a tenebris angulo anima mea

Дэрия появилась из портала, ведя за собой целую толпу ведьмочек. Чонгук и Вик ждали её. Среди них Вик заметил Нарин; она украдкой взглянула на него, затем быстро отвела взгляд. – Дэрия, добро пожаловать. Благодарю за содействие, – сухо поприветствовал Чонгук. – Благодарить будешь, когда переживём эту битву, – в тон ему ответила Дэрия, в её голосе звучала заметная тревога. – Кстати, ты изменился с нашей последней встречи, – пронзительно добавила она, глядя на Чонгука. Не желая усугублять состояние Чонгука, Вик взял на себя объяснение последних событий. – Хоть бы он ничего с ним не сделал, – обеспокоенно прошептала Дэрия. – Некроманты... они слишком опасны для ведьм. Глаза Чонгука вспыхнули тьмой, и он поспешно закрыл их, мысленно контролируя свой порыв ринуться на поиски в одиночку, без воинов. Вик укоризненно взглянул на Дэрию, и та, увидев напряжение на лице Чонгука, поняла, что натворила. Дальше до поместья Минов они шли в молчании. Все ведьмы были укутаны в чёрные накидки с капюшонами, и эта толпа выглядела одновременно опасно и загадочно. Жители, по приказу кланов, заперлись в домах, не смея высунуть и носа. Юнги, Хосок и Альваро ждали ведьм, чтобы создать защитный щит над лесом. Воины Амори были в доспехах из прочной стали, со сверкающими мечами и защитными амулетами с самоцветами, призванными сдерживать внезапные удары. Проводив ведьм, Вик и Чонгук, вместе с Химо и Редлом, немедленно отправились собирать свои войска. Затем им предстояло встретить воинов света у портала и выдвинуться в путь. Альваро пригласил ведьм войти. Поместье Минов встретило их со всем гостеприимством, подобающим столь важным гостям. Дэрия оценила тёплый приём и тепло улыбнулась Альваро, пожимая его руку. – Рад наконец-то лично познакомиться со столь могущественной ведьмой, – сделал комплимент Альваро. – Благодарю, но вы мне льстите. – Увы, лесть не в моих правилах. Слуги уже приготовили комнаты для вас. Можете расположиться, а мы будем ждать вас в рабочем кабинете. – Девочки, идите за слугами, они вас проведут, – выразительно взглянула на ведьм Дэрия, и когда толпа ведьм рассосалась, обернулась к Альваро: – Я пойду с вами, Альваро, если вы не против, дело не терпит отлагательств. – Благодарю. – Что вы, это мы вам благодарны. Минуя недлинный коридор, они зашли в светлый просторный кабинет Альваро. Дэрия, увидев Брока, одного из членов совета, заскрипела зубами, но уважительно кивнула, садясь за длинный стол. Она также кивнула Хосоку и Юнги, сидевшим по правую руку. Хосок и Альваро, до этого занятые обсуждением, тоже кивнули в знак приветствия. Брок неотрывно уставился на ведьму, не отводя глаз. Ведьма, в свою очередь, с презрением взглянула на него и отвернулась. Альваро сел на своё место и выразительно посмотрел на сына. – Спасибо, Дэрия, что согласились помочь, – начал Юнги. – Мы хотим обойтись без потерь, и щит, как мы надеемся, значительно уменьшит их число. – Я не зря привела своих лучших адепток. Мы проведём границу, вплетая в неё как можно больше заклинаний. – Мы с тобой займёмся щитом, а в это время Хосок и отец займутся Альвами. – Сначала мы проведём обряд, и только после накроем лес куполом. Обряд нужен, чтобы получить благословение матушки природы, которое, в свою очередь, будет восстанавливать духовную энергию. – Вечно у этих ведьм куча обрядов, – бросил шпильку Брок. – Потому что мы, в отличие от других, живём в гармонии с природой. Если на этом всё, я пойду потороплю своих ведьмочек. Альваро кивнул, и ведьма покинула кабинет. – Уважаемый Брок, почему вы к ней цепляетесь? В данный момент она ценная союзница. Держите свои отрицательные эмоции при себе, – одновременно с Хосоком поднялся Альваро. Юнги остановил Хосока за руку и попросил: – Будь осторожен, если понадобится помощь, отправь экстренный вызов. Hazy – manifest. – Ты тоже береги себя, – искренне попросил Хосок, прикрепляя лук к спине, и последовал за Альваро. Воинов света встречали при полном параде. Войска выстроились шеренгой, боясь даже дышать. Чонгук уже второй день пребывал в ужасном расположении духа, и все боялись хоть как-то вызвать его гнев. Амори не внушал ничего хорошего; он восседал на своей лошади с отстранённым видом. Лицо, лишённое всяких эмоций, с ярко пылающими зелёными глазами, он внимательно смотрел, как один за другим выходят воины в золотистых доспехах, которые светились чистой светлой магией. Вик старался без повода с ним не заговаривать; Амори его тоже откровенно пугал своим грозным видом. Редл и Химо разговаривали между собой, кидая взгляды в их сторону. – Я смотрю, они очень обеспокоены нашей осведомлённостью, – всё-таки заговорил с Чонгуком Вик. – Конечно, мы знаем про их скелеты, ещё бы они не тревожились, на кону их репутация. – Нам гораздо выгоднее иметь этот козырь в рукаве. – Думаю, они прекрасно это понимают. Когда войска выстроились, Редл громко сказал: – Некроманта оставить нам, у него союзники не благородные воины, которые будут сражаться с вами по правилам. Оставить все правила, убить их любой ценой. – Есть! – хором прокричали воины. Дальше они двинулись в путь под звуки стали и тысячи шагов. При выходе из леса серебристое сияние на небе привлекло их внимание. – Поторопимся, – разгоняя лошадь, сказал Редл. "Держись, мой солум, только держись", – смотря перед собой, мысленно повторял Амори. Дул холодный ветер, шёл мелкий дождь, но сердце его горело от желания мести. – Слишком тихо, не находите? – заметил Химо, его голос доносился до остальных с трудом. – Выставите щиты, у меня плохое предчувствие, – сухо прокричал Чонгук и стал оглядываться. Предчувствие его не обмануло: стоило им отдалиться от леса на километр, как земля рухнула, и из ям начали выскакивать вражеские воины, кто с чем. Их было огромное количество, и они неслись с криками, агрессивно размахивая топорами и граблями. Сразу было видно, что акцент был сделан именно на количество. – Что ж, – покрепче ухватился за свой меч Вик, – повеселимся. *Celtic woman – newgrange.