a tenebris angulo anima mea

Отдалившись от Альвы достаточно далеко, Хосок замедлил шаг. Юнги казался дружелюбным, но ведь они родственники. Мало ли, каким он может оказаться, если узнать его поближе? В какой-то степени Хосоку импонировало его ненавязчивое поведение. Юнги представлялся эльфу очень уравновешенным, спокойным и… Хосок закатил глаза. Вот что бывает, когда он начинает думать. Выбросив все сравнения из головы, он продолжил прогулку. За весь оставшийся путь ему не встретилось ни единого животного. Хосок всё глубже углублялся в лес, надеясь всё-таки отыскать хоть какого-нибудь зверька. Мольбу о помощи эльф услышал из далёкой чащи. Истошные крики и скулёж лисы с детёнышами, отчаянно ищущей, где бы укрыть своих лисят, заставили Хосока зажать уши и броситься на звук. Лиса, прижавшись спиной к камню, в ужасе смотрела на мужчину. Это был главнокомандующий Амори. Его нож угрожающе навис над ней. Дрожащие лисята прижимались мордочками к её бокам. Лиса скалилась, почти рычала, но Амори лишь злобно рассмеялся и прокричал: – Вы, отродье ведьм и их воплощение в животном обличье! Я уничтожу вас всех, так что и мокрого места не останется! Задыхающийся от бега, Хосок застал их именно в этот момент. Картина заставила его застыть в ступоре. Взглянув на окрас лисы, эльфа передёрнуло. "Это же жемчужная лиса! Их нельзя истреблять, их и так мало," – подумал он. – Мало того, что вы существуете, так ещё и плодитесь, рожая своих мерзких щенков! Я буду истреблять вас всех, пока вы не перестанете существовать, грязные отродья! Как же я вас ненавижу! – безумным голосом орал Амори. Хосок пока мало что знал об их расе, да и не собирался в этом разбираться. Эльф настиг мужчину за доли секунды до необратимых последствий, крепко хватая за локоть. Амори, не ожидавший столь наглого прерывания, резко обернулся к эльфу. Гримаса на его лице испугала Хосока, но он сдержался и зло процедил: – Что вы творите? Это всего лишь животное! – Хосок отшвырнул его руку. – Жемчужная лиса считается ценным животным во всех магических городах и лесах. Их истребление запрещено законом! – Хосок прищурился, прикрывая животных своим телом и излагая факты. – Ты ещё кто такой? – злобно спросил Амори. – Я, прежде всего, сумеречный эльф, и имею полное право защищать животных! – уверенно ответил Хосок, твёрдо стоя на своём. – Ох, напугал своим эльфийским происхождением. Слушай сюда, сопляк, убирайся по-хорошему, иначе я устрою богам жертвоприношение из тебя! – очень зло прошипел Амори. Хосок стоял непоколебимо, всем своим видом показывая, что с места не сдвинется. Амори озверел и без единого слова сделал выпад ножом. Эльф отступил на шаг. Массивный мужчина шёл на него с безумными глазами, предвкушая скорую кончину. При очередном выпаде он полоснул Хосока по руке. Эльф лишь защищался, пытаясь выбить нож из его хватки. Не обращая внимания на струйку крови, бегущую по руке, Хосок выждал момент. Когда внимание Амори отвлекла убегающая лиса с детёнышами, эльф с разбегу повалил его на спину, крепко сжимая запястья мужчины и ослабляя его хватку. Нож удалось отбросить в сторону, но Хосок тут же получил кулаком по лицу. Так завязалась драка. Хосок, хоть и имел хрупкое, худощавое телосложение, отлично владел боевыми навыками и с яростью отвечал на удары этого подонка. Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не Юнги. Рядом с ним стояла лиса, уже без детёнышей. Одним световым ударом ему удалось отбросить дерущихся в противоположные стороны. Приближаясь к Хосоку, Юнги всмотрелся в его лицо. На нём не было живого места. Осторожно взяв эльфа за подбородок, Юнги хмуро спросил: – Что тут, банши дери, происходит?! У Хосока с уголка губ сочилась кровь, бровь была разбита, на скуле сверкал отёк, а под левым глазом наливался синяк. От прикосновения Юнги он скривился от боли и отпрянул. Глядя на Амори, Юнги хмуро произнёс: – Достопочтенный, что здесь происходит? Лицо Ива тоже было не в лучшем состоянии, так же испещрённое синяками и ссадинами. Амори выплюнул кровь; костяшки его пальцев были разбиты. — Это ты мне скажи, какого чёрта этот сопляк посмел помешать моей охоте? — зло прошипел главнокомандующий. Юнги прищурился, его лицо помрачнело ещё сильнее. — Он охотился на жемчужную лису и при этом выкрикивал откровенную чушь, — стальным голосом произнёс Хосок. Разбитая губа болела и ныла. Юнги поразился его твёрдости, взглянул на лису — та с испуганным видом кивнула. Хосок тепло улыбнулся животному. Юнги повернулся к Амори и произнёс, чеканя каждое слово: — Лим Ив, вы прекрасно знаете, что эти лисы – хранительницы нашего леса. На каком основании вы на них охотитесь? Это не безмозглые твари. Жемчужные лисы обладают почти человеческой осознанностью и мудростью. Повторяю вопрос: что вы здесь творите? Амори, не зная, что ответить, выпалил: — Ещё чего! Отчитываться перед мальчишками! После этих слов атмосфера ощутимо сгустилась. Черты лица Юнги заострились, а в глазах вспыхнул ледяной белый свет, не сулящий ничего хорошего. — Ив, — произнёс Юнги настолько спокойным голосом, что это прозвучало угрожающе, — следите за своими словами. Я не люблю повторять дважды. Главнокомандующий глумливо рассмеялся, с сарказмом произнеся: — И что ты мне сделаешь? Вы с мелким внучком Лендера только пришли к власти, а уже мните себя могущественными покровителями всего королевства! Ничтожества, а не главы клана! Будь моя воля, я бы вас обоих отправил в специальную академию, чтобы вправить ваши мозги на место. Видимо, за все годы обучения ты – а точнее вы оба – ничему не научились. Никакого уважения к старшему поколению! Твоему отцу должно быть стыдно... Первородный цвет вспыхнул в глазах Юнги неистовым, почти ослепительным светом. Он стоял абсолютно неподвижно, но по кончикам его пальцев уже бежали яркие всполохи. Один резкий взмах – и Амори с глухим ударом отпечатался в ближайшей скале. Юнги медленно подошел к Амори, все еще впечатанному в камень. Его голос, обычно мелодичный, теперь звучал глубоким, угрожающим басом. – Не смей говорить о моем отце! Если бы не дедушка Лендер, я бы прикончил тебя прямо сейчас. Но я оставлю право решать, что с тобой делать, клану Чонов. Альва не решался обернуться к Хосоку, прекрасно зная, что его гневный облик, особенно бездонный взгляд, мог напугать эльфа. Юнги тем временем начертил в воздухе символ вызова Лендеру и остался стоять спиной к Хосоку. Эльф сам подошёл к нему. – Можешь расслабиться. Я знаю, как у вас, Альвов, злость проявляется. Юнги напрягся еще сильнее. – Вик, на тебе срывал свою злость? – спросил Юнги, уточняя, чтобы не было сомнений. Хосок лишь медленно пожал плечами. Его взгляд, обычно сияющий, потух, стал невероятно грустным, а уголки губ опустились. Слова были не нужны. Сияние в глазах Юнги вспыхнуло с новой силой. Ярость, едва сдерживаемая после стычки с Амори, теперь грозила прорваться наружу. – Почему ты просто не уйдешь от него, если тебе так плохо? – Магическая клятва, – устало ответил Хосок. – Он сам должен меня отпустить. У Юнги дернулся уголок губы. Его братец... Значит, это его братец держит эльфа против его воли. Осознание обрушилось на Альва с ледяной