a tenebris angulo anima mea

Тэхен проснулся в обед, и день встретил его пасмурной погодой. Чувствовал он себя намного лучше. За окном стояла пасмурная, но свежая погода, чему Тэхен был очень рад. Он не особо любил жару и плохо переносил её. Любимое время года у ведьмака – зима, и он очень скучал по холоду. Снег скрывал всю грязь этого мира, очищал, даря иллюзию чистоты. Мало кто любит эту суровую пору, но зима честная, и люди, начинающие отношения в это время, тоже очень честные. Легко в тёплую погоду надевать красивые наряды и привлекать людей, а зимой так не получается… Трудно почувствовать кратковременное сексуальное влечение к человеку, полностью закутанному в объёмную толстую куртку и шапочку, да и невозможно скрыть свой красный нос и щёки. Тэхену нравилось, ему очень хотелось, чтобы его любили именно так: не за красоту, а просто за красный нос и непослушные волосы, торчащие в разные стороны, за обычные мелочи и изюминки, свойственные всем людям. Хотелось, чтобы обнимали, спасая от холода, грели руки горячим дыханием и тесно прижимались, даря тепло. А ещё хотелось пить горячий какао, сидя у камина и рождественской ёлки… «Интересно, а у них празднуют Новый год?» — пронеслось в мыслях. Если нет, то он обязательно расскажет всем и про этот праздник – если здесь вообще бывает зима и если его примут… Тэхен отмахнулся от негативных мыслей, решив, что нет смысла так сильно грузиться. Дверь открылась, и в палату вошла одна из целительниц, неся обед. Тэхен встал и отправился в ванную. Выполнив привычные процедуры, он вновь задумался о создании нормальной зубной пасты. Сев за стол, он поморщился: ему опять предстояло пить горький лечебный отвар вместе с едой. Целительница зорко проследила, чтобы он допил отвар до конца, а потом ушла, оставив его одного. На обед ему принесли тушёные овощи с ароматным мясом. Желудок жалобно заурчал, и Тэхен принялся быстро поглощать еду. Соли было маловато, а само блюдо оказалось немного острым, но очень вкусным. Закончив трапезу и запив её водой, Тэхен вышел из палаты и отправился к Вику. Постучав, он открыл дверь и вошёл внутрь. — Какие люди! — съязвил Вик, уже полностью одетый и, похоже, готовый покинуть палату. Тэхен обещал себе, что больше не будет тушеваться перед ними, и спокойно поздоровался: — Привет. Альва был удивлён его визитом. — Ну и что привело тебя сюда? — Я хотел узнать про видения в тот день. Мне так и не сообщили, что именно ты увидел. Очень жаль, что ты из-за меня здесь оказался… — Надо же, я сейчас скупую мужскую слезу пущу. — Эта информация касается меня, я должен знать, что ты там увидел, — чуть настойчивее сказал Тэхен, направляясь к стулу. Альва усмехнулся и сел на кровать, вальяжно закидывая ногу на ногу. — Ответы ты получишь в Нингоре. — В Нингоре? — Север. Насколько я понял, Лендер и Чонгук, а также мой любимый братик, заинтересованы твоим происхождением. Можешь рассчитывать на их помощь. Тэхен погрузился в задумчивость. С одной стороны, он отчаянно нуждался в помощи, но с другой — жизненный опыт научил его не доверять первому встречному. Вспомнилось, как Чонгук прыгнул за ним в озеро, спасая от утопления. Он постоянно грозился что-нибудь ему переломать, но эти угрозы всегда оставались лишь словами… Хотя кое-что этот змеёныш все-таки ему сделал — и теперь ведьмак спать по ночам не мог. Вик внимательно следил за лицом Тэхена. Он не знал, о чем тот думает, но по выражению его глаз понял, что мысли эти не из приятных. — Интересно, — задумчиво протянул Альва. Тэхен вздрогнул. — Что? — Меня никто не спрашивал, но