Clandestine

Весперу было плохо. Очень плохо и больно. Больно настолько, что он , вернувшись в свою комнату, где Джеймса не было, просто разрыдался в голос, совершенно не заботясь о том, что мафиози слышит. Пусть слышит. Пусть посмеется над глупым агентом, что умудрился по уши влюбиться в своего врага, в цель своего задания. И в теплоту его рук. На следующий день весь отель оцепили пришедшие ФБРовцы, прочесывая здание в поисках Ле Шифра, который просто не мог сбежать. К сидящему в подвале мафиози неслышно подошли сзади и, нет, не выстрелили, а крепко обняли со спины. Жалкие остатки ночи прошли неспокойно, с каким-то привкусом липкой неизвестности, заставляющей быть настороже, даже сквозь сон. Последнее состязание, день турнира. Хлопоты официантов, не позволяющих, чтобы стаканы игроков и гостей были пусты. Напряженные лица самих игроков. Кокетливые взгляды многочисленных спутниц, наряженных дорого и слишком броско. Сначала Ле Шифр пытался разглядеть в толпе тонкий силуэт. Но поймав себя за этим, пресек свои действия. Вчера своим уходом Веспер поставил точку, дал понять, что произошедшее было единственным случаем их близости. Ле Щифр не возражал, сам понимая невозможность их отношений. Очередной кон, соперники попались слабыми, что заставляло мужчина негодовать. Он желал сильного соперника. Чтобы победа далась нелегко, чтобы вкус ее был тоньше и острее, чтобы адреналин в крови зашкаливал. Неожиданно раздался грохот. Звон стекла врезался в уши, будто острые осколки. Крики шокированных девушек, зычные указания агентов ФБР в бронежилетах. Началась толчея, хаос заражал каждого, но не Ле Шифра. Опыт его преступной деятельности давал о себе знать. Удачно слившись с толпой, ему удалось протиснуться в коридор. А там уж и выход. Но не все так просто, иначе мужчина усомнился бы в реальности происходящего. Большая дверь была заблокирована приближающимся отрядом подмоги и поток людской массы понес мафиози к противоположной стороне от двери. К лифтам. Послышалась автоматная очередь, одиночные выстрелы пистолетов. Более истошные крики. Грубость нецензурщины. И мужчина, повинуясь шепоту интуиции, выбравшись из толпы, прошмыгнул к служебной лестнице, о которой видимо абсолютно забыли. Кляня себя за то, что не удосужился изучить чертеж строения отеля, он надеялся, что внизу найдет выход из здания. Неужели он все-таки попадет в лапы легавых? Ну нет, не дождутся. В подвале было на удивление скверно. Если на жилых этажах отель был верхом богатой роскоши, то здесь было как в хлеву. Холодно, мерзко, тихо. Мужчина достал пистолет. Сделал шаг вперед. Лишь звук капель нарушал безмолвие. Возможно, здесь ему удастся переждать шумиху. Неподалеку, в темном углу заметил какие-то доски. Там-то он и засядет, удобная позиция. Доски непозволительно громко заскрипели под весом мужчины. Ле Шифр скривился и, настороженно прислушиваясь, снова обнаружил лишь мерное капание неизвестно откуда бравшей воды. Он не ожидал, когда из-за спины, откуда он никак не ожидал приближения, его обняли. Стискивая в сильных руках. Не ожидал, а потому на автомате нажал на курок пистолета. Послышался оглушительный выстрел, пуля отрекошетила от каменного пола, куда было направлено дуло оружия, и устремилась к потолку, где врезалась в дерево балки. К губам и носу прижали платок и скоро попытки мафиози вырваться стали вялыми, чтобы совсем сойти на нет. Он повалился на бок, сморенный бессознательным сном. Очнувшись, Ле Шифр увидел над собой лишь светлый потолок. Как оказалось, находился он в небольшом катере что улепетывал с острова где вовсю слышались звуки стрельбы, взрывались гранаты. За штурвалом был мужчина лет сорока, тоже француз, на вопрос Ле Шифра ответив, что Веспер попросил увезти его отсюда на другую сторону реки, где у Ле Шиффра был дом. *** С тех пор прошло три месяца. Как узнал мафиози