The Unkindness of Ravens

На следующее утро, когда Нил закончил свои репетиторские занятия, он вышел из библиотеки Кобурна и обнаружил машину Эндрю, ждущую на улице. В отличие от прошлой недели, у него было много денег, спрятанных на дне его сумки, и, что более важно, у него был план. Ему не нужна была одежда для банкета, но он подумал, что с таким же успехом он мог бы извлечь максимальную пользу из бесплатной поездки в торговый центр. Согласно веб-сайту, было несколько магазинов, в которых продавалось спортивное снаряжение, и ему нужно было что-то новое для занятий йогой, что-то, что не заставляло бы его беспокоиться о обнажении шрамов при движении, и что-то, чтобы было удобней бегать. Как обычно, место Нила было на заднем сиденье позади Кевина и рядом с Эндрю. Кондиционер работал не на всю мощность, сохраняя в машине холод, как и тишину между тремя кузенами. Нил натянул ремень безопасности и приготовился к долгой неловкой поездке. Как только Ники отъехал от тротуара, Кевин повернулся на своем сиденье, чтобы посмотреть на Нила, и спросил: — У тебя все прошло хорошо? — Почему ты спрашиваешь меня об этом? — Твое поведение отражается на команде, а команда — это лицо колледжа, поэтому ты должен серьезно относиться к своим занятиям. Мы не можем оставлять места для ещё большей критики. — Мне не нужно снова слышать эту речь, — проворчал Нил. В конце каждого лета мастер рассказывал своим игрокам о важности уравновешенности и представления миру определенного образа. Во всем, что они делали, они должны были стремиться к совершенству. Несмотря на то, что Нил никогда не покидал Гнездо, ему все равно приходилось просидеть эти речи вместе со всеми. — Сколько лиц в школе? — вслух задумался Эндрю. Ники взглянул на своего кузена в зеркало заднего вида. — Наверное, около пятисот, если все посчитать. У нас есть всякие спортивные команды, женские клубы, братства, студенческая газета, все клубы… — Все ли лица одинакового размера? — это вызвало у Ники смешок. — Да, только представь себе крохотное личико школьного аквалангиста, выглядывающее рядом с гигантским футбольным лицом. Смех Эндрю снова насмешил Ники, пока Кевин не прервал их истерику резким: — Вы оба дети. — Ну-у, — сказал Ники. — Я взрослый, Кевин, — сказал Эндрю с невменяемой улыбкой в ​​полную силу. — Я могу курить, голосовать и воевать. — Ты также можешь пойти в тюрьму для взрослых, — пробормотал Аарон. — Технически, — вставил Ники, — я думаю, что любой может попасть в тюрьму для взрослых, если он сделает что-то достаточно хреновое. Эндрю наклонился к Аарону и указал на него. — Если ты не разыграешь свои карты правильно. — Убери палец с моего лица, или я сломаю его, — сказал Аарон. — Ребята, ну хватит, — вздохнул Ники. Хихикая, Эндрю откинулся на спинку сиденья и натянул ремень безопасности на своих бедрах. Нил придвинулся ближе к двери. Он смотрел в окно всю оставшуюся дорогу и изо всех сил старался игнорировать всех остальных. В торговом центре они направились прямо в фуд-корт, чтобы пообедать. Нил купил себе в китайском ресторане столько курицы и риса, сколько смог съесть, и сел в конце стола кузенов. Когда он закончил есть, он сказал: — Напишите мне, когда будете готовы уйти, и я встречу вас у машины, — и встал со своим подносом. — И куда ты идешь? — Кевин вздрогнул. — Я уже нашел, что надеть на банкет с Мэттом и Эллисон на прошлой неделе, — ответил Нил. — Я хотел посмотреть другие вещи, пока мы здесь. — Ты мне об этом не сказал. — От меня не требуется ничего тебе рассказывать. Эндрю хмыкнул с ложкой во рту. Нил бросил остатки в мусорный бак и оставил поднос, прежде чем подошел к карте на краю фуд-корта. В другом конце торгового центра был магазин спортивных товаров Дика, который, казалось, был для него лучшим выбором при поиске того, что он хотел, поэтому он мысленно пометил, как туда добраться, и направился в том направлении. Перемещение по самому магазину оказалось сложнее, чем по остальной части торгового центра. Он состоял из двух уровней и предлагал одежду и снаряжение