я дам совет. Прими помощь семьи Чон и моего брата. Хоть я от них и не в восторге, но они, по крайней мере, не сделают тебе зла. Они не станут тебя мучить. Попадёшь в другое место… Там тебя просто иссушат, вытянут все силы и убьют, когда перестанешь приносить пользу. С ведьмаками всегда так. Все это Альва произнес обыденным тоном, ничуть не изменившись в лице, словно подобное обращение с живым существом было в порядке вещей… — Кто-то должен был с тобой об этом поговорить. Раз уж я взял на себя бремя быть злодеем, то буду нести его до конца. «Ты скорее играешь роль конченного придурка», — подумал Тэхен, но вслух сказал: — Спасибо. Вик кивнул и встал. — Ты Хосока сегодня не видел? Тэхен отрицательно покачал головой и добавил: — Вчера он был расстроен. Я не знаю, как тебе удается вывести из себя даже его… Но поделись мудростью. Мне нужно кое-кому отомстить… Вик смягчился и даже улыбнулся. — Твои ведьмовские качества сделают все за тебя, не переживай. Мне даже немного жаль Чонгука… Тэхен задохнулся от возмущения: — Что?! — У ведьм не бывает легкого характера. По маман своей знаю, она та еще… — не зная, как бы смягчить слово, но так и не найдя подходящего выражения, Альва махнул рукой. — Как можно говорить так про свою маму?! — еще больше возмутился Тэхен. — Ой да брось, она не обидится! — отмахнулся Альва. — Мудак! — Знаю, — согласился Вик, вставая с места и беря книгу с тумбы. — Рад был пообщаться, ведьмочка, но мне пора. Из ноздрей Тэхена чуть ли не повалил пар. Потеряв дар речи, он лишь следил за тем, как Вик, усмехаясь, направился к двери и вышел из палаты. За дверью послышался его хохот и удаляющиеся шаги. *** Тэхен нашел целительницу в ее кабинете. Постучавшись, он вошел в светлый и просторный кабинет, в котором пахло душистыми травами, в основном мятой. Вэлери подняла глаза и улыбнулась ему: — Привет. — Не помешал? — Нет, что ты хотел? — Целительница отложила бумаги, которые рассматривала. — Мне нужен Чонгук, — сказал рыжеволосый. Вэлери весело вскинула бровь. — Соскучился? — Жить без него не могу, — саркастично ответил Тэхен. — Мне нужно в Нингор. Вэлери напряглась и настороженно спросила: — Нингор? — Да, Вик сказал, что я там найду ответы на свои вопросы. Окончательно растеряв рабочее настроение, Вэлери поднялась и сняла целительский халат. — Пошли. — Куда? — Пойдем к Чонам в гости, вам давно пора поговорить. Выйдя из лечебницы, они неторопливо миновали двор и вышли за ворота. За ними лес шумел жизнью, и пасмурная погода ничуть не мешала его обитателям. Тэхен наблюдал за мужчинами и женщинами в ярких нарядах, спешащими по своим делам. Сколь бы магическим ни казался этот мир, жизнь здесь текла по законам обычных деревень. Отличались лишь животные. Новое лицо – Тэхен – не могло не вызвать интереса. Многие оборачивались им вслед, с любопытством разглядывая рыжеволосого ведьмака. Ему было не по себе от цепких взглядов, но целительница шла совершенно спокойно, словно не замечая всеобщего любопытства. — Кого я вижу… — елейный голос раздался у них за спиной. Тэхен обернулся, чтобы увидеть говорившего, а Вэлери заметно напряглась. Парень со светлыми, короткими волосами, чье лицо искажала неприятная усмешка, приблизился к ним, язвительно протягивая: — Ты наконец-то заинтересовала кого-то, кроме своих трав? Вэлери одарила Рояла взглядом, полным презрения. Пару лет назад этот нахал просил ее руки, но получил решительный отказ. Однажды он попытался утащить ее силой, но тогда получил жестокую отповедь от Бины. С тех пор этот подонок, движимый злобой, распускал о