* Ведьмы выстроились в круг после того, как Дэрия начертила пентаграмму на земле. – Rum de rum 'rud a derimo, – взывая к природе, с закрытыми глазами пела она, потом села на корточки, дотронувшись кончиками пальцев до земли. Зелёное свечение охватило её, и пентаграмма начала наливаться силой. Вспыхнули символы, со всех сторон круга магия ведьм тонкой нитью устремилась к главной. Аура ведьмы начала светиться слепящим светом, так что невозможно было смотреть. Она поднялась и начала собирать всю магию, концентрируя её в руках. Получив кивок, Юнги зашёл в круг и, закрывая глаза, направил всю свою магию, так же концентрируя её в руках. Ведьма открыла глаза и, сделав пасс рукой, прошептала: – Unio duorum elementorum. Юнги повторил за ней. Зелёные и серебристые сгустки, скручиваясь спиралью, устремились наверх, и в воздухе начала образовываться полупрозрачная серая плёнка, которая стремительно росла и растягивалась по всему лесу. Ведьмы подняли руки и устремили их к верху, питая щит своей магией; то там, то здесь вспыхивали зелёные всполохи. Весь лес оживился, даже деревья, казалось, прониклись духом и были готовы сражаться до конца. Альваро и Хосок заметили сияние и увидели щит, накрывающий их от внешнего мира, и начали строить Альвов по разработанной стратегии. Разделяя по отрядам, они распределили воинов по периметру леса. Дэрия принесла с собой им амулеты с отводом глаз в качестве благодарности, и стоило отряду отойти от них, как они терялись из виду. Сам Хосок и Альваро решили держаться вместе, чтобы прикрывать друг другу спину. *** *** Разносились странные, ни на что не похожие вопли. Противники были не искусны в боях, поэтому одолеть их было не так уж и сложно, но их количество впечатляло. Они просто нападали, беспорядочно размахивая бесполезными кусками металла, которые сложно было назвать оружием. Чонгук агрессивно зарычал и кинулся в атаку, за ним ринулись Вик и остальные. Две стороны сошлись в бою. Воины света быстро убирали их с пути, но даже они не справлялись с этим роем нападающих. Каждый убитый враг лишь на мгновение создавал просвет в этой живой стене, который тут же заполнялся новыми, безумными лицами. Сталь звенела, воздух наполнился криками и запахом крови, но конца этому потоку не было видно. Редл и Химо, сражаясь спина к спине, рубили направо и налево, их мечи мелькали быстрее, чем глаз мог уследить, но и они чувствовали, как силы постепенно покидают их. Амори, словно заточённый зверь, двигался по полю боя, его зелёные глаза искали среди хаоса одну-единственную цель, не обращая внимания на тех, кто пытался встать у него на пути, оставляя за собой лишь кровавый след. Войска Амори двигались быстро, хищно, с холодной решимостью подавляя, отбиваясь и сокрушая врагов. Уклонившись от очередного удара, Вик парировал выпад эльфа, который, к удивлению, весьма сносно владел мечом. Чонгук, сделав стремительный выпад снизу вверх, с огромной скоростью ответил на атаку, перерезав противнику горло. Тот, захлёбываясь кровью, рухнул на землю. – Чонгук, осторожно! – услышал он голос Вика, и в следующую секунду сам Вик оказался за спиной противника, пронзив его лезвием ножа. Шла жестокая бойня. Поле боя превратилось в кровавое озеро из павших тел. Чонгук стоял с кровавыми следами на лице и одежде, тяжело переводя дух. Редл, посмотрев на свою мантию, грязно выругался: – Жаль, сейчас неуместно поглощать энергию. Я бы так насладился этим. – Вечно ты только об одном думаешь, Редл, – язвительно заметил Химо. Вик устало взобрался на коня. Остальные последовали его примеру. Они и так потеряли слишком много времени. *** На лес тоже обрушился огромный поток врагов. Щит прекрасно сдерживал противников, однако те не сдавались. Хосок и Альваро стояли на высокой скале, наблюдая за происходящим. В воздухе парила какая-то отчаянная мелодия. Война всегда поглощает всё самое лучшее в жизни: радость, счастье, эмоции, человечность, а оставляет за собой лишь горстку пепла из горечи, скорби и боли, поломанные судьбы и искалеченные тела. – Думаешь, щит выдержит? – спросил Альваро, глядя на врагов. – На некоторое время, да. Магический потенциал щита маловат, но и среди них есть сильные маги. По количеству они нас превышают, – оценил Хосок. – Меня не оставляет ощущение, что всё идёт неправильно. – О чём ты? – повернулся к нему Хосок. – Это жалкое пушечное мясо. Мне кажется, сам некромант не пойдёт на нас войной – это отвлекающий манёвр, но от чего? – Думаешь, нас так отвлекают? Альваро кивнул и, поворачиваясь к Хосоку, сказал: – Ему не нужен этот лес. Того, кто был ему нужен, он получил. – Ты про Тэхена? – недоумённо спросил Хосок. Альваро кивнул. – Но зачем ему Тэхен? – Амина окружает так много тайн, что я затрудняюсь даже предположить, зачем он ему нужен. – Будем надеяться, Чонгук и остальные смогут с ним разобраться. – Дай Бог, сынок, дай Бог. *** *** Когда дверь камеры открылась и вошла Бина, она удивлённо ахнула, увидев хранителя. Тэхен бросился к ней и начал судорожно говорить: – Они не просыпаются! Я всё делал по указаниям хранителя, но вот уже прошло несколько часов, а они всё не приходят в себя. – Амин, успокойся. Они были погружены в сон шестнадцать лет, не так-то легко выйти из этого состояния. Тебя ждёт Корвус, – с дрожащим голосом сказала Бина. – Зачем? – испуганно посмотрел на неё ведьмак. – Не знаю, Амин. Я очень хочу помочь, но эта штука, – она указала на ошейник, – сдерживает всю мою магию, да и во мне её мало осталось, – с грустью погладила Бина Тэхена по голове. – Она говорит правду. Как хранитель, я вижу состояние её духа: она очень слаба, – с сожалением произнёс Анимус. – Пошли, пока он сюда не пришёл, – взяла его за руку ведьма. – Он не должен знать о том, что ты освободил их от магического сна. Тэхен еле сдерживался, чтобы не впасть в отчаяние. – Анимус, ты будешь со мной? – повернулся в сторону