Алая камелия

***

Сквозняк по полу от открытого окна. Свежий воздух после дождя наполнял комнату приятной прохладой. Приглушенные голоса членов организации в коридоре. Среди них уже можно было выделить громкоголосый крик Дейдары и Хидана. Наверное, снова всколыхнулись в каком-либо споре и не успокоятся, пока один из них не сдохнет на месте. В общем, ничего нового и странного. Всё как всегда. Несмотря на то что сейчас в логове по "счастливому" стечению обстоятельств находилось по крайней мере половина её членов, это не доставляло дискомфорта. Наоборот. Это частично успокаивало и давало понять, что ничего катастрофического не произошло за то время, пока двое Учих наслаждались телами друг друга. Лучи солнца, упавшие на прикрытые веки, заставляли проснуться. Вдохнув полной грудью, насколько это возможно из-за болезни, Итачи привстал на локтях и сонно, потирая глаза, уставился на Шисуи. Он ещё спал, перекинув руку через него, прижимая к теплой груди, которая мерно вздымалась во сне. Растрепанные каштановые волосы играли блеском на солнце, широкий нос с горбинкой, длинные ресницы подергивались от надоедливых лучей. Залюбовавшись, Итачи протянул руку к открытой части спины и дотронулся до твердых мышц, плавно ведя ладонь вверх. Пальпируя подушечками пальцев позвонки, прошелся по шее и запустил пальцы в волосы, массируя кожу головы. Шисуи сонно зевнул и продрал слипшиеся веки. Ощущая теплые касания, он расплылся в теплой улыбке, рассматривая единственным глазом свисающую, растрепанную челку и обкусанные губы. Какой он красивый. – подумал Шисуи.       – Доброе утро. – Шисуи смущенно потер затылок и заулыбался, надеясь, что его ненаглядный вороненок тоже в хорошем настроении, несмотря на сегодняшний переезд.       – Доброе. – С тихим, но теплым рокотанием, произнес Итачи, накручивая сальный локон на палец и вставая с кровати, потягиваясь, разминая зетекшие мышцы и суставы. Шисуи, перевернулся на живот и бессовестно пожирал глазами каждый сантиметр прекрасного тела Итачи. На шее алели пятна, на ягодицах залегли сливовые следы от ногтей. Все напоминало о хорошо проведенной ночи и одной разрушенной преграде. Итачи, заметив пристальное наблюдение в потертом зеркале, быстро застегнул последние клепки поверх новой одежды, которую вчера любезно занесла Конан, как они вернулись с миссии. Шисуи разочарованно выдохнул и откинулся на кровати, распластавшись крестом.       – Ты знаешь, насколько ты красивый? – Спросил Шисуи, смотря в каменный потолок.       – Не задумывался. Я занимался миссиями и продумками своего... – Осекся Итачи и слегка вздрогнул. Шисуи, уловив что-то неладное, резко подорвался с кровати и вопросительно изогнул бровь.       – Продумками чего? – Переспросил Шисуи, включая свой детектор лжи и проникновенный взгляд.       – Это связанно с Саске? Итачи слабо кивнул, не решаясь особо скрывать этого, но говорить то, что он хотел с самого первого дня резни в клане. Умереть ради брата. Он не решался раскрывать свою трусость в этом. Ещё, помимо Саске, тогда бы был ещё и обеспокоенный Шисуи, пытающийся отговорить друга от такого ужасного поступка. Сейчас же, возможно, стоило пересмотреть приоритеты ради Шисуи, так как он буквально выбрался с того света и, встретив Итачи, несказанно обрадовался. И лишать его этой единственной радости в жизни было бы совершенным эгоизмом с его стороны.       – Я вчера сказал, Тачи, я помогу тебе с твоим братишкой и со всем остальным, всё будет хорошо. – Шисуи тепло поцеловал Итачи в щеку и приобнял, стараясь развеять все переживания, терзающие душу друга. Скосившись на Шисуи, Итачи только сейчас заметил, что тот совершенно голый и без какого-либо стеснения расхаживает перед ним в чем мать родила. Итачи прикрыл смущенное лицо, ощущая, как по ушам и щекам начала ползти краска.       – Шисуи, что за срам. Оденься уже, нам надо выдвигаться, раз уж ты отпросился у лидера. Видя такое лицо, Шисуи засмеялся и игриво зыркнул.       – А что? Ты стесняешься? – Продолжал Шисуи напирать на Итачи, ища свою форму, – Вчера ты не стеснялся, когда мы с тобой творили кое-что интересное... Сказав это, в голову Шисуи полетела подушка, и каким бы умником он ни был, но такой удар предугадать не смог, от чего чуть не грохнулся на пол, в последний момент сбалансировав руками. Итачи зловредно улыбнулся, радуясь маленькой победе. Шисуи встал и оделся, да с такой скоростью, что можно было подумать об использовании им шуншина.       – О, пощади меня. – Театрально сказал Шисуи, закрывая себя руками, когда проходил рядом с Итачи, судорожно заматывая бинтами изуродаванную часть лица.       – Я подумаю. – Смотря на жалкие попытки Шисуи перебинтовать веко, Итачи выдохнул и отпрянул спиной от дверного косяка, протягивая руку.       – Подойди. Подозвав старшего, Итачи взял чистый бинт из ладони и принялся ловко перематывать им голову, вспоминая попутно все пособия по перемотке, о которых читал будучи ещё генином. На удивление, было приятно заботиться о Шисуи. Итачи в такие редкие моменты осознавал, что ещё может чем-то помогать ему, даже если это не так существенно.       – Готово.– Убрав пальцы с затылка, Итачи выдохнул, довольный своей проделанной миссией.       – Спасибо, Тачи, что бы я без тебя делал. – Шисуи потрогал повязку и, довольный, накинулся на шею Итачи, целуя в щеку.       – Возможно, нашел бы другого перемотчика. – Итачи пошутил и потянул Шисуи чуть ли не силой за дверь, вслед за собой.       – Только дурак согласится на другого, я, по-твоему, дурак? – Не унимался Шисуи, дергая Итачи за рукав и ведя себя как маленький.       – Конечно нет. – Очень серьезно сказал Итачи холодным тоном, но потом расхохотался своим мягким, учиховским, что слезинки проступили из глаз.       – Не понял, я, по-твоему, дурак? А ну отвечай, хватит смеяться! Итачи прекрасно знал Шисуи и его порой ребяческие выходки, поэтому точно знал, что тот не обижается от его ответов. Только при нём он мог так открыто и звонко смеяться, словно певчая птица по утрам, заливающаяся щебетанием на рассвете. Проверяя все вещи по списку ещё раз, Шисуи водрузил на себя большую часть, чтобы не нагружать тщедушного младшего с его больными легкими.       – Идем, страна Чая не ждет! – Бодро прикрикнул Шисуи и бережно взял Итачи за руку, выводя из убежища на свежий воздух.