для всего, от скалолазания до бейсбола. Это было потрясающе. Нил чувствовал, что за ним наблюдают и что он не на своем месте, как будто другие клиенты могли сказать, что он заблудился; все они, казалось, точно знали, что делали. Нил старался казаться небрежным, пока бродил вокруг, и, в конце концов, он наткнулся на то, что искал. Он нашел вешалки с шортами, топами, куртками, спортивными штанами и компрессионной одеждой. Здесь были вещи, предназначенные для занятий в любую погоду, снаряжение для лучшей видимости, аксессуары для бега и целый раздел, посвященный обуви. Как Ворон, Нил привык к высочайшему качеству, поскольку мастер никогда не жалел денег на своих игроков, но цены остановили его. В конце концов, он остановился на паре беговых шорт, компрессионных колготках длиной три четверти и термо-рубашке с длинными рукавами, которые были адекватными, но определенно не соответствовали стандартам Ворон, не говоря уже о неправильных цветах. В очереди у кассы Нил решил отказаться от этой идеи. Он мог обходиться уже имеющейся у него одеждой, если не забывал заправлять рубашку перед йогой. Не было необходимости покупать новые вещи. Но когда кассир сказал: — Следующий, пожалуйста, — Нил подошел и положил все на прилавок, надеясь, что это не будет пустой тратой денег. После этого Нил ходил по торговому центру, так как другие еще не писали ему. Учитывая, насколько Кевин был внимателен ко всему, он знал, что у него есть много времени, которое можно убить. Он исследовал книжный магазин, рискнул зайти в магазин, специализирующийся на багаже, и оказался в другом большом универмаге, который ему быстро наскучил. Ближе к центру торгового центра он просматривал витрины киоска с кожаными кошельками и солнцезащитными очками. Затем он выложил пару баксов за мягкий крендель просто потому, что он соблазнительно пах, и сел на край фонтана, чтобы поесть. Через несколько минут Эндрю написал ему: Иди к машине. Нил доел крендель и не спеша добрался до парковки, время от времени останавливаясь, когда что-то привлекало его внимание. Естественно, он вернулся в машину последним. Эндрю сидел на крыше багажника, поставив ноги на бампер. Он и Ники курили вместе, в то время как двое других стояли по сторонам, оба отвлекались на свои телефоны. — Буу, — сказал Эндрю, когда подошел Нил. — Ты не веселый, тупица. — Насколько я знаю, ты отправил это сообщение после того, как уже был здесь, — ответил Нил. Аарон положил телефон в карман и приподнял бровь, глядя на сумку с покупками Нила. — Он ходил в твое любимое место, Ники. — Что? — Ники нахмурился, прежде чем понял, о чем имел в виду Аарон. Затем он закатил глаза. — Как всегда смешно, Аарон. Мы все очень поражены. Эндрю погасил сигарету и убрал остаток палки на потом. Он объявил, что ему скучно, а это значит, что пора уходить. Ники открыл багажник, чтобы Нил мог положить свою сумку вместе с остальными, а затем они все снова сели в раскаленную машину. Они простаивали на стоянке, пока не включился кондиционер и теплый воздух из вентиляционных отверстий не стал холодным. На обратном пути в кампус атмосфера в машине была другой. Ники тревожно постучал по рулю и несколько раз смотрел на заднее сиденье в зеркало. То, что его беспокоило, похоже, не повлияло ни на кого другого. Кевин и Аарон смотрели в свои окна, и Эндрю выглядел так, словно его разум находился за тысячу миль от них. Наконец, Ники нарушил тишину: — Аарон, у тебя с собой список, который Дэн просила тебя составить, верно? Аарон вытащил из кармана сложенный листок бумаги. Он попытался передать газету Нилу, но Эндрю вырвал ее у него. Нил наклонился ближе, когда Эндрю развернул его и увидел, что там был короткий список имен и телефонных номеров, написанный синими чернилами. — Это доступные чирлидерши, которых ты можешь пригласить в последнюю минуту на банкет, — объяснил Аарон. — В следующий раз назначь свидание самостоятельно. — Я сказал вам забыть об этом, — резко сказал Кевин. — И мы решили, что Нил может принимать свои собственные решения, потому что ему