хранителя ведьмак. – Буду, не переживай. – С этими словами хранитель начал уменьшаться и, превратившись в серебряную змею, заскользил по Тэхену. Наконец, добравшись до его уха, он устроился на нём, как кафф, полностью прикрывая левое ухо. – А если он заметит? – Это навряд ли, он чернокнижник, не видят они светлую магию. Тэхен, немного приободрённый тем, что хранитель был с ним, пошёл за Биной. Шли молча. Корвус ждал их на улице, смотря в одну ему известную сторону. Когда Бина и Тэхен подошли, он даже не повернулся в их сторону. – Ну что, как семейное воссоединение? Тэхён и Бина переглянулись. Корвус повернулся к ним. — Знаете, есть свои плюсы в том, что все считают мою расу вымершей, — произнёс Корвус. — Я тщательно планировал, кого и зачем похищать. Давным-давно, когда я учился в Академии под прикрытием, у меня был близкий друг – Адриан. Мы были настолько близки, что я почти поверил в искренность некоторых существ. Но однажды он влюбился, встретил свою пару и забыл о существовании своего лучшего друга. Он посвящал всё своё время ей: они учились, гуляли, ходили вместе. Постепенно мы отдалились и перестали близко общаться. Потом они выпустились из Академии и поженились. Он прислал мне приглашение, но я не пошёл, потому что это был уже не тот друг, которого я знал; он словно ослеп от любви, перестав думать о чём-либо, кроме неё. Мы встретились спустя одиннадцать лет, — Корвус развернулся к ним, — они отдыхали, а я только начал строить планы мести. Эти двое удачно попались мне на пути. Я сидел с ними в таверне, общался и незаметно налил в их бокалы снотворное, пока они выбирали десерт для его ненаглядной беременной жены. — Она была беременна? — в ужасе спросил Тэхён. — Да, на раннем сроке. Адриан гордо сообщил мне о своём втором наследнике, — скривился некромант. — Ты чудовище, — презрительно посмотрела на Корвуса Бина. — У тебя был шанс, Бина, — Корвус подошёл вплотную и взял ведьму за подбородок, — сказать мне своё имя, но ты молчала. А жаль, мне редко кто нравится, но ты мне приглянулась. Ваше родство, — он кивнул в сторону Тэхёна, — для меня тоже не секрет. Я специально собрал вас всех для одного маленького ритуала. Нам не хватает ещё пары гостей; они скоро явятся, и мы завершим начатое. — Ты загубил столько невинных существ лишь из-за своей глупой мести! — вышла из себя Бина. — Подумаешь, друг влюбился и создал семью! Да, я не хотела марать своё имя, произнося твои слова. Ты просто похитил меня и превратил в ничто. Надеюсь, боги покарают тебя по заслугам. — У тебя чудесный голос, прелесть моя, — Корвус отошёл от Бины, улыбаясь, но глаза его оставались холодными, как сталь, — особенно сейчас, когда тебя обуяла ненависть. Но советую придержать свои дальнейшие слова, пока я тебе язык не вырвал, — он посмотрел так, что сомнений не осталось: он сделает. — Дело не только в мести семейству Чон, — усмехнулся некромант. — Тенебрис лишил меня всего. Теперь я уничтожу этот мир. Тэхён мысленно содрогнулся. — Ты психопат, — с ужасом протянул Тэхён. Корвус расхохотался и долго смеялся, чем напугал стоящих рядом Тэхёна и Бину. Потом он резко замолчал и выпрямился, глядя на них невменяемыми глазами. — Я хуже безумца! Твоя аура изменилась, она стала очень яркой, как когда-то у твоей бабки. Я очень рад таким изменениям: чем больше силы, тем больше пользы от ритуала. — И что это за ритуал, что для этого нужны мы? — О, всё просто. Я присвою магию всех вас себе, получу иммунитет перед всеми расами, сравняю этот мир с землёй и построю новый, который будет почитать меня как бога. — Твоё тело не осилит столько магии, тебя разорвёт на части, — с сомнением сказала Бина. — Прелесть моя, я всё продумал. Всё будет хорошо... для меня. После обряда я вас всех отпущу, если вы, конечно, выживете. Сначала задрожала земля, а потом послышались ржание и топот коней. Четверо всадников вели огромное войско, впереди всех скакал Чонгук. Тэхён, увидев своего любимого, чуть не бросился ему навстречу, но уверенность Корвуса была настолько непоколебимой, что ведьмак испугался за Амори. Всадники остановились перед Корвусом. Чонгук посмотрел на некроманта с яростью, его глаза метали молнии. Если бы взглядом можно было убить, Корвус был бы разорван на части. Некромант прошёлся по всадникам насмешливым взглядом и уверенно сообщил: — Не советую вам делать резких движений, — Корвус за долю секунды оказался за спиной Тэхёна, приставив к его горлу кинжал, лезвие которого сочилось ядом. — Одно движение – и он мёртв. Чонгук побледнел и с ненавистью, смешанной с отчаянием, произнёс: — Не двигаться! Тэхён со страхом посмотрел на приставленный к горлу кинжал и гулко сглотнул. — Теперь спуститесь с коней и сложите оружие на землю. Скрипя зубами, они выполнили его приказ. — Все! Бросайте оружие! — воскликнул Корвус. Едва приказ был выполнен, как из теней выскользнули чёрные силуэты, протягивая им блокирующие ошейники. Редл порывался напасть, но Чонгук глухо зарычал: — Не смей! Если Тэхён умрёт, я лично тебя убью. Редл со злостью сжал кулаки, но, повинуясь, застегнул ошейник. Некромант с насмешкой наблюдал, как пленники собственноручно надевают ошейники, и как на миг их силы покидают их, заставляя пошатнуться. — Прикажите воинам отступить! — скомандовал Корвус. — Войска, смирно, не предпринимать никаких действий, — отдал приказ Редл. — Чудесно, не правда ли? — шепнул на ушко Тэхёна Корвус. — Убери от него свои грязные руки, — прошипел Амори. Корвус усмехнулся и отпустил Тэхёна. Тот бросился к Чонгуку, который крепко обнял его, целуя в лоб, пока Тэхён прятал лицо у него на груди. — Разве не прелестно? — язвительно спросил Корвус. — Этот Амори пожертвовал бы жизнями своих людей в обмен на жизнь своей пары. Все Амори таковы: они готовы на что угодно, лишь бы их возлюбленный не пострадал. — Как по мне — это логично! — в тон ему ответил Вик. — Тебе самому выбирать, от чего умирать. — Это значит, что я умру в любом случае, поэтому