По средам мы носим чёрное

​      Дыхание было настолько тихим и ровным, что он начал сомневаться, жива ли она. Волосы прилипли к мокрому лбу, а ресницы трепетали от беспокойного сна. Сейчас Гермиона крепко спала под воздействием заклинания Забини.       Сначала Драко послал эльфа проверить, что же делает Грейнджер. Когда Вакса вернулась и сообщила, что Гермиона спит мёртвым сном, Малфой понял, что это его шанс наполнить колбу кровью. Неизвестно, когда ещё подвернётся такая возможность. ​      Волшебник тихо аппарировал в свою квартиру и увидел спящую ведьму, которая лежала в мужском пиджаке, вечернем платье и туфлях. Блейз, очевидно, сразу же отключил её. Возможно, слишком много болтала. Как всегда. ​      Малфой подошёл ближе. Проще всего было достать кровь из руки, поскольку там найти вену не составляло особого труда, но для этого нужно раздеть Грейнджер. По крайней мере снять часть костюма Забини, который мешал Драко исполнить задуманное. Взгляд серых глаз прошёлся по её телу. Платье немного задралось, открывая вид на тонкие ноги. Сегодня он увидел настоящую оборотную сторону жизни героини войны, и эта информация облила Малфоя мерзкой зловонной жижей.       Оказывается, не так всё сладко в истории Грейнджер, как он думал ранее. Драко испытывал желание насадить башку Уизли на пику забора в мэноре, чтобы смотреть на обрубленную рыжую голову каждое утро, попивая крепкий кофе. Только полное ничтожество может поднять руку на беззащитную женщину. Хотя Грейнджер и не была принцессой, ожидающей спасения рыцарем.       Раз Забини вмешался, ты не могла сопротивляться. Получается, придурок тебя не просто ударил?       ​Когда Малфой перенёс Джейн с выступления в апартаменты Блейза, то адреналин перестал дробить закипающую в жилах кровь, и включилась холодная логика. Гермиона вряд ли бы позволила Забини вмешаться, учитывая, кем она являлась.       Внутреннее чутьё подсказывало Малфою, что за всей этой ситуацией скрывается не обычная пощёчина, а что-то гораздо большее. Но если бы Гермиона дала отпор, то вряд ли бы Блейз полез в драку, а судя по его костяшкам он не просто туда полез, он активно в ней участвовал. ​      Грейнджер тяжело вздохнула, словно ей не хватало кислорода. Лоб покрылся испариной, которую было видно даже в тусклом свете луны. Её тело горело, будто сопротивлялось какой-то заразе. Драко заметил слегка мерцающие узоры на шее. Как будто колючая проволока обвивала нежную кожу. Она душила Грейнджер, перекрывая воздух.       Что за хрень? ​      Гермиона застонала и начала царапать горло. На ней явно было какое-то заклятие. Шипы затягивались, а та пыталась содрать ногтями заколдованные путы. Бесполезно, Гермиона лишь оставляла кровавые борозды. ​      Малфой распахнул окно, пуская холодный осенний воздух в комнату. Небольшой порыв ветра заколыхал тонкую ткань занавесок. Драко приподнял всё еще спящую Грейнджер и аккуратно стянул пиджак. Проволока сияла ярче, и он коснулся большим пальцем узора. От мягкого движения свет немного погас, будто стёрся. ​      Малфой сел на край кровати и положил руку на выпирающие ключицы. Его дар скорее представлял собой проклятие, но польза от него всё же была. Грейнджер перестала стонать, шипы начали растворяться, а по ладони Малфоя прошёлся обжигающий жар.       Кто-то пытался магией усиления управлять Гермионой. Её эмоциями, чувствами, состоянием. Отвратительные чары, которые использовали столетия назад, если женщина не слушалась отца или мужа.       — Теперь ты свободна, — непонятно зачем сказал вслух Драко, попутно отчитав себя, что превращается в Блейза, разговаривающего с женщинами в отключке.       Теперь ничего не мешало Малфою выполнить задание. Резким движением палочки он надрезал кожу, и тонкая струйка крови брызнула по предплечью. Один взмах древком, буро-красная дорожка потекла прямо в склянку. Как только колба наполнилась, Драко тут же залечил порез и спрятал бутылочку во внутренний карман.       Он небрежно укрыл Грейнджер одеялом, решив оставить окно приоткрытым на ночь. Ей не помешает проветрить голову после всего.       Неожиданно Гермиона схватила его за руку и приложила к своему лицу. Её глаза оставались закрытыми, будто она продолжала спать.       — Не уходи.       Это было слишком. Он и так использовал свой дар, чтобы помочь ей, но его силы иссякали. Драко не мог себе позволить растаскать остатки души ради всезнайки.       Нужно сказать Поттеру, чтобы заставил Грейнджер обратиться за помощью в Мунго.       Вряд ли кто-то ещё способен заставить её делать то, что ей не хочется.       Бросив последний взгляд на спящую девчонку, Малфой переместился в мэнор. Как только его голова коснулась шёлковой прохладной наволочки, он тут же уснул, слишком вымотанный трудным днём.       