ясностью. – И как так получилось? – пронзительно спросил Альва, впиваясь взглядом в эльфа. – Он держит кое-что в тайне. Зная брата, ты, я уверен, легко догадаешься, какую плату он от меня потребовал. Юнги болезненно скривился, вспоминая, что сам был в долгу у этого упыря. Некоторое время Альва тяжело дышал, сжав губы в тонкую полоску. Наконец взяв себя в руки, он огорошил Хосока прямым заявлением: – Пожалуйста, не смей нас сравнивать. Для меня унизительно, когда меня ставят с ним в один ряд. Ты кажешься мне хорошим парнем, и я хочу тебе помочь. – Чем? – удивлённо спросил эльф. – Пока не знаю, но я был бы рад, если бы ты перестал меня подозревать. Хосок недоверчиво смотрел на него некоторое время, потом неуверенно кивнул. Альва немного расслабился и даже улыбнулся. Их нарождающуюся идиллию разрушил голос: – Юнги, сынок, если хочешь, чтобы я благословил ваш союз, тебе прежде всего нужно благословение отца. Лендер собственной персоной стоял неподалеку, с ухмылкой глядя на них. Сзади стоял Чонгук, чьи зрачки почти полностью скрылись, закатившись куда-то внутрь. Настроение бывшего главы резко изменилось, когда он увидел пригвождённого Ива. — Что здесь происходит? Юнги метнул на Амори злой взгляд. — Дедушка Лендер, мне кажется, ваш главнокомандующий совсем из ума выжил. К ноге Лендера прижалась мягкая мордочка. Старик опустил взгляд на лису. Та, в свою очередь, посмотрела на Хосока, словно что-то ему говоря. — Она хочет, чтобы вы посмотрели её воспоминания, — перевёл Хосок Лендеру. Жемчужные лисы, далёкие потомки кицунэ, были известны как хранительницы леса и информаторы, связанные со стихией земли. Лиса закрыла глаза, и над её головой возникла небольшая синяя сфера, зависшая в воздухе. Лендер взял сферу в руки. Та не смялась, а растворилась в его ладонях, передавая поток видений. Видения сменялись одно за другим. Вот Ив нападает на лису, произнося ужасные вещи. Вот Хосок, закрывающий лису собой. Драка между Хосоком и Амори, Юнги, разнимающий их. Слова Амори о своём внуке и Юнги — всё это пронеслось перед глазами быстрыми, отрывочными кадрами. Ив, неотрывно следивший за Лендером, раздосадованно подумал: "Поверить не могу, что из-за одного сопляка всё пошло под откос. Боюсь, это уже никак не исправить, разве что бежать..." Амори, глядя на свои руки, скованные световыми обручами, судорожно прикидывал, как выбраться. Единственным выходом было превратиться в змея и ускользнуть. Приняв свою вторую ипостась, змей — зелёный и почти беззвучный — медленно скользнул вниз, высвобождаясь из удерживающих его пут. Его зелёная чешуя позволила ему быстро затеряться в высокой траве. Остальные были слишком заняты, наблюдая за Лендером. Тем временем Ив, специально подползая к эльфу, собрал яд в клыках. Напоследок он добьёт этого сопляка. Услышав шипение, Хосок обернулся и увидел, как змея с раскрытой пастью прыгнула на него. Он осознал, что не успеет увернуться – змея была слишком близко. Но Юнги, стоявший рядом с эльфом, успел. У Альвы не было времени поставить щит, поэтому он оттолкнул Хосока в сторону и сам принял удар на себя, получив укус от зеленой змеи. Сначала Юнги ощутил лишь небольшое жжение, но затем нарастающее онемение и пронзительная боль. Боль стремительно распространялась по всей пораженной конечности, его ноги подкосились, тело зашаталось, и Альва рухнул на колени. Хосок и Чонгук бросились к нему. Место укуса быстро отекало. Лендер, вздрогнув от шума, распахнул глаза и поспешил к парням. — Расступитесь! — в панике воскликнул старик. Лендер быстро схватил штанину Юнги и