***

Выйдя за границу Аме, Шисуи замедлил шаг и повернулся к Итачи.       – Я смотрел по картам, в страну Чая есть два пути, – для наглядности, Шисуи всё же достал карту, хоть и не сомневался в блестящем уме Итачи, – мы можем пойти через страну Огня и обогнуть её полукругом. При этом надо будет двигаться пешком. Второй путь, – Шисуи переместил палец вдоль страны, помеченной синим и провёл до нужной. – Мы можем пойти по нейтральной территории, по стране Рек. А после неё сесть на какой-нибудь паром и переплыть залив "Хелу", после чего сразу же окажемся в стране Чая. Этот путь короче, но я не знаю, как может повести себя море.       – Давай пойдем через страну Огня? – предложил Итачи, задумываясь о своем.       – Почему-то так и знал, – Хмыкнул Шисуи, завернув карту обратно в рулон и положив в сумку. По тому, как Учихи отдалялись от дождливой страны, воздух становился все легче и теплее, в связи с изменением климата на мягкий и до боли родной. Весь путь от Дождя до Огня займет максимум дня четыре, по расчетам Шисуи. Тем не менее, нужно будет найти какую-нибудь дешевую ночлежку, либо же спать в лесу. Но перспектива кашляющего ночью Итачи, жмущегося на холодной земле к нему, совершенно не устраивала. Ближе к ночи, Шисуи смог найти простецкую и непримечательную ночлежку, почти в глуши. Она стояла как раз в доль дороги, что делало её весьма популярной у всех странствующих, и никто не мог её обойти. Войдя внутрь, над дверью прозвенел тихий колокольчик, оповещая о прибывших гостях. Женщина средних лет с тёмными волосами, заколотыми в пучок, вышла к двум Учихам, куря мундштук и пуская дым в сторону.       – Вам комнаты снять? – спросила женщина, опираясь на деревянную стойку и постукивая ногтями о потертую поверхность.       – Комната одна, – Уточнил Шисуи и добавил, прокашлявшись. – У нас с моим напарником денег только на одну. Ещё хотелось спросить вас. Завтраки включены в эту сумму?       – Включены, – женщина недовольно смирила Шисуи искоса, но не могла ничего больше сказать. – Ваша комната на втором этаже. – Отдав ключи, она уселась на стол и продолжила курить и плести какой-то узор. Шисуи тихо позвал Итачи наверх. На удивление, в этом домике был ещё и душ, хоть и обшарпанный и не факт, что ещё работающий. Да и находился он в конце коридора на втором этаже. Закрыв за собой дверь, Итачи выдохнул, но тут же оказался прижат Шисуи к ней лицом.       – Я так долго ждал, чтобы нормально прикоснуться к тебе. – Шисуи провел горячими ладонями по шее с лопатками, постепенно спускаясь на талию и сминая ягодицы.       – Всего день прошёл. – Пробурчал Итачи со впечатанным лицом в дверь, тяжело дыша от возбуждения. После блужданий проворных пальцев по одежде, Шисуи рывком развернул Итачи к себе и впился в бледные губы с остервенением и страстью. Сминая кожу губ в голодном поцелуе, Шисуи быстро расстегнул плащ и уже стягивал майку с Итачи, точно так же поступил и младший, время от времени запуская костлявые пальцы в каштановые вихры и притягивая старшего к себе ближе для ласк языком. Итачи сквозь пелену смутно видел, как Шисуи спустился к бедрам и развязав белый пояс, спустил штаны до щиколоток. Ощутил знакомое тепло в паху, ловкий язык и губы на крайней плоти и грациозные движения шеей взад вперед, теплые пальцы, помогавшие доставить удовольствие не поместившейся части во рту. Дойдя до предела, колени Итачи предательски задрожали и с губ слетел неприкрытый стон. Для Шисуи слушать столь сладкие звуки было сродни колыбели. Он подставил язык под теплую вяжущую жидкость, выстрелившую из уретры. Коснувшись губами головки, он воздушно поцеловал её. Шисуи метнул лисий взгляд на Итачи. Встав со скрипящего пола, он подхватил легкое тело и унес в направлении спальни.

***

Встав пораньше, Шисуи смахнул мешающую прядку на лице своего спящего хорька и нежно поцеловал в лоб. Одевшись и помывшись в непонятно сколько вековом душе, который ещё чудом работал, Шисуи спустился в холл. Оглядев более ясным взором помещение, он увидел несколько постояльцев, правда вид у них был более потрепанный, и с утра они уже приставились к бутылке саке. Шисуи лишь выдохнул и присел за свободный столик. К нему подошла та же женщина, что и заселила из вчера. Он подумал, что, скорее всего, она была хозяйкой этой небольшой ночлежки, раз всё делала сама.       – Чем вы будите завтракать? – Не особо заинтересованно бросила женщина и перечислила блюда, которые могут здесь приготовить. Шисуи думал лишь бы не отравится с утра и выбрал самое простое, не требующие особых условий хранения.       – Вы разрешите забрать мне завтрак на верх? – Сложив пальцы в замок спросил Шисуи хозяйку.       – Да, только не заморайте ничего, иначе вам придется платить за ущерб. – Сухо пригрозила женщина и отправилась к кухарке передать заказ. Когда все было готово, Шисуи взял деревянный поднос с едой и поднялся в комнату к Итачи. Надеясь, что тот ещё спит, беззвучно прокрался в комнату, но не обнаружил свое таинственное чудо в кровати. Постельное белье было новое и заправленное без единой складочки. Итачи вошёл в комнату почти следом за Шисуи. Склонив на бок волосы, обтирая ещё влажные пряди от душа, он врезался в его широкую спину       – Доброе утро, я думал, ты ещё спишь. – Растерянно озвучил Шисуи, потирая в привычном жесте затылок.       – Я всегда встаю рано. Не хочу изменять многолетним привычкам, – Итачи глянул на поднос в руках Шисуи и смягчился, убирая полотенце с головы на крючок. – Зачем сюда? Я бы и сам мог спуститься. Не такой беспомощный. – Слегка холодно отрезал Итачи.       – Я и не говорил, что ты беспомощный. Просто маленькая забота. К тому же внизу сидит пара пьяниц. Я не спорю, что тебе, скорее всего, будет всё равно, но я не могу при них делать так: Шисуи разгреб влажную копну волос и, заправив за ухо, нежно поцеловал в мочку.       – Провокатор. – Шикнул Итачи, покрываясь румянцем и зашагал к столу, чтобы позавтракать тем, что добыл Шисуи.       – Ещё какой. – Игриво сказал Шисуи и пригласил сесть за стол. На подносе был чайник с крепко заваренным зеленым чаем, немного дашимаки тамаго в тарелке и скромные три шарика данго на палочке, политые традиционным сдадко-соленым соусом.       – Ох, Шисуи, спасибо. Но тут лишь одна порция. Как же ты? – Поинтересовался Итачи, ломая палочки, чтобы преступить к трапезе.       – Не беспокойся, у меня есть позавчерашняя половинка рисового пирожка. Голоден не буду. – Уверенно заявил Шисуи, от чего заработал недовольство Итачи. Ухватив кусочек омлета, Итачи преподнес его на конце палочек ко рту Шисуи с настаивающим взглядом.       – Если уж одна комната на двоих, то будет справедливо завтракать так же. Шисуи ухватил омлет и довольный уставился на Итачи, прожевывая нежную субстанцию. После, переняв палочки, начал ответно кормить его. Итачи сопротивлялся, отпирался руками, воротил нос, словно маленький, вредный ребенок, но, после нескольких поцелуев в щеку, всё-таки согласился. Шисуи удовлетворенно выдохнул и обрадовался тому, что с таким успехом скоро сможет откормить Итачи до нормального веса.