Голова раскалывалась, а свет в прорези штор неприятно резал глаза. Драко забыл, когда в последний раз хорошо спал. Запас зелий выносливости уменьшался с такой скоростью, что у Нарциссы случился бы приступ, если бы она знала, сколько за день их выпивает единственный сын.       Драко встал с кровати, пытаясь не поддаваться желанию оставаться там подольше. Ледяная вода приведет его в чувство. Он вымотался. Устал решать проблемы, устал гоняться за призраками, устал от бесконечных скачек. Ещё и приступы участились, чёрт бы их побрал. Времени у него оставалось не так много, а дел больше, чем гоблинов в Гринготтсе.       ​Перед концом хотелось бы увидеть ещё раз садящееся солнце в их французском поместье, разочек прокатиться на метле и выпить сливочного пива в «Трёх метлах». Нужно смириться с тем, что вряд ли получится осуществить все потаённые желания. Время играет против Малфоя на смертельное опережение.       ​Он спустился в столовую и манящими чарами призвал склянки с противной жидкостью, осушив пузырёк двумя глотками. И так несколько колб. Это становилось каким-то утренним ритуалом, который порядком раздражал Драко.       ​— Хозяин, завтрак! — перед Малфоем появился горячий кофе и ароматная еда. Есть вообще не хотелось, но ему нужны силы, поэтому он нехотя откусил кусочек свежего хлеба с травяным маслом. ​      Вдруг очередной укол боли пронзил его голову. Забини запрашивал аппарацию. Как всегда вовремя.       ​— Доброе утро, я бы тоже не отказался от кофе, — Блейз посмотрел в сторону эльфийки, и та беспрекословно понеслась выполнять просьбу. — Выглядишь паршиво. Ты что не спал совсем?       ​— На Святочный бал ходил, — огрызнулся Малфой. — У меня мало времени, поэтому давай-ка сразу к делу. А то если буду слушать твои шуточки, то голова лопнет.       ​— Какой ты нежный цветочек оказывается, — прыснул Блейз, но под убийственным взглядом серых глаз сдержал свои позывы продолжить острить. — Насчёт вчера. Я поговорил с Джейни, и она сказала, что нигде не смогла уловить чёткий след Пожирательницы. По описанию могу сказать, что я тоже видел вроде как вашу таинственную помощницу. Она как бы правильно сказать… Предупредила меня, что Грейнджер нужна помощь и где именно. Чем больше я пытаюсь вспомнить черты лица девчонки, тем больше забываю его. Скорее всего, это какие-то чары. Зато можно точно сказать, что ты в её вкусе, судя по мужчине, с которым она пришла. Будто с твоего образа списали.       ​— Когда мы начали общаться с Полаковым, первое, что он сказал было: проходите, ваша коллега уже предупредила меня, что мы в одной упряжке. Чёрная метка горела так, словно тёмный лорд призвал всех и сразу. Я много лет не чувствовал ничего подобного. После Игорь сдал Димитрову с потрохами. Мне нужно найти чёртову коллегу, — потёр виски Малфой. — Полаков тоже говорил какую-то чушь про блондина, сопровождающего ведьму. Думаешь, это один и тот же человек?       ​— Вряд ли у нас толпа фанатов, которая помогает решать проблемы, — допил кофе Блейз. — Надо найти твою поклонницу. Неизвестно, что ей нужно и зачем она благоволит дому Малфоев.       ​— Уже работаем над этим. Что насчёт Грейнджер? Всё ещё не хочешь рассказать мне, что там произошло?       ​— Чтобы ты растрепал всё своему шрамоголовому другу? Нет, спасибо. Предпочитаю выполнять обещания, что я дал. Но меня удивляет, как ты совсем не осознаёшь очевидных вещей, что приходится выпрашивать у меня объяснения.       ​— Он ударил её и не в первый раз, вот что я понимаю. Но знаешь, чего я не понимаю? Почему такая как Грейнджер, не воткнула ему в глаз вилку или хотя бы не бросила парочку проклятий? Он же тюфяк с дерьмом вместо мозгов в черепе, — начал закипать Драко. — Ты же видел её в деле. В моей голове не укладывается, как она ему позволила…       ​— Так, достаточно, умник, — перебил его Забини. — Лёгкий экскурс в сложные отношения для первокурсников. Какой бы сильной ни была женщина, любая может попасть в такой капкан. Ты не знаешь, что происходит за дверью, когда любезные улыбки кончаются, и начинается суровая реальность. Они не могут уйти, слишком сильно душит удавка морального контроля. Думаешь, всё так легко? Что если женщине некуда идти? Что если она зависит от тирана материально? Что если он держит её на коротком поводке психологически? Стыд, вину, отчаяние — вот что испытывает человек в таких условиях. Не смей судить Грейнджер за то, что ей страшно. И даже не думай предъявлять претензии, почему она не ушла! Потому что, это мать твою, охренеть, как сложно! ​      Обычно весёлый Блейз сейчас был в ярости. Малфой знал о ситуации Делоурс с чокнутым мужем, но не думал, что всё настолько плохо.       Разве рыжий кретин способен так управлять умнейшей ведьмой столетия?       Этот вопрос никак не укладывался в голове.       ​— Я не буду тебе рассказывать, что там происходило. Но если ты думаешь, что Уизли её просто разок ударил, то ты глубоко ошибаешься, — Забини переставал контролировать, что говорит. — Просто не веди себя, как последний козёл. Даже для Грейнджер это слишком больно.       ​Драко буравил его взглядом, осознавая, что именно он ему сказал.       ​— Стал её рыцарем в доспехах? Как мило. Я не принц, чтобы спасать несчастных дев, Блейз, оставляю главную роль тебе, но я и не урод, который будет самоутверждаться за счёт униженной женщины. Она может жить в квартире сколько угодно, может рассчитывать на поддержку и защиту, но если Грейнджер вернётся к рыжему, то к чему этот фарс?       ​— После того, что было, не вернётся, — жёстко ответил Блейз.       ​— Да что же, чёрт тебя подери там было, что ты зол как голодный великан? Мы же говорим об Уизли, который прячется за мамкину юбку, и о Грейнджер, которая раскидала толпу мертвецов и метала ножи, как профессиональный убийца. ​      Забини молчал и смотрел в большое витражное окно. ​      — Наверное, я переоценил твои умственные способности. Подумай сам над своим вопросом. Или спроси Гермиону. Мне пора идти. Как что-то выясню, дам знать, — с этими словами Блейз растворился в воздухе.       ​На кухне пахло чем-то приторно-сладким, будто кто-то пытался варить карамель. Жжёный сахар явно пригорал, создавая облако прогорклого аромата. Джейн стояла вместе с поварёшкой и пыталась заправить непослушную прядь.       ​— Моргана помоги, что случилось? Ты в ярости, — она тут же выключила плиту и подвинула сотейник со странным варевом. — Что произошло?       ​— Иногда меня просто выводит из себя ограниченность Драко, — Блейз стянул с себя шерстяной свитер и остался в белой футболке. — Он обычно быстро соображает, но в этот раз… Говорю как со статуей. ​      — Понимаю. Герм тоже очень упёртая и стоит на своём до последнего. Дай ему больше времени, он может и не признается, что был не прав, но хотя бы станет на твою сторону, — Блэкли ласково погладила Забини по лицу. — По крайней мере, нас ждёт пару дней затишья. Мне пришлось подделать подпись начальницы, что она берёт внеплановый отпуск. Надеюсь, меня не сошлют за это в Азкабан. А если и так, то хочу королевские апартаменты Беллатрисы Блэк. ​      — Единственные апартаменты, на которые можешь рассчитывать, это те, в которых ты только что пыталась сжечь кухню.       ​— Вообще-то это должен был быть сладкий пирог, но что-то пошло не так. Готовка — не моя сильная сторона, — немного виновато пожала плечами Джейн. — Но не волнуйся, мой мужчина не останется голодным. За углом потрясающая пиццерия, и гляди, что мне удалось там добыть. ​      Она выудила из-под стола еду, красиво разложенную по тарелкам. Блэкли явно заколдовала пиццу, чтобы та не остывала, иначе объяснить пар как из печи Блейз не мог.              Он смотрел на мягкие черты лица Джейн, любуясь, как та дует на горячее тесто. Немного покрутившись на кухне с едой, она случайно запачкала его белую футболку. Теперь на ней расползалось томатное пятно.       Забини стянул грязную майку через голову и бросил в корзину. Глаза Джейн скользнули по обнажённому торсу. Она закусила губу.       ​— Не делай так, иначе мне придётся унести тебя в спальню, — хищно улыбнулся Блейз. ​      Блэкли лишь отодвинула тарелку и повторила возбуждающее действие, смотря ему прямо в тёмные глаза. Она дразнила его и посылала проекцию своих ощущений.       После следующего полнолуния магия их чувств закончится, а с ней и сказка последних дней. Поэтому Блэкли хотела от каждой минуты получить максимум.       ​— Ты играешь со мной… Это чревато, моя фея, — он обошёл высокую стойку и придвинул стул, на котором сидела Джейн.       ​— Боишься проиграть?       ​— Хитрая лиса, — Блейз коснулся большим пальцем мягких губ.       ​Она приоткрыла рот и облизнула тёмную кожу.       Он сдался.       Забини жадно поцеловал Джейн, притягивая к себе опасно близко. Его руки исследовали точёную талию, а бёдра прижались к острым коленям. Блэкли обвила Блейза ногами, чувствуя, как быстро он завёлся.       ​По напряжённому телу прошёл электрический разряд, накаляя до предела жар в каждой клетке. Бретели шёлковой пижамы опустились вниз, оголяя соблазнительную грудь. Сдавленный рык вырвался из горла, как только Блейз почувствовал прикосновение затвердевших сосков.       Джейн затаскивала его прямо в свой блаженный плен, а он не мог сопротивляться обезоруживающей нежности и туманящей разум страсти, что источала Блэкли. ​ ​       Не отрываясь от дразнящих губ, Забини аппарировал вместе с ней прямо в спальню и одним движением положил её на холодную постель. Тонкий ремень полетел вместе с брюками куда-то в глубь комнаты. Блейз аккуратно снял шёлковые пижамные штаны с дрожащей Блэкли и посмотрел на обнажённое тело с неподдельным восхищением.       Такая притягательная. Такая будоражащая. Он с радостью поддавался на все её уловки и чары, даже не думая сопротивляться. ​      Он коснулся губами колена, и медленно оставляя дорожку из поцелуев, поднимался выше по раскалённой коже. Джейн выгнулась навстречу, желая почувствовать ласку сильнее.       Негромкий полустон вырвался из её груди, возбуждая Блейза ещё больше. По низу живота прокатилась сладкая истома, заставляя её сжать в кулак край одеяла. ​       Стянув за край кружевное бельё, Блейз навис над ней и провёл языком по набухшему соску. От влажного прикосновения Джейн застонала и запустила тонкую руку в тёмные волосы, прижимая Забини к себе со всей силой.       Она ощущала такой обжигающий вулкан пожирающего влечения, что казалось все её чувства выкручены на полную. По телу пробежал заряд молнии. Блейз ласкал очень нежно и дразняще, войдя в неё сначала одним пальцем. Джейн заерзала, желая получить больше. ​      Мягко двигая рукой, распаляя огонь в Блэкли всё ярче, он дотронулся кончиком языка набухшего клитора. Забини был изнывающе нежный, доводя её до исступления. Она чувствовала, как Блейз сильно сдерживает себя, чтобы не перевернуть её на живот и взять то, чего он так хочет. ​      Джейн наполнилась ощущением приближающегося оргазма. Она жаждала открыть Забини совсем новые грани их связи. Притянув его к себе, едва оторвавшись от сладкой ласки, она прошептала:       ​— Я хочу тебе кое-что показать… ​      Он впился в её губы поцелуем, уже слабо контролируя ситуацию. Положив стройные ноги на свои плечи, он плавно вошел в неё, заполняя каждый сантиметр, каждую клетку. ​      Джейн почувствовала бешеную пульсацию каждой его набухшей вены внутри себя. Это сводило с ума. Кружило голову, заставляя терять связь с реальностью. ​       Блейз ускорился, позволяя удовольствию растекаться по напряжённым мышцам. Он погружался в Джейн всё резче и жестче, неистово впиваясь ладонями в белоснежные бёдра.       ​Его учащённое дыхание сбилось в один ритм с рваными движениями, доводя Блэкли до блаженного пика. Она сжалась от накатывающего томления, готового разбить её на миллион осколков.       ​Забини приподнял Джейн и поменял позицию. Теперь он упирался спиной в холодную спинку кровати, а Блэкли сидела сверху. Она ощутила его член максимально глубоко в себе. В тёмных глазах отражалась только всепоглащающая страсть и невероятное желание. ​      С каждым рывком, Джейн выкручивала частоту его эмоций, пока наконец не настроила волну. Тёмные зрачки расширились.       ​— Что это?       ​— Теперь ты чувствуешь, что я… ​       Оглушающий взрыв разрывал тело и сознание. Фейерверк чувств разнёс в щепки всё вокруг, будто вся вселенная сосредоточилась на их близости. ​      Забини не мог больше сдерживать пожар, что раскалила в нём Блэкли. Всё слилось в мощнейшее цунами. Он прижал её к себе с невероятной силой и вбивался стремительными движениями. Голова кружилась от приближающегося оргазма. ​       Блейз почувствовал, как сам находится на грани. Ещё одна секунда. Один удар сердца. Один резкий толчок. Пронзительный пик накрыл их обоих. Забини буквально ощутил, как Джейн кончила. Во всех смыслах.       ​— Это было…       ​— Волшебно? Интересно? Необычно? — выдохнула Блэкли, продолжая наслаждаться пульсирующим членом внутри себя.       ​— Превосходно… Я никогда раньше ничего подобного не испытывал.       ​Он приподнял руку, словно приглашая Джейн прилечь ему на грудь. Та аккуратно положила голову и прижалась, обжигая жаром распалённой кожи.       Он медленно гладил её по спине, вызывая приятную томливость.       ​Джейн слегка вздрогнула, ощущая лёгкую прохладу на покрытом испариной теле. Забини накрыл Блэкли одеялом, подоткнув края. ​      — Ты удивительная, Джейни…       ​— Ты уже говорил это.       ​— Буду говорить каждый день, пока не сбежишь отсюда, — усмехнулся Блейз, поправляя светлую прядь волос.       ​— Я вообще-то будущая миссис Забини, забыл? Моё место прямо здесь! — она зарылась носом в его грудь и засмеялась.       Так искренне и громко, что Блейз не смог удержаться и прыснул.       ​— За мою мать я должен тебе как минимум пять свиданий, не меньше четырёх драгоценностей и столько платьев, сколько захочешь, — он легко поцеловал Джейн в лоб, обнимая двумя руками.       ​— Какая уникальная женщина! Я готова заколдовывать её каждую неделю, — она зевнула. — Но пока что мне надо собираться на работу. Я все ещё министерский секретарь с жёстким графиком.       ​— Надеюсь, тебе понравится последний рабочий день. Сегодня Грейнджер подпишет твоё заявление об увольнении.       ​— Не знаю, стоит ли… Я очень виновата. Не заметила, что именно с ней происходит. Она говорила, что у них сложные отношения, но я должна была почувствовать, что всё настолько плохо. ​      — Тшшш… — Блейз приложил палец к розовым губам. — Ты всегда чувствовала её боль и отчаяние. С первого дня знакомства. Откуда тебе было знать, какая причина. ​      — Я её близкий друг… Я должна была.       ​— Сейчас всё хорошо. Видела бы ты квартиру Малфоя. Гермионе считай несказанно повезло. Там отдельная комната под библиотеку, — подмигнул Блейз. — Не вини себя. Здесь виноватый только один, надо только найти, где эта тварь прячется. ​      Блэкли медленно одевалась, совершенно не желая идти в Министерство.       ​— Я почти ничего не знаю о Уизли. Мы и виделись-то от силы раз пять.       ​— Не волнуйся. Рано или поздно он засветится… — Забини натянул свитер.       ​— Надеюсь. Хочу лично тупыми ножницами отрезать ему…       ​— Ууу, какая ты кровожадная, — перебил её Блейз и протянул висящее в шкафу строгое платье. — Я подвезу. ​      — Замечательно. Обожаю кататься на машине. ​      Через четверть часа Блейз уже мчался к будке для перемещений, слушая весёлое щебетание Джейн о каком-то фильме. Похоже, что ей все же удалось его уговорить.

***

​      Астория смотрела на бурлящий котелок, медленно помешивая горячее зелье. Она так старалась изготовить идеальное варево для определения магического влияния, что совсем забыла пообедать. И поужинать. Да и с завтраком не сложилось. Джеймсу становилось хуже, а значит времени всё меньше и меньше. Больше всего Гринграсс боялась не успеть. Во что бы то ни стало, она должна, просто обязана его спасти.       ​Зелье было практически готово. Нужен только волос ребенка, и тогда Тори сможет узнать, что именно за проклятие на нём. Она взглянула на наручные часы. До прихода Джинни оставалось десять минут. Необходимо подготовить записывающее перо и достаточное количество колбочек с лекарством для поездки в Шотландию. Там её не будет рядом. И она не сможет помочь.       Собрав тёмные волосы в высокий хвост, Астория запечатала коробку со склянками. Каждая была аккуратно подписана и распределена по дням. Безупречно. Теперь она не должна волноваться, ведь всё сдёлано правильно и педантично, но страх не отпускал, и Астория ещё раз всё тщательно проверила.       ​— Мисс Гринграсс, к вам миссис Поттер, — Бловик приоткрыл дверь.       ​— Пусть входит, — Гринграсс поправила халат.       ​Сначала показались маленькие грязные ручки, потом женское плечо. Мама с улыбчивым сыном вошла в кабинет, приветствуя Асторию. ​      — Шоколадная лягушка пала в жестокой борьбе, — Джинни кивнула на перепачканные ладошки малыша. — Никак не могу отучить его от сладкого. Наверное, это ему от Гарри передалось.       ​Гринграсс взглянула на рыжую ведьму. Она знала точно, что любовь к сладостям у Джеймса от отца. Каждый раз, когда аврор приходил за новостями и зельями, то съедал все конфеты в небольшой хрустальной вазочке. Именно для него Тори их и покупала. Видя его довольное лицо, она не могла пройти мимо домашней кондитерской Бромика и не приобрести ещё шоколадных батончиков и карамелек. ​      Джиневра усадила ребёнка на высокий стол и принялась оттирать пятна с липких рук. Ему совсем не понравилась шершавая салфетка, о чём он сразу же дал знать недовольным криком. Поттер пыталась не обращать внимания на оглушающий звук, но Джеймс замахал руками и испачкал её светлую мантию. ​      — Моргана сохрани, какой ты у меня каприза! ​      — Всё в порядке? Давай я помогу, — Астория одним взмахом палочки решила проблему с грязными ладонями.       Вторым движением из воздуха возник летающий дракон и сразу же заинтересовал ребенка. Плач моментально прекратился.       ​— Благодарю. В последнее время я очень устала, а Джеймс всё более и более беспокойный… — начала оправдываться Джинни. ​      — Не волнуйся. Я всё понимаю. Присядь, это недолго. ​      Малыш увлеченно играл со светящимся полупрозрачным зверем, пока Гринграсс осторожно отрезала прядь волос и аккуратно опустила её в котелок с зельем. Нужно было подождать несколько минут, пока варево поменяет цвет. После ещё несколько тестов.        На самом деле, все колдомедики пользовались магическими волнами рун и древних камней для изучения недуга пациента, но мальчика уже проверили всеми возможными артефактами и безрезультатно. Тогда Астория вспомнила, что некоторые воздействия можно выявить с помощью обнаруживающего зелья. Оно было невероятно трудоёмким в приготовлении, и любой, даже самый маленький недочёт, может испортить варево полностью, и тогда придётся начинать сначала. ​      Громкий смех ребенка заставил Асторию улыбнуться. Он отвлекся от летающего дракона и посмотрел своими большими зелёными глазами прямо на колдомедика. Джеймс показывал крохотной ручкой куда-то в сторону, словно что-то его невероятно заинтересовало. ​      — Что это за зелье? — голос Джинни прозвучал обеспокоенно и нервно.       ​Гринграсс повернулась к котелку. Жидкость окрасилась в розовый цвет, пар над ней закручивался в сердечки, а запах был таким знакомым. Астория втянула носом дымку над бурлящим снадобьем. Лёгкие наполнил аромат ирисового зубного порошка, сливового сада семейного поместья и замшевой формы авроров. ​      Гринграсс подняла глаза на Джиневру, которая сверлила её ледяным взором, даже не взглянув на зелье. Всё встало на свои места. Слишком резкая правда всплыла, заставляя Тори поежиться от такого тяжелого груза.       ​Джинни наклонила голову вправо и сделала шаг. На её лице больше не было усталости или дружелюбности. Она знала, что Гринграсс всё поняла. Гнетущая тишина придавала напряжённой атмосфере ещё больший накал.       ​— Я, видимо, что-то напутала в приготовлении, — Астория попыталась взять ситуацию под контроль. Её голос звучал сокрушенно и расстроенно. — Оно должно было лишь сохранить магический след, но что-то пошло не так… Прости, пожалуйста, Джинни. Я могла бы взять ещё прядь, чтобы не тревожить вас в Шотландии?       ​Поттер продолжала буравить взглядом Асторию, явно анализируя, стоит ли доверять сказанным словам или нет. Не нужно иметь когтевранскую диадему, чтобы догадаться, какие мысли сейчас роются в рыжей голове. Гриффиндорская открытая душа и эмоциональность была на руку слизеринской хитрости.       ​— Мы сейчас обучаем будущих колдомедиков. Скорее всего, кто-то из них по неосторожности испортил зелье. Мне очень жаль, правда… — Гринграсс ненавидела ложь до глубины души, но сейчас ей пришлось выбирать. И она выбрала. Его. — Я приготовила для вас лекарства с собой. Они помогут, если станет хуже. ​      Обезоруживающая улыбка, спокойный виноватый голос и лёгкое прикосновение к руке сделали свое дело. Джиневра расслабилась и приняла сундук со склянками.       ​— Да, понимаю. Несколько моих начинающих коллег тоже загубили проекты, над которыми я работала пару месяцев. Но Астория, сейчас речь идёт о…       ​— Я не допущу, чтобы с твоим сыном что-то случилось. Это я тебе обещаю, — нажим на слово твой, немного поправить халат колдомедика и небрежно отодвинула котелок. Словно он был виновником всех бед.       ​Джинни отошла и протянула ножницы. Чистая победа Слизерина. Тори бережно отрезала ещё небольшую прядь и спрятала её в шкатулке, стоящей на полке. ​ ​      Прощаясь с Поттерами, Гринграсс точно знала, с кем она должна поговорить. Малфой. ​*** ​      Первое, что почувствовала Гермиона, открыв глаза, было отсутствие боли. Как будто кто-то вытащил из тела парочку ножей и залечил раны. Дышать стало легче и свободнее. Мягкий дизайн темноватой комнаты успокаивал, если на секунду забыть, чья это квартира. Чёрная кирпичная стена, абстрактная картина, мягкий белый ковер. Ни одного яркого пятна, ни одного режущего взгляд цвета. Никакого оранжевого. ​      Грейнджер привстала и осмотрелась. Блейз не просто помог ей вчера, а был настолько радушен, что снял с неё пиджак и укрыл одеялом. Как мило. Оставаться здесь долго нельзя, нужно искать жилье, решать что-то с разводом.       Поговорить с Гарри. Моргана помоги, Грейнджер не знала, что ему сказать. Что будет дальше. Как всё решить.       Чёрт, я должна быть уже на работе.       ​Резко поднявшись, Гермиона ощутила сильное головокружение и упала назад в кровать. Надо поесть, привести себя в чувство. И двигаться дальше. Блейз и так сделал для неё слишком много, вытащив её из ада. Но терпеть полярный взгляд Малфоя и вопросы с издевкой совсем не хотелось. Он снился ей ночью, и этот сон, как ни странно, не был кошмаром. ​      После тёплого душа, где она простояла по меньшей мере час, тщательно вымывая волосы и липкую кожу, Грейнджер отправилась на кухню. Чёрно-белая, современная, с гладкими отражающими свет поверхностями, без единого акцента. Слишком магловская для чистокровного волшебника. Она сама не понимала, что именно ждала от его жилища, но точно не этого.       Возможно, мрамор везде, где только можно, павлинов на большой террасе или ворсистых дорогих ковров в каждой комнате. И палитра… Не изумрудно-зеленая, не золотая, не тёмно-фиолетовая… Чистый лист и мрачные тени. Соединение стольких оттенков белого от амиантового до платинового создавало ощущение ледяной пустыни, а вереница чёрных полутонов выглядела как тёмные чернила, пролитые на пергамент. Даже полотенце, которым обмоталась Гермиона, было аспидным, словно траурная вуаль.       Здесь царила притягивающе мрачная атмосфера, создающая только одно. Спокойствие. Будто обитель для проклятых. Поиски еды оказались тщетными. Хоть на кухне была встроены всевозможные технические приборы, которые также совсем не вписывались в образ Малфоя, продуктов нигде не оказалось.       Надо отыскать чистую одежду, тогда можно выйти отсюда. Гермиона вернулась в просторную спальню. Прижимая одной рукой полотенце к груди, другой Грейнджер пыталась найти в большом тиковом шкафу рубашку или хотя бы пижаму.       Ну хоть что-то здесь должно быть!       Она тянулась к верхней полке и стояла на цыпочках, продолжая исследовать содержимое — горку сложенных тканей.       — Манящие чары, слышала что-нибудь о таком? — раздался за спиной вкрадчивый голос.       Внезапные появления Малфоя начинали раздражать Гермиону, но сейчас она не могла себе позволить язвительного ответа.       Грейнджер стоит в его квартире, в его полотенце, в его спальне. Кожа на её щеках взорвалась румянцем, а дрожащая рука сильнее прижала мокрую ткань к телу.       Взгляд Драко скользил по влажным кудрям, словно острое лезвие, двигаясь ниже. Он ждал. Дерзкого выпада, ехидного ответа, саркастической фразы. Хоть что-то. Но Гермиона молчала, прикусывая губу и опустив глаза. Будто бы Малфой поймал её с поличным на месте преступления.       — Я не хотел напугать тебя, — его голос звучал мягко и спокойно. Он указал на коробку, лежащую на кровати. — Здесь вещи. Я подожду на кухне.       С этими словами Малфой вышел из комнаты, шумно выдыхая воздух. Много лет он презирал всезнайку и завидовал ей. Он думал, у неё есть выбор, а оказалось, что это все такая же напускная иллюзия, какую создавал любой волшебник для своей семьи и друзей.              Увидев вчера на её шее проволоку связывающих чар, Драко понял, для чего Грейнджер бежала со всех ног в самое пекло. Такая жизнь была хуже, чем ад.       Сев на высокий стул, он опёрся локтями о белый стол. Вакса уже накрыла завтрак, решив, что хозяин, не притронувшийся к горячей еде в столовой мэнора, будет есть здесь. Возможно, это и не такая уж плохая идея, ведь надо поговорить с Грейнджер. Даже если та будет препираться.       — Спасибо, — она остановилась в проёме дверей. Хлопковая блузка молочного цвета хорошо сочеталась с тёмно-зелёными брюками. Волосы были уже сухие и ложились на плечи мягкими волнами. Ни капли парфюма, ни грамма косметики.       — Малфой, я хотела сказать…       — Присядь, еда остывает, — прервал её Драко, одним движением палочки отодвигая стул. — Не нужно ничего объяснять.       Он спокойно намазывал масло на поджаренный кусочек хлеба, аккуратно распределяя его до самых краев. Чайник сам налил ароматный горячий напиток, и чашка медленно придвинулась к Гермионе. Бытовая магия в исполнении бывшего пожирателя смерти. Мило. На тарелку, которая явно предназначалась ей, опустилось несколько ломтиков сыра и ветчины.       Такое тихое утро она себе не могла позволить. Слишком дорогое удовольствие. Драко продолжал работать ножом, словно вчера ничего не произошло. Словно он не видел её боггарта, словно не понимал, что творится в её чертовой жизни. Грейнджер внутренне облегченно вздохнула, потому что изливать душу Малфою ей совсем не хотелось.       — Я обычно не врываюсь без предварительного…       — Это твоя квартира, я не… — начала было говорить Гермиона, но ледяной взгляд остановил её на полуслове.       Он смотрел на неё словно на ребёнка, который невоспитанно ведёт себя за столом.       — Утром со мной связался управляющий дома. Его, скажем так, удивило то, что сигнализация не снята, но в апартаментах кто-то находится. Ему нужно было всего лишь удостовериться, всё ли в порядке.       — Как он это понял? — Гермиона отпила горячего чая. Вишнёвый.       — Вероятнее всего, по тому, что ты пробыла в ванной слишком долго. Бедняга подумал, что в квартире потоп, — уголки его губ поползли вверх. — Я решил проверить, не утонула ли ты часом.       — Какой заботливый управляюший. Он, наверное, тебе здесь и цветы поливает, и пиццу заказывает, — не удержалась Грейнджер.       — Мог бы, учитывая стоимость услуг в этом доме. Я доплачиваю ему за то, что он приглядывает за моим жилищем более тщательно и скрупулезно. В неспокойное время живём, знаешь ли.       Было так странно сидеть с Малфоем, пить чай и обсуждать какую-то ерунду. Он не задал ни одного вопроса, который бы смутил или расстроил Грейнджер. Драко протянул ей ломтик хлеба, и их пальцы на секунду соприкоснулись.       Волна блаженной тишины снова окатила Гермиону. Тот резко отдёрнул руку.       — Покажи мне, — та протянула ладонь.       — Ты о чём?       — Свой дар или магию, что ты используешь. Мне нужно знать… — её глаза пылали.       — Сейчас тебе нужно знать только условия дальнейшего нахождения здесь, — на его лицо вернулось отрешённое выражение, а голос снова стал бесстрастным.       — Я не собираюсь мешаться, за это не волнуйся. Блейз мне ничего не сказал о том, что мы перенесёмся в твой дом. Сегодня меня уже здесь не будет, так что… — карие глаза сверкали, а подбородок приподнялся.       Гордая и несломленная.       — Так что здесь ключи, — он вытащил связку из кармана штанов. — Ты можешь аппарировать или ходить пешком. Местный персонал уже в курсе. Если тебе нужен домовик, то Вакса в твоём распоряжении. Что же ещё…       — Ты не должен помогать мне. Я могу справиться сама.       — Никто не спорит, Грейнджер, но в моих интересах, чтобы ты оставалась как можно дольше живой. Не говоря уже обо всём остальном.       — О чем остальном, Малфой? Блейз тебе уже всё вытрепал, поэтому давай, не стесняйся, — она сжала кулаки, выплевывая каждое ядовите слово.       Она провоцировала его. И он поддался.       — Забини ничего не сказал. Ни слова. Но я видел твоего боггарта, Грейнджер. И раз ты решила поговорить напрямую, то начнём. — Драко встал из-за стола и придвинулся вплотную к Гермионе. Между ними было не более десяти дюймов. Та буквально физически чувствовала его всепожирающую злость. — Я не собираюсь принуждать тебя здесь оставаться, можешь уйти или сбежать, как будет угодно. Но может быть, Салазар тебя раздери, ты забыла, что согласилась работать со мной, чтобы остановить Димитрову. Давай-ка я тебе напомню. Никто пальцем тебя не тронет, пока ты не исполнишь свою часть сделки. Здесь, твою мать, безопасно, поэтому будь так любезна, усмири свою гордыню и возьми эти долбанные ключи!       Она чувствовала его горячее дыхание на своей шее от каждого брошенного слова. Он был в ярости. Сдержанный и холодный Малфой едва контролировал бушующий огонь внутри себя. Грейнджер видела вздувшиеся вены на его руках, изогнутую бровь и сжатые губы. В её глазах мелькнул страх, и он это заметил.       — Я уже говорил, что могу тебе предложить деньги и доступ ко всем артефактам. Считай, это часть сделки, — снова хладнокровный и владеющим собой Драко обвёл кухню рукой и продолжил. — Отсюда тебе будет проще перемещаться по сети в мэнор и обратно, не вызывая лишних подозрений. Камин отследить точно нельзя, а цыганский амулет пока под вопросом. Что касается твоей работы в Министерстве, то здесь есть несколько пунктов. Первое — сейчас у тебя выходной, подпись подделала Джейн, в отдел ты придёшь только завтра. Второе — я получил новости от Астории, она нашла способ временно избавить тебя от обязанностей.       — Что ты хочешь взамен? — Гермиона смотрела на край рисунка его татуировки. Он был все ещё очень близко.       — Ты вела дела с Нарциссой, много лет назад. Я хочу знать всё. Каждую деталь, — в голову опять бил сильный запах бергамота, словно Малфой полностью состоял только из этого пряного аромата.       — Хочешь получить его назад? — Гермиона посмотрела прямо в серые глаза.       Лёгкое движение головой. Едва заметное. Драко старался не подавать виду, что не понял, о чём идёт речь. Об этом он расспросит позже.       — И второе. Если ты уже успокоилась и приняла тот факт, что живёшь здесь, пока мы не сделаем всю работу…       Теперь это сделка. Не великодушная помощь, не жалость. Он сделал несколько шагов назад.       — Договорились, Малфой. Останусь тут, пока не закончим дело.       — Через четыре дня в игорном доме появится Картер, ты знаешь его дочь, Эмму. Её отец годами собирал свитки о дементорах после того, как они убили его жену. Небольшая коллекция может помочь нам понять, что хочет Димитрова. Нужно получить столь важные пергаменты любыми путями.       — Можно договориться с Эммой. Она, вероятно, сумеет убедить родного отца продать необходимую тебе вещь подороже, — просто ответила Гермиона.       — Он отказался от неё много лет назад. Из-за отношений с маглорождённым, — Драко выжидающе смотрел на девушку. — Если ты ищешь простой путь, то его просто нет, поверь мне. Твоя задача найти всё, что есть у Министерства на Картера, чтобы я мог надавить на него. В чистокровных кругах он чист, но…       — Я поняла. Сделаю, что смогу.       — Напоминаю, что библиотека мэнора в твоём распоряжении. Возможно, ты найдёшь больше информации насчет управления дементорами, чем я. У нас мало времени, Грейнджер. И очень много работы.       Его глаза проделывали в ней дыру своей холодной сталью.       — Как дать тебе знать, что я хочу посетить библиотеку? Предпочитаешь патронуса?       — Не нужно меня предупреждать. Ситуация с моей матерью исключает все правила приличия и этикета, перемещайся как остальные члены Баше по камину.       Драко отошёл на два шага и приготовился к аппарации.       — Малфой, — окликнула его Гермиона.       Он повернул голову, вопросительно изогнув бровь.       — Блейз правда ничего тебе не сказал?       — Он — человек слова, Грейнджер, — хмыкнул Малфой.       Гермиона изучала острые черты лица, пытаясь понять, лжёт ли он. Даже если и так, то Драко не задавал лишних вопросов и чётко дал понять, что его не интересует личная жизнь Грейнджер. Только достижение своих целей её руками. Но и это нисколько не умаляло тот факт, что именно Малфой предоставил ей защиту.       — Спасибо ещё раз, — она слегка закусила губу. — За всё.       Слабый кивок в ответ, и Драко растворился в воздухе.       Привкус вишнёвого чая оставался во рту, напоминая о нескольких минутах спокойствия. Пока своими издёвками Грейнджер не вызвала у Малфоя взрыв эмоций. Только тот не был похож в своей ярости на Уизли. Совсем не похож. Гермиона наколдовала серебристую выдру.       — Забини, мне нужен твой самый лучший адвокат по разводам.