разорвал ее, обнажив место укуса. Нужно было действовать немедленно. Чем больше нагрузка на конечность, тем быстрее распространяется яд. — Чонгук, быстро подними его, ты понесешь его на спине! Ему нельзя лежать! Хосок, помоги! Нам срочно нужно добраться до клана! Юнги был в сознании, но от невыносимой боли не мог вымолвить ни слова. Лендер и Хосок осторожно подняли Альву за плечи, пока Чонгук присел на корточки. — Не сжимай укушенную ногу слишком сильно! Пошли! — Голос Лендера был полон нескрываемой ярости. По дороге к клану все молчали. Альва, привалившись щекой к плечу друга, казался мертвенно бледным. Хосок смотрел на него с тревогой, чувствуя себя виноватым, хотя никто и слова не произнес. — Юнги, держись, оставайся в сознании, не смей засыпать! — Лендер неотрывно следил за ним. — Попадись ты мне, Ив, я сожгу тебя на радость Богам! Хосок впервые видел старика таким злым. Минут через двадцать они добрались до клана Амори. У порога лечебницы Лендер закричал: — Вэлери! Несколько учениц тут же бросились к ним. Целительница, услышав Лендера, вышла из палаты и поспешила навстречу. — Что случилось, дедушка Лендер? — Вэлери, приготовь свое лучшее целительское заклинание! Юнги укусила змея-амори, — горько произнес Лендер. — Амори?.. — в шоке прошептала целительница, уставившись на них. — Не время для вопросов! Потом, все потом! Целительница кивнула и быстро поспешила в лечебную комнату. Следом за ней они ввалились в палату один за другим. Чонгук осторожно опустил Юнги на кровать. Вэлери осмотрела ногу. Место укуса уже почернело – яд змеи-амори был невероятно силен. Целительница сразу же села на колени и начала собирать магию в кончиках пальцев. — Sanguine purificationis, — прошептала она и положила ладонь на укушенное место. Альва застонал, его вены словно сжигали пламенем. Очищающее заклинание, одно из самых мучительных в мире, рвало его тело на части. Вэлери бледнела на глазах, ее лицо осунулось. Лендер, заметив ее состояние, резко произнес: — Её резерв почти истощён, нельзя допустить, чтобы она иссушила себя до конца. Хосок тут же шагнул вперед. — Я могу поделиться. У меня резерв побольше, и с Виком я постоянно делился, так что опыт есть. Лендер благодарно кивнул. Отказы сейчас были неуместны. Юнги нужно было спасти любой ценой. Эльф опустился рядом с целительницей, сосредоточив свои внутренние потоки. Положив свою ладонь поверх ее, Хосок осторожно начал вливать свою магию. Фиолетовое свечение его энергии соединилось с чистой белой магией Вэлери. Пот бисером выступил на висках целительницы, но с притоком чужой силы ей стало заметно легче. Зато Юнги стало вдвойне больнее, жжение внутри него усилилось до невыносимого. Чонгук и Лендер стояли в стороне, их лица выражали напряжение. Амори сжимал кулаки, ярость за друга кипела в нем. Лендер же думал о том, как он посмотрит в глаза отцу Юнги, если с ним что-то случится. Спустя десять минут Хосок и Вэлери тяжело дышали, словно пробежав марафон. Но им удалось: кровь Юнги была очищена от яда. Сам Юнги к тому моменту лежал совершенно обессиленный. Лендер, осознав, что опасность миновала, тяжело опустился на ближайший стул, глубоко вдыхая воздух. — Я со всеми вами скоро к праотцам отправлюсь, — хмуро проворчал старик, глядя на них. — Дедушка Лендер, может, не сегодня? — устало улыбнулась целительница. Её слова немного разрядили напряженную атмосферу, и все тихо посмеялись, даже обессиленный Юнги нашел в себе силы для слабой улыбки. Уложив Юнги поудобнее, Вэлери, не без помощи эльфа, села на кровать напротив и поблагодарила: – Спасибо, Хосок, без тебя я бы не справилась. Ещё, сядь ко мне лицом. Я быстро обработаю раны. После трёх несложных заклинаний Хосок выглядел как новенький.