Разожги огонь

«Жизнь – отстой», - уныло подумал Элиотт. Ницца была его городом: пляжи, голые загорелые тела, лазурное море, танцы в клубах… Если бы город можно было очеловечить, то Ницца была бы стройной девушкой в короткой юбке с широкой улыбкой на лице. Париж же был старым, чахоточным и вечно всем недовольным стариком, не вызывающим у Элиотта ни малейшего желания там оставаться. Однако жизнь любит диктовать свои условия. Конечно, привести партнера отца по работе и трахаться с ним будучи обдолбанным в семейном загородном доме, было не лучшей его идеей. «Можно подумать, он святой… - со злостью размышлял Элиотт об отце. – Сам-то чего туда приперся один на выходные? Сто процентов, завел любовницу на стороне…» Впрочем, думать об этом было некогда, надо было торопиться в блядский университет и производить там на всех хорошее впечатление, отец с него теперь три шкуры спустит при малейшей провинности, а ему совсем не улыбалось остаться совсем без финансового обеспечения, он и так при нынешнем пониженном бюджете вынужден был снимать убогую комнатушку на пару с каким-то обдолбышем, который, вполне возможно, торговал наркотой. Еще и в сраном Париже. Отец знал, что Элиотт терпеть не мог Париж. Париж, Лондон, Берлин – это все не его. Его города – это цветистый Амстердам, знойная Барселона, вечно не спящий Буэнос Айрес, ну и, конечно, родная Ницца. Элиотт в очередной раз поморщился, бросив взгляд на серую стену его будущей альма-матер. - Элиотт? – услышал он девичий голос и обернулся, тут же натянув на себя дружелюбную улыбку. - Дафна? – Элиотту пришлось немало напрячься, чтобы вспомнить имя. Пару недель назад он приходил в деканат по делам, где и встретился с девушкой, которая, узнав, что он новенький, тут же принялась без устали расписывать, что из себя представляет университет. Элиотт пропустил большую часть ее болтовни мимо ушей. В этот раз Дафна тоже не была тихоней, сразу начав оживленно вещать о том, с какими преподавателями ему сегодня предстоит увидеться. - О! Лука! – воскликнула Дафна при виде курящего парня с русыми взлохмоченными волосами, который был столь же не рад видеть чрезмерно горящую энтузиазмом Дафну, как и Элиотт, только в отличие от первого он это не скрывал. Столь же вяло и неохотно он поздоровался с Элиоттом, что несколько того разозлило. Он не привык, чтобы к нему так небрежно относились, особенно когда он проявляет просто чудеса приветливости. «Стянуть бы с него эти штаны да отодрать хорошенько», - подумал Элиотт, взбесившись еще больше от надменно брошенного: «У меня свое расписание». По приходе в аудиторию его раздражение несколько снизилось. Девушки в привычной для него манере тайком поглядывали в его сторону, стараясь не пялиться столь откровенно. Для Элиотта вовсе не было секретом то, что он выглядит довольно эффектно. Однако раздражение снова к нему вернулось, стоило на паре появиться столь же безразличному ко всему Луке, которому абсолютно сошло с рук позднее появление. Препод просто чуть ли не писался от восторга, когда тот излагал идею для своего фильма. Еще больше раздражения Элиотт испытал после того, как вступил в дискуссию, неосознанно желая показать, что он тоже вполне соображает. «Не должен я никому ничего доказывать», - с досадой подумал Элиотт. Когда препод полностью погрузился в чтение лекции, Элиотт придвинулся к одногруппнице, имя которой так и не запомнил, и решил разузнать побольше об этом выскочке. Как оказалось, девушка тоже не была в восторге от предмета обсуждения. - Манон и остальные общаются с ним только потому, что с геями модно дружить… - фыркнула девушка. – Вот сколько раз я пыталась… Дальше Элиотт уже не слушал. «Так он гей, - ухмыльнулся про себя Элиотт, найдя взглядом спину сидящего впереди Луки. – Это уже интересно…» Элиотт подумал, что не против переспать с Лукой и стряхнуть с него этот