позже, в перестрелке были убиты все представители преступного мира. Полегло много полицейских, и мужчине надо было признать, если бы его не увезли, то уже хоронили бы. Все это время он думал о французе, гадал, жив ли он и что с ним стало, а чуть позже Ле Шифра привезти в ФБР уже как свидетеля, гарантировав ему полную безопасность. И вот, мужчина сидел в полицейском участке и давал показания, когда один из полицейских крикнул другому. - Скажи Локонте, пусть придет. Сердце мафиози дрогнуло немного, но стоило войти вышеупомянутому, как Ле Шифр опешил. Это был Веспер, несомненно. Только вот без смоляных кудрей, горящего взгляда, словно потухших глаз. А щеку, губы и шею перечеркали глубокие шрамы: ему сильно досталось тогда от своих и от чужих. От кукольной внешности юноши не осталось и следа. Время то бежало, ускользало, словно туман сквозь пальцы, то текло как мед, слишком медленно, слишком тягуче. Ле Шифр плохо помнил, как его увезли из отеля. Спасли? Он бы побеспокоился, откуда у незнакомца ключ от его квартиры, но на удивление сил ни на что не хватало. Или желания. Холодная апатия поселилась в груди. Мучило осознание того, что он потерял частичку себя. Что-то важное. Кого-то, за малое время ставшего дорогим... Мужчина гнал эти мысли от себя, оставаясь наедине с тишиной. Спустя неделю он решился выйти на люди. На узкой, солнечной улице царило оживление людей. Не такое, что раздражало бы своим шумом, а уютное, но заставляющее почувствовать себя лишним. Потому что ты не весел, потому что не хочешь заразить своей хмуростью, замарать. Ле Шифру звонили. Партнеры, знакомые, люди, считающие себя близкими друзьями. Но все, как одним натыкались на барьер автоответчика. Из газет и из сообщений мужчина узнал, что облава ФБРовцев прошла продуктивней для легавых нежели подозревал мафиози. Задержанных оказалось предостаточно, и даже таких, как Джек Уотс, а ведь он был тем еще изворотливым червем. В праздной статье были расписаны "героические подвиги" служащих закону, и также сетования о том, что, к сожалению, был упущен один из членов "преступной группировки", но его ищут. Снисходительно усмехнувшись наивности написанного, мужчина, допивая кофе, оставил на столике небольшого кафе деньги за свой заказ и встал, решая, куда идти. Он часто, по вечерам, бродил по пустынным улочкам крохотного городка, мостившегося на берегу реки. Но тут к нему подошел официант, принеся на подносе конверт. Внутри лист бумаги, сложенной вдвое. Повестка в полицию. Напряжение охватило мужчину. Повестка как свидетеля? Здание ФБР было цвета стали. Что снаружи, что внутри. Серый пол, стены, стол, стул, на котором он сидел сейчас и зеркало как сталь, но все прекрасно знали, что это окно. И неизвестно еще, кто находится за той его стороной. Возможно, это все ловушка с целью поймать "опасного преступника", но Ле Шифр, всю жизнь не упускавший возможности наличия риска, все-таки сел в машину, подъехавшую к его кондоминиуму, беспрекословно сел и позволил привести его сюда. - Скажи Локонте, пусть придет. Фраза вырвала из раздумий. Он уже начал скучать, потому что хмурая физиономия агента, сидящего напротив и будто отражающего настроение Ле Шифра, ничем хорошим не способствовала. И тут вошел он. Незнакомый знакомый. Ле Шифр не стесняясь вперил взгляд в бесстрастное лицо Локонте. Как? Как человек за такое короткое время мог измениться. И не только внешне. Мелкие шрамы, выглядящие как царапины, рассыпались по все еще фарфоровой коже. Короткая стрижка, хмурое выражение лица. И главное. Глаза. Да, все те же, изумрудные, но теперь погасшие. Словно драгоценный камень, долго пролежавший в тени обветшалого антикварного магазина. Нет той игривости, блеска. Это внушило обеспокоенность. Откуда все это? Что произошло? Ле шифр, повинуясь мимолетному желанию коснуться, привстал, как тут же услышал