ней грязные слухи, всячески досаждая и очерняя ее имя. Исчезновение Бины окончательно развязало ему язык и руки. — Тэхен, пошли! — немного резко сказала целительница, беря ведьмака за локоть. — Не так быстро, — Роял преградил им путь. Он внимательно осмотрел Тэхена и протянул: — И что ты нашла в этом… — Роял сделал паузу, — смазливом мальчике? Ведьмак с недовольством взглянул на мужчину. Тот был заметно старше их обоих. — Посмотрите-ка, мальчик злится… Роял подошел к Тэхену вплотную, внимательно рассматривая его, и спросил: — Скажи, чем ты её зацепил? Потащил уже в свою постель? Она того стоит? — Тебе лучше отойти от них, пока я ещё в благодушном настроении. Чонгук шел по своим делам, когда его взгляд зацепила знакомая рыжая макушка. Роял — Чонгук был уверен, что это он — стоял вплотную к Тэхену. Что-то щелкнуло в голове у Чонгука, и его внутренняя сущность, Амори, перестала сдерживаться. Этот голос — от которого по телу Тэхена пробегали мурашки — вызывал столько противоречивых эмоций, что он одновременно хотел его услышать и убежать как можно дальше… Чонгук, облаченный во все черное, выглядел как само воплощение смерти. Выражение его лица вселяло неподдельный ужас. Все, кто был на главной улице, застыли, с интересом наблюдая за разыгравшейся сценой. Роял напрягся, но не двинулся с места. Чонгук усмехнулся и стал подходить… Вэлери и Тэхен переглянулись, их взгляды, обращенные к Альве, кричали: "Ты что, придурок? Беги!" Но этот самоубийца стоял, не сводя глаз с Амори, и даже не думал отходить от Тэхена. Чонгук подошел, решительно оттесняя Альву от целительницы и ведьмака, и бросил на него угрожающий взгляд. — Чтобы я больше и тени твоей не видел рядом с нашей целительницей, и особенно рядом с ним, — отчеканил Чонгук, указывая на Тэхена. — Всем говорю, не только Роялу: один неверный шаг в его сторону, и будете иметь дело со мной. Тэхен забыл, как дышать. «Что это, черт возьми, было?» — недоуменно посмотрел он на Чонгука. Чонгук почувствовал, что сказал лишнего, но был слишком зол, чтобы здраво рассуждать. Он не понимал, что чувствует к этому рыжему парню, но для собственного спокойствия не хотел, чтобы к нему подходили. Ему нужно было время, чтобы во всем разобраться. Тэхен с Вэлери непонимающе переглянулись и молча отвели глаза. Вокруг начали шушукаться. Роял посмотрел на ведьмака, словно увидел его впервые, оценивающе анализируя услышанное. — Вы оба идите вперёд, — почти приказал Чонгук. — А ты, Роял, либо образумишься, либо я выгоню тебя отсюда к Банши, будешь наслаждаться пением «прекрасных» созданий. С этими словами Чонгук отвернулся от Альвы и нагнал остальных. — Вэлери, — укоризненно позвал он. — Я давно его не видела, откуда мне было знать, что Роял еще не успокоился, — с досадой ответила целительница. — Куда направляетесь? — спросил Чонгук. — Мы шли к вам домой. Наш снежный принц поговорил сегодня с Амином, и тот сообщил ему место, где он найдет ответы о своем происхождении. Амори посмотрел на ведьмака и поймал его взгляд, прежде чем Тэхен стушевался. Чонгук усмехнулся: у него созрел план мести, которая будет приятна для него и не менее приятна для Тэхена. Сосредоточившись, он мысленно отправил Тэхену видение… Неопытный ведьмак был слаб перед ним и не мог ментально защититься. Глаза его остекленели… Перед глазами возник потолок. Он лежал в темноте, на огромной чёрной кровати с балдахином. Ему и слова не дали сказать — над ним навис силуэт, жадно впивавшийся в губы. Язык смело и бесцеремонно проник в его рот, и Тэхен, не выдержав, поддался напору, отдаваясь