Эльф скромно поблагодарил, тревожно поглядывая на Юнги. – Юнги, тебе нужно отдохнуть, но сначала переодеться. Я сейчас принесу больничный наряд. Думаю, эту ночь ты должен провести здесь во избежание осложнений, – сказала Вэлери и направилась за чистыми вещами и водой. Чонгук обратился к Лендеру: – Я за ищейками и направляюсь в лес, пока этот мерзавец далеко не ушёл! – Не думаешь же, что я тебя одного отпущу? Я пойду с тобой! – не терпящим возражений тоном сообщил Лендер. Амори знал своего деда и просто устало кивнул. Повернувшись в сторону друга, Чонгук нахмурился. Они с Юнги выросли вместе, были не разлей вода. Ему было жаль, что он не уберёг друга. – Я найду этого подонка, и ты тоже будешь участвовать в решении его приговора. Убить его мало за всё, что он натворил. Я готов убить его на месте, как только найду, но быстрая смерть будет для него слишком большой наградой. Кулаки так и чесались подправить гаду физиономию. Юнги улыбнулся уголками губ и протянул руку. Чонгук взял её и несильно сжал. – Поправляйся, я скоро вернусь. Повернувшись, чтобы уйти, Амори внезапно остановился и попросил эльфа: – Присмотри пока за ним, пожалуйста. Хосок и так не собирался никуда уходить. Чонгук похлопал его по плечу и вышел из палаты. Целительница вернулась с чистым комплектом пижамных штанов и рубашкой. Рядом с ней была девушка, которая держала чистые полотенца и маленький таз с водой. Юнги наотрез отказался от её помощи; как бы она ни распиналась, он категорично говорил: «Нет!» Тогда Вэлери сделала ход конём и заявила: – Тогда тебе поможет Хосок! Юнги уже хотел отказаться, но целительница пригрозила: – Или Хосок, или я. Сам ты не справишься! Юнги обречённо согласился на помощь эльфа. Вэлери, хихикая от хмурого вида Юнги, направилась к выходу. Но уже на пороге закатила глаза: на неё тоже нашлась управа. Из соседней палаты слышались крики Вика, который возмущался и просил позвать целительницу. – Он как всегда в центре внимания, – пытаясь отделаться от неловкости, сказал Юнги. Хосок кивнул; он вообще был немногословным парнем. С деловитым видом он подошёл к Юнги и помог ему сесть. Arctic monkeys – I wanna be yours Хосок взялся за края белой рубахи и осторожно начал поднимать её, обнажая и стараясь не задерживать взгляд на молочной, гладкой коже. Юнги на него не смотрел. Его смущала эта ситуация, но не только она – отчего-то ему было тяжело дышать. – Подними руки, пожалуйста, – тихо прошептал эльф. Хосок заметил, что Юнги был худощавым, но это ничуть не портило его внешность; напротив, придавало ему хрупкость и аристократическую красоту. Такого человека с простолюдином не спутаешь. Юнги был ухоженным... впрочем, его род всегда славился своей красотой. Когда верхняя часть тела Юнги оказалась полностью обнажена, Хосок почувствовал, что дышит через раз. Тонкая длинная шея была подчёркнута тоненькой цепочкой из белого золота с медальоном в форме звезды с красным рубином. Ярко выраженные ключицы притягивали взгляд. Эльф был рад, что Юнги не смотрит на него, хотя и сам Юнги был подозрительно тихим. – Сможешь привстать? Мне нужно быстро снять штаны. Юнги тихо сглотнул, но кивнул. Сделав над собой усилие, он привстал. Эльф стремительно потянул за резинку штанов, опуская их вниз. Когда с одеждой было покончено, Хосок потянулся к маленькому полотенцу, лежавшему на тумбе рядом с кроватью. Смочив его в воде, он аккуратно стал вытирать Юнги