грубое, громкое: - Сидеть! И от кого? От юноши. Опасного, сильного. Он послушно сел, спрашивая ровно: - Причина моего пребывания здесь? - Мсье Ле Шифр, - выдохнул все тот же приятный голос, все тот же чарующий акцент, - мы располагаем некоторыми сведениями, и так же знаем, что Вам известно куда большее по делу. - Веспер опустил взгляд в лист бумаги, вытаскивая из мелкого шрифта точное имя, - Дерека Сайлда, одного из ведущих наркобаронов страны. Вам будет обещана полная безопасность и конфиденциальность. Кивнул парень, а после, проследив взглядом за полицейским, что вышел, оставив их вдвоем, сел напротив, закинув ногу на ногу и зажав в зубах колпачек ручки, скрестив так же покрытые шрамами руки. - Это в ваших интересах. Не волнуйтесь, за зеркалом никого нет, никто нас не слышит. У веспера и самого, признаться, дрогнуло сердце при виде мужчины. Но нет, все кончено, кончено. Да и кому он такой нужен? Деловой тон. Дежурные улыбочки с малой долей легкого дружелюбия. Очарование парня никуда не делось, если на первый взгляд казалось, что от него не осталось и следа, то после произнесенных слов стало понятно, Локонте все тот же, но теперь более скрытный, спрятавшийся за маской. Ле Шифр, словно хамелеон на местности, перенял тон общения. Признаться, он не знал как себя вести с Веспером после столького времени, прошедшего с последней их встречи. Казалось, это было непозволительно давно... Дерек Сайлд. А у агентов губа не дура. Этот наркобарон заправляет многими такими, как сам Ле Шифр. И сдать его - значит попрощаться с жизнью. Прощаться придется долго, больно, мучительно. Обворожительно улыбнувшись, произнес: - Не понимаю, о ком вы ведете речь. В первый раз слышу это имя. Боюсь, помочь вам мне не удастся, - деланно расстроенным тоном закончил. Расшрамованные губы растянулись в улыбке, из-за пояса был вытащен пистолет. Через пару мгновений холодное дуло уже упиралось в лоб мафиози. - В таком случае, легче вас пристрелить. Кроме нас здесь никого, и мне ничего не стоит обставить это как самооборону. Наклонил голову парень, и по глазам его Ле шифр понял: он это сделает. Не блефует, не затрусит. Застрелит на месте, несмотря на то чувство, что отчаянно билось в груди, пробивая легкие. - И, поверьте, смерть в моих руках будет ничуть не легче, чем у Сайлда, мсье Ле Шифр. Наплевать. Наплевать, на то, что хочется расплакаться, закричать, высказать все этому предателю, а после обнять крепко-крепко и целовать до умопомрачения. Но сам на это он сейчас не решился бы. А потому, в глубине души надеялся, что это сделает мафиози. Откинувшись на спинку металлического стула, Ле Шифр неспешно обводил взглядом Веспера. Знакомился заново. Было вполне интригующе. Угрозе он верил, уж слишком яростно-решительным огнем сверкали глаза юноши. Но вот ситуация таковая мафиози была не в новинку. Часто ему угрожали. Да. Почти всегда с серьезным намерением убить. Мужчина давно смирился, что в какой-то момент жизнь может внезапно оборваться. Он успел подготовиться, принять этот факт и каждый раз встречать приход Костлявой с достоинством и усмешкой на губах. - Я бы предпочел ваши руки. Я до сих пор помню их умелость, - низким, обволакивающим сознание, голосом произнес Ле Шифр. В лоб все еще упиралось холодное дуло пистолета, лицо мужчины украшала лукавая улыбка, рука Веспера дрогнула, палец сильнее надавил на курок... Момент и... Ле Шифр, соскочив со стула, в мгновение ока приблизился к опешившему было Локонте, прижимая к стене, опуская ладони на беззащитное горло, пальцами ощущая нежность кожи. Телом к телу. Снова. Дыхание на двоих. Считанные миллиметры разделяли их губы. - Я до сих пор тебя не забыл, - на выдохе. Глаза Веспера заволокла дымка желание, но рука бесстрастно направляла пистолет на Ле Шифра, в грудь. В самое сердце. Он смотрел на него в упор, широко распахнутыми