искушению. Голова закружилась, сердце забилось быстрее, мысли куда-то улетучились, оставляя желанную пустоту. Тэхен не мог сказать, сам ли он чувствовал эти эмоции, или же их на него навели. Руки блуждали по его телу, очерчивая изгибы, плавно скользя по бёдрам, поднимаясь к талии, чуть сжимая… Только ведьмак расслабился и начал наслаждаться, видение растаяло… Тэхен чуть не свалился, поскользнувшись о камень. Чудом устояв на ногах, он в замешательстве посмотрел на Чонгука. Амори наблюдал за ним все это время, жадно ловя малейшие эмоции на лице: мурашки, покрасневшие щеки и сбившееся дыхание. Тэхен выглядел притягательно и невинно. Вэлери, заметив пристальный взгляд, направленный на ведьмака, пихнула Амори локтем. Тот злорадно улыбнулся. Ведьмак очень порадовался, что ему сегодня принесли рубаху и штаны посвободнее. Не хотелось выдавать свое возбуждение. — Тэхен, ты в порядке? — Вэлери мягко положила руку на его плечо. Чонгук пристально посмотрел на её руку, и что-то внутри него вскипело от этого невинного прикосновения. Тэхену не хотелось, чтобы целительница что-то заподозрила. Он поспешно постарался взять себя в руки и, сменив тему, спросил: — Как мне добраться до Нингора? — Ты и вправду думаешь, что выживешь здесь один? — спросил Чонгук, глядя на него. — Если мне никто не согласится помочь, я пойду один! — И сдохнешь по дороге от холода, или тебя просто съедят дикие ищейки. — Тебе обязательно вечно язвить? — А тебе обязательно нести чушь? — Как же ты мне надоел! Мне ничего от тебя не нужно, иди к черту! — выпалил Тэхен. С этими словами он резко развернулся и пошёл куда глаза глядят. — Зачем ты с ним так? — зло спросила Вэлери. — Он же совсем один в нашем мире, ему и так тяжело. — Будешь учить своих учениц уму-разуму, с ним я разберусь сам, — хладно ответил Амори. — А кто он тебе? — вздернув бровь, спросила Альва. — Это уже мое дело. Распорядись, чтобы ужин был готов к нашему приходу. — Чонгук, не нужно, оставь его! — воскликнула Вэлери. Амори посмотрел на девушку и, не терпя возражений, сказал коротко: — Ужин, Вэлери. Он последовал за Тэхеном. — Они когда-нибудь поубивают друг друга? — вздохнула целительница и, глядя вслед Амори, пошла к дому Чонов одна. Тэхен, не обращая внимания ни на кого, шел со стиснутыми зубами, будто извергал огонь. — Ненавижу! — вырвалось у него сквозь зубы. — Ты можешь придумать что‑то новое? — раздался насмешливый голос. Тэхен обернулся и увидел Амори. — Ты! — прошипел он. — Единственный и неповторимый, — усмехнулся тот, везде ощущался его язвительный тон. — Да что ты от меня хочешь? — Тэхён почти захлёбывался от злости. — Я уже открыл тебе все свои карты, — сказал Чонгук, не скрывая иронии. — Иди к своему банши со своими картами, — выпалил Тэхен. — Зубки прорезались, — усмехнулся Чонгук. Тэхен, проигнорировав колкость, в гневе еще прибавил шагу. Терпение Чонгука было не безгранично; скоро он не выдержал. — И куда ты идёшь? — спросил он. — Подальше от тебя! — отрезал Тэхен. — Не получится. Ты же хочешь в Нингор, — легко заметил Амори. Эта шпилька попала в цель. Тэхен остановился, нахмурился и, скрестив руки на груди, повернулся к нему. В этом взгляде Чонгук вдруг вспомнил дедов рассказ. « Когда Веста заметила, что не одна, она сразу повернулась в мою сторону. Я застыл и не мог оторвать от неё взгляда. В ту же секунду столько эмоций нахлынуло — я интуитивно почувствовал, что она моя половинка. Внешность, тело, лицо, даже голос… хотя в тот день она со мной не говорила. Потом же… уверяю тебя, всё. Абсолютно всё в ней будто создано