раздражающий апатичный вид. Вряд ли тому удастся сохранить невозмутимость, когда Элиотт… Фантазия Элиотта разгулялась. Теперь поведение Луки стало для него понятнее: видимо, тот относился к сорту парней, которые любят строить из себя недотрог и блюдут нравственность, однако стоит кому-нибудь симпатичному уделить им внимание, как они тут же млеют и готовы отсасывать в первом же подвернувшемся туалете. В свете новых открывшихся обстоятельств весь гнев Элиотта был вытеснен похотью, так что, едва ему подвернулась возможность, он приступил к плану сближения с Лукой, подсев к нему за столик в столовой. Элиотт даже невзначай коснулся его пару раз, однако Лука не выглядел хоть сколько-нибудь этим взволнованным, он вообще выглядел чрезвычайно отстраненным от всего, пока Алексия не щелкнула пальцами у него перед носом, после чего Лука рассказал совершенно очаровательную историю о том, как незадачливый порноактер поскользнулся на смазке и сломал ногу прямо перед самым носом Луки. Элиотт был шокирован тем фактом, что Лука может быть причастен к съемкам порно – это все никак не вписывалось в тот образ, что он успел выстроить в своей голове. «А он не так прост, как кажется», - озадачился Элиотт. Теперь было ясно, отчего Луке, при том что он гей, было абсолютно плевать на Элиотта. Да у него и так поди полно секса в жизни. Это же порно! Тем не менее интерес Элиотта к Луке после этого только возрос. Он уже представлял, как Лука ему на практике покажет, чему научился за годы съемок… Все эти замечательные картины были прерваны появлением персонажа, который Элиоттом совершенно не ожидался. Существование у Луки парня осложняло слишком многое в далеко идущих планах Элиотта. Настроение было окончательно испорчено. Однако внимательно всмотревшись во взаимодействие Луки со своим бойфрендом, Элиотт несколько приободрился. Их отношения точно не были идеальными. Они были усеяны трещинами приглушенного недовольства Луки и невнимательности Матиса, а значит есть очень хорошие шансы, что при правильных действиях со стороны Элиотта Лука забудет этого самого Матиса в ближайшем будущем. Элиотт решил не упускать возможности пройтись с Лукой после окончания пар. Судя по всему, ему следовало сейчас ненавязчиво быть рядом, а потом уже переходить к более решительным действиям. Однако внезапное приглашение Луки смешало все в его голове. Похоть опять затуманила ему разум, особенно при виде поедающего торт Луки. Одно это зрелище уже являлось чистым порно. Элиотт решил, что сейчас самое время подключать флирт, особенно ввиду того, что он уже устроил неплохой прогрев, заставив Луку вспомнить его недовольства по отношению к Матису. Только вот проблема была в том, что Лука оказался катастрофически туп в восприятии какого-либо флирта, не подействовал ни намек про запретный плод, ни уже более очевидные слова про страсть, а под конец он добил Элиотта этим своим «Я просто ничего не чувствую». Элиотт предпринял последнюю попытку – слегка приблизился и стрельнул в него своим фирменным взглядом, перед которым еще никто не устоял… До этого момента. «Может, он импотент?» - задался вопросом Элиотт, неохотно принимаясь нажимать на кнопки джойстика. В скором времени игра его полностью захватила, да так, что они просидели за ней несколько часов к ряду, не отрываясь. Элиотт выместил на своих виртуальных соперниках все свое неукротимое желание потрахаться. Когда на экране засветилось оповещение о конце игры, Элиотт с удивлением осознал, что в комнате уже стемнело. Он с удовольствием потянулся, разминая затекшие от долгого нахождения в одной позе мышцы. Живот заурчал. - А ты хорош, - одобрительно хмыкнул Лука, и Элиотту понадобилось некоторое время, чтобы понять, что речь шла о его игровых навыках. - Зови почаще, - отозвался Элиотт, ухмыляясь и в очередной раз бросая на Луку красноречивый взгляд, который, конечно, и