сожалений никаких не испытываю. Корвус резко посмотрел на Вика и мило улыбнулся: — Какой умный Альва, редко таких встретишь. — Благодарю за комплимент, — издевательски поклонился Вик. — Наконец-то все в сборе. Жаль, гном не пришёл, но ничего — немногим больше, немногим меньше, это не имеет значения. —Прелесть, за мной, — Корвус отвернулся и направился к странному, сухому дереву. — Остальные тоже. И советую не делать глупостей, вы не в том положении, чтобы так рисковать». Чонгук нежно отодвинул Тэхёна за плечи, осмотрел его на предмет ранений и царапин. Ничего не обнаружив, облегчённо выдохнул. — Он не трогал тебя? — Нет, — обнимая Чонгука за талию, Тэхён с сожалением прошептал. — Прости, это я виноват во всём. — Не смей, Амин, ты не виноват, он бы всё равно отомстил. — Верно подмечено. Я рад, что ты в порядке, ведьмочка, — подошёл к ним Вик. Тэхён грустно улыбнулся, и они последовали за Корвусом. Остановившись у могучего, древнего дуба, Корвус резко притянул Бину к себе и начал выкачивать из неё последние силы. — Бабушка! — попытался ринуться к ней Тэхён, но Чонгук перехватил его поперёк живота и вжал в себя. — Оставь её, ты, чудовище! — вырывался как мог ведьмак. — Да отпусти ты меня! — рыкнул он на Чонгука, но тот с грустью смотрел на него и не отпускал. Насытившись, Корвус отпустил Бину, и та безвольно повалилась на песок. С глазами, чёрными, словно непроглядная тьма, Корвус повернулся к ним и посмотрел на Тэхёна. Его внутренний резерв требовал ещё ведьминской силы. — Он зависим, — в ступоре прошептал Вик. — Тэхён, тише, не привлекай его внимание. Было поздно. Некромант двигался, словно под действием дурманящего зелья. Он шёл на свет ауры ведьмака, с таким оскалом, что все напряглись. Чонгук отреагировал молниеносно и завёл Тэхёна за спину. Корвус усмехнулся и остановился перед ними. — Мне хватит всего нескольких прикосновений, чтобы выкачать твою силу и сломать тебе шею. Не советую испытывать моё терпение. С этими словами он подошёл к дубу и начал читать заклинание: — Tenebris copias, audite me, adunare, eorum magicam cum sanguine et transferam ad me! — Закрыв глаза, он сделал пасс рукой. Дерево окутал чёрный вихрь, и оно разгорелось синим огнём. Тэхён почувствовал, как кафф на ухе зашевелился и заполз к затылку. Когда на шее щёлкнул замок и ошейник ослаб, Тэхён прошептал Чонгуку: — Тут Анимус, он поможет с ошейником. Чонгук молча кивнул. Змея лёгким движением исчезла в воздухе, а в следующую секунду уже освободила Чонгука. Вик вздрогнул, когда почувствовал движение на шее, но, увидев знак от Чонгука, расслабился. Хранитель освободил всех и вернулся на ухо Тэхёна. Корвус повернулся, но не успел ничего предпринять: Чонгук врезал ему со словами: — Я сам с ним разберусь. Из ниоткуда возникли чёрные тени и напали на Амори. Химо и Редл кинулись на помощь Чонгуку, завязывая бой. В это же мгновение Вик подскочил к Тэхену, схватил его за плечи и резко потребовал: – Уничтожь алтарь! – Какой алтарь? – Дерево, Амин! – крикнул Вик, прежде чем самому броситься в гущу схватки. Чонгук и Корвус сцепились в яростной схватке. – Неплохо дерёшься, папаша научил? – издевательски прошипел Корвус, ловко уворачиваясь от удара. Чонгук зашипел, его глаза опасно вспыхнули. – Без своих некромантских безделушек ты вообще никто, – Корвус презрительно усмехнулся, – даже драться не умеешь! – Он резко ударил Амори коленом в живот. Тэхен подошёл к дереву, его сердце сжималось от отчаяния. Он простонал: – Как я уничтожу дерево, если не знаю как? Анимус зашипел ему прямо в ухо: – Хватит сопли разводить, дай гляну, – прошипел Анимус, заползая на шею ведьмака. – Демон. – Что? – с тревогой спросил ведьмак. – Нужно много силы, уверен, что справишься? – Должен! – Тогда закрой глаза и представь, как твоя сила проникает в дерево к самым корням. Ведьмак почувствовал, как мощный поток магии хлынул из него, впитываясь в дерево. Две тени метнулись к ним, но тут же отлетели, отброшенные невидимой преградой. Хранитель выставил магический щит, но поторопил Тэхена: – Мой щит долго не продержится, давай, сконцентрируйся! Альгиз на его шее раскалился, ведьмак вспотел, виски невыносимо сдавило. – Заклинание уничтожения, повторяй за мной: Tua radices habere siccavit, potestate mortuus est, destruentur! Тэхен повторил заклинание и почувствовал мощный скачок силы. Земля задрожала. Руны на дереве вспыхнули ослепительным светом, и оно загорелось. Ведьмак открыл глаза – привычный мир перед ним расплылся. Дерево пылало синим огнём, крупные ветки с треском падали, а земля под ногами покрылась глубокими трещинами. Тэхен попятился назад, но было поздно: почва под ним разверзлась. Тем временем Чонгук и Корвус бились не на жизнь, а на смерть. Некромант нанес Чонгуку точный удар кулаком в челюсть. Чонгук упал на спину, но мгновенно вскочил, сплюнув кровь. Его почерневшие глаза сузились, и он злобно усмехнулся. В следующую секунду перед глазами некроманта возникли сразу несколько образов Чонгука. Чонгук воздействовал на его мозг, внушая эти картины. Пока некромант в ярости сражался с фантомами, настоящий Чонгук обошел его со спины и резко пнул ногой. Корвус рухнул на живот. Чонгук, перевернув его на спину, оседлал некроманта и принялся изо всех сил бить по лицу. Корвус не сдавался: поймав момент, он ударил Чонгука головой в лицо и вырвался из захвата. Чонгук зашипел, схватившись за голову и отступая. Его глаза злобно сверкали, когда он внушил Корвусу, что на того нападают змеи. Некромант судорожно, даже немного напуганно, начал бить по ним мощными заклинаниями. Промахиваясь, он злобно рычал и атаковал еще интенсивнее. – Чонгук, не убивай его, он должен понести суд! – услышал Чонгук голос Редла, который запускал шаровые молнии в чёрную тень. Чонгук был в ярости, он до дрожи хотел добить этого сукиного сына, но пришлось сдержаться. Вик и остальные тем временем отбивались от теней, которые появлялись прямо из воздуха. Их