восемнадцать, а ты не его сторож, — ответил Ники. Эндрю начал измельчать бумагу на мелкие кусочки. — Так великодушно с твоей стороны, Ники. Ты такой щедрый, но послушай моего совета и в будущем займись своими делами, хорошо? Хорошо. Отлично поговорили. — Он мог бы пригласить своего преследователя, — предложил Аарон. Эндрю жестом приказал Нилу опустить окно, и, как только Нил это сделал, он выбросил пригоршню бумажных листов на ветер. Они рассыпались снежинками по трассе. На этом разговор закончился. Вернувшись в Башню, Нил вытащил свою сумку из багажника и поднялся по лестнице, пока остальные ждали лифта. Он был рад, что поездка в торговый центр закончилась, но теперь у него не оставалось много времени до тренировки, которая съела бы его вечер. И не было много времени между тренировкой, ужином и тем, когда Нилу нужно было лечь спать. В мгновение ока наступит среда, которая, вероятно, пронесется мимо него так же быстро и сменится прямо на четверг. Неделя тянулась слишком быстро, таща его все ближе и ближе к банкету. За его страхом снова увидеть мастера и Рико был страх увидеть Жана. Что Рико сделал с ним в отсутствие Нила? Что творится в его голове? Может, он не справился бы с Гнездом в одиночку. Может, он ненавидел Нила за то, что он держался подальше. Может быть, Рико отравил разум Жана, как отравил разум Кевина. Прежде чем он это понял, вторник закончился. Нил едва мог вспомнить тренировки, едва ли мог вкусить ужин, который он ел с Мэттом и Дэн, а потом внезапно было уже после десяти вечера. Целый день длился всего несколько минут. Когда он лег в постель, чтобы заснуть, его ждал кошмар. Сплетение рук, металла и боли задушили его и выбросили из сна. Пропитанный холодным потом и задыхающийся, Нил открыл свой телефон для слабого света, который он мог дать, и медленно вернулся в реальность. Он прижал руку к гладкой прохладной стене и поднял телефон, чтобы проверить, не черный ли цвет краски. Затем он тихонько встал с кровати и порылся в ящике комода в поисках чистой сменной одежды. В главной комнате он отжимался и приседал, пока не почувствовал, что его тело горит. После того, как он прибрался и надел одежду, которую принес с собой, он рухнул на диван. Звуки телевизора поздно ночью убаюкивали его, и вскоре его разбудили утренние новости. Уйти из Башни было сложно. Нил изо всех сил старался скрыть это, но кошмар оставил его ощущение себя заключенным в клетку, ожидающим быстрого удара по ребрам за то, что он выскользнул наружу. Свежий воздух щипал ему горло. Его шрамы горели, а несколько пальцев, которые он сломал много лет назад, болезненно ныли. После того, как Лисы пришли в спортзал, с неба пролился проливной ливень. Нилу почти нравилось слышать, как дождь бьет по окнам и ветер бьет по зданию, как будто оно намеревается снести стены. Он наслаждался ее силой и яростью, пока ему не пришло время пройти через кампус в суровую погоду. После биологии и введения в общественное здравоохранение у Нила возникло сильное искушение пропустить психологию. Тревога пробежала по его коже. У ветра были когти, у дождя были зубы, и его сердцебиение гремело в ушах. Он был мокрый и измученный, и его единственным утешением была мысль о том, чтобы вздремнуть после уроков. На полпути к Притчетт-холлу Нил вспомнил о Мэдди и о страшном свидание за кофе. Его охватило разочарование. У него было достаточно проблем, и Мэдди не добавляла еще одну, и в самом деле, почему он должен ее бояться? Независимо от того, что она с ним сделает, есть вероятность, что он уже видел что-то намного хуже. Если она решит устроить неприятности, Нил заставит ее пожалеть об этом. Его внезапная вспышка гнева привела к поспешному решению. Поездка в ближайшую кофейню стоила ему нескольких драгоценных минут, но ему все же удалось добраться до класса Джепсена с небольшим запасом времени. Мэдди уже была там, и она оживилась, увидев Нила, не обращая внимания на его ужасное настроение. Она сняла сумочку со стула рядом со своим и сказала: — Привет, Нил, я заняла тебе место. Нил поставил