Проблемы роста

Боль уходила, уступая место странному, но гармоничному чувству заполненности. Нервная двойственная пульсация отдавала нутру приятную дрожь. Сашке хотелось скулить. Лежащий снизу Максим протянул руку и, обхватив его за шею, поцеловал. Крепкие руки Гоголя придерживали его за плечи. Периодически Сашка ощущал его теплые влажные губы у себя между лопаток. Где-то слева ждал своей очереди Кирилл, то и дело помогая себе рукой поддерживать эрекцию. – Го-о-о-споди-и-и-и, как же хорошо! – не смог сдержаться Сашка, вызвав своей репликой прилив энтузиазма у всей троицы. – Приоткрой ротик, малыш… Вот так вот… Встав в полный рост, Кирилл подался вперёд. Сашка, широко раскрыв рот, наклонился в его сторону и поймал его влажную головку. Кирилл тихо застонал. Толчки сзади стали сильнее и жестче. Пальцы Макса теребили сашкины соски. “Теперь всё! Они во мне… Все!.. Одновременно!” – только и смог подумать Сашка, и в следующее мгновение полностью отдался сладостному бегу. Возбужденная плоть врывалась в Сашку, разгоняя горячий воздух, ускоряясь и направляя блуждающее сладострастие к ещё пока невидимой цели. Сашка чувствовал как внутри него трутся члены Макса и Гоголя, тесно прижимаясь друг к другу, добывая огонь его наслаждения. Все были при деле. Кирилл, осторожно придерживая сашкину голову, энергично орудовал членом у него во рту. Максим, находящийся ближе всего к члену самого Сашки, следил, чтобы последний случайно не увлекся дрочкой, допустив тем самым грех фальстарта. Опьяненные до священного безумия, любовники постепенно превращались в единый механизм – движения были отлажены и совершенны. Семя – горячее, как кипящая смола – было готово выплеснуться. И только тягучее желание продлить блаженство, общее для всех четверых, не давало ему пролиться. Сашка почти терял сознание. Ему казалось, что вся его предыдущая жизнь – лишь медленная подготовка к этому моменту, длиною в шестнадцать лет. И если сейчас по каким-то причинам он не кончит, то грош цена этой подготовке. Считай, что слил в сортир всю свою целомудренную юность. И кому она нахрен была нужна?.. Захлебываясь от бега, Сашка глотал собственный пот. Терпкий запах возбужденных тел туманил ему мозг. Странный коктейль из нежности и жесткости не утолял его жажду, но всё больше сжимал пружину вожделения, подтверждая необходимость последней инъекции. Сашка царапал ногтями всех, до кого мог дотянуться, давая понять, что он готов к большему. По тому, как ускорились любовники, можно было предположить, что он был услышан. Толчки стали еще жестче. Первым не выдержал Кирилл. За секунду до оргазма он вытащил член из сашкиного рта и излился ему на лицо. Мысленно Сашка был ему благодарен – контролировать и без того тяжелое дыхание, одновременно глотая сперму, было бы крайне тяжело. Гоголь и Макс явно не спешили – каждый из них доказывал другому собственное право задержаться внутри Сашки подольше. Их движения окончательно синхронизировались. Сашка громко стонал, то и дело пересекая границу, за которой стон превращается в крик. Ему всегда казалась чересчур наигранной озвучка в порно, но сейчас он отчетливо понимал, что именно так порой и выглядит естественность в любви. Впереди замаячила финишная черта. Наслаждение, превратившись в упругий сгусток, рвануло вперед с утроенной силой. Голова кружилась, пот заливал глаза, ещё чуть-чуть и из Сашки выйдут последние остатки сознания… Только бы… Обжигающая струя спермы вырвалась из сашкиного члена. Упрямые брызги растянулись по всей груди Макса, добравшись до шеи и подбородка. Губы парня растянулись в блаженной улыбке, и он потянулся за поцелуем. В следующее мгновение оба члена внутри Сашки взорвались оргазмами. Забыв про сковывающие рефлексы, Сашка закричал что есть сил. Семя заливало его. И казалось, будто самоё счастье заполняет его пустоты… Через полчаса полностью расслабленные Сашка и Макс лежали на кровати и, тесно прижавшись друг к другу, развлекались легкими интимными прикосновениями. Вставать ужасно не хотелось. Кирилл и Гоголь оккупировали ванную комнату и, судя по тому, как долго они её занимали, им там было не скучно. – А по телефону тебя разве не устроит? – Макс пальцем провел Сашке по ключице. – Что ты такое ему сказать хочешь, что надо обязательно живьём?.. – Ну… Всё-то тебе знать надо, – Сашка лукаво улыбнулся, – не волнуйся, ничего такого, из-за чего тебе стоит волноваться… Я помню условия. Просто… Скажем так… Мне надо… эммм… посоветоваться. – О чём?.. Разве есть какие-то проблемы? Мне казалось, что… – Нет! – отрезал Сашка. – Никаких проблем, но… Вода в ванной комнате резко выключилась. Громко хлопнула дверь и парни услышали, как Кирилл и Гоголь идут в сторону комнаты. Сашка рефлекторно прикусил язык. – Уффф… Хорошо-то