нематериальный облик делал уничтожение почти невозможным. Змеи продолжали наступать на некроманта, а Чонгук еще и усиливал внушение, наполняя его чувством панического страха. Поглощенный иллюзиями, Корвус не мог сконцентрироваться и поставить блок на внушение. Тогда Чонгук, превратившись в змею – Амори, – смешался с остальными и начал подползать к нему. Некромант, словно обезумевший, рычал и бил заклинаниями по змеям; они мерещились ему повсюду, даже на собственном теле. Амори подполз вплотную и, собрав яд в клыках, одним мощным броском укусил Корвуса в ногу. Почувствовав резкую боль, Корвус повернулся в его сторону и ударил заклинанием, но сильнодействующий яд уже начал действовать. Тело пронзила невыносимая агония, и некромант, упав на землю, забился в конвульсиях. Чонгук почувствовал, как сильно задрожала земля, и мгновенно принял прежний облик. Из-за трещин на земле образовались огромные, зияющие ямы. Увидев уничтоженное дерево и ведьмака, отчаянно бегущего к Бине, Чонгук закричал: – Тэхён! Песок начал осыпаться вниз, утягивая за собой Бину прямиком в зияющую яму. Увидев это, Тэхен бросился к ведьме. Ведьмак падал, проваливался в сыпучий песок, но, еле передвигаясь на четвереньках, сумел доползти до края и схватить её за руку. Лежа на самом краю, он изо всех сил удерживал Бину, пытаясь не сорваться вместе с ней в бездну. – Амин! – кинулся к нему Чонгук, оставив окровавленного Корвуса, который забился в предсмертных конвульсиях. Тэхен видел, как Амори в ужасе бежит к нему, но не замечает надвигающуюся волну песка. Амори не помнил, как быстро мчался на помощь ведьмаку, лишь ощутил, как стихия окутала его. Песок взметнулся стеной, окутывая все вокруг. Чонгук инстинктивно закрыл лицо руками, но мир вокруг и так погрузился в непроглядную, удушливую мглу. Ничего не было видно, лишь слышался свист ветра и скрежет осыпающейся земли. — Амин! — как в бреду повторял Чонгук, шагая наугад сквозь бушующую пыль. Когда пелена начала оседать, Тэхена нигде не было. Чонгук бросился к огромной, зияющей трещине и заглянул вниз. Там, внизу, плескалась беспросветная тьма, а ведьмака не было видно. Редл, увидев умирающего Корвуса, принял быстрое решение. Некромант должен был предстать перед судом, и для этого его требовалось немедленно доставить в лечебницу при корпусе совета. Суд будет тайным, но он должен состояться, иначе как объяснить вмешательство воинов света? Вик подошёл к Чонгуку. Тот был в ужасном состоянии. Лицо покрывали раны и ссадины, с разбитой губы капала кровь. Его черные глаза, пустые и безжизненные, смотрели в самую бездну. Эмоции словно выгорели, оставив после себя лишь холодную пустоту. Вик сел рядом, тоже глядя вниз. Чонгук редко плакал, лишь дважды за всю свою жизнь: когда узнал о гибели родителей, и сейчас. Его лицо не выражало ничего, но из глаз то и дело срывались слезы, падая в пропасть. Редл подошел к ним: — Чонгук, я просил не убивать его. Корвуса я забираю с собой в лечебницу, пока он не умер. Суд состоится. Пришлю подмогу. Химо, помоги им чем сможешь. С этими словами сарин подошел к некроманту, и они растворились в портале. — Химо, проверь, пожалуйста, камеры заключенных, там должны быть мужчина с женщиной, — добавил Редл из портала, прежде чем тот окончательно закрылся. Эльф кивнул и направился в сторону клана. — Чонгук, мы его найдем, — Альва мягко сжала его плечо. Чонгук закрыл глаза и глухо ответил: — Я не чувствую отголосков его эмоций. Пустота. Вик замер. Внезапно в его голове пронеслась мысль, и он тут же ухватился за нее: — Хранитель! С ним же был хранитель! — Анимус, — прошептал Чонгук, поднимаясь. — Есть шанс, что он жив. Попробуем отыскать их. Они посмотрели вниз. Там плескалась тьма, но она не была пугающей. Скорее, она дарила странное спокойствие и слабую надежду. *** *** Аron wright – in the woods(slowed). Падение было долгим. У Тэхена в очередной раз перед глазами пронеслась вся жизнь, а затем он потерял сознание. Очнулся ведьмак на земле. Бина лежала рядом, по-прежнему не подавая признаков жизни. Он подполз к ней, проверяя пульс — очень слабый, едва различимый. Дышала она тоже тяжело, с хрипом. Тэхён огляделся по сторонам, и его охватило странное чувство дежавю. Пару месяцев назад он сидел в таком же темном месте, такой же испуганный, только в этот раз не один. Сверкнул голубой огонек, и перед Тэхеном возник хранитель, хмурый и серьезный. — Анимус, — всхлипнул Тэхен, — бабушка тяжело дышит. Хранитель провел рукой над ведьмой, пытаясь передать ей духовные силы, но тело Бины отвергало их. Анимус покачал головой. — Что? — с дрожащим голосом спросил Тэхен. — Ее резерв сожжен, тело не принимает магию. — Она... Она, что? — Умирает, — подтвердил Анимус. — Нет! — огрызнулся Тэхен, вскакивая. — Она не может умереть! Нет! — Мне жаль, — грустно ответил Анимус. — Бабушка... — горько плакал Тэхен, склонив голову к животу ведьмы. Он ждал чуда, надеялся, что она в любой момент откроет глаза, но этого не произошло. Потянувшись к ее руке, Тэхен почувствовал холод. Проверил — пульса не было. Проверил дыхание — ведьма не дышала. Тэхен в ужасе отпустил ее руки и зарыдал в голос. — Бабушка, пожалуйста, очнись! — сотрясаясь в рыданиях, просил ведьмак, закрывая лицо руками. Хранитель прошептал: — Requiescant in pace (Покойся с миром). И провел рукой в воздухе. Ведьма стала растворяться, превращаясь в миллион маленьких искорок. — Ego imprimo animam tuam in hoc phylacterium (Я запечатлеваю твою душу в этом амулете), — прозвучал голос Анимуса. В воздухе возник прозрачный восьмиконечный камень, и искорки устремились к нему, заполняя его сиянием. Когда душа полностью поместилась в кулон, Анимус сотворил цепь. Ведьмак ослаб и уже беззвучно ронял слезы. Хранитель подошел и надел амулет ему на шею. Тэхен вздрогнул и посмотрел на кулон, ощущая его тепло. – Ее душа очень слаба, но, если о ней позаботиться, когда-нибудь она переродится. Когда это случится, кулон