плечи, плавно скользя по груди. Снова смочив полотенце, провёл по впалому животу. По телу Юнги пробежали мурашки, но он не проронил ни слова. Когда Хосок опустился к коленям, Юнги мягко забрал полотенце из его рук и сказал: – Дальше я сам, спасибо... Хосок пожал плечами и потянулся к белой рубашке. Когда Юнги, сделав над собой усилие, протёр колени и ноги, эльф, чтобы не смущать его ещё больше, отдал ему штаны. Юнги облегчённо кивнул и с трудом, но надел их. С рубашкой эльф ему помог. Вскоре Юнги уже лежал, заботливо уложенный эльфом. – Тебе не нужно было так ухаживать за мной, ты не виноват, – тихо сказал Юнги, проницательно смотря в его сторону. Хосок заметно сник, но тихо прошептал в ответ: — Ты спас мне жизнь. Я этого не забуду. — Брось. Любой бы поступил так же. Эльф усмехнулся уголком губ и отрицательно покачал головой. — Теперь я немного верю в искренность твоих намерений. — А что, если я спас тебя в корыстных целях? Хосока передёрнуло, но он тут же взял себя в руки. Эльф понял: Юнги проверяет его слова на правдивость. Хотя Альвы и чувствовали ложь, Юнги, казалось, хотел убедиться лично. — Надеюсь, я не ошибаюсь, веря в твои искренние, чувства. Юнги молча улыбнулся, оставляя выбор за ним. Хосок не припоминал, чтобы Альва когда-либо улыбался так ярко. Их прервала целительница, ласково пожурив Юнги и мягко выпроваживая Хосока. Эльф попрощался с Юнги, пообещал навестить его позже и вышел из палаты. Следом вышла Валери и окликнула эльфа: — Хосок, постой! Он остановился и выжидающе посмотрел на неё. — Твой кавалер меня просто извёл. Может, ты с ним поговоришь? Хорошее настроение эльфа тут же улетучилось. — Мне жаль это говорить, но если Вик поставил себе цель, избавиться от него будет непросто. Валери нахмурила брови, но, видя, как Хосоку неприятна эта тема, грустно спросила: — Наверное, тебе обидно, что он смотрит на других? — Нет, между нами... — Хосок задумался, подбирая слова, чтобы деликатнее преподнести эту информацию девушке. — ...свободные отношения. — Оу, — многозначительно протянула целительница. — А что случилось в лесу? — Тебе лучше спросить об этом дедушку Лендера. Прости, я не люблю вмешиваться в чужие дела. — Понимаю, — сказала Валери и ушла, не попрощавшись. *** *** Ищейки вместе с остальным отрядом, ведомым Чонгуком и Лендером, прочесали весь лес, но так и не обнаружили никаких следов. Старик был задумчив и хмур; он никак не мог объяснить себе поведение своего главнокомандующего. Как он сообщит об этом Мае? Женщина и так была убита горем, и Лендер боялся, что она просто не выдержит. Что заставило его верного подчинённого так резко изменить поведение? Это ещё предстояло выяснить. Лендер поморщился, сдавив пальцами виски. Его разум был переполнен. В последнее время произошло так много всего, что он не знал, за что хвататься, и как помочь внуку. Чонгук оставался молчаливым весь день, упорно продолжая поиски Ива до самой ночи. Обратно в клан они возвращались по темнеющему лесу, а отряд позади них едва волочил ноги. Лендер, взглянув на внука, лишь тяжело покачал головой. У Чонгука ходили желваки на лице, весь он был сосредоточением напряжения. Лендер был раздражён: главнокомандующего так и не нашли. Предвидя назревающий взрыв, старик повернулся к отряду и приказал им идти вперёд. — Скажи мне, дед, как ты за все эти годы не заметил, что он сумасшедший? Брови Лендера поползли вверх. — Я что, ясновидящий, чтобы всё видеть? Чонгук не взглянул на деда. Он лишь пнул камень под ногой и взревел: — Этот сукин сын укусил моего друга и сбежал, а теперь словно сквозь