Птица дивная

«Сервис на высшем уровне», — думал майор Гром, ловя в зеркале светло-голубой взгляд волколака. Неприметная чёрная тачка с госномерами везла майора и бесплатное приложение к нему в жилую часть Петербурга. А смысл отказываться от предложения подкинуть до дома, когда ему всё равно придётся встречаться со строгими дядями и тётями, демонстрируя, как хорошо волколак адаптировался к новым условиям. Выпускникам Центра вообще-то положено общежитие или казённая квартира, но приказ начальства для майора был как гром средь ясного неба: подготовить документы и забить апартаменты Игорь просто не успел. Будет бегать по инстанциям, выкраивая время для получения разного рода справок между поимкой нарушителей закона. В двойном комплекте. Потому что волколаков оказалось два. И жить они будут пока у него. Из своих «соплеменников» выбранный Игорем образец не был самым крупным: среди подобранных обретались настоящие бычары — под два метра, что называется, альфа-самцы. Ни один, несмотря на уверения директора Центра реабилитации — Эрнеста Романовича Кузина, плюгавенького мужичка неопределённого возраста, не ощущался Игорем благонадёжным и подходящим по большей части параметров, перечисленных в его «хотелке» — рекомендации к будущему компаньону. А он, дурак, думал, зачем заполнять такую огромную кипу бумаги. А вот зачем — чтобы на основе ответов из анкеты подобрать комнатную собачку. Ребяток, как выяснил из разговора с директором Центра, регулярно отправляли на учения в военные лагеря, чтобы сноровки не теряли. Кому-то даже доводилось нюхнуть пороху. Таковых в шеренге, выстроившейся перед майором, было всего трое, и все, судя по наглым харям, полагали себя асами в военном деле. Что им какая-то служба в следственном управлении? Да они этих гадов одной лапой прихлопнут! И без какого-то там человека-главного. — Это все? Точно все? — Зная, что ребятки его прекрасно услышат, заговори он шёпотом, уточнил Игорь у профессора. Худосочный мужичок стащил с распухшей переносицы запотевшие очки. — Эрнест Романович? — Поднажал Игорь. — Есть о-один… — Нехотя признался глава Центра, пожелавший на свою беду, лично помочь известному следователю, — Сероволк… — Серьёзно? Так и зовут? — Удивился майор, улавливая выражения страха и волнения на только что гордых моськах волчат. Это… интриговало. — Д-да… Н-нет… Прозвище такое, т-товарищ майор. — Беспомощно развёл руками Эрнест Романович. Под суровым взглядом он как-то нервно взмахнул лапкой и один из дуболомов-инструкторов отправился за последним претендентом на звание напарника майора. — Отпускайте своих подопечных. — Посоветовал полицейский. «Если этот «Сероволк» не подойдёт, то больше никто. Генерал-полковник будет орать, но прорвёмся!» — рассудил Гром. Волколаков разогнали по комнатам. Вечерняя духота охватила город; нагретые за день камни будут ещё с полночи греть и лишь в самый тёмный час остынут и покроются мелкой росой, вспыхивающей мелкими золотыми искрами в рассвете. Но сейчас золотились лепестки яблонь и груш, медленно танцующие в плотном, преддождевом воздухе. Ночью по Питеру саданёт грозой, свежей и слепящей. Промакивая время от времени взопревший лоб, директор Центра обратился к майору: — Ваш визит был внезапен, Игорь Константинович, — издалека начал Эрнест Романович. — За Вас попросили… Вы же понимаете, так? Гром неопределённо хмыкнул. — Мне пообещали, что все документы будут собраны в кратчайшие сроки, чтобы отчётность прошла за минувшую дату, что, несомненно, и в наших, и в Ваших интересах. Но сейчас предоставить жилые апартаменты Вашему будущему напарнику мы не сможем, равно как и Ваше ведомство не сможет предоставить служебную квартиру. Где Вы разместите Сероволк? Майор подзавис, осознавая, какую же фееричную свинью ему подложил Фёдор Иванович. Напарник, чтоб его! Это получается, что волколака придётся привести домой? В его холостяцкую халупу с раздолбанными стенами, где одна радость — панорамное окно? Смущало даже не то, что вынужденным соседом (а по воле бюрократии это может продлиться очень долго) станет нелюдь, а то, что Игорь давно не делил ни с кем жилую площадь. Ему от себя-то порой тошно становилось, а тут целый волколак! Игорь, поправив козырёк кепки, прищурился, заметив