как! – Гоголь сорвал полотенце с торса и начал надевать белье. – Давайте, ваша очередь… Чё притихли-то?.. – Да вот… Саша с отцом моим хочет встретиться, – спокойно отозвался Макс, – говорит, посоветоваться… – О чём? – вмешался Кирилл, тоже спешивший одеться. – Ты не говорил, что тебе интересны “папочки”… – Да неинтересны мне никакие “папочки”! Что вы, в самом деле… Уже и встретиться ни с кем нельзя… – А собственно почему нет? Батя у меня ещё огого… Я регулярно своих ровесников у него в гостях наблюдаю, так что… – Фигасе! – Гоголь отложил в сторону футболку и присел на краешек кровати рядом с Сашкой. – Я чё-то прям боюсь за тебя… Ты точно нас не бросишь?! – Да бля!.. Точно! – Сашка сделал рывок и сел. – Поблагодарить я его хотел!.. Услышали?! – Ээээ… За что? – не понял Кирилл. – За то, что всё объяснил… Вон, Макс знает… Две пары глаз вопросительно уставились на Максима. Чтобы почувствовать себя на общем уровне, тот тоже сел и спустил ноги с кровати. – Ну, понятно… Тут это, – Макс смущенно потупился, – ему есть за что сказать спасибо… – Нормально! – в голосе Гоголя мелькнул сарказм. – То есть вы вдвоем знаете, о чем речь, а мы – нет… Ну, круто, чё… – Именно он мне рассказал про полиаморию, – твёрдо проговоривая каждое слово, Сашка словно бросал любовникам обвинение, – ну, и Макс тоже… Не будь их вполне возможно, мы бы сейчас не были бы в одной постели. – О как… А как ты собираешься… – Погоди, – перебил Кирилл Гоголя, также присаживаясь на кровать, – а что если мы все его поблагодарим? – В смысле?! – лицо Макса удивленно вытянулось. – Ну, а что такого?.. Думаю, никто из присутствующих не будет спорить с тем, что всё обернулось скорее хорошо, чем плохо… Нет?.. Так давайте сейчас сходим, познакомимся и… – Эй, эй… Ты забыл, мы вообще-то со Снежанкой должны встретиться, – Гоголь одним движением надел футболку, – чё прям щас-то? – Да не убежит от тебя твоя Снежанка! – скривился Кирилл. – Можем и её взять, если хочешь… Мы же не на ночь к нему собираемся. Да, Макс? – Я вообще-то пока никуда не собирался… – А я согласен! – внезапно подвел черту Сашка. – И я согласен с тем, чтобы взять с собой Снежанку… Ну, если она захочет, конечно… Теперь уже трое пар глаз смотрели на Сашку. И если Гоголь с Максом явно что-то вопрошали, то Кирилл смотрел на своего юного любовника с очевидным восхищением. – Послушайте меня, пожалуйста, – Сашка поднялся и, пройдясь по комнате, встал напротив трех парней, – Кирилл, спасибо тебе… Ты всё-таки старше всех присутствующих и… – Ну вот… Еще скажи, что ты мне в сыновья годишься… – Не скажу, – глядя на картинно обиженную мордашку Кирилла, Сашка не мог не улыбнуться, – просто ты мне сейчас преподал урок… А, может, и всем… Только что мы пережили мгновение недоверия друг к другу… Поправьте меня, если я не прав… Все трое молчали, словно завороженные. Сашка внимательно посмотрел на каждого и продолжил: – Причем, недоверие касалось не только вас и нас с Максом… Не хочу углубляться, но думаю, каждый почувствовал свою долю этого недоверия… И мне кажется… Если мы так продолжим, то долго это не продлится… Хочу заметить, что возможность просто заняться групповым сексом здесь есть у каждого. Никто не косой, не кривой, не… Но мы собрались не для этого… Не только для этого… Я бы даже сказал, странно собираться только ради этого… Не знаю как вам, но мне важно иметь рядом с собой людей, с которыми мне будет не только хорошо в постели, но которым я смогу доверять, как родным… И желание поблагодарить отца Максима всем вместе – хороший способ проверить, насколько все из нас так думают… – И Снежанка? – тихо спросил Гоголь. – И Снежанка!.. Да, мне она – сестра, Макс – гей. Секс с ней для нас двоих исключен. Но… у вас же с ней связь… у обоих… как и с нами… И если вы доверяете нам, то и мы должны доверять вам. И она должна доверять нам всем… Чёрт… Я путанно, наверно… – Не путанно! – Кирилл поднялся и встал рядом с Сашкой. – Всегда знал, что ты – умный мальчик… Слушайте все… Я за то, чтобы всё теперь делать вместе… Насколько это возможно, конечно… Ничего друг от друга не скрывать. Ни симпатии, ни обиды, ни желания… Какими бы извращенными и странными последние ни были… И пусть между нами теперь всегда будут откровенность и честность. И если согласны, то… идите сюда… к нам. Встав рядом, они представляли странное зрелище. Двое полуодетых и двое абсолютно голых. Легкая и неубиваемая атмосфера любви и возбуждения все еще витала между ними, отзываясь напряжением в членах. Сгруппировавшись в тесный кружок, лицом друг к другу, они делили общий воздух и общее желание. Окинув их долгим и внимательным взглядом, Сашка впервые назвал их про себя любимыми. И даже если преждевременно… Он как никогда был готов к целительному самообману.