по нашему желанию.» Чонгук не отводил взгляда от Тэхена. Рыжие кудрявые волосы обрамляли лицо; густые брови и коньячные глаза с невинным, почти потерянным выражением кружили ему голову. Кожа тёплого песочного оттенка блестела под солнцем, губы чуть пухлые, вишнёвая дымка на них делала образ ещё живее. Дед был прав: Тэхен притягивал его всем — внешностью, манерой, даже невыносимым характером. Амори никогда не думал, что его пара окажется парнем. Не знал, что с этим делать, но сопротивляться было уже невозможно. Эмоции давили, безделье только разжигало всё внутри. — Потом будешь устраивать истерики, — проговорил Амори, мягче, — пошли уже. Ты хотел поговорить — по дороге и поговорим. С этими словами Чонгук развернулся и решительно зашагал в сторону поместья. Тэхен почувствовал себя неуютно под его пристальным взглядом, который, казалось, прожигал насквозь. Внутри него поднялись смутные, тревожные отголоски чего-то, не дававшие покоя. Но то ли желание узнать, что будет дальше, то ли смутная надежда на возможность сбежать в любой момент, заставили его последовать за Амори. — Эй, ты! Подожди! — крикнул Тэхен, пытаясь догнать. — Шевелись, ведьмочка, — беззлобно бросил Амори через плечо. — Засранец! — Не испытывай мое терпение. — Деспот! — Кажется, ты напрашиваешьcя, — резко обернувшись, произнес Чонгук. Они чуть не столкнулись лбами, так близко стояли друг к другу. Ведьмак поднял взгляд на его лицо. Его взор скользнул по пронзительным зелёным глазам, по высоким скулам, по родинке под нижней губой и, наконец, по самим губам. Одна деталь не портила его, но добавляла возраста: складка на лбу, выдававшая Чонгука, словно он постоянно хмурился. Тэхену вдруг захотелось разгладить её. Не в силах сдержать порыв, Тэхен осторожно коснулся кончиками пальцев этой складки, пытаясь её разгладить. От этого лёгкого прикосновения хищные зелёные глаза Чонгука округлились, а по его телу пробежала волна электрического разряда, острая, как молния. Их взгляды сцепились, не отрываясь, не моргая. В этой близости, когда каждое дыхание ощущалось на коже, контроль над чувствами был почти невозможен. Кричащий, отчаянный взгляд Амори скользнул с глаз Тэхена на его губы. Во взгляде умещалось всё, что не удавалось уместить в слова и жесты. Несмотря на то, что нечто внутри Тэхена отчаянно тянулось навстречу, ведьмак собрал всю свою волю в кулак и мягко отстранился, разрывая напряжённый зрительный контакт. — Нам нужно идти, нас заждались. Чонгук тяжело выдохнул, его лёгкие горели. Он смотрел вслед удаляющемуся ведьмаку, чувствуя, как каждая клеточка его существа отчаянно сопротивляется этой разлуке. — Это проклятие какое-то, — обречённо произнёс Амори, зашагав следом. *** *** Вэлери вышла на крыльцо, где Лендер уже сидел, покуривая любимой трубкой. Поместье Чонов, в отличие от многих других, всегда отличалось особым уютом. Вот и здесь, на просторном крыльце, стояли два плетеных кресла и столик с вазой фруктов. Высокие деревья, раскинувшие кроны над домом, дарили прохладу, скрывая владельцев от палящего солнца. — Доченька, — тепло произнёс старик, протягивая к ней руку. Вэлери улыбнулась, садясь в соседнее кресло. — Как там наш юный ведьмак? — Он уже в порядке, скоро должен прийти сюда с Чонгуком. Лендер поперхнулся дымом, заходясь в кашле. — Что? — Мы по дороге встретили Рояла. Чонгук нас спас, а потом... потом он так вывел Амина из себя, что тот просто развернулся и ушёл. Чонгук, конечно, отправился следом. Откашлявшись, Лендер подался вперёд, осыпая её вопросами: — А куда они пошли? — Не