землю провалился, и я не могу его найти! Я обещал Юнги, дед, я обещал своему другу! — Во-первых, не ори, во-вторых, не веди себя как кисейная барышня, — сказал Лендер, массируя переносицу. — Мы будем его искать столько, сколько потребуется. Он ответит за свои деяния. А теперь пошли домой, моя голова раскалывается. Чонгук агрессивно развернулся и пошёл вперёд. — Терпения тебе, Лендер, — прошептал старик, скептически глядя вслед внуку. — Надеюсь, все мои нервы окупятся на том свете. *** *** Тэхен проснулся уже в своём обличии и чувствовал себя отдохнувшим. За последние несколько дней ему наконец-то удалось выспаться и прийти в себя. Смущал лишь один факт: он был почти голым, на нём были только боксеры. Стараясь не думать, кто его раздел, Тэхен посмотрел на руну, которая не исчезла, а превратилась в чёрную татуировку. На улице стояла ночь. По естественной нужде Тэхену пришлось встать с кровати. Заметив стопку одежды и полотенце у своей постели, он взял их и начал искать ванную. Ванная комната нашлась прямо в его палате. Справив свои нужды, он включил душ. Ничего похожего на бойлер или котёл он не обнаружил, как и ванной (ёмкости) или шторки. Горячая вода просто лилась на пол и уходила через обычную канализацию. Отбросив мысли о странностях этого мира, Тэхен шагнул под горячие струи воды. По телу пробежали мурашки. Так приятно было ощутить, как вода смывает напряжение, очищая и расслабляя мышцы. Шампуня не нашлось, но на полке лежало мыло с приятным ароматом лесных цветов. Запах Тэхену понравился. Позволив себе эту вольность, он простоял под душем ещё полчаса, полностью отдавшись чувству умиротворения. Чуть подсушив волосы, Тэхен обернул полотенце вокруг бёдер. У раковины стояли коробка и щётка. На коробке он прочитал, что это зубной порошок, и удивился. Тэхен тут же решил: если ему придётся здесь задержаться, он непременно покажет им, что такое настоящая зубная паста. Кое-как почистив зубы этим порошком, который, к его удивлению, оказался не таким уж и противным на вкус, Тэхен окинул взглядом забрызганный водой пол и решил одеться в палате. Схватив одежду, он вышел из ванной. — По моим подсчётам, я уже думал, что ты там в русалочку превратился, — ехидно произнёс голос из темноты. Тэхен вздрогнул, резко обернувшись на знакомый голос. Chase Atlantic –swim Чонгук опёрся плечом о дверной косяк, не отрывая от него взгляда. С мокрых рыже-красных волос капала вода, скользя по плечам и по груди. Песочная кожа притягивала его взгляд. «Красивый», — пронеслось в голове. — Ты что здесь делаешь? — злобно спросил Тэхен, стряхивая наваждение. Чонгук проигнорировал вопрос, продолжая пристально смотреть на него. Тэхена его молчание взбесило еще сильнее. Он стоял, обернутый в полотенце, чувствуя себя до неприличия уязвимым под этим пристальным взглядом. — Или разговаривай, или проваливай! — выпалил он, голос дрогнул от раздражения. — Сколько злости, — усмехнулся Чонгук, не сдвинувшись с места. Затем Чонгук неспешно оттолкнулся от косяка и, не отрывая взгляда от Тэхена, бесцеремонно вошел в комнату. — Я не позволял тебе входить, — прошипел Тэхен, сжимая кулаки. — А я твоего разрешения не спрашивал, — нагло парировал Чонгук. Он прошел мимо Тэхена, приблизившись к его кровати, и демонстративно опустился на нее, откидываясь на спинку, словно у себя дома. — Выйди! — потребовал Тэхен, указывая на дверь. — А то что? — Чонгук изогнул бровь, его усмешка стала еще шире. — Что ты мне сделаешь? Тэхен устало выдохнул, его плечи поникли. Он провел рукой по мокрым волосам. — Ты считаешь своим долгом