ассистента Эрнеста Романовича, посланного за оборотнем. Вечер перестал быть томным. В глазах у майора двоилось. — Что ж, знакомьтесь, господин майор, Сероволк, — директор Центра, потерев ладони, как муха перед вареньем, представил странную парочку из высокого сухощавого брюнета и рыжего, сутулящегося, не желающего показывать лицо, но отчаянно вцепившегося в руку чернявого, — Разлучать нельзя, чревато. Понимаете, почему их на смотре не было? — Это какая-то шутка? — Недоверчиво спросил Игорь, отмечая, что походка у тёмного скупая, как у бывалого бойца. Словно сжатая пружина, готовая в любой момент разжаться и выпустить из коробки чёрта. У рыжего наоборот — ноги заплетались и он бы давно споткнулся, если бы не буксир из темноволосого волколака. — Это дикие, Игорь Константинович, — вздохнув, профессор Кузин развёл руками, — Детёнышами обнаружены в сибирской тайге. Может, слышали о «Деле старообрядцев»? Игорь почесал затылок. Что-то такое он припоминал… Тётя Лена ещё долго причитала, переругиваясь с телевизором. — Община волколаков, которую вырезали браконьеры в начале двухтысячных? — Неуверенно пробормотал Гром. — Да-да, ребятки, — он кивнул на пару молодых «людей», — единственные выжившие. Но не обрекать же их на верную смерть, оставляя в осенней тайге? На пепелище, в которое превратилась деревня? К тому же, Разумовский… — Кузин стащил с распухшей переносицы очки и принялся нервно протирать диоптрии подолом халата. — …травмированный. Он ни разу не обернулся. «Дела-а-а…» — Игорь стащил с головы кепку и приблизился к волколакам. Тот, что рыжий, съёжился ещё сильнее, попытавшись слиться в единое целое с главным в их дуэте. — Эм... Ну, в общем... Майор Игорь Гром, Главное следственное Управление, — чувствуя себя донельзя неуютно, представился мужчина. — Вас как звать-величать... Ну, ты-то Разумовский… — под светлым, леденистым взглядом брюнета Игорь стушевался и замолчал. — Олег Волков, контрактник, звание – майор. — Раздался хриплый голос, губы Волкова почти не двигались, или так казалось из-за бороды, которой у остальных подопечных Центра не наблюдалось, — Это, — смугловатая кисть похлопала по сгорбленной спине, — Сергей Разумовский. Программист. — В органы служить пойдёшь, Олег? — Светлые глаза волколака скосили к жмущемуся Разумовскому. Понятно, о чём говорил профессор. Эти двое — сами по себе стая, или вместе, или никак. — И Сергею найдём занятие, — добавил Игорь. — У нас в управлении постоянно техника виснет. Из-под длинных рыжих прядей опасливо сверкнули светло-синие глаза. Нехотя, словно кто-то силой отрывал от Олега, второй парень шатающейся походкой двинулся к майору. Интуиция вдруг заголосила истеричкой, опыт говорил вытащить табельное. А ещё что-то другое, унаследованное вместе с кровью, в те давние времена, когда волков считали божествами, велело стоять на месте и ждать. Бледное, не знающее солнца, лицо оказалось напротив Игорева, дрогнули крылья носа, втягивая запах. А рыжий-то оказался ненамного ниже чернявого и самого майора. — Серый? — Позвал Волков, переводя напряжённый взгляд с Разумовского на Грома. — Серый, поди сюда. Но Разумовский, странно изогнув шею, что в ней, кажется, что-то хрустнуло, ожидающе уставился на майора Грома. Суженые зрачки, едва виднелись на светло-синем, и это, если честно, несколько напрягало майора. — Печенье будешь? — Сам от себя не ожидая, предложил он, вытащив заныканную сладость. Рыжий волколак с мгновение гипнотизировал малость раскрошившееся курабье, а затем молниеносным движением, сграбастал и также быстро нырнул за спину товарища. Все выдохнули. — Сладкое, значит, любишь. — Сделал вывод Гром. — Жить без него не может, особенно без газировки. — Гладя друга по голове, отозвался Волков. — Сойдёт, я вот, шаверму люблю, — разоткровенничался Игорь. — Так что, тут останетесь, или со мной пойдёте? — С ним. — Сергей невнятно пробурчал в плечо Олега, с надеждой посмотрев на майора. Тот, правильно истолковав взгляд, развёл руками. — Прости, приятель, больше вкуснях с собой нет. Но можно организовать. Возле дома есть круглосуточный. Сергей медленно кивнул и отвернулся, вновь сгорбившись. Вот оно как, в дуэте решает рыжий, осознал Игорь, садясь в чёрную машину с госномерами.