знаю, — ответила Вэлери. — Хоть бы не поубивали друг друга. — Чонгук ему ничего не сделает, не бойся. — Откуда такая уверенность? Лендер хитро посмотрел на Вэлери, загадочно улыбаясь. — Он велел накрыть стол к их приходу, — произнёс старик. Лендер, довольный, даже сияющий от радости, громко позвал: — Зено! Гоблин появился и почтительно сказал: — Хозяин. — Ужин на четверых, на заднем дворе. — Да, господин, — и гоблин бесшумно растворился в воздухе. — А что хотел Роял? Он опять тебя обижает? Целительница устало вздохнула. — Красота — страшная сила и, увы, она притягивает неприятности. Поэтому мне очень хочется, чтобы рядом с тобой был защитник. Ты уже столько лет отвергаешь всех, кто просит твоей руки. Так не может продолжаться вечно. Всем нужна любовь, даже тем, кто её отвергает. — Всё-то ты знаешь, дедушка Лендер, — улыбнулась целительница. — Уж побольше вас, молодых, — ответил старик, выпуская колечко дыма. *** *** Вернувшись в поместье, Вик сразу направился искать Хосока. Поместье Минов поражало сдержанной элегантностью. Белые стены, огромные окна, позолоченные перила и дверные ручки создавали ощущение прохладной роскоши. Гостиную украшала исполинская люстра из горных кристаллов, сверкающая, словно замерзший водопад, и превращающая помещение в настоящее ледяное царство. Рядом с массивным камином лежал огромный ковер из шкуры белого медведя. Стеклянный стол на тонких ножках и металлические стулья завершали этот строгий, но изысканный интерьер. Поднявшись по лестнице на второй этаж, Вик направился прямиком в комнату Хосока. Он хотел войти без стука, но Альва одёрнул себя, заставив постучать. Дверь отворилась, и Хосок предстал перед ним: волосы растрёпаны, глаза заспаны. — Входи, — произнес эльф, явно удивленный его учтивостью. Вик вошел в комнату и огляделся. Это была обычная гостевая, с такими же белыми стенами, кроватью с позолоченной спинкой, украшенной узором звезды, большим шкафом, прикроватной тумбочкой и тускло мерцающим магическим светильником. Стула не было, поэтому Альва откинул одеяло и опустился на край кровати. Хосок стоял, прислонившись к стене, и ждал... — Я вел себя как последний мерзавец. — Что? — нервно выдохнул эльф, явно не ожидавший услышать подобное от Вика. — Я вел себя с тобой ужасно, как последний эгоист. Прости меня! Эльф молчал, настороженно не сводя глаз с Альвы. Вик посмотрел на него и горько усмехнулся. Он довел Хосока до такого состояния, что тот теперь искал подвох в каждом его слове. Ссора с Юнги отрезвила его сильнее, чем что-либо прежде. После ухода Вэлери Альва долго размышлял, и пришел к неутешительному выводу: он был виноват перед Хосоком. — Я пришел сказать, что больше не прикоснусь к тебе против твоей воли. Хосок потерял дар речи. Неужели он только что услышал это от Вика? Неужели тот... отпустит его? — Я тебя не отпущу, — резко бросил Вик, тут же смягчаясь. — Ты мое единственное родное существо. Я не могу отпустить тебя, даже если ты меня ненавидишь. С этими словами Альва резко встал и стремительно покинул комнату, оставив дверь распахнутой. Хосок, поддавшись импульсу, закрыл за ним дверь. Затем он взял полотенце, свежие вещи и направился в душ. Разочарование от того, что Вик не отпустит его, никуда не исчезло, но слова о том, что он больше не прикоснется к нему, послужили настоящим бальзамом для души. Он мог наконец-то выдохнуть. Хоть и ненадолго. *** *** Всю оставшуюся дорогу они шли в молчании. Тэхен был смущен своим порывом, а Чонгук погружен в тяжесть осознания. После стычки на главной улице на них оглядывались с еще