в этот раз не попал в цель. Лука включил свет, а затем принес из кухни несколько стеклянных бутылок пива, открывашку, чипсы и копченую рыбу. Элиотт с наслаждением сделал первый глоток прохладного напитка, искоса наблюдая за включенными Лукой для фона музыкальными клипами. Они с Лукой сидели на полу, подложив для мягкости подушки и упираясь спинами в диван. - Обожаю их, - Лука отхлебнул пива и мотнул головой в сторону дрыгающихся парней с гитарами, перед ногами которых только что пробежал броненосец. – «The Clash» – лучшее, что случалось с панк-роком… - «Green Day» – это лучшее, что случалось с панк-роком, - не согласился Элиотт. - Мейнстрим, - презрительно отозвался Лука. - Они популярнее, и не зря, - ответил Элиотт. - «The Clash» для старперов… - Элиотт вдруг понял, что критика музыкальных вкусов Луки никак ему не поможет ему переспать с ним. Пиво уж слишком его расслабило. – Ну в смысле… Мне просто кажется, что они не такие современные, - попытался спасти положение Элиотт. Лука хихикнул, вскрывая пачку чипсов. Элиотт заразился его весельем. - Что ж, такому старперу, как мне, они в самый раз, - Так ты тоже по року? - Сейчас больше по дабстепу, - отозвался Элиотт. - Что крутого в дабстепе? – поинтересовался Лука, делая очередной глоток пива. - Трахаться под него классно, - решил пойти ва-банк Элиотт. Пиво на голодный желудок несколько вскружило ему голову. Он закинул в рот несколько кусков копченой рыбы, дабы не поплыть окончательно. - Неужели? – Лука усмехнулся, подняв бровь. – Ты трахаешься с девчонками под дабстеп? «Может, в этом дело?» – сверкнула мысль в голове Элиотта. Лука не знает, что он гей, и поэтому никак не реагирует… - Вообще я тоже по мальчикам, - ответил Элиотт, пристально вглядываясь в глаза Луки. - Вот как, - отозвался тот, не выглядя таким уж удивленным. – Все равно не представляю, как можно трахаться под дабстеп… - Лука перешел ко второй бутылке пива, предварительно съев горсть чипсов. - Очень даже круто, - Элиотт отхлебнул еще пива и ухмыльнулся. – А под что трахаешься ты? Неужели «The Clash»? - Если бы, - отозвался Лука и сделал небольшую паузу, прервавшись на поедание рыбы. – Не знаю, мы обычно обходимся без музыкального сопровождения. - А ты попробуй… - Элиотт снова метнул в Луку игривый взгляд. - … в следующий раз дабстеп… - Я подумаю, - улыбнулся Лука. Это была первая победа за день. Если Лука это на самом деле сделает, то пусть и на пару секунд, но в его голове во время секса всплывет воспоминание об Элиотте, как бы сильно Матис не старался завладеть его вниманием… - Так ты в шкафу? – спросил Лука. - Нет, - ответил Элиотт. - А почему не рассказал никому в университете? На тебя уже бросили глаз несколько девчонок… Разве не лучше сказать сразу, чтобы избежать недопонимания? - Это не мое дело, на что они там бросают глаза, - равнодушно сказал Элиотт. – Я никому ничего не обещал и уж тем более не обязан перед ними отчитываться… - Тоже верно, - признал Лука. – Но все же немного жестоко оставлять их в заблуждении… - А что, они будут счастливее, узнай, что я гей? – со скепсисом поинтересовался Элиотт. – Так у них хотя бы есть надежда. - Надежда на несбыточное, - заметил Лука. – Да, они не станут счастливее, если узнают, но смогут отпустить и присмотреться к кому-то еще. - И что-ты хочешь? Чтобы я как-нибудь так невзначай встал в столовой на стульчик и прокричал «Я гей»? Если спросят, отвечу, я не скрываюсь, но встревать с этим фактом ни к селу ни к городу я не стану. - А ты не такой уж белый и пушистый, как кажется на первый взгляд, - сказал Лука. - На первый взгляд много чего кажется, - хмыкнул Элиотт. Он просидел у Луки чуть ли не до ночи, попивая пиво, поглядывая на музыкальные клипы и болтая ни о чем. Хотя секс ему и не перепал, этот день все же был лучшим с тех пор, как он переехал в этот чертов Париж.