исчезнет. – Спасибо, – с новой силой зарыдал Тэхен, прижимая к себе звезду. *** *** Химо нашел родителей Чонгука, а затем, отправив послание Вику, переместился в Дарк Хеджес. Вик просматривал послание, когда стоявший рядом Амори вдруг встревожился. – Что такое? – Амин... отголоски эмоций... Ему плохо, что-то случилось! – Чонгук начал нервно ходить туда-сюда. Вик смотрел на встревоженное лицо Амори и решился. – Двайна! – Думаешь, она придет? – Я же все-таки ее жрец. Богиня появилась, но была не в духе. – Я для тебя что, девушка на побегушках? – Нам нужно найти его, он разрушил алтарь, он не может там погибнуть, – настойчиво начал Вик. – Я уже жалею, что связалась с тобой. Это ты должен мне помочь, а не я. – Ну уж нетушки, моя дорогая, – язвительно протянул Вик. – Не поможешь мне – не получишь послушного жреца. Богиня устало закатила глаза. – Невыносимый! Она закрыла глаза и что-то тихо проговорила. – Он жив, и к нему можно попасть, но только одному из вас. При словах «жив» Чонгук наконец-то немного расслабился. – Я пойду, а ты переместишь меня обратно. Пресветлая не хотела помогать, тем более, что Корвус был выведен из игры, и ей предстояло разобраться с сестрой. С другой стороны, Альва был важен для ее пантеона, поэтому, чтобы не лишиться жреца, она решилась в последний раз пойти на уступки. – Я помогаю тебе в последний раз! – И Двайна, без предупреждения, запустила в него огромную искру. Альва провалился в портал, ругаясь на чем свет стоит. Истощенный Амори сел на ближайший камень, чтобы перевести дух. *** *** Вик провалился в черную бездну и, поднимаясь, буркнул: – Фурия небесная! И куда мне теперь? В ответ – молчание. Альва зажег огонек, и зеленый свет осветил пещеру. Ему не понравилось то, что он увидел: множество камер с заключенными в них скелетами. – Бывшая темница? – вслух удивился Альва. Темница оказалась огромной, наполненной скелетами. – Ну, конечно же, где еще некроманту обитать, как не над кладбищем, полным озлобленных мертвецов-скелетов, – прокомментировал вслух увиденное Вик. Напрягающая тишина царила вокруг. Альва рискнул и запустил еще два световых огонька, и тут же пожалел об этом. Когда темница осветилась, начались шорохи. Вик повернулся на звуки, но ничего не обнаружил и, решив не медлить, ускорил шаг. В это время у одного из скелетов начали двигаться пальцы... Шорохи продолжались, до Вика доносились странные звуки. Когда Альва решил повернуться во второй раз, его ждал неприятный сюрприз – ожившие скелеты. – Твою ж мать, – ругнулся Вик и рванул с места со всех ног. Костлявые оппоненты с клёкотом бросились за ним в погоню. – Да чтоб вас банши побрал! Только вас мне для полного счастья не хватало, – застонал Вик, запуская в скелетов пульсары. Петляя по извилистым коридорам темницы, он все бежал и бежал, пытаясь оторваться от неупокоенных мертвецов. На очередном повороте он встретил Тэхена и закричал: – Беги!!! Ведьмак ничего не понял, Альва схватил его за руку и побежал дальше. – Вик, откуда ты здесь? – спросил Тэхен голосом, прерывающимся от бега. – Ведьмочка, сейчас не время, за нами гонятся скелеты! – Скелеты? – истерично переспросил Тэхен и со всех ног рванул вперед, обогнав Альву. Вик на секунду чуть не прыснул со смеху, но ситуация к этому не располагала. На очередном повороте они наткнулись на тупик, бежать было некуда. Словно в замедленном движении, они оба повернулись на звуки клёкота, в ужасе глядя на целую толпу бегущих на них скелетов. Кафф на ухе Тэхена засветился, появился Хранитель, возводя границу между ними и скелетами. Те наткнулись на невидимую стену и начали бить по ней костлявыми руками. Тэхен, который, казалось, слился со стеной, как испуганная птица смотрел на скелетов, а в следующую секунду отключился, сползая по стене вниз. – Анимус, что с ним? – Вик сел на корточки перед ведьмаком. – Он уничтожил алтарь, потерял много сил и недавно попрощался с бабушкой. Он истощен, и еще повезло, что не отключился раньше. Взяв ведьмака на руки, Вик позвал богиню: – Двайна!!! Хранитель успел превратиться обратно в кафф, а в следующую секунду их со всех сторон окружили светлые всполохи, и они переместились обратно. Вик появился на том же месте, с Тэхеном на руках. Богини, однако, уже не было. Чонгук бросился к ним и спросил: – Что с ним? – и с трепетом принял Тэхена из рук Вика. – Уничтожение алтаря, и шок от встречи со скелетами, – устало ответил Вик. – Скелетов? – Внизу темница, полная неупокоенных духов. Надо экзорциста вызвать из города. Чонгук отмахнулся – ему было не до скелетов. Сев на камень, он осторожно уложил Тэхена поудобнее, уткнулся лицом в его шею, вдыхая родной запах и пряча непрошеные слёзы. Чонгук не хотел, чтобы его слабость была видна. Позволив себе лишь мгновение отчаяния, он взял себя в руки, осторожно поднялся, прижимая ведьмака к себе. Кафф вспыхнул, и Хранитель появился перед Чонгуком: – Его бабушка умерла у него на руках, он долго плакал. К сожалению, от этого невозможно защитить. Чонгук кивнул, глядя на измождённое лицо Тэхена. Теперь он понимал, почему его паре было так плохо. – Анимус, – Чонгук поклонился, насколько позволяло его положение с ведьмаком на руках, – Спасибо, что защитил его. – Мы же семья. Береги свою пару, – с этими словами Хранитель попрощался и исчез. – Спасибо, друг, – обратился Чонгук к Вику, – я тебе по гроб жизни обязан, – и крепче прижал Тэхёна к себе. Ведьмак, почувствовав свою пару даже сквозь сон, уткнулся лицом в его шею. – Демон вас побери, это так романтично, что я начинаю завидовать! – Вик произнёс это голосом, совершенно ему не свойственным. – Если бы не эта битва, я бы не встретил лучшую Альву на свете, так что, мы квиты. Чонгук впервые улыбнулся за последние дни. – Только не обижай её, Вэлери нам как сестра. Вик серьёзно кивнул. – Обещаю. – Я получил послание от Альваро: они добили оставшихся врагов, нескольких арестовали – это были сбежавшие преступники. Хосока ранили, но Альваро успел