большим интересом, чем обычно. Добравшись до поместья, Амори галантно пропустил его вперёд, чем смутил Тэхена еще сильнее. Сделав первый шаг на территорию, Тэхен завороженно застыл. То, что открылось его взору, было не просто двором, а настоящим райским садом. Повсюду цвели цветы, зеленели деревья, а черные лозы винограда оплетали перила и столбики крыльца. — Чего застыл? Топай давай! — раздался голос сзади. Тэхен закатил глаза, но послушно двинулся вперёд, не переставая восхищаться. За столом весело болтали Вэлери и Лендер. — Привет, не… — Лендер осёкся под пристальным взглядом Чонгука. — Амин. Тэхен с подозрением взглянул сначала на старика, потом на Чонгука и поздоровался: — Здравствуйте. У вас очень красивый двор. — Наконец-то хоть один ценитель красоты в этом доме! — Лендер метнул шпильку в сторону Чонгука. Чонгук сделал вид, что не слышит, и без лишних слов вошёл в дом. Тэхен с легкой тоской посмотрел ему вслед. Хотя здесь была Вэлери, дедушка Чонгука все равно его смущал. Лендер одаривал его очень уж подозрительным взглядом. — Что ж, раз все в сборе, Вэлери, дочка, покажи Амину, где можно умыться, и выходите на задний двор. — Пошли, — Вэлери улыбнулась и взяла его за руку. Они зашли в дом, и ведьмак отметил уют просторного поместья. В прошлый раз он очнулся сразу в комнате и не видел всего дома. Гостиная, выдержанная в теплых бежевых тонах, была преимущественно отделана дорогим деревом. В центре стоял массивный коричневый стол, украшенный цветами. Рядом, на пушистом красном ковре, расположились огромный диван и кресла. Слева вверх уходила огромная лестница, ведущая на второй этаж. Справа, ближе к столу, располагался отдельный бар с алкоголем, а пол из тёмно-коричневого дерева сверкал чистотой. Duncan Laurence- Arcade Стены украшали магические светильники и картины. На одной из них был изображён Лендер в молодости — очень симпатичный мужчина с озорным взглядом. На следующей картине была изображена пара: мужчина с темными длинными волосами, поразительно напоминающий Чонгука, и женщина с каштановыми волосами и темно-зелеными глазами. У Чонгука были такие же глаза, как и у нее — дерзкие, хищные, притягивающие… — Мой сын и невестка, — послышалось за спиной. Лендер с грустью подошёл к картине. — У вас очень красивая невестка, — восхищённо произнёс Тэхен, рассматривая женщину. — Лорин была украшением нашего дома, самой лучшей и самой любящей. Адриан, мой сын, очень любил её. Она была его парой. — Парой? — Тэхен удивлённо взглянул на Лендера. — Мы, Амори, непростой народ, — Лендер грустно улыбнулся. — У нас есть пара, предназначенная нам. — Это же чудесно — знать, что у тебя есть пара! — Многие Амори, к сожалению, так и не встречают свою пару. Многие женятся, но истинные чувства пробуждаются только с тем, кто предназначен. Найти свою истинную пару — большая редкость для нас. — А где они? — Кто? — спросил старик. — Родители Чонгука. Лендер окончательно погрустнел, и Тэхену стало не по себе. — Они пропали без вести много лет назад. Чонгука вырастил и воспитал я один. Тэхен перевёл взгляд на следующую картину. На ней были изображены та же женщина и мужчина, а между ними — маленький черноволосый мальчик. Он надуто смотрел на отца, в то время как женщина счастливо улыбалась. Ведьмак улыбнулся: оказывается, Чонгук с детства был таким. Разговаривая с Лендером, он не сразу заметил фигуру Чонгука, которая молча следила за ним из дверного проёма. Позволив Тэхену ещё немного полюбоваться, Чонгук наконец произнёс: — Это всё, конечно, очень мило, но пошли уже ужинать, — произнёс