***

Следующие три дня и ночи, Учихи передвигались по деревьям с помощью чакры в стопах, то и дело делая короткие передышки. Шисуи поклялся себе завершить технику необходимую для лечения Итачи. Пока болезнь была лишь в начальной стадии и было возможно что-то сделать. Чем ближе они приближались к стране Огня, тем теплее становился климат. Сейчас можно было положить плащи в лесу и спокойно спать, не беспокоясь о холодной ночи. Но Шисуи все равно спал на плаще, привычно закинув ногу на ногу, облокачиваясь на корень какого-нибудь дерева или сумку. Другой рукой он придерживал Итачи, спящего на груди, и жмущегося от ночной прохлады ближе к теплому телу. Итачи был довольно бережливым с детства, так что за все года проведенные в организации, он смог накопить приличную сумму денег. Тут как раз хватит, чтобы снять небольшой домик на год. Поэтому Шисуи и решил тогда сэкономить на ночлежке, помимо своего решения об утехах с младшим.       – Хочешь проведать Саске? Мы как раз находимся вблизи Конохи. – Крикнул Шисуи, быстро передвигаясь по ветками деревьев, то и дело поглядывая на Итачи, чтобы тот не отставал.       – Хочу. Но как пробраться незамеченными? Эти плащи явно вызовут много вопросов на посту или у джоунинов деревни.       – Делов то, – Шисуи слегка замедлил темп, видя, что у Итачи началась отдышка.– Снимем к черту эти плащи и запихаем в сумку. На рынке можно купить какие-нибудь местные вещи, чтобы не вызывать подозрений. Тем более, щит Конохи нас пропустит, ведь мы тут родились и жили. – Закончил Шисуи и остановился, рассматривая знакомую красную верхушку здания хокаге. Итачи остановился следом и загипнотизированно смотрел в ту же сторону. В голове всплывали воспоминания их почти забытого прошлого.

***

Спустившись к воротам Конохи, Шисуи убрал оба плаща в сумку, оставив соломенные шляпы. Использовав самую простую иллюзию на двух дозорных, Шисуи взял за руку младшего и повел к ближайшему простому ларьку. Помимо льняной одежды, старший прикупил ещё парочку одеяний и обуви для себя и Итачи, учитывая, что они собрались прибывать в стране Чая долгое время, и с рынком другой территории он плохо знаком, как и с ценами.       – Хорошо сидит, берем. – Шисуи оглядел Итачи по-своему жадно, с улыбкой. Заплатив деньги пожилой бабулечке за всю одежду, он почтенно поклонился, поблагодарив.       – Побольше бы такой молодежи воспитанной было, как вы. – Сшамкала старушка, беря деньги в сухие руки и складывая себе в карман.       – Да что вы, я думаю, сейчас молодежь ничем не хуже. Рано или поздно они всему научатся, надо лишь подождать. – Шисуи улыбнулся старушке. После кивнул Итачи, и тот, повернувшись, спокойно вздохнул. "Шисуи – это Шисуи" Подумал Итачи и вышел из магазина, поклонившись пожилой женщине. В конце концов, рос в семье главы клана. Мать научила всем манерам и как надо себя вести в обществе. Шисуи слегка подтолкнул Итачи плечом, чтобы тот следовал за ним. Взяв младшего за руку, он пошел по главной улице в направлении академии, где, скорее всего, учился и сейчас находился Саске. Шисуи не собирался оставлять ещё одну психологическую травму от своего нежданного визита с того света, так что предложил Итачи понаблюдать за братом из-за укрытия.       – Скоро у них будет обед, так что, скорее всего, выйдет на свежий воздух. – Шисуи поправил простой головной убор и облокотился спиной на дерево, размариваясь под приятной тенью от кроны дерева. Итачи стоял и не двигался, как столб. Он надеялся увидеть брата и не сводил глаз с дверей академии, ожидал, когда те распахнутся, и детские вопли заполнят площадку.       – А я ведь помню, как ты тихо сидел на уличной лавочке все перемены. – Шисуи тепло улыбнулся, вспоминая маленького Итачи. Одинокий ребенок в своих мыслях, не имевший настоящих друзей из-за своего "прирожденного таланта". Шисуи тогда понимающе глядел на своего смышленого друга, желая составить ему компанию. Когда было время между небольшими миссиями, Шисуи всегда приходил к Итачи и составлял ему компанию в свободное от уроков у него время. В тихую приносил с собой какие-нибудь вкусности, по-ребячески заграждая спиной сладости от взглядов других детей, так как знал, что те начнут конючить, но он их приносил только для Итачи. Правда, сейчас всё было по-другому.       – Гляди! – Шисуи отпрянул от дерева и незаметно указал пальцем на распахнувшиеся двери академии. Из ворот сразу разнеслись детские радостные вопли, а у кого-то уставшие вздохи. Будущие шиноби заполнили площадку и играли в свои игры или обсуждали сплетни про своих сенсеев и одноклассников. Короткая кобальтово-черная шевелюра блеснула на теплом солнце сталью. Гордый, юный Учиха уселся на лавочку в тени и достал себе скромный бенто. Разломил палочки для еды, принялся нажевывать рис и кусочки водорослей. Итачи вздохнул от своей беспомощности. Очень хотелось подойти, обнять и спросить: как дела? как учеба? нашел ли хороших друзей? Он осознавал это осколками стекла в сердце, но улыбался от того, что имел возможность просто увидеть брата. Удостовериться, что с ним всё в порядке и просто жив. Громкое карканье и хлопки крыльями ворона раздалось неподалеку. Итачи повернул голову на звук. Увидев, как красивая птица взметнулась в голубое небо и полетела в сторону академии, Итачи заподозрил, что это очередной трюк старшего, правда для чего – непонятно.       – Вот видишь, с ним всё хорошо. Не стоит беспокоиться так сильно. – Отвлекая от улетевшей вороны, заявил Шисуи, потирая свой глаз и придерживая успокаивающе младшего за плечо.       – Вижу. Но есть ли у него друзья в академии? Вдруг ему одиноко, как и мне в свои годы из-за клейма фамилии или талантов? – Продолжал Итачи тянуть свои мысли, как длинную карамель.       – Твой брат не промах, думаю, у него есть хорошие друзья. – В момент сказанной фразы, к лавочке прибежал солнечный, взболомошенный комок энергии, утирая нос грязным рукавом рыжего цвета.       – Саске, давай позже потренеруемся? Спорим, что я в два счета сделаю твою кислоты рожу!!! – Самодовольно заявил растрепанный пацан, тыкая пальцем в мирно сидящего Учиху.       – Ещё чего мне не хватало - возиться с тобой, усуратанкачи! Не мозоль глаза. – Саске продолжил созерцательно обедать, игнорируя все попытки Наруто спровоцировать его на какую-нибудь ерунду.       – Да уж, у твоего братца резкий характер. В нем видно немного тебя. – Шисуи позволил смешок, от чего сразу получил фирменный испепеляющий взгляд Учихи Итачи, для общей картины не хватало лишь пары алых шаринганов. Ветерок потрепал листву и ребяческое напряжение спало между Учихами. Кто-то из учителей вышел на площадку, чтобы завести всех обратно в академию и продолжить уроки. Итачи досадно выдохнул, видя, как братишка спрыгнул с лавочки и ушел обратно. А ведь так хотелось еще подольше посмотреть на него.       – Шисуи. – тихо позвал Итачи.       – Что?       – Зачем ты выпустил ворона? – Итачи уставился на Шисуи, испытывая своими очаровательными глазенками.       – Оох... – Шисуи выдохнул и положил руку на плечо Итачи, слегка сминая ткань и кожу под ней.       – Я не думаю, что тут нас абсолютно все хотят убить. Есть же наверняка старые знакомые, готовые помочь.       – К чему ты клонишь? – С непониманием ответил Итачи, скрещивая руки на груди, отчего Шисуи пришлось убрать руку с плеча, видя его недовольство.       –Я же говорил, что помогу тебе помириться с братом. Послал ворона Какаши, так как узнал, что он является сенсеем Саске, а также того желтоволосого мальчугана Наруто и девочки Сакуры, которую я не знаю. Так что... – Шисуи пожал плечами и надеялся взыскать одобрения со стороны Итачи на свои действия.       – Шисуи... – тихо простонал Итачи, растерянно глядя сквозь него, – Я благодарен тебе, но это слишком. Как Какаши может отреагировать на письмо старого покойника.       – Эээй, я не старый покойник! – возмутился Шисуи. – Я молодой!       – Но суть-то понятна. Если о нас узнает кто-то ещё в деревне, то, боюсь, мы не будем в безопасности и к Саске будет подобраться сложнее. – Итачи удрученно выдохнул, сдувая прядку со лба.       – Кстати, – Шисуи заправил мешающую прядку Итачи за ухо. – Хокаге сейчас до сих пор третий? В кроне деревьев затаилась тишина, нарушаемая мыслями двух Учих и одной пташкой, подлетевшей к ним поближе из-за любопытства.       – К сожалению, нет. Он ведь был одним из тех в деревне, кто знал всю историю той ночи и спокойно отнесся к моему решению. Если бы Какаши пришел к нему с докладом от твоей птицы, то вопросов бы не было. Как мне известно, то сейчас на пост собирается вступать Цунаде – внучка первого хокаге.       – Ого, не знал, что она вступает на пост. Я про неё знаю очень мало, к сожалению, так что не могу судить о её действиях, если Какаши донесет ей про нас. Шисуи выдохнул теплым ветерком в лоб младшего. Осмотревшись по сторонам, легонько поцеловал в поджатые губы. Напряженность на лице младшего была такой сильной, что Шисуи мог бы наверное постучать по нему, ощутив камень. Но из трепета и уважения он, конечно, не стал бы так делать. Пользовался всем тем из своего арсенала, что могло раздробить эту обеспокоенность.

***

      – Предлагаю чего-нибудь поесть. – Шисуи смутили свои голодные звуки, доносящихся из живота, и отвернулся.       – Хорошо, так и быть, спасу тебя. – Итачи саркастично посмеялся и, взяв старшего за руку, отправился в ближайший ресторанчик, стоявший с их детства в одном и том же месте. Приятный мягкий свет не бил по глазам и красиво играл персиковым на коже и янтарем в волосах. Здесь можно было забыть про день и ночь из-за очень маленьких окон. Табуретки с мягким седалищем давали в полной мере насладиться отдыхом, после дня, проведенного в дороге. Темноволосая девушка с малиновыми губами принесла меню на столик. Шисуи задумчиво водил глазом по блюдам и представлял, что и как будет сочетаться, попутно учитывая предпочтения младшего в еде. Итачи нравилось до легких покалываний в животе наблюдать за Шисуи, когда он что-то выбирает. За мгновение его брови и выражение лица менялись так же резко, как и погода в сентябре. Спустя пять минут подошла официантка с аккуратно заколотым пучком волос и малиновый помадой. Выслушав все пожелания гостя, она кокетливо улыбнулась Итачи, что не осталось без внимания Шисуи. Теперь же он подался вперед. Теплое дыхание опалило кожу шеи Итачи, и он нервно сглотнул, совершенно не понимая мыслей Шисуи.       – Я развожусь с тобой. – Очень разочарованно сказал Шисуи, прикладывая ладони к сердцу. Итачи на миг подавился воздухом и закашлялся от внезапного заявления. Отдышавшись, от наступил Шисуи на ногу под столом, за такие шутки. Злобно зыркнув на него, отвернулся в сторону.       – Дурак. Ты ещё даже не женился на мне. – Обиженно заявил Итачи, продолжая сверлить стенку пристальными глазенками.       – Ну, после всего произошедшего, смею предложить тебе свою руку и сердце. – Шисуи, до этого веселый, притих, чтобы другие посетители кафе не слышали столь аморальных речей, по отношению одного мужчины к другому, ещё и родственников.       – Ох, Шисуи. Хватит шутить.       – Так я и не шучу. Кому какая разница до того, как мы будем жить с тобой в другой стране и что делать. К тому же, ты мне и вправду очень дорог. – Шисуи вложил хрупкие ладони Итачи в свои, поглаживая фаланги.       – Давай это обсудим позже наедине. – На лице Итачи залегла горькая улыбка. Расслабившись, он ответно сплел свои пальцы с Шисуи. Официантка вскоре принесла на деревянном подносе заказанные Шисуи блюда. Как бы это эгоистично ни было, но Итачи прекрасно знал, что Шисуи может выбрать и за него, так как хорошо знал его предпочтения в еде. Горячая якисоба с сочной свининой, зеленый крепкий чай и две порции данго к нему в придачу. Идеально. Разломив с треском палочки и поблагодарив за трапезу со сложенными ладонями у груди, они принялись за поглощение блюд. Подцепив палочками лапшу, Итачи, можно сказать, ел как аристократ. Ни одной капельки жира мимо и ни единого звука чавканья. Прямая осанка, словно к нему привязали палку. Сейчас он больше походил на искусную храмовую статуэтку божества. Шисуи был полной противоположностью всего этого изящества за столом. На поле битвы да, он двигался воздушно, и каждое движение было просчитано шаринганом и смекалкой кучерявой головы. Сейчас он по варварски запихивал как можно больше лапши в рот с причмокиванием и комментариями о том "как это вкусно" и "как давно я нормально не ел". Осанка, правда, была общей, разница была лишь в ширине плечей. Итачи дал себе клятву, что обучит Шисуи столовому этикету как следует. Возможно, из его фраз присутствующие могли подумать, что он сбежал из голодного края, где никто никогда его не кормил. Облизнув еле заметно губы от жира, Итачи положил палочки на специальную подставку. Пододвинув поближе чайник и чашки, налил ароматный, крепкий чай. Но чай они пили более чем одинаково. Умиротворенно прикрыв глаза, пригубливали с края, отдаваясь приятному ощущению, разливающемуся в организме. Итачи схватил деревянную шпажку с данго и отправил один за другим в рот, блаженствуя. Шисуи любил сладкое, но не настолько, насколько Итачи, который превращался чуть ли не в мурчащего кота от него. Возле выхода раздалось громкое трепыхание крыльев и карканье. Шисуи повернулся на шум и увидел своего ворона, идущего к ним на цокающих лапках в кафе. Люди невольно оборачивались на столь наглое животное, и кто-то из посетителей постарался его прогнать, но птица словно никого не видела, кроме Учих. Шисуи наклонился к птице, подставив руку, чтобы та могла сесть. Нащупав привязанный пергамент на правой лапке, он развязал веревку и открыл его для чтения. Шисуи перебирал перья на груди птицы и гладил спинку, та, в свою очередь, прижималась к нему как домашняя зверушка. Итачи уставился на него, ожидая, что он скажет из прочитанного послания.       –"Страна Чая через неделю". Прочитав столь короткий ответ, Шисуи задумался, насупив нос и передал послание через стол Итачи. Тот подтвердил, что это почерк копирующего ниндзя.       – А если это ловушка, чтобы поймать нас? – Подал голос Итачи, нервно вертя бумажку меж пальцев.       – Даже если так, то стоит попробовать. Мы будем предельно осторожны. – Шисуи положил ладонь поверх пальцев Итачи, останавливая вращательные движения пергамента в его руке. Итачи слегка вскинул бровь на друга. Тот, в свою очередь, улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой таяли все льды на душе. Итачи расслабился, ощущая это .       – Если это не ловушка ,и Какаши в самом деле приведет Саске, то не думаю, что он станет меня слушать. Скорее всего, захочет убить на месте из-за произошедшего. А если все-таки станет, то не хочу, чтобы он стал злиться на деревню. Я этого как раз и опасаюсь       – Может, я с ним сначала поговорю? – Брякнув пустой чашкой по столу, Шисуи заплатил по счёту, подошедшей официантке. Та снова невзначай начала заигрывать. Итачи нервно поправил рубаху, обдумывая слова друга и игнорируя назойливую официантку. Шисуи расплылся довольной улыбкой, видя холодное лицо Итачи на её флирт.       – Можно попробовать. Предлагаю выдвигаться в страну Чая сегодня, чтобы там всë успеть обустроить для более менее нормального жилья.       – Сделаю всё, что ты скажешь. – Шисуи многозначно подмигнул Итачи и смочил губы. Выйдя из ресторанчика, Учихи зашли в небольшой магазин и купили риса и лапши, чтобы можно было хоть что-то приготовить по прибытии. Наверное, ни Итачи, ни Шисуи не хотели бы бежать в лес в поиске дичи, не чувствуя ног после утомительного путешествия.

***

      – Как ты? – Спросил Шисуи, тяжело дыша и отдыхая от утомительной дороги под деревом, сидя на молодой травке.       – Всë хорошо. Я думал путь займет больше времени. – Отпив из фляги, Итачи передал её по братски Шисуи и, последовав его примеру, откинулся на ствол дерева. Приложившись пухлыми губами к горлышку, Шисуи жадно вливал воду в свой организм. Он походил на дикое животное, которое впервые пришло на водопой средь полуденной засухи. Итачи с восхищением наблюдал за пышным веером прикрытых ресниц. За персиковой кожей, красиво игравшей на солнце из-за капель пота. Дергающийся кадык при каждом полном глотке. С каждым глотком он ощущал всем своим телом, как его самого встряхивает. Итачи откровенно не понимал, как можно так по блядски пить из обычной фляги. При одном виде на такого Шисуи, он мог бы запросто возбудиться, так что предпочел опустить взгляд на грудь, надеясь прервать свой бурный поток мыслей в голове.       – Спасибо, Тачи, мне гораздо лучше. – Шисуи вытер капельки влаги у рта, тем самым делая финальный аккорд в терпении Итачи. Отпрянув от дерева, Итачи повернулся к Шисуи и, уместив ладони на скулах, секундно вглядывался в большие, теплые омуты, перед тем как нежно поцеловать в губы. Вскоре удивление Шисуи растаяло, уступая место спокойствию. Он охотно отвечал на инициативу Итачи, иногда нарочно задерживаясь, чтобы увидеть, что он ещё придумает. Итачи запустил костлявые пальцы в вихры Шисуи, притягивая ближе для медового поцелуя. Разглаживал свободной рукой мышцы шеи и широкую ключицу. Шисуи тяжело дышал от накативших эмоций. От этих костлявых пальцев, ловких и уверенных, от трепещущих ресниц перед лицом, от роскошных волос, скользящих меж его пальцев. Итачи, ухватив Шисуи за грудки, опрокинул его полностью на ствол дерева, а сам медленно сполз вниз и принялся судорожно расстегивать нижние клëпки плаща.       – Неужели ты без меня совсем не можешь? Не боишься, если увидят? – Шисуи довольно смотрел на Итачи и тяжело дышал, когда тот снял штаны с нижним бельем и коснулся пальцами самого важного.       – Могу, но не хочу. Да и я могу спокойно поймать любого проходящего в гендзюцу. – наклонившись, Итачи поцеловал головку и ухватился за основание члена. – Позволь мне сделать это.       – Итачи, не делай этого, если не можешь! Я не хочу, чтобы ты себя травмировал! Ммх... Итачи крепко сжал основание, от чего Шисуи выгнуло над землей, до хруста позвонков, и он проглотил все свои предостережения обратно. Итачи ещё раз посмотрел на внушительные размеры плоти и размяв шею, упал на Шисуи до упора, уткнувшись носом в лобок. Судорожно дыша через нос, Итачи тут же выпустил член изо рта, начав кашлять. Шисуи пребывал в шоке, видя на что способен Итачи. Потянувшись к нему, чтобы похлопать по спине, Итачи взметнул руку вверх, останавливая попытки старшего помочь ему.       – Всë хорошо. – Успокоив дыхание, Итачи расстегнул свой плащ. В нем было нестерпимо жарко от коктейля диких чувств. Подложив плащ под грудь для удобства, Итачи продолжил ритмично опускаться то вверх, то вниз, регулируя тем самым темп и возможность Шисуи кончить. Шисуи поправил прядку Итачи, выпавшую из-за малинового уха. Тот лишь благодарно вскинул ресницами и продолжил, отдаваясь процессу. Он хотел, чтобы Шисуи мог полностью оценить его навыки, даже если дело касалось секса, в котором Итачи был, мягко говоря, профан, и подобное Шисуи он делал впервые. Итачи слышал как Шисуи начал тихо поскуливать, поэтому замедлился и не распылялся на поверхностные посасывания и ласки языком. Теперь же, он более чувственно брал глубже, ощущая головку почти в глотке. Шисуи непристойно постанывал, закусив кулак до крови, любовался до пьянящих волн красотой Итачи в столь интимный момент. Шисуи, затаив дыхание, обмяк на стволе дерева. Итачи ощутил горячую мускусную жидкость, стекающую в горло. Хотелось закашлять, но он не мог себе позволить такой роскоши, пока Шисуи был таким. Тяжело дышащим, раскрасневшимся и слабо улыбающимся от наслаждения. Когда прошли последние судороги, Итачи выпустил член изо рта, сглатывая вяжущую жидкость.       – Ты в порядке? – Шисуи согнулся, как тряпичная кукла, к Итачи, беспокойно гладя по волосам.       – Да. Должен признать, это не очень удобно. – Итачи стыдливо опустил глаза, но Шисуи уже подтянул нижнее белье и штаны к себе.       – Ох... Я же говорил тебе. Не стоит совершать насилие над собой, если не нравится. – Шисуи горько, но с теплотой смотрел на Итачи, не зная, что делать со своим гордым чудом.       – Я хотел попробовать. Ты тоже так делал мне. По мере того, что говорил Итачи, он заливался все более яркой краской. Шисуи не знал, что ему делать. Смеяться или плакать от порой такой детской логики друга. Одевшись, Шисуи приобнял Итачи за спину и поцеловал в щеку.       – В следующий раз, если тебе будет неприятно или больно, то говори мне. В этом нет ничего такого, чего стоит боятся. Верь мне. Итачи расцвел улыбкой, обнимая в ответ.       – Хорошо. Шисуи томно выдохнул Итачи в шею и, отстранившись, поднял его плащ с травы и встряхнул. Любезно накинув его на Итачи, Шисуи достал из сумки карту, сверяясь с правильностью направления. Сев на небольшой камень, Шисуи представлял в фантазиях, где бы он хотел построить дом в стране Чая, чтобы жить в нем с Итачи. Встречать рассветы, готовить что-нибудь на простой кухне, залитой персиковым светом. Отправляться на миссии, приходить поздно вечером и обнимать друг друга, пока не откажет тело. Ещё вылечить Итачи от болезни и помирить его с братом. Пожалуй, это были два самых сложных пункта в плане Шисуи. Он думал об этом всём, варился заживо в мыслях, при этом делая вид, что сосредоточенно смотрит на карту и куда им идти. Глаз упал на небольшой пустой участок, где как раз была опушка. Шисуи сразу подметил это место на будущее, а пока им нужно снять небольшое жилье и дожидаться Какаши, который обещал быть через неделю. Шисуи спрыгнул с камня и завернул карту обратно.       – Пошли, Тачи, нам надо найти место, где можно прожить эти четыре дня.       – Я иду. – Недовольно отозвался Итачи на настырность друга, но гордо зашагал вперед.

***

Исколесив окрестности, Шисуи наконец-то отыскал указатель, на котором красовалась надпись "Ночлег". Шисуи поправил шляпу. Бусины звучно отзвенели на ветру, играя блеском на солнце.       – Итачи, смотри! – Шисуи радостно ткнул пальцем в небольшое двухэтажное здание. Итачи угукнул. Видя, как обрадовался Шисуи, он невольно улыбнулся и боязливо взял за руку, воздушно касаясь подушечками пальцев запястья и ощущая сбитый пульс. Шисуи изловил блуждающие пальцы и сплел со своими, тëплыми и сильными. Представший вблизи ночлег выглядел куда опрятнее и проще по строению. Перед входом, на иссохшейся лестнице, развалился белый кот, вытянувшись почти на ступеньку и прикрыл васильковые глаза. Грелся на солнце. Почти над входом, раскинулась цветущая слива, создавая белоснежную арку над входом в домик. Черепица кое-где прохудилась и было видно отсутствующие её элементы. Итачи до того как стал работать в паре с Шисуи, видал много разных ночлежек. Были тесные, пропитанные запахом алкоголя и перегара. Были шумные и грязные. Были сырые, где с потолка постоянно лилась водопадом дождевая вода и приходилось менять ведра, чтобы не проснуться на мокром футоне и не простыть. Благо Кисаме, учитывая все недочеты выбираемых мест, старался хоть как-то скрасить проживание. Знал что напарник не любил шум, резкие запахи, много бранных слов и сырость. Так что Кисаме часто жертвовал своим комфортом, ради Итачи. Хотя что значит комфорт для мечника из Тумана? Кисаме было честно говоря пофигу что жрать, где спать и что делать. Так что их вдвоем всё в целом устраивало. Сейчас же, стоя на пороге и смотря на нежные лепестки сливы, Итачи вспоминал с приятной ностальгией в сердце, своё партнерство с акулоподобным, несмотря на его грубость и садизм. А ещё от этого домика веяло чем-то домашним, теплым. Шисуи постучал в старую дверь и сделал дружелюбную улыбку, ожидая, когда дверь откроют. Щëлк, щëлк. Дверь открылась и перед ними предстал старичок лет семидесяти. На лице залегли морщины, глаза слегка заплыли веками и на голове находилось пара родинок. Он не был похож на какого-нибудь немощного, нет. Он улыбнулся подростковой улыбкой гостям, осматривая Учих в плащах с облаками.       – Вы не местные, у вас одежда странная. Вы путники из другой страны? – Старичок поправил сползшие очки на носу и шире открыл дверь, но не впуская.       – Да, мы из другой страны. Мы с моим другом путешествуем по разным странам, выполняем миссии, за которые нам платят. Не подумайте, мы не вандалы и не разбойники. – Шисуи неловко замотал руками перед стариком. Итачи опустился на корточки, пока Шисуи нес свою "ложь-правду" и гладил белоснежного кота. Лобик, за ушком, спинку. Котейка так проникся к Учихе, что лениво перекатился на спинку, позволяя почесать толстое пузико. Итачи обожал кошачьих. Это можно было считать его маленькой слабостью еще с генинства, когда ему назначили миссию по поимке кота-ниндзя.       – Так вышло, что в пути с моим напарником мы очень устали и мы ищем место, где можем остановится на неделю. – Шисуи обернулся к Итачи, так как он был кошельком в их путешествии.       – Да, конечно молодой человек. Мы с моей женой живем в этом доме и недавно решили сдавать второй этаж для путников. Скучно жить порой на одном месте, но мы не так молоды, чтобы колесить по странам, а так можно встретить интересных людей и слушать их истории, где они были и что с ними приключалось. Тем кто рассказывал особо интересные, проживали бесплатно. Мы не гонимся с супругой за деньгами. Плата чисто символическая. Платят сколько хотят. – Старик открыл дверь впуская в дом Учих. Итачи почесал котейку в последний раз и встал, поправляя свой плащ и волосы. Шисуи протянул руку Итачи, приглашая войти. Смахнул с шелковистых волос, лепесток сливы, Шисуи призрачно провел по скуле пальцем, улыбаясь краешком губ. Порог дома встретил сразу местом для обуви, так что Шисуи снял сандали в почтением к хозяину. Итачи последовал примеру старшего. Протопав босыми ногами в гостинную, Учихи сели на скромный диван. Шисуи с нескрываемым любопытством осматривал дом. Классиеческие седзи, разделяющие комнаты. Резной, деревянный столик перед собой. На стене красовались старые изречения различных писателей и поэтов. Также немало антиквариата и большое количество чайников всевозможных форм и размеров. В голове сразу сформировался образ не каких-либо дряхлых и маразматичных стариков, а вполне образованных и умных людей, знающих толк в искусстве. В такие моменты он начинал себя чувствовать как не в своей тарелке. Шисуи поднял взгляд на Итачи, и видел, как он завороженно разглядывал старые побрякушки. Ему явно нравилась такая атмосфера. На бумажных стенах играли теплые лучи солнца, но от них не было жарко. Наоборот. Создавали чувство приятной дремы посреди дня.       – Было бы неплохо представиться я думаю, учитывая что вы намерены здесь проживать четыре дня. – Мужчина почесал подбородок, переводя взгляд то с одного, то на другого. На кухне послышались тихие, шаркающие шаги. Пожилая женщина вышла с кухни, чтобы понять кто к ним наведался.       – Здравствуйте молодые люди. В последнее время редко кто к нам приходит. Рада что вы к нам заглянули. – Улыбка расчерченная морщинками, расцвела на пожилом лице. Седые волосы заколотые в пучок, воссоздавали приятный образ, на ряду с изящной шпилькой в них. Шисуи подал голос.       – Меня зовут Шуичи, а моего напарника... – Шисуи задумался над тем, какое бы имя придумать Итачи. Не хотел никак обидеть младшего. – Иори. Итачи резко перевел взгляд на Шисуи, слегка приподняв бровь. Но старший знал, что его друг сильно удивлен. Шисуи надеялся, что это не в плохом смысле.       – Приятно познакомиться. Меня зовут Керо, а мою жену Эмико-сама. По произношение имени, Эмико вернулась к ним с подносом, на котором слабо дымился парок из носика чайника.       – Это наш особенный чайник. Мы завариваем в нем чай для гостей из разных стран. Расставив чашки, женщина разлила горячую жидкость по ним.       – Интересная у вас традиция, Эмико-сама. – Шисуи прикрыл глаза, наслаждаясь чаем, после долгого пути. Он казался чем-то несравненно вкусным после той же воды из фляги, которую они делили с Итачи в пути.       – Думаю традиции украшают жизнь любого человека и делают его особенной. – Женщина села напротив в глубокое кресло, беря в руки книгу.       – Традиции должны передаваться из поколения в поколения и дополняться чем-то новым от потомков, создавая особую уникальность семьи. Даже самая пустяковая на первый взгляд традиция, может быть очень значимой. – Закончив, Итачи погрузился взглядом в чашку, тихо отхлебывая чай.       – Вы явно в этом разбираетесь, несмотря на свой юный возраст, Иори-кун. – Эмико довольно выглянула из-за страниц книги, оценивая внешность Итачи и его слов.       – Мышление и возраст порой могут идти по разные стороны. – Итачи поставил чашку на стол и положил невзначай ладонь на колено Шисуи. Шисуи накрыл пальцы Итачи своими. Было слишком хорошо сейчас. Давно не было так спокойно за все года. Первый раз можно было расслабиться, хоть и в компании стариков. Что Шисуи, что Итачи, им нравилось общаться с пожилыми и умными. Они были источником знаний и жизненных мудростей.       – Согласна с вами. Но чтобы так было, обычно происходят те или иные обстоятельства в жизни, которые способствуют росту такой разницы. –Эмико как-будто читала Итачи, насквозь, как иголки в игольницу и под самое сердце. Перед глазами Итачи всплывал кошмар его пяти лет. Поле боя третьей мировой. Тысячи трупов, чья кровь заливала девственные земли. Птицы, зачищающие место бойни, открывали куски плоти от трупов. Это явно не та картина, которую должен показывать отец своему маленькому ребенку в таком возрасте. После этого дня в его жизни все пошло "не так". Умный вундеркинд - гордость для каждого родителя и завистливых родственников, но разве ребенок не имеет право на нормальное детство? Игры со сверстниками, приключения на пятую точку? Нет. Для Итачи после того дня стояла только одна цель: "Мир без войн". Это было так наивно, осознает он после стольких лет. Мечта так и осталась мечтой, а войны так и продолжаются, на которых гибнут невинные люди. От напряжения, костяшки на руки Итачи побелели. Вцепился ногтями через штаны в бедро Шисуи. Шисуи успокаивающе гладил Итачи по ладони, несмотря на впивающиеся как иглы ногти, которые останутся полумесяцами на ноге. Ему было все равно. Лишь бы Итачи стало легче. Пусть хоть бьет, если на душе станет спокойно. Итачи молчаливо перился взглядом в стену, не желая поддерживать развитие разговора в русле воспоминаний о своем прошлом. Ощущая состояние Итачи от разговора и его сонность после пути, Шисуи решил развеять повисшее напряжение в гостиной.       – Спасибо вам за гостеприимство и доброту, Эмико и Керо сама. Мой друг сильно устал после дороги и ему нужно отдохнуть. Давайте я сейчас заплачу вам за все четыре дня. И ещё, можете пожалуста показать комнату, где мы сможем остановиться? – Шисуи потянул Итачи за край плаща, вырывая его из прострации на землю. Итачи не сразу сообразил, что от него хотел старший, но вскоре слепо заворошился в кармане, доставая деньги и передавая их Шисуи. Он же в свою очередь передал их Керо.       – Прошу следовать за мной. – Мужчина встал с кресла и возглавил процессию на второй этаж, как хозяин дома. В небольшом коридоре оказалось четыре комнаты. Провернув ключ в замочной скважине, Керо открыл одну из них, приглашая зайти Учих. Внутри всё было залито солнечным светом, как и на первом этаже. Древесные стены чередовались в некоторых местах с седзи, ограждая от соседней комнаты. На небольшой тумбочке возле окна рос бонсай в глиняном горшке, придавая особой эстетичности. Керо открыл седзи, ведущие на скромный балкон, где на перилах пели две маленькие птички, но тут же вспорхнули от испуга. "Прекрасно". Шисуи находился на седьмом небе от счастья, что он теперь будет жить здесь с Итачи, хоть и недолго. Омрачало это все только то, ради чего они сюда и приехали. Ради примирения Итачи и Саске. И все равно Шисуи надеялся на хороший исход. В крайнем случае, он всегда придет на подмогу обоим. Он уже давно засунул нос в это дело и намерен с ним разобраться, а не трусливо убегать. Не в его стиле. Показав что и где находиться, Керо отдал ключ Шисуи и покинул комнату. Итачи расстегнул плащ, в нем было нестерпимо жарко и тело изливалось потом. Повесив его на стул, он откинулся на кровать, расслабляя все части тела и закрывая глаза. До сознания доносилось лишь чириканье птиц на балконе. Шисуи понимал, что сейчас Итачи и вправду лучше отдохнуть. Уважение есть уважение, а свою "любовь", он может и потом показать. В противном случае, это было бы очень эгоистично и мерзко с его стороны. Пока Итачи отдыхал, Шисуи снял плащ и повесил у выхода на балкон, чтобы проветрить вспревшую ткань. После спустился вниз по лестнице и увидел только Эмико, готовящую ужин.       – Эмико-сама, можете подсказать где располагается ванная комната? Старушка отошла от разделочного стола и развернулась лицом к Учихе.       – На втором этаже, последняя дверь от окна. Скоро будет ужин, так что приходите. – Эмико в улыбке прищурила глаза и вернулась к готовке, виртуозно нарезая рыбу и складывая на противень.       – Спасибо за приглашение, мы будем вовремя. – Шисуи откланялся и удалился на верх. Найдя в ванной комнате хлопковое полотенце, Шисуи смочил его прохладной водой и почти насухо выжал, чтобы оставалась приятная прохлада без капель. Шисуи вернулся к Итачи, закрыв тихо дверь. Лицо было горячим и щеки горели на бледном лице. Шисуи беспокоился, что друг может схватить тепловой удар с непривычки в такой жаре. Шисуи навис над ним и аккуратно положил прохладное, влажное полотенце на лоб. Итачи призрачно улыбнулся краешком губ от блаженства. Шисуи присел на край кровати и убрал взмокшие прядки со лба, бережно заправляя их за уши. Шисуи до боли в сердце нравилось видеть Итачи настоящим. Не гордым и возвышенным, как его видели окружающие. Просто человеком, обычными привычками и заморочками и слабостями. Наклонившись, Шисуи воздушно поцеловал, глубоко спящего друга, в щëчку. Он был похож на ангела в мире грëз. Ресницы слабо трепыхались во сне, губы расслабленно приоткрылись. Шисуи предполагал что ему снится что-то приятное, нежели кошмар. Чтобы не мешать, Шисуи отправился в соседнюю комнатку и достав свитки, начал тихо их изучать. Изъяв из кармана штанов потрепанный блокнот Орочимару, Шисуи бегал глазом по строчкам, читая наблюдения змея за состоянием Итачи. Симптомы, жалобы, предполагаемые болезни. Радовало, что все составляющие лекарств были растительные. После ужина, Шисуи намеревался спросить пожилую пару про здешние лекарственные травы. Выписав на клочок бумаги нужные травы, Шисуи сложил свитки в сумку и взглянул на часы, после устремился взглядом на балкон. Мандариновое солнце плавно скатывалось к горизонту. Воздух дрожал тонкой прослойкой, смешивался жаркий дневной и прохладный от земли. На страну Чая медленно опускалась трель цикад и прочих вечерних жителей, выбиравшихся из своих убежищ. Шисуи мысленно улыбнулся спящему Итачи. Тем не менее он обещал хозяйке дома, что они спустятся на ужин. Было бы очень некрасиво нарушать обещания, да и судя по аромату на кухне, готовила она очень хорошо. Шисуи аккуратно растормошил Итачи за плечо, вызволяя из объятий Морфея.       – Добрый вечер соня. Итачи протер глаза ото сна и тихо зевнул, прикрыв рот хрупкой ладонью. В уголках глаз выступили маленькие слезинки, которые Шисуи смахнул пальцами.       – Сколько я спал? – Итачи спешно приподнялся с кровати и с его лба упало уже высохшее полотенце.       – Где-то два часа. – Прикинул Шисуи и забрал упавшую ткань.       – О ками... – Итачи закрыл лицо руками. – Мог бы хоть разбудить!       – Я это сейчас и делал. – Шисуи наигранно закатил губу и свел брови в недоумении. Итачи замялся, чувствуя себя виноватым, что с пустого места нагрубил другу.       – Прости, мне не стоило с тобой так говорить. – Итачи извинительно поднял глаза на кучерявую макушку и положил ладонь на плечо старшего.       – Всё в порядке. Эта пожилая парочка приглашает нас на ужин, так что советую тебе поторопиться. Итачи встал с кровати и отправился в ванную, куда указал Шисуи. Умыл лицо, заплел заново хвост. В общем привел себя в более приятный вид.       – Итачи. – Шисуи поймал младшего у выхода из ванной и следовал мерно к лестнице по коридору.       – Мм? – Итачи слегка вопросительно изогнул брови.       – Этим пожилым вот уже по семьдесят лет и они живут вместе, они должно быть сильно любят друг друга. У меня порой вызывает истинное восхищение люди, которые могут охранять свою любовь до конца жизни. Вот честно.       – Согласен, это и вправду восхищает. – Выдавил из себя Итачи, подходя к лестнице.       – Я любил бы тебя всю свою жизнь. Даже если твои волосы станут седыми, твоя челюсть будет шамкать и ты почти ничего не будешь видеть. – Шисуи ощутил как его ладонь сильно сжали и он остановился, чтобы заглянуть в бурю, кроющуюся за волосами.       – Я тоже, – тихо, глубинно ответил Итачи, поцеловав любопытного друга в губы. Легко, тепло, без пошлых излишеств. Позже отстранился и добавил с искрой в глазах и некой грустью. – Осталось дожить до этого возраста, чтобы ты мог ухаживать за мной, а я за тобой. Полминуты молчания пронеслись меж Учих, прежде чем сознание каждого успело отмереть обратно. Шисуи легонько чмокнул Итачи в лоб и повел за руку вниз. Туда, где пахло ароматной рыбой, вареным рисом и какими-то сладостями. За столом, Шисуи много рассказывал о своем детстве, слегка привирая в некоторых вещах для безопасности. Пожилая пара внимала его историям, сидя напротив. Итачи расправился с рыбой и придвинул к себе то, что его искушало весь вечер. Целая тарелка данго! Правда Шисуи косо посмотрел на него, чтобы не съел всё за раз, в гостях ведь. Эмико, увидев любовь в глазах парнишки к сладкому, пододвинула ему тарелку и старчески улыбнулась. Итачи тихо поблагодарил её и начал снимать шарик за шариком и отправлять в рот. После ужина, Шисуи и Итачи поблагодарили пожилых за гостеприимство и вкусный стол и направились обратно наверх, сонно поттягиваясь. Войдя в комнату, укутанную мраком, Итачи включил на ощупь небольшую лампу. Она тускло бликовала в четырех стенах, а над самой лампой, порхала парочка мотыльков в своем танце. Шисуи, заперев дверь на щеколду, тихо подкрался к Итачи и обнял со спины за талию, утягивая на кровать. Итачи снял с себя одежду, повесил на стул, как и Шисуи. Шисуи в мигающем полумраке, выводил пальцами узоры по спине Итачи. Целовал выступающие ключицы, ребра, подвздошные косточки. Придерживал руками за спину, бедра. Итачи затравленно дышал и похрипывал, на приятные действия Шисуи. Чуть погодя, Итачи постарался восстановить дыхание и тон голоса, но это плохо получалось.       – Шисуи... давай не сегодня, прости. – Итачи томно выдохнул, когда Шисуи коснулся кончиком алого языка, уретры Итачи, слегка надавливая.       – С чего так? – Шисуи прервался, но руку от члена не оторвал. Смотрел напором в глаза, но мягко.       – Я хочу спать, у меня нет сил. Ещё... – Итачи помедлил, смачивая пересохшие губы слюной. – Я съел много данго и не думаю что заниматься этим сейчас, хорошая идея. Шисуи рассмеялся и облокотился на руку, наблюдая как смущение ползет по щекам и ушам Итачи.       – Хорошо, я тебя понял, всё в порядке, – Шисуи улыбнулся, но вскоре улыбка переросла в лисий оскал. – Можно я закончу начатое? Ты же знаешь что держать всё в себе очень вредно. Шисуи игриво прошагал пальцами по пульсирующему, красному члену, пружинящему от прикосновений. Итачи откинулся на кровать, распластавшись в позе морской звезды и разметав волосы на простыне как каракатица свои чернила. Из-за полуприкрытых ресниц, Итачи наблюдал в истоме, как голова Шисуи ритмично то поднималась, то опускалась вниз, иногда до упора и в эти моменты позвоночник Итачи прошибало разрядом. Сделав последние виртуозные толчки с языком, Итачи кончил. Шисуи по привычке проглотил всё до последней капли. Облизнул натертые, алые губы и принялся выдавливать всё без остатка. От особенно сильного нажима ладони на вымученный член, Итачи вскрикнул, но тут же закрыл лицо подушкой, не желая чтобы пожилая пара их слышала и уж тем более выгнала на улицу. Шисуи подполз на локтях и нежно поцеловал Итачи в потрескавшиеся губы. При касании кожи чувствовался солоноватый, терпкий, но приятный вкус. Итачи по домашнему смотрел на кошачьи ресницы перед собой, на нос с горбинкой, на всклокоченные волосы. Все отпечатывалось приятным, тягучим чувством на коре подсознания, от которого хотелось светиться счастьем. Итачи любил его, хоть Шисуи и был слишком шумным, сотрясая личное пространство на тысячу частиц, но любил. Нехотя разрывая поцелуй, Шисуи отстранился от Итачи и потянулся за полотенцем, которое недавно лежало на лбу младшего, и передал ему в руки. Итачи сел на кровати со свинцовой головой, вытирая одним краем полотенца охладевающие капли с живота и передал по братски другой Шисуи. Пока Шисуи возился с полотенцем, Итачи накинул плащ на голое тело и крадучись, прошел на кухню, чтобы налить воды в стакан. К счастью все прошло без приключений и он никого не встретил их хозяев. Закрыв за собой дверь в комнату, Итачи протянул стакан с водой Шисуи, отводя глаза в сторону. Приняв спасительную влагу из хрупких ладоней, Шисуи выпил половину и оставил Итачи, чтобы сам освежился. Поставив с глухим стуком стакан на стол, Итачи улегся в кровать, заворачиваясь одеялом в теплый кокон. Потный, сытый, довольный. Шисуи приобнял Итачи в его уединенном укрытии за талию, подтягивая худое тело к себе поближе, охраняя покой и сон до утра.