14.
18 августа 2021 г., 21:49
Примечания:
Глава еще не корректировалась бетой.
В ожидании заключительного дня празднеств Лань Ванцзи поселился в одном из лучших постоялых дворов Безночного города. Буквально за несколько дней до случившегося неприятного разговора с Вэй Усянем тот подарил ему мешочек цянкунь с огромным количеством золотых и серебряных слитков. Ко всему прочему Ванцзи, будучи в Облачных Глубинах на очередном из мероприятий, встретился с Лань Сичэнем и тот в свою очередь вручил ему цянкунь со множеством сокровищ, не говоря уже о золоте и серебре, коего туда было отсыпано от души. Не нуждаясь в деньгах, юноша отчаянно нуждался в своих любимых людях. Отправь его Вэй Усянь обратно в первые дни пребывания в поместье, Лань Чжань с радостью бы вернулся домой, но сейчас, когда его душа и тело полностью принадлежали Вэй Усяню, об этом и речи не может быть. И даже в случае проигрыша Ванцзи не собирался сдаваться. По крайней мере до тех пор, пока Вэй Ин не скажет ему, глядя в глаза, что действительно более не желает его видеть. Что присутствие Лань Чжаня рядом с ним раздражает темного заклинателя и он не испытывает к нему никаких нежных чувств.
Лань Ванцзи не поверил ни одному сказанному Вэй Ином слову в тот день. Разум настойчиво подталкивал к мысли, что темный заклинатель говорит правду, но интуиция кричала об обратном — Вэй Усяню что-то взбрело в голову, он надумал себе лишнего и, следуя своей плохой привычке, не стал обсуждать свои домыслы ни с кем, приняв сразу крайние меры.
Оставаясь незримым для Вэй Ина, Лань Чжань тенью следовал за ним, отслеживая любое направленное на него внимание, имеющее злое намерение. И чем ближе был заключительный день празднеств, тем больше странных личностей крутилось вокруг темного заклинателя. Особенно сильно интересовались им адепты Молин Су зачастую переодетые в одежды простых горожан, но продолжающие носить на поясе подвеску с символом своего клана. Эти люди старательно прятали свою ци. Но как бы они ни скрывали свои духовные силы, Ванцзи с легкостью видел их сквозь используемые ими талисманы и заклинания. Даже больше — чем старательнее заклинатели пытались спрятаться, тем явственнее он видел и ощущал этих людей и их попытки остаться незаметными. Ранее Лань Чжань не замечал за собой таких навыков, но быстро понял, что таким образом проявляются его умения, развитые при помощи подаренных Вэй Усянем духовных практик.
— Думал, я не пойму что ты имеешь ввиду? — прошептал Ванцзи, глядя на Вэй Усяня, что шел рядом со своим главой к центральной трибуне, где должен разместиться сам Вэнь Жохань и Император, прибывший сегодня в Безночный город.
Этот день был полностью посвящен множеству поединков между обычными воинами, демонстрирующими свое искусство, и между заклинателями, чьи сражения были на порядок зрелищнее из-за применяемых сложных техник и используемой духовной силы.
Лань Чжань, благодаря Хуайсану, расположился недалеко от возвышения, где сейчас находился Вэй Ин. Юноша сидел рядом с А-Саном и Цзян Чэном, которые постоянно о чем-то переговаривались и периодически срывались на тихий спор. Ванцзи не прислушивался к их разговорам. Это было для него неважным. Имела значение лишь безопасность Вэй Усяня и его несколько хмурый вид, говорящий о том, что мужчина явно очень сосредоточен. Ванцзи видел, что тот раскинул мощную следящую сеть над всеми трибунами и установил вокруг себя, Вэнь Жоханя и Императора, поднявшегося к ним под громкие приветствия толпы, дополнительный защитный барьер из чистой темной ци.
«Сегодня что-то планируется», — тут же пронеслось в мыслях Лань Чжаня. Сосредоточившись, он потянулся к собственной следящей сети и отметил, что Су Шен затерялся среди зрителей. Больше никого из тех, к кому Ванцзи привязал свои нити, здесь не было.
Украдкой взглянув в сторону врага, юноша отметил, что тот излишне напряжен и несколько раз кинул быстрые взгляды по сторонам. Проследив за ними, Лань Чжань отметил, что в этих точках находятся преимущественно мужчины, выглядящие как обычные горожане, но под маскирующими духовную силу талисманами и заклинаниями скрываются опытные заклинатели.
«Оставили всё на последний день. Предполагаю, что основной целью является не Вэй Усянь и даже не Вэнь Жохань», — подумал Ванцзи, переводя свой взгляд на Императора.