он и поплёлся на задний двор. Вэлери последовала его примеру. — Амин, не обращай внимания на его колкий характер, — сказал Лендер с доброй улыбкой. — Он всегда был таким, почти никого к себе не подпускает. Ведьмак снова взглянул на картину с хмурым мальчиком... Оказывается, Чонгук тоже рос без родителей. У них, оказывается, было больше общего, чем он думал... — Пошли, ужин остынет. — Мне нужно помыть руки, — сказал Тэхен. — Я так и не добрался до ванной. — В саду тоже есть летний умывальник, там и помоешь. Тэхен в последний раз окинул взглядом картину и пошел за Лендером. Миновав недлинный коридор, они вышли во двор через заднюю дверь. Помыв руки, Тэхен направился к столу. Ужинать в таком прекрасном месте было просто мечтой. Будь у него такой дом, он всегда бы так ужинал. Чонгук молча откинулся на спинку стула, пока Вэлери и Лендер оживленно обсуждали дела лечебницы. На небольшом квадратном столике стояло столько еды, что у Тэхена глаза разбежались: стейк средней прожарки, шашлык из птицы, салат из помидоров и огурцов, и еще один – только из зеленых листьев. Из чистого любопытства он положил себе немного на тарелку, не замечая, что все за ним наблюдают. Взяв обычную вилку, он попробовал и зажмурился… Салат оказался кислым и немного горьким. С трудом проглотив то, что было у него во рту, Тэхен без зазрения совести схватил бокал Чонгука с вином и сделал внушительный глоток. Лендер и Вэлери начали хохотать, Чонгук тоже рассмеялся. Тэхен и сам улыбнулся. — Какой же ты забавный, Тэхен, — немного успокоившись, сказала Вэлери. Дальше ведьмак не стал экспериментировать и ел только более или менее знакомые блюда. Ужин прошел вполне мирно и без происшествий. После ужина слуги все убрали и накрыли десертный стол. Принесли лимонад, пирожные, эклеры – все это пахло просто божественно. По просьбе Чонгука ему принесли кофе. Услышав про кофе, Тэхен тоже захотел – давно он не пил свой любимый напиток. Вэлери и Лендер предпочли чай. Уплетая сладости одну за другой, Тэхен услышал: — А у тебя не слипнется? — с интересом спросил Чонгук. — Нет, я не расположен к полноте. — Удивительно, — сказал Чонгук, сделав глоток своего кофе без сахара. Ведьмак же добавил в свой кофе еще две ложки сахара, чем вызвал кислую мину у Чонгука. Тэхен на это довольно улыбнулся, специально смакуя каждый глоток. Их маленькое состязание нарушил Лендер. — Амин. Тэхен посмотрел на него, давая понять, что слушает. — А Вик тебе больше ничего не сказал? — Нет. — Итак, что мы имеем из видения? Рыжую женщину, твое настоящее имя, север, а точнее – Нингор. Хорошо, что Вик сказал, куда конкретно нужно идти. Чонгук, узнай у Юнги, пойдет ли он с нами. Мне так будет спокойнее, и послезавтра можно будет отправиться в путь. Чонгук кивнул. — Дедушка Лендер! — Да, Вэлери? — Можно мне с вами? — Исключено! — отрезал Чонгук. — Ну пожалуйста, мне очень нужно пойти! — Зачем? — заинтересованно спросил Лендер. Вэлери потупила взгляд, но уверенно ответила: — Мне очень нужно пойти. Я не могу назвать причину, но мне нужно. Лендер внимательно посмотрел на целительницу. Она редко что-либо просила. — Дедушка, нет! — предвидя согласие Лендера, выпалил Чонгук. — Чонгук, у неё есть причины, она редко что-либо у нас просит. Чонгук, поджав губы, стал гипнотизировать стол. — Тогда решено, — подытожил Лендер. Тэхен обрадовался, что с ними будет Вэлери. Целительница сидела молча, погруженная в свои мысли, и перед её глазами встал давний разговор с Биной. У ведьмы было виденье и она наказала ей в будущем обязательно отправиться на Север.