латте ей на стол. — Я не могу пригласить тебя на кофе. Моя команда весь день будет тренироваться, и я должен быть там. Мэдди моргнула, глядя на чашку, ее лицо слегка нахмурилось. Нил мог сказать, что в тот день она приложила больше усилий к своей внешности — более плотный макияж глаз и немного более красивый топ, чем обычно, — и это раздражало его без уважительной причины. Насколько он знал, это не имело к нему никакого отношения. — Ох, спасибо. Мы могли бы сходить в другой день, если бы ты-... — сказала она. — Я занят, — бодро ответил он. — Увидимся позже. Он нашел свободное место сзади и больше не смотрел в ее сторону. Его сердце все еще билось слишком быстро. По крайней мере, все кончено, сказал он себе. По крайней мере, репутация команды экси не могла сильно ухудшиться из-за его плохого отношения. Мэдди попыталась поговорить с ним после того, как Джепсен закончил урок. Она догнала его у выхода из здания и сказала: — Если ты не хотел никуда идти, ты мог бы так и сказать. Я просто хотела подружиться. — У меня действительно нет времени на «подружиться». У меня много всего происходит, — Нил поднял ремешок своей сумки повыше на плече. Сразу за главной дверью он чуть не врезался прямо в Кевина и Эндрю. Кевин бросил ледяной взгляд через плечо Нила — предположительно, на Мэдди и сказал: — Нам нужно идти. Ники ждет нас в машине. Он потащил Нила на улицу. Эндрю подошел к Кевину с другой стороны, насвистывая и жонглируя связкой ключей взад и вперед между ладонями. Ветер и дождь прекратились, и теплый воздух стал сгущаться от влаги. Легкие Нила казались забитыми; повязка сжалась вокруг его сердца. Ему потребовалась целая минута, чтобы вспомнить, как сопротивляться. — Отпусти меня, — прорычал он, вырываясь из хватки Кевина. Другие студенты на тротуаре обошли трех игроков экси, бросая в их сторону странные взгляды. — Тебе нужно успокоиться, Натаниэль, — Кевин бесстрастно посмотрел на Нила. — Почему вы здесь? — У мужчины никогда не может быть слишком много сталкеров, хм? — Эндрю насмешливо протянул. — Я хотел поговорить с тобой, — Кевин понизил голос и перешел на французский. — Эта девушка проблема для тебя? Нил хотел ударить его. По-французски он ответил: — Я могу решить свои проблемы сам. — Ты уверен? Корин придет на банкет в субботу. Рико может использовать ее против тебя. Нил замер. Четыре года он прожил с Корин. На первом курсе она была просто еще одним лицом среди двух дюжин в Гнезде. После того, что она сделала с ним по приказу Рико в следующем году, она выделялась и, казалось, всегда была на его периферии. Он научился отвлекаться и игнорировать ее из соображений собственного рассудка, но теперь он был вне практики. Пик страха в животе Нила дернулся, как нож. — Я буду в порядке, — сказал он по-английски. — Беспокойся о себе. Он ушел, оставив Кевина и Эндрю на тротуаре. Вернувшись в Башню, он переоделся в сухую одежду и провел остаток дня, притворяясь спящим, чтобы избежать всех до тренировки, но после этого он не мог избавиться от ощущения, будто зря потратил среду. Не то чтобы это действительно имело значение, что он делал. Время все равно ускользало бы из его рук. После работы в биологической лаборатории в четверг Нил попытался заснуть, но ему это не удалось. Лежание в тихой комнате, казалось, только усиливало его тревожные мысли об игре UGA. Он слез с койки, чтобы попытаться пройтись по комнате, но это нисколько не успокоило его нервы. Его сухие глаза горели. Тошнота поселилась в его желудке, болезненное ощущение царапины и саднения усугублялось повышенным потреблением кофеина. Он боялся, что не сыграет хорошо из-за того, как устал. Он боялся, что кошмары никогда не прекратятся. Он беспокоился, что Ваймак пожалеет о том, что повысил его до стартового нападающего. Я веду себя иррационально, — подумал он, протирая глаза, как будто это могло бы успокоить его разум. Ему просто нужно было сосредоточиться и упорствовать, на что он был вполне способен. Теоретически это было легко. На самом деле это было не так. Той ночью в