***
Сегодня многое должно решиться. Он сойдется в поединке с Лань Чжанем, и Вэй Усянь не уверен, кто в итоге одержит победу. А нападение на Императора предатели запланировали в конце мероприятия, и избежать его получится только в результате слаженной работы всех задействованных лиц. Неожиданно один из мятежников одумался и предал своих же. И Вэй Усянь никогда бы не подумал, что этим человеком окажется Су Шен. — Я хочу, чтобы мой отец возвеличил основанный им клан, а не прослыл предателем. Пусть все ордена сейчас находятся под единой рукой Вэнь Жоханя, но изначальное разделение никто не отменял. Сохранены даже границы территорий. И Лань Ванцзи прав, что не менее почетно быть главой молодого клана, чей путь только начался, чем стать главой уже великого клана, когда все заслуги тебе достались от предшественников. Основателя Гусу Лань — Лань Аня, последователи чтут сквозь века, так и я желаю, чтобы моего отца помнили и уважали последующие поколения адептов Молин Су. Я усыпил его и забрал символ главы, возглавив тем самым всю операцию по убийству Императора и Вэнь Жоханя. Всю информацию об этом я передам Вам, как и попрошу снисхождения к моему отцу, — с такими словами пришел Су Шен за пару дней до предстоящего события. В кратчайшие сроки была разработана операция по нейтрализации действий мятежников, но непосредственно тех, кто должен убить Императора, удастся схватить только во время самого нападения. Су Шен не знал кем являются эти люди и не видел их лиц, зная только о времени, месте и участниках со стороны Молин Су. Но и полученной информации было достаточно, чтобы избежать этого убийства.***
Накал страстей набирал обороты. С каждой новой парой или группой, вышедшей сразиться друг с другом, мастерство воинов и заклинателей росло, демонстрируя порой уникальные навыки. Зрители ликовали и осыпали победителей цветами, восхваляя до небес их таланты. Ближе к закату Вэй Усянь объявил о поединке, наградой за победу в котором будет исполнение им одного желания, если кто-то сумеет справиться с ним самим. — Но не все желания могут быть исполнены. Исключениями являются следующие: нельзя просить навредить кому-либо, заставлять меня начать служить кому-то иному или причинить вред самому себе, — Вэй Ин улыбнулся, внимательно осматривая замолчавших зрителей. — Кто осмелится скрестить со мной меч или иное оружие? — над трибунами разлилась тишина. — Неужели никто не осмелится? — удивленно воскликнул он, переводя при этом взгляд на Лань Ванцзи, что пристально на него смотрел весь день. — Вэй Усянь, да кто в здравом уме согласится на такое?! — выкрикнул один из заклинателей, что едва ли не громче всех поздравлял каждого победителя. Вэй Ин знал, что этот мужчина и сам не против подраться, но его супруга, сидящая рядом, явно была против подобных забав. — Да! — выкрикнул кто-то на трибунах. — Да, он прав! — Кроме нашего главы Вэнь Жоханя никто не сможет победить Вэй Усяня! — Именно! Зачем такие условия ставить! Это нечестно! — со всех сторон начали раздаваться гневные восклицания, смешивающиеся с восхвалениями силы Вэй Усяня. Когда гомон достиг апогея, неожиданно поднялся со своего места сам Император и подошел к Вэй Ину. Толпа тут же затихла. — Неужели среди десятков прославленных на всю Поднебесную заклинателей не найдется того, кто дерзнет сойтись в дружеском поединке с темным заклинателем? Свет против тьмы — разве не многие из здесь собравшихся радеют за возвеличивание светлого искусства? Сегодня вам представилась возможность доказать, что поколения заклинателей, идущих дорогой света, были правы. Так чего же вы ждете? — проговорил Император, а по толпе пронесся приглушенных вздох. Кто-то просто обязан сразиться с Вэй Усянем, но вот только такого смельчака всё не находилось. Вызваться решил было Цзян Чэн, но Хуайсан крепко схватил его за руку, не позволяя встать с места, кивая при этом в сторону Лань Чжаня, показывая этим, что не стоит торопиться. Лань Ванцзи медленно поднялся со своего места и пристально взглянул сперва на Вэй Ина, а после на Императора. — Я желаю сразиться с Вэй Ином, — спокойно произнес Ванцзи и, более не говоря ни слова, прошел на середину поля для поединков. — Поединку быть, — громко проговорил Император и вернулся к Вэнь Жоханю. А люди на трибунах зашептались — они видели этого юношу раньше, ведь до недавнего времени он следовал везде за Вэй Усянем, и