вывести меня из себя? — почти прошептал он. — За что ты так меня невзлюбил? Чонгук притворно нахмурился, изображая глубокую задумчивость. — Упал на наши головы из своего мертвого мира, перевернул нашу жизнь с ног на голову… — Он сделал паузу, оценивающе глядя на Тэхена. — Конечно, с чего бы это с тобой не возиться, как курица со своим яйцом? От тебя одни неприятности. — Я не по своей воле сюда попал! — выкрикнул Тэхен, чувствуя, как его терпение истощается. — Это не отменяет того факта, что ты — заноза в самом неудобном месте, — усмешка окончательно слетела с лица Чонгука, оставляя лишь неприкрытую злость. Он резко поднялся с кровати и в несколько шагов приблизился к Тэхену, нависая над ним. — Свой острый язычок держи при себе, или я найду ему другое, более интересное применение. Тэхен вспыхнул от этого недвусмысленного намёка, но одновременно с этим его бросило в жар. Неприятное, обжигающее чувство поползло по коже, смешиваясь с яростью. — Да кем ты себя возомнил, наглый ублюдок? — выдохнул рыжеволосый, не сдержавшись. Чонгук молниеносно схватил его за подбородок, сжимая челюсть так сильно, что Тэхен вскрикнул от боли. — Кого ты назвал ублюдком? Жить надоело? — прорычал он в ответ, глаза потемнели. Всякое терпение Тэхена лопнуло. Забыв про своё полотенце, которое теперь держалось на нём лишь чудом, он ткнул Чонгука указательным пальцем в грудь. — А кто ты тогда? Только и умеешь, что за счёт других самоутверждаться! — Прикуси свой поганый язык, пока я его тебе не вырвал, — прошипел Чонгук, его глаза начали светиться. — Ты меня достал уже, чёрт тебя подери! Что? Что ты от меня хочешь?! Чонгук смотрел на него таким страшным, испепеляющим взглядом, что Тэхен невольно сглотнул, но тут же вздёрнул подбородок ещё выше, выдерживая этот натиск. Неожиданно Чонгук процедил сквозь зубы, почти беззвучно: — Как же я тебя ненавижу! И, подавшись вперёд, накрыл его губы требовательным и жалящим поцелуем. Тэхен в первую секунду не поверил, что это происходит с ним. Он пытался вырваться, оттолкнуть, но Чонгук был непробиваем, словно высечен из камня. Никакие его попытки не действовали. Чонгук, наконец дав себе волю, припечатал его к ближайшей стене, прижавшись всем телом. Тэхен почувствовал себя в железных тисках, сопротивлялся изо всех сил, но выбраться из его захвата не получалось. Амори надоело его сопротивление. Ведьмак почувствовал резкую боль — укус на нижней губе. Ахнув, Тэхен невольно приоткрыл рот, и Чонгук тут же проник туда языком. Поцелуй превратился в дикий, неистовый танец, где каждый хотел доминировать. В какой момент Тэхен перестал сопротивляться и ответил на поцелуй, он не помнил. Его целовали со злостью, вожделением и яростным порывом испить до дна. Этому было невозможно противостоять. Когда Амори распалился окончательно и начал бесцеремонно ласкать его, Тэхен пришёл в себя. Собрав последние силы, он оттолкнул Чонгука от себя и влепил ему звонкую пощёчину. — Убирайся! — задыхаясь от ярости, прошипел Тэхён. Чонгук на пощёчину даже не обратил внимания. Он стоял и смотрел на него в упор, уничтожая взглядом. Затем развернулся и, со всего размаху хлопнув дверью комнаты так, что она едва не слетела с петель, ушёл прочь. Тэхен медленно соскользнул по стене вниз, закрывая рот рукой. Как полотенце до сих пор держалось на нём, он не знал, да и не до этого ему было. Сердце билось как загнанный зверь. Он ответил. Ответил на поцелуй того, кто его ненавидит. И, к собственному ужасу, ему это понравилось… Тэхен, в шоке от своего поступка, зарычал от отчаяния, ударив кулаками по полу.