Blurring Reality/Размытая реальность

- Вы совсем с ума сошли? Альбус Дамблдор, директор престижной школы танцев Хогвартс, лишь мягко улыбнулся своему мрачному коллеге. - Сколько раз за эти годы ты спрашивал меня об этом, Северус? Снейп сидел в кабинете директора, напротив стола Дамблдора, и сердито хмурился. Этого выражения лица боялись все его ученики, так как оно являлось предзнаменованием мучительных тренировок. Но к большому огорчению Северуса, оно уже давно утратило свое влияние на Альбуса, ведь мужчины уже давно знакомы. - Слишком много раз, что не сосчитать, директор. Это заставляет меня задуматься, что я вообще здесь делаю. - И сколько раз мои идеи увенчались успехом, а не привели к той жуткой резне, которую ты себе обычно представляешь? Снейпу приходилось сдерживать себя, чтобы не взорваться. Директор даже не подозревал, сколько работы Северусу всегда приходилось делать, чтобы воплотить все его идеи в жизнь. Однако, будучи человеком, славящимся абсолютным контролем над эмоциями, он только вздохнул. - Послушайте, Альбус, я всегда уважал ваше стремление сделать балет менее консервативным, чтобы им мог наслаждаться каждый. Но делать это нужно поэтапно. Вы уже приняли слишком много противоречивых решений для финального представления этого года! - Они не настолько противоречивы... - запротестовал Альбус. - Ставить "Пророчество" со студентами? Весь мир будет смеяться над нашей попыткой поставить такой сложный балет! Женщина-дирижер в оркестре? Критики разорвут ее на части! Открытые прослушивания на главную роль? Это равносильно заявлению о том, что наши студенты хуже танцоров с улицы! - "Пророчество" не намного сложнее других балетов. Большинство трупп не ставят его только потому, что никто не может станцевать партию Волдеморта. Ты прекрасно знаешь, что я выбрал "Пророчество" только потому, что техника Тома настолько безупречна, что он исполнит самую сложную партию в истории танца с лёгкостью. - И я согласен с этим, - успокоил его Снейп, - Но зачем нужны открытые прослушивания, Альбус? Что хорошего из них может выйти? Наша школа - лучшая, и вы приложили все усилия, чтобы она оставалась таковой. Наши студенты прошли отбор у сотен преподавателей, чтобы наконец-то попасть сюда. У нас есть выпускники, которые смогут станцевать партию Героя! - В техническом плане - да! Но абсолютно без химии! В этой школе нет ни одного ученика, который бы прочувствовал роль Героя и смог бы ее воплотить. - Выступление в конце года - это большой шанс для студентов получить контракты. Пусть Драко Малфой станцует главную роль, и я могу гарантировать вам, что как минимум двое из наших учеников будут немедленно приняты на работу. Нужно сделать выбор в сторону их лучшего будущего! Брови Дамблдора удивленно приподнялись. - Ты стремишься к тому, что приемлемо, Северус? - Я стремлюсь к тому, что возможно осуществить! Дамблдор устало вздохнул. - Послушай, мой мальчик, я обещал, что выберу одного из наших студентов, если на прослушивании не будет никого, на кого мы оба согласимся. Так в чем же дело? - Имидж школы пострадает, Альбус. Ты знаешь, как трудно оставаться на вершине, такие вещи могут отрицательно на нас отразиться. - Как насчет такого: мы проведем открытые прослушивания через три дня. Нет, выслушай меня, мой мальчик. Сделаем небольшое объявление, новости не распространятся дальше Лондона. Ни у кого не будет достаточно времени на подготовку, а студенты из других школ, скорее всего, даже не рискнут участвовать. Кроме того, это займёт всего лишь день, ты сможешь отдохнуть от своих занятий! Снейп продолжал хмуриться, но Альбус знал его достаточно, чтобы понять, что он снова победил его благодаря своей настойчивости. - Прекрасно. Отлично! У нас будут чертовы прослушивания. Целый день смотреть на ужасную технику, слабые мышцы и скованные конечности. Да, я получу огромное удовольствие. Несмотря на то, что все говорили о его бессердечности и требовательности, Снейп на самом деле был очень уверен в своих студентах. Пусть старик устраивает свои прослушивания. Не может быть, чтобы какой-то случайный уличный бродяга танцевал лучше, чем его подготовленные ученики. ~~~ - Гарри! Гааааарррииии! - Хм, что? Гарри перестал двигаться и оглядел пространство вокруг себя, внезапно осознав, что стоит на скамейке в парке. Что он тут делал? - Ты снова это делаешь! Танцуешь без музыки, но при этом полностью игнорируешь меня! Он повернулся к своему лучшему другу, который сидел на скамейке рядом с ним. Точно, они встретились после работы в ближайшем парке. Гарри снова отвлекся. - Извини, Рон. Мне просто захотелось подвигаться после десятичасового сидения за этим чертовым прилавком. Он спрыгнул вниз и сел на скамейку. Рон обречённо вздохнул. - Не могу поверить, что меня окружают одни танцоры, может быть, я каким-то образом притягиваю их? - Конечно, Рон, это все твоя вина, - рассмеялся Гарри. - Нет, серьезно! Джинни захотела профессионально заниматься танцами, наслушавшись от близнецов, как они счастливы в этой проклятой школе. Перси на этот раз довольно быстро отступил, говоря, что она хотя бы девочка. Эта проклятая школа. Хогвартс. Одна из лучших танцевальных академий мира. Без сомнения, лучшая в Британии. И самая дорогая, конечно, но наличие денег всё равно не обеспечивало вам место. Чтобы поступить, нужно было быть генетически одарённым, одним из миллиона, с идеальным телосложением и годами тренировок. Получить стипендию было практически неслыханным делом. Уизли удалось это четыре раза. Они не были известной семьей танцоров, как Малфои, более того, они были очень бедны. Артур и Молли Уизли были музыкантами, обреченными на безызвестность, но все такими же увлеченными своим искусством и по сей день. Их дети выросли в доме, где постоянно звучала музыка. Но они не взялись за инструменты, предпочитая им занятие танцами. Билл был первым из них, кто поступил в Хогвартс, избавившись от убийственной платы за обучение. Чарли последовал за ним, Перси решительно отказался брать хоть один урок танцев, несмотря на то, что имел такое же идеальное телосложение, как и его братья, близнецы поступили в Хогвартс в прошлом году, а Рон... Ну... Он был просто Роном. Если бы не рыжие волосы, можно было бы подумать, что его усыновили. Слишком широкие плечи, негибкие суставы, слабые лодыжки... У него просто не было подходящих генов. Но лучшего друга Гарри это не волновало, ведь он никогда не понимал увлеченность семьи музыкой. Сейчас он заканчивал образование и работал на полставки. Покорный зритель среди своей помешанной на танцах семьи. Тем не менее, Гарри знал, что Рон уже потратил немалую часть своих с трудом заработанных денег на уроки танцев для своей младшей сестры. Рон безоговорочно любил свою семью, сколько бы раз он ни проклинал их увлечение. Что касается Гарри... Он был сиротой с тех пор, как себя помнил. Брошенный на пороге тети, переданный в ад, который они называли детским домом. Он сбежал, когда ему было 13 лет, и никогда не оглядывался назад. Голодный, замерзший до смерти, грязный и в целом, в самом жалком состоянии, в каком только может находиться человек, Уизли нашли его без сознания на улице. Несмотря на то, что они сами были бедны, а может быть, и потому, что были бедны, они взяли его домой и выходили. Он никогда не видел столько добрых людей в одном месте. Он также впервые услышал классическую музыку. Она заставила его плакать, смеяться и отчаиваться, оставив его дрожащим и рыдающим на диване Уизли. А потом он увидел Чарли, когда тот танцевал на чердаке. Это выглядело так, будто он летит, будто он свободен, выражая эмоции, которые музыка заставляла Гарри чувствовать, через движение. Он пытался подражать ему. И преуспел. Его называли одарённым. Сырой, неограненный талант был спрятан в его маленьком, недоедающем теле. С тех пор не проходило и дня, чтобы он не танцевал. Ему удалось найти несколько подработок и снять комнату в самом бедном районе Лондона. Даже если бы он получил стипендию от Хогвартса, он все равно не смог бы учиться, потому что стипендия не покрывала расходы на проживание, только плату за обучение. Но Гарри не расстраивался по этому поводу. Он просто хотел, чтобы этот год закончился. В следующем ему исполнится 18, и он сможет найти настоящую работу, желательно в каком-нибудь баре, где гарантирована постоянная музыка. Если бы он мог танцевать несколько ночей в неделю, чтобы заработать немного дополнительных денег, он был бы счастлив, как никто другой. - Йо, Гарри! Как сегодня поживает наш любимый расточитель таланта? Рон и Гарри подняли головы, услышав знакомые голоса. Рон застонал, но Гарри широко улыбнулся, глядя на приближающихся близнецов. Их компания всегда сопровождалась смехом. Близнецы сели слева и справа от него, вернув ему ухмылку. - Да, насчет этой растраты...- начал один