Джорджии лисы провели хороший бой с бульдогами и проиграли с разницей в девять очков. Это не была полностью вина Нила, но ему казалось, что это так. Он нес бремя сокрушительной потери всю дорогу домой, в общежитие и до самого сна. В своем кошмаре мастер стоял перед классом Джепсена. Руки Нила были приклеены к столу, и его голос был слишком хриплым, чтобы позвать на помощь. Его глаза резко открылись. Облегчения от того, что он проснулся и все еще был в Башне, было почти достаточно, чтобы нейтрализовать нахлынувшую волну тошнотворной усталости, когда он выбрался из постели. Используя свой телефон в качестве фонарика, он достал из комода чистую одежду и выскользнул из спальни. Переодевшись в ванной, он решил еще раз попробовать поспать на диване. Затем он заметил, что в главной комнате был включен свет, и кто-то смотрел телевизор без звука. Нил прокрался по коридору, пока не увидел макушку головы Сета. Еще один шаг, и он увидел, что глаза Сета открыты. — Как дела, ебанутый, — проворчал Сет. Нил понюхал воздух. — Ты снова курил здесь травку? — Победитель, победитель, ты выиграл куриный ужин*. — Ты накурился из-за того, что мы проиграли игру? — спросил Нил, прислонившись к стене. Часть его хотела спросить, действительно ли это было из-за банкета и того, что Рико пытался с ним сделать летом. — Хах, я не накурился. Получение высоких ударов при низком уровне. Все просто, — Сет сел и выключил телевизор. — Что у тебя трусики в пучок собрались? Опять кошмары? — Нет, — защищаясь, ответил Нил. — Расслабься, чувак. Люку снились кошмары, и я всегда мог сказать когда, потому что он менял свою потную одежду посреди ночи, как и ты, — Сет кивнул на комок вспотевшей одежды, спрятанный под мышкой Нила. — Я так понимаю, Люк — один из твоих братьев. — Ага. Самый маленький. Нил бросил одежду на пол и придвинул свой стул к дивану, чтобы сесть. — Он тоже засранец? — Нет, просто сопляк, — Сет поднял с пола банку пива и сделал глоток. — Он чертовски надоедливый, но не так надоедлив, как ты. — Тебе все еще горько из-за смены линии? Сет грубо рассмеялся, коротко блеснув зубами. — Плевать. Ты же знаешь, что они собираются скинуть на тебя все сегодняшнее дерьмо, верно? Без двенадцати три. Так держать, чудо-мальчик. — Говорит парень, который вообще не забил. — Для людей не имеет значения, что я делаю. — Ты имеешь в виду на корте или вообще? Сет только закатил глаза и осушил остаток банки; его острые края были слишком притуплены травкой и пивом, чтобы он ощетинился ехидным тоном Нила. Из любопытства Нил спросил: — Ты знаешь, что будешь делать после окончания учебы? — Нельзя просто задать этот вопрос старшекласснику. Купи себе манеры. — Значит, у тебя нет плана. — Я буду на уровне с тобой, я не думал, что доживу до двадцати, — Сет откинул голову на диван, и его челюсть отвисла, когда он смотрел в потолок в течение минуты или двух. — Я сделал все то дерьмо, за которое люди обещают убить, и я не заботился о том, чтобы быть осторожным, и я не беспокоился о планировании будущего. На данный момент все, что я хочу от жизни — это чизбургер. Кроме этого, я ничего не знаю. Нил позволил этому осмыслиться и не смог придумать ответа. Даже если бы он хорошо отдохнул, он не был уверен, что знал бы, что сказать. — Что насчет тебя, ублюдок? Хм? Ты собираешься стать профессионалом с Кевином и остаться лучшими друзьями навсегда? — Честно говоря, я не думаю, что доживу до двадцати, — сказал Нил достаточно легко, чтобы это можно было воспринять как шутку. — Что ж, если ты это сделаешь, следи за собой. Все, что после двадцати одного года, — афера, — фыркнул Сет. — Я буду иметь это в виду. — Хорошо. Я заставил себя подумать о чизбургерах и теперь голодный, поэтому я собираюсь прогуляться до старого доброго Макдональдса. Ты тоже можешь пойти, но только потому, что моя голова чертовски забита камнями. Нил решил пойти с ним. Его шансы заснуть в ближайшее время были не так высоки, и он полагал, что есть более худшие способы провести ранние утренние часы, чем прогулки на свежем воздухе.