лишь в последние дни темный заклинатель был один, либо в сопровождении других своих подчиненных. И теперь этот молодой господин осмелился принять вызов Вэй Усяня. Неужели у него хватит сил противостоять ему? Те, кто знал, кем является невероятно красивый юноша в черно-синих одеждах и с темно-синей лобной лентой, не очень удивились, ведь они помнили, что этот Лань Ванцзи лучший из молодого поколения заклинателей, да и многих опытных с легкостью одолеет. Если кто и сможет скрестить клинки с Вэй Усянем, то точно только он. Вэй Ин, используя темную ци, сформированную в облако, спустился вниз, на поле, усыпанное светло-желтым песком. Развеяв тьму из-под ног, он подошел к Ванцзи и с вызовом взглянул в янтарные глаза, в глубине которых горела уверенность в собственных силах и победе. — Лань Чжань, почему же ты не вернулся в Облачные Глубины? — спросил Усянь, окинув жадным взглядом облик Лань Ванцзи. Тому невероятно подходили темные оттенки. И пусть Вэй Ин давно это понял, но каждый раз наслаждался видом юноши, облаченного в столь любимые им самим цвета. — Я свободный человек и волен делать всё, что пожелаю, — казалось бы прохладным тоном проговорил Ванцзи, но Вэй Ин почувствовал вибрирующие ноты в голосе юноши, и это жаром отдалось в его теле и трепетом в сердце. «Я дурак, раз решил прогнать его», — Усянь мысленно хлопнул себя по лбу. — «Я же от одного его голоса загораюсь. Или это из-за того, что мы уже неделю ничем не занимались интересным? Нет, я точно идиот», — вновь отругал себя Вэй Ин. — Ну да, как я мог об этом забыть? Ты и правда абсолютно свободен и можешь делать что хочешь и быть где хочешь! — уже вслух и громко произнес Усянь. И вновь люди зашептались. Особенно те, кто знал, что Лань Ванцзи был передан Вэй Ину в качестве наложника. — Разве Лань Ванцзи не принадлежит Вэй Усяню? — Я был уверен в том, что этого юношу ему отдали чуть ли не в качестве раба. Так это оказывается ложь! Вот же сплетники — всё переврали! — Так значит это неправда, что на него наложили ограничивающую печать? Получается Лань Ванцзи по собственной воле находился с Вэй Усянем? — Видимо так и есть, — отвечал кто-то кому-то на заданный вопрос. Люди шептались и шептались, обсуждая неожиданную новость, разнося ее всё дальше в толпе, а Лань Чжань и Вэй Ин смотрели друг на друга и не могли насмотреться. Хотелось подойти и обнять, прижать к себе и больше никогда не отпускать, никогда не покидать. И каждый из них понимал, что читает во взгляде напротив чистые искренние чувства, в которых нет места плохим словам. Но это сражение должно состояться и пусть на несколько минут они станут противниками, но это лишь дружеский поединок, где уже не важно, кто проиграет, а кто одержит победу. Хотя Вэй Усянь никогда не откажется от своих слов об исполнении желания в случае, если Лань Ванцзи победит. Вэй Усянь первым извлек из ножен меч. Мало кто видел его с клинком в руках, ведь мужчина чаще всего в бою использовал своё темное искусство и музыку флейты. Заклинатели и воины из числа обычных людей с жадностью уставились на Вэй Усяня, но и с предвкушением в заблестевших азартом глазах переводили свои взгляды на Лань Ванцзи, что не торопился обнажать меч и лишь крепко держал голубые ножны в ладони. — Лань Чжань, что же ты не вытаскиваешь Бичэнь? — с веселой усмешкой спросил Усянь и сделал красивый взмах своим клинком. — Твой меч — он духовное оружие? Я не чувствую в нём духа, — проговорил Ванцзи в ответ. Если клинок Вэй Ина не имеет души и силы, то Бичэнь за один удар разобьет его на осколки. — Суйбянь? — вопросительно приподняв брови, произнес Вэй Усянь. — Суйбянь? Какая разница? — удивленно спросил Ванцзи. — Тебе не жаль хорошего клинка? Вэй Ин в ответ заливисто рассмеялся. — Не переживай за мой меч. Поверь, он не уступит твоему Бичэню почти ни в чём, — проговорил Вэй Ин. — Хорошо, — низким голосом проговорил Лань Ванцзи и с тихим шорохом извлек свой клинок. Вэй Ин же в ответ хищно усмехнулся, предвкушая интересное сражение, и встал в защитную стойку. Они не стали более оттягивать начало боя — Лань Чжань первым атаковал Усяня и ожидаемо получил отпор. Суйбянь, горя красно-черным пламенем силы Вэй Усяня, пропущенной через него, сталкивался с льдисто-голубым светом Бичэня — и ни один не уступал другому. Как и мечи, их хозяева оказались равны друг другу по умению и силе. «Всё-таки ограничивающая печать