тех пор руки её всегда оставались ледяными. — Знаешь ли ты, деточка моя, какие порой перевороты совершает судьба? — тихо спросила ведьма. Вэлери недоумённо посмотрела на наставницу. В голове у неё крутилась единственная мысль, и Альва, посчитав её логичной, решилась спросить: — Ты скучаешь по дочери? Бина на миг застыла, поражённая проницательностью Альвы, и продолжила: — Мы, ведьмы, не склонны к любви, Вэлери, — голос Бины звучал необычно тихо. — Влюбить нас в себя — задача не из лёгких. Но если это всё же происходит, есть два пути. Либо партнёр отвечает нам взаимностью, и тогда мы расцветаем, озаряя счастьем всё вокруг. Либо он устаёт и уходит, и в этот момент внутри нас запускается бомба самоуничтожения, способная, взорвавшись, зацепить и невинных. Ты умеешь хранить секреты? Вэлери лишь кивнула, ощущая, как напрягается атмосфера. — У меня родился внук. Дочка родила сына. Недавно я получила от неё записку... — Впервые за долгое время маска холодной отчуждённости Бины дала трещину, обнажив мгновенную слабость. — Я растила её, передавая все свои знания, все предупреждения о том, как опасно поддаваться первому же чувству. Она всегда была сильной и решительной, но судьба распорядилась иначе. Моя девочка влюбилась в подонка, который бросил её, превратив в живую тень. Ведьма начала беззвучно плакать, и от горечи её рассказа у Вэлери сжалось сердце. Столько невысказанной боли было в этом плаче. Бина предстала перед ней не бесчувственной и хладнокровной ведьмой, какой её все считали, а хрупкой, израненной женщиной. Вэлери сочувственно присела рядом, обняла ведьму и начала осторожно гладить её по спине, утешая словами: — Она со всем справится, вы же сами говорили. Она сильная. И теперь не одна, ей есть за кого бороться, — искренне произнесла Вэлери. Бина положила свою ладонь поверх её руки и прошептала: — Спасибо, Вэлери. После ухода дочери ты стала для меня единственным утешением. Девушка улыбнулась и обняла ведьму крепче. *Конец Флэшбэка* *** *** Вскоре ей принесли целый чайник восхитительно пахнущего чая. Слуга наполнил её чашку, вежливо осведомившись, не желает ли она чего-нибудь к ещё. Получив отказ, он коротко кивнул и бесшумно удалился. Пригубив обжигающий, ароматный напиток, целительница с наслаждением прикрыла глаза. Тепло разлилось по телу, помогая собрать мысли воедино. Наконец, она решилась: — Дедушка Лендер, мне нужно тебе кое-что рассказать. — Что случилось, дочка, с Амином что-то? — напрягся старик. — Нет, он спит. Но я пришла поговорить именно о нём, вернее, открыть вам тайну, что с ним связана. Лендер и Чонгук обменялись взглядами. Старик, с едва скрываемым любопытством, произнёс: — Всё интереснее и интереснее. — Я могу ошибаться, но на девяносто процентов уверена, что Амин — сын Деи. Лендер, как раз делавший глоток, поперхнулся вином. Чонгук, постукивая деда по спине, хмуро произнёс: — Продолжай! Вэлери подробно пересказала им свой давний разговор с Биной, не упустив ни одной детали. — У Бины был внук, и она никогда мне об этом не говорила? — Лендер возмутился, его голос звучал недоверчиво. — Дедушка Лендер, Бина сама никогда не видела своего внука. Дочь отправила ей записку лишь однажды, и больше никаких вестей наставница не получала, — Вэлери с тревогой взглянула на старика. Лендер отмахнулся от Чонгука, одним махом осушил бокал и с глухим стуком поставил его на стол. Он посмотрел на внука; тот без слов понял, что от него требуется, и наполнил бокал вновь. Чонгук молчал несколько минут, обдумывая услышанное, затем логически заключил: — Дед, ты говорил, что Дея уехала на Север и так и не вернулась. Вик тоже в воспоминаниях Тэхена видел снег. Это точно не совпадение. Нам нужно отправиться на Север, чтобы узнать подробности. Вэлери согласно кивнула. *** Хосок, совершив свой ловкий побег, направился в лес. Он любил прогуливаться среди деревьев и общаться с лесными обитателями. Эльф не любил обременять себя мыслями; напротив, с некоторых пор он предпочитал вообще не думать. Но сегодняшний день был исключением, и Хосок позволил себе погрузиться в размышления. Эльф не был слеп и заметил растущий интерес Вика к целительнице, чему несказанно обрадовался. Чем больше Альва будет интересоваться другими, тем меньше он станет цепляться к Хосоку. Впереди, под раскидистым деревом, он заметил парня с необычно светлыми волосами. Юнги расположился в тени, рядом с журчащим ручейком. Юнги сидел в позе лотоса и медитировал. Вокруг него колебалась еле заметная, прозрачная сфера из света. Лицо его было умиротворённым и безмятежным. Вокруг вибрировала уютная энергетика, которую Хосок ощутил и даже, казалось, немного ею подпитался. Юнги, не открывая глаз, спросил: — Мой братец так тебя достал, что ты решил убежать от него в лес? Хосок удивился, что Юнги почувствовал его присутствие, но едва заметно улыбнулся. Вот кто понимает его без слов, даже не осознавая этого. Альва, не услышав ответа, открыл глаза и посмотрел на Хосока. «До чего же эфемерное существо этот эльф», — в мыслях подумал Юнги. Он внимательно разглядывал его волосы: переплетённые в них круглые кольца, косички по бокам, необычный оттенок и длина — всё это удивительно гармонировало с обликом эльфа. Весь Хосок был соткан из луны. От пристального взгляда Альвы эльфу стало не по себе. Он поспешно попрощался и мгновенно скрылся из виду. Юнги хмыкнул и закрыл глаза, внутренне злясь на своего братца. – Перепугал парня до такой степени, — прошипел он в пустоту, — что тот теперь чурается внимания любого, везде видя подвох! Он расстроился, что Хосок от него убежал. Юнги ведь не такое чудовище, как его любимый братец. С этими невесёлыми мыслями он продолжил свою медитацию, твёрдо решив изменить мнение Хосока о себе.