вовремя. Сейчас он лежит в больнице, состояние стабильное. – С ним точно всё в порядке? – тревожно спросил Вик. – Да, он приходил в сознание. – Пошли уже домой. Я утомился от всего этого, скучаю по своей змеюке-целительнице и по здоровому сну, – потянулся Вик. – Она за тебя тоже переживала, – не удержался Чонгук. – Альваро передал, что Вэлери, узнав о твоём одиночном походе в пещеру, устроила такую истерику, что её еле успокоили. – Дополнительный стимул, чтобы вернуться обратно как можно скорее, – довольно произнёс Вик. – А как мы вернёмся? – Я отправил послание, за нами должны прийти. В тот же миг открылся портал, и в нём появился Альваро. Вик посмотрел на него уставшим, но довольным взглядом и кивнул на портал. Они шагнули в портал и в следующую секунду оказались в гостиной Чонгука, где их уже ждали Юнги и Вэлери. – А где дедушка? – спросил Чонгук. С трудом преодолев внутренний страх потерять Тэхена, он осторожно уложил ведьмака на диван, а затем сам сел рядом и положил голову Тэхена себе на колени, нежно поглаживая его кудри. Ответил Альваро: – Он у твоих родителей. – Они проснулись? – немного сконфуженно спросил Чонгук. – Нет, но Вэлери сделала всё необходимое, чтобы они как можно быстрее пришли в себя. Целительница кинулась к Вику, крепко обняла его, а в следующую секунду отвесила звонкую пощёчину и, всхлипнув, снова обняла. – Не женщина, а фонтан эмоций, – пробормотал опешивший Вик, прижимая Вэлери к себе чуть посильнее, чтобы избежать дальнейших «травм». Юнги похлопал Чонгука по плечу. – Я рад, что с вами всё в порядке. Они все устроились в гостиной, уставшие, но довольные. Вэлери, пригрозив Вику о том, что их ждёт серьёзный разговор, подошла к Тэхену и начала осматривать его состояние. – Магическое истощение, серьёзных ран нет. – Слава Богам, – устало выдохнул Чонгук. – Как обстоят дела с войском? Есть раненые? – У нас несколько жертв, остальные раненые госпитализированы. Очень кстати вернулись Воины Света, которые уничтожили больше половины противников, – начал рассказывать Юнги. – Да, их послал Редл, – добавил Альваро. – Увидев их, мы очень встревожились. Что же у вас там произошло? Слово взял Вик и рассказал всё, начиная со встречи и заканчивая последними событиями. Увидев ревнивый отблеск в глазах целительницы, Вик внутренне содрогнулся, но рассказал до конца. – Скелетами я займусь, надо обязательно присмотреться к этой земле, – произнёс Альваро, делая глоток крепкого виски. – Как там Хосок? – Вик подвинулся к столу и тоже налил себе виски. – Его ударили по голове, к счастью, жизненно важные органы не пострадали, жить будет, – ответил Юнги, поднимаясь. – Ты куда? – вопросительно вскинул бровь Альваро. – Зайду к нему и домой. Я устал, хочу спать, – с этими словами Юнги ушёл. Альваро, проводив сына загадочным взглядом, хмыкнул и, посмотрев на Чонгука, сообщил: – Чонгук, Тэхен должен присутствовать на суде, как только придёт в себя. Чонгук насторожился. – Зачем? – Потому что Тэхен прибыл из другого мира, он попаданец. Совет просто так это не оставит. Однако тот факт, что он здесь родился и уже числится твоим законным супругом, смягчает обстоятельства. Совет ничего ему не сделает. – Я тоже буду присутствовать на суде. – Само собой. Ты и твои родители также предстанете как свидетели. И не только вы. – Давай оставим этот разговор на завтра. Вэлери, Тэхену нужно в больницу? Целительница отрицательно покачала головой: ему нужно выспаться. Чонгук кивнул и, забирая свою драгоценную ношу, отправился в свою комнату. Альваро получил послание от совета и, открыв портал, исчез. Вэлери хотела сесть рядом с растрёпанным Виком, но тот не позволил; он взял её за талию и усадил на колени. – Ты меня даже не осмотрела, – обиженно протянул Вик. Вэлери фыркнула: – От тебя несёт негативной энергетикой, нужно в душ и спать. Ты мне расскажешь теперь, какого демона стал жрецом? – ревностные нотки Вэлери скрыть не смогла. – У меня не было другого выхода, я сам не в восторге. Я должен ей услугу, оплачу – и дело с концом. Вэлери, поджав губы, скрестила руки на груди. – Когда ты познакомишь меня со своими родителями, я обязательно разузнаю насчёт твоих предков. – Иди ты! – обиженно пихнула его в ребро целительница, а потом вдруг, как ужаленная, спохватилась и спросила: – А Бина? Она же тоже была у него, ты же говорил, что они упали вместе с Тэхеном. Где она? Вик посмотрел на её лицо и покачал головой; он не стал рассказывать целительнице, какой ужасной была смерть Бины. Вэлери без слов поняла, что её наставницы больше нет в живых, и из её глаз покатились слёзы. Вик обнял её, поглаживая по спине. Вэлери спрятала лицо у него на плече и содрогнулась в беззвучном плаче по самому дорогому её сердцу человеку. Она так любила Бину. Они долго сидели. Вик без слов заботился о ней, пока целительница не выплакала всё горе. – Тэхен с ней попрощался, когда мы встретились, он тоже был измученным. – Бедный, он так и не повидал своих родных, когда те были живы. Все родные погибли, как он справляется, я не знаю, – всхлипнула Вэлери. – У него всё ещё есть семья. Чонгук чуть с ума не сошёл, когда он упал в яму. Я его таким никогда не видел. И вправду, кажется, лицо Чонгука навеки отпечаталось в его памяти. За столь короткий срок так полюбить для обычных существ ненормально. Но не зря говорят, что пара Амори – для них и счастье, и проклятье одновременно. Вэлери шмыгнула носом, и Вик вышел из раздумий, притягивая её к себе. – Эй, ты чего, маленькая? Вы оба справитесь, – бережно вытер слёзы с её щёк Вик и утянул её в нежный поцелуй. Вик целовал осторожно, нежно, как в первый раз, даря покой и утешение, бережно прижимая к себе и без слов обещая, что защитит, чего бы ему это ни стоило. *** *** Юнги привычным уже за сутки маршрутом зашёл в лечебницу и направился в палату к эльфу. У двери, встретив целительницу, Юнги спросил: – Как он? – Всё хорошо, – тихо прошептала краснощёкая целительница, – он спит, но