блокировала часть его силы», — пронеслось в мыслях Вэй Ина, когда он в очередной раз не без труда увернулся от хитрой атаки Лань Чжаня. Юноша молниеносно принимал решения и легко отбивался от самых сложных выпадов темного заклинателя. Они оба использовали и свою силу, но тьма и свет, сталкиваясь, словно не сражались друг с другом, а заигрывали, сплетаясь и загораясь ярче. Вэй Ин неожиданно осознал, что каждый раз, когда во время секса Ванцзи просил его проявить свою тьму, его ци проникала в юношу, а свет Лань Чжаня, в ответ пропитывал тело Вэй Усяня. Не только их чувства и тела едины, но и энергия не отторгает друг друга. И это было потрясающе. Возможно, сражение могло бы длиться долго, но Ванцзи немного не хватало опыта. Несмотря на его талант и силу, Вэй Усянь всё же имел колоссальный опыт в сражениях и постепенно начал теснить Лань Чжаня, ставя его в такие условия, что тому не оставалось ничего иного, как сдаться. И когда Усянь наконец-то повалил юношу на землю лицом вниз, удерживая его, толпа взревела, чествуя победителя. — Ты проиграл, — нежно прошептал Вэй Ин, сидя на Ванцзи сверху и крепко прижимая его руки за запястья к песку площади. Бичэнь остался зажат в ладони юноши, но воспользоваться он уже им не мог. — Вэй Ин, — хрипло произнес Ванцзи. — Ммм? — вопросительно мурлыкнул Усянь. Ему бесконечно нравилось ощущать сейчас под своими бедрами и ягодицами крепкое тело любимого. — Взгляни на мой меч. — Зачем? — удивился Вэй Ин, но непроизвольно перевел свой взгляд на серебристое лезвие клинка. Едва Вэй Усянь взглянул на Бичэнь, как Лань Чжань направил в оружие энергию и сформировал приказ для нее — проявиться вспышкой света, тем самым ослепляя противника, когда сам юноша на мгновение зажмурился. Всего на краткое мгновение, чтобы тут же извернуться и повалить на песок растерявшегося на секунду Вэй Усяня. Повалить и приставить к горлу серебристое лезвие своего клинка. — Победа за мной, — проговорил Ванцзи и на его губах расцвела нежная, но в то же время торжествующая улыбка. — Ради такой улыбки я согласен проиграть тебе еще хоть миллион раз, — восхищенным голосом произнес Вэй Ин. Зрители, что на некоторое время опешили от такого поворота, взорвались бурными и восторженными возгласами. Поединок оказался выше всех ожиданий. И в это мгновение Вэй Усянь почувствовал вибрации защитных полей. Кто-то начал магическую атаку. — Император, — прошептал Вэй Ин, — надо защитить. Ванцзи не требовалось пояснений, он понял мгновенно. Оттолкнувшись от земли, юноша молниеносно перенесся к Правителю, чтобы установить над ним свой личный щит, когда все созданные Вэй Усянем и другими заклинателями барьеры вдруг рухнули, оставляя Императора и Вэнь Жоханя без защиты. И пусть последний тоже среагировал, но буквально секунда промедления могла стоить жизни многим людям. Атаку удалось отбить, но едва энергетические всплески улеглись, как со стороны одной из трибун раздался вопль ужаса. — Трупы! Здесь мертвые! Вэй Усянь, кинувшись в ту сторону, обнаружил несколько умерщвленных людей. Они принесли себя в жертву, напитав эманациями смерти атакующее заклинание. — Хитро… — прошептал Вэй Ин. Как заклинатель он знал, что самая сильная темная ци выплескивается в момент смерти. Поэтому свежие трупы всегда сильнее давно почивших, если речь, конечно, не о лютых мертвецах. В это время следящая сеть среагировала на попытавшегося скрыться при помощи талисмана перемещения человека, замораживая его, и Вэй Усянь пленил беглеца. Убивать его он не должен, с этим уже будут разбираться другие люди. Он свою миссию выполнил, пусть и с помощью Лань Чжаня: правители под защитой, никто из зрителей не пострадал, виновные пойманы.***
Разбирательства, связанные с нападением во время заключительного дня празднеств, грозили затянуться на долгие месяцы. Всех виновных в той или иной мере заключили под стражу до решения Вэнь Жоханя и Императора относительно дальнейшей их судьбы. Вэй Усяню было неинтересно заниматься подобным и, получив от Императора щедрое вознаграждение для себя и Лань Чжаня, темный заклинатель откланялся, уводя за собой и всех своих приближенных. Политические интриги не его стезя. Хуайсан хоть и хотел остаться поучаствовать, но в какой-то момент понял, что и у него нет желания влезать в подобные дрязги. Оставив несколько своих наблюдающих, он покинул Безночный город вслед за своим господином.