глазами, а через мгновение, опустив к полу взгляд, вдруг... рассмеялся. Рассмеялся тихо и хрипло, вдавливая холодное, смертельно опасное дуло сильнее в широкую грудь, смотря как-то пугающее безразлично сквозь шелестящий смех. - Издеваешься? Сядь на место и не прикасайся, - голос вновь сделался жестким. - Как многое зависит от внешности человека, правда? Еще полгода назад у меня были друзья, были люди, которые любили меня, которые испытывали ко мне желание. Но строило мне стать таким, - повел он бровью, - Уродливым, больным, как всем стало безразлично. В том числе и тебе. Скажешь, это не так? Нужен тебе такой я? Безумие правило Веспером. Ле Шифр послушно отступив, вернулся к столу, сев на стул. Сцепил пальцы в замок, слушая откровения отчаянного человека. В слова верилось легко. Этот мир был жесток. Падок на красоту, и безразличен к чистоте душевной. Отчасти Ле Шифр был принадлежником такого мира. Он ценил эстетику в первую очередь, но сейчас, глядя на эту самую оболочку, попорченную и не столь прекрасную, но, странно, не менее желанную, Ле Шифр не чувствовал отторжения восприятия. Он просто не мог оторвать взгляда. Как бы эгоистично ни звучало, но он даже чувствовал некое удовлетворение. От того, как теперь выглядит Веспер. Если раньше тот был воплощением чего-то неземного, далекого, непостижимого, то сейчас он казался близким, реальным, его хотелось схватить и не отпускать. Его хотелось. - Довольно. Жалости от меня не получишь, ты не настолько низко пал, чтобы принимать ее как подаяние, - резко, припечатывая каждое слово. - Нужен - не нужен. Да какая к чертям разница? Почему ты так изменился? Где тот уверенный в себе юноша, неужели весь ты это лишь твое прекрасное личико. Где твоя личность? Или ты ничто без похотливых глазок, да желающих трахнуть тебя членов? - опершись о поверхность стола требовательно, чуть ли не крича, спрашивал Ле Шифр, - если это так, то ты потерянный человек. Не лучше меня. Юноша замер. Замер, смотря на него сначала шокировано, потом с усмешкой, через мгновение уже с иронией. Да, совсем, совсем не этого он ждал от их встречи, сейчас на автомате вытаскивая из кармана сигарету и закуривая, усмехнулся. -Ничего никуда не делось, что б ты знал. Просто ситуация кардинально изменилась. Тогда я был опьянен тобой. Я по уши влюбился за эти гребанные семь дней турнира. Глупо, правда? Отложив пистолет в сторону, Веспер, чьи глаза поблескивавши теперь не томным, а хищным огоньком, приблизился вплотную, проводя пальцами от живота по груди вверх и заметив словно невзначай. Для него, как и для Ле Гифра, что считал себя отнюдь не первым любовником француза, это было важно. - И если уж на то пошло, то за всю жизнь трахал меря только ты, - усмехнулся он, а через мгновение уже прижался к губам мужчины в жарком поцелуе, сжав пальцами его плечо и прижимаясь ближе Ле Шифр пребывал в недоумении. Этот человек - полная непредсказуемость. Но от этого, казалось, становилось только интереснее и интригующе. Что может выкинуть Веспер в очередной раз? Прижав напряженное тело ближе, яростно ответил на поцелуй, забирая ведущую роль. Приблизившись к столу, Веспер присел на его краешек, находя опору, обвил ногами бедра мужчины. Поцелуи превратились в укусы, объятия граничили с грубыми стискиваниями, чтобы убедиться в реальности, чтобы пресытиться касаниями. Анализировать сказанное юношей у Ле Шифра не получалось, весь его разум, все естество упивалось близостью тела, наконец дорвавшись до желаемого. Когда им обоим стало не хватать воздуха, они оторвались друг от друга, заглядывая в глаза. Наблюдая отражение собственного ликования ощущением друг друга. - Извините, не хотел помешать, - самоуверенный, ничуть не извиняющийся голос донесся от двери. Веспер, сидевший спиной к пришедшему, сразу узнал голос. А Ле Шифр имел возможность воочию его увидеть.