можешь заходить. Юнги благодарно кивнул и зашёл в светлую палату. Окно было открыто, и в палату дул свежий ночной ветер. Хосок лежал на белоснежной одноместной кровати. Магические лампы горели тускло, неярким светом, чтобы не мешать сну эльфа. Юнги подошёл ближе и осторожно сел на кровать, неосознанно любуясь его правильными чертами лица: красивыми губами, скулами, чуть приоткрытыми ключицами, видневшимися из выреза больничного наряда. Когда Юнги получил весточку от Альваро, что Хосока ранили, он чуть было не бросил всё и не помчался к эльфу. К счастью, первую помощь оказали прежде, чем Юнги успел добраться, иначе, увидев Хосока в таком состоянии, он бы потерял весь контроль – Юнги был на грани. Пока Юнги сломя голову бежал в лечебницу, он чуть не поседел от страха. Эта ситуация заставила его переосмыслить буквально всё. Одно он осознал отчётливо, самое главное: терять эльфа из своей жизни он был не намерен. Осторожно коснувшись, Юнги взял его руку и мягко погладил, задумчиво глядя перед собой и не отпуская его руки. Усталость брала своё; эта битва и события последних дней вытянули из него все силы. – Мне кажется, или ты пытаешься заделать дыру в стене? – прозвучал хриплый от сна голос. Юнги еле заметно улыбнулся уголками губ и посмотрел на Хосока. Заспанные глаза, растрёпанные серо-фиолетовые волосы и даже замотанные бинты на голове не портили его красоты. Эльф улыбался ему немного удивлённо, но тепло, не отнимая руки. Ему было приятно проснуться и увидеть, что он не один. Хосок не помнил, когда в последний раз просыпался и видел рядом кого-то, кто просто сидит у его кровати и переживает за него. И Юнги действительно переживал. Хосок смутно помнил некоторые диалоги, но отчётливо – взволнованный голос Юнги. – Голова раскалывается, – пожаловался эльф, зажмурив глаза. – Позвать Вэлери? – взволнованно встал с кровати Юнги. – Стой, – придержал его за рукав эльф, слабо пытаясь остановить. Юнги остановился, сомневаясь и пытливо вглядываясь в лицо Хосока. Одна его часть хотела побежать за Вэлери, другая же, словно прикованная к полу просьбой эльфа, не двигалась. – Тебе же плохо. – Меня ударили по голове, полагаю, это нормально, что она болит. – Тебе повезло, что ты отделался лёгким сотрясением. Твоя защита, – Юнги коснулся кулона в виде креста, – смягчила удар. Юнги был задумчив. – Что такое? – чуть привстал Хосок, внимательно смотря на Юнги. Юнги не ответил. Да и что ему было говорить? Что он боится сделать и шагу, чтобы не спугнуть его. Хосок был хрупок, как разбитое стекло. Теперь Юнги, собирая осколки, постоянно об него обрезался. Временами он не знал, как подойти, что сказать, чтобы Хосок наконец-то посмотрел на него другими глазами. – Как ты узнал, что это защитный амулет? – не дождавшись ответа, задал вопрос Хосок, теребя кулон в руке. – Я давно заметил, что это фамильный амулет, причём очень сильный. Все Мины хорошо разбираются в артефактах. – Да, защитный, он очень ценен для меня. Лучше расскажи мне, почему я никогда не видел тебя раньше? Твой отец же член совета. Я не видел тебя ни на балах, ни на званых ужинах. – О, мой дорогой отец пытался меня приобщить к этому, но у него не получилось, – усмехнулся Юнги. – Догадываюсь почему: пытались засватать невесту? Юнги обречённо кивнул. – Знакомо. Все эти торжества – лишь повод присмотреть достойную партию для своих дочерей и наследников. Мой отец тоже присмотрел тогда мне невесту и уже хотел засватать её, но, к моему счастью, этого не произошло, – эльф помрачнел. Он очень не любил вспоминать отца. – Битва закончилась, что будешь делать дальше? – поспешил поменять тему Юнги. – Буду путешествовать, я давно мечтал об этом, – не задумываясь ответил Хосок. – Один? – На примете есть кое-кто, я надеюсь уговорить его пойти со мной, – хитро посмотрел на него эльф. – Кто? – помрачнел Юнги. – Ты. Юнги завис на целую минуту, внимательно глядя на эльфа, и спросил: – Ты не шутишь? – Нет, – уверенно заявил эльф. – Я очень хочу путешествовать с тобой, ты согласен? — Мне нужно поговорить с отцом, кто сказал, что главе клана не нужен отдых? Эльф кивнул и улыбнулся так лучезарно, что Юнги невольно залюбовался этой улыбкой. Она согревала душу и наполняла её светом. Юнги, возможно, немного понимал порыв Вика забрать Хосока себе, но сам он никогда бы так не поступил. Гораздо приятнее, когда тот, кого ты обожаешь, сам хочет быть рядом. Дверь палаты отворилась, и вошла целительница. — Ему нужен отдых, — мягко, но твёрдо сказала целительница. — Время посещений истекло. Юнги недовольно взглянул на целительницу, но взял себя в руки. — Я зайду завтра. — Спокойной ночи, — улыбнулся эльф. — Спокойной, — тихо ответил Юнги и вышел из палаты. По дороге домой Юнги чувствовал небывалый подъём духа. Это объяснялось тем, что Хосок сам предложил ему путешествовать вместе. Юнги чувствовал, что ему всё-таки удалось склеить несколько осколков их хрупких отношений. *** Тэхен проснулся уже в комнате, но был очень слаб. Чонгук включил воду и набрал ванну, осторожно опуская в неё Тэхена, а затем залезая следом. Он бережно искупал ведьмака, затем искупался сам, вытерся и надел свой халат. Укутав Тэхена в большое полотенце, Чонгук взял его на руки и понёс в спальню. Там, вытерев Тэхена досуха, Чонгук укутал его в тёплый махровый халат. Затем, откинув покрывало, осторожно уложил свою пару и лёг рядом. Тэхен сразу же потянулся к нему. Чонгук нежно обнял его, прижал к себе и поцеловал в висок. Находясь в своей спальне и обнимая Тэхена, Чонгук, наконец, почувствовал, как отпустило напряжение минувших дней. Он посмотрел на своего мужа и прошептал: — Amor meus in aeternum, lumen oculorum meorum, mea felicitas, tu sensum mea vita, mea lux in tenebris... (Моя любовь навеки, свет моих глаз, мое счастье, ты — смысл моей жизни, мой свет во тьме). — Он склонился и поцеловал его в лоб. Усталость брала своё, и они оба, измождённые за эти дни, уснули, плотно переплетя объятия.