Проблемы ботаники в прикладной криптозоологии

Бриджит удивилась, насколько мысли опережают действия. Она не перестала жалеть Джин, хотя и понимала, что та ушла безвозвратно еще до факта гибели. Просто переключилась на насущное — попыталась встать и поползла на четвереньках в сторону подвала. Лампочка освещала потеки крови, но у нее образовался стойкий иммунитет к подобным зрелищам. Хватаясь за стенку, она поднялась на дрожащие ноги. Лихорадочно работающий мозг строил все новые связи между событиями, перекидывал горбатые мостики логики, украшая их лирикой катастрофических последствий. Зачем она истратила аконитовый отвар на Сэма? Его раны выглядели ужасающе. Надо было дать им затянуться под воздействием заразы, а потом лечить. А если существовала хоть толика возможности вернуть назад ее Джинджер? Но Бри одернула себя. Подобные мысли вели в тупик отчаяния. Разве Джин не сама напала на нее, а она защищала свою жизнь, повинуясь инстинкту самосохранения? Кого точно не следовало приносить в жертву, так это себя. А ведь она еще и защищала беспомощного Сэма, ни в чем не повинных родителей, да и весь город в придачу. Наконец Бри достигла площадки перед дверями в подвальные помещения. Какой же крошечной она показалась! Удивительно, как два человека и крупный зверь развернулись на ней почти не толкаясь. Сэм сидел, привалившись к стене, в том же положении, в котором она видела его перед последним рывком. Единственное, что изменилось — он прижал кулак к шее. Бриджит хотела кричать, но не могла произнести ни звука, пока не увидела, как медленно движется его живот. Сэм дышал, экономя силы. Она вновь опустилась на колени подле того, за кого истинно волновалась. — Говорить можешь? — Бри прикоснулась кончиками пальцев к его губам, как бы символизируя речь или просто от нежности. Сэм с усилием разлепил веки, но взгляд еще несколько мгновений оставался расфокусированным, направленным в себя. Он пошевелил губами, демонстрируя алую глубину рта. Хотел, видимо, кивнуть головой, но вовремя опомнился и потянул ее за край измызганной футболки. — Что? Я плохо играю в крокодила! Что мне сделать?! — завопила она в отчаянии. Сэм вновь ухватил ее за майку, но решился попробовать заговорить, и она услышала долгожданные слова: — Примотай мою руку к шее и пойдем отсюда… Особо не раздумывая, Бриджит скинула никуда не годную футболку и с удивлением уставилась на четыре вспухших полосы выше пупка. Взгляд Сэма тоже падал не на крошечную грудь в трикотажном лифчике, излом ключиц или шею. Бри помотала головой, будто отгоняя назойливые мысли, и принялась рвать футболку. После того, как на его шее вырос кокон из лохмотьев, она подставила плечо и попыталась сдвинуть возлюбленного с места. Сэм помогал изо всех сил, но лестницу оба штурмовали минут двадцать. В помещении кухни командовать взялся Сэм. Говорил он мало, больше показывал. Бри собрала остатки аконита, бросила в мусорный пакет аптечку, в которой оказалось ничтожно мало перевязочных средств. Она намочила полотенце и оттерла лицо и руки себе и Сэмюэлю. Он наблюдал за ней, и Бри чувствовала на себе его взгляд, ободряющий и обожающий. Вдруг он поймал ее одной рукой, прижался лицом к животу. Медленное движение губ, странное… она не понимала, что он хочет оттереть со своего лица, что делает, пока не осознала со всей остротой, что то были поцелуи. Бри прикоснулась к довольно жестким кудрям, после чего оба, будто впервые, уставились на массивное тело монстра. — Ты голая. Возьми вещи. Возвращайся, и надо сжечь дом, — произнес он тихо и жестко, вонзая слова похлеще, чем она воткнула нож в тело сестры. Но стоило только очутиться на втором этаже, в их колеблющемся занавесями, с мерцающими фонариками на стенах и множеством фотографий миру, как пришло и леденящее душу осознание. Здесь больше не было ничего для нее. Она сама отрезала себя безжалостно. Разве можно будет после такого взглянуть в глаза Пэм, увидеть разочарование отца? Какой ответ она сумеет найти на единственный вопрос — почему все зашло в пропасть ада, когда стоило действовать сообща? Хоть, впрочем, странно, неужели они думали, что это всего лишь наркотики?.. Бри схватила какие-то вещи из шкафа и вернулась. Сэм сместился на пол и сидел, прикрывая глаза свободной рукой. Ни румянца на бескровном лице, он выглядел тенью себя. И от этого сердце защемило в тысячу раз больше, чем от всего пережитого прежде. — Мне надо найти керосин или бензин, я не знаю, что у нас есть. Может быть, ты хочешь пить? — взмолилась она, внезапно падая рядом на колени. — Вставай и делай дело! Ты же у меня бульдозер! — произнес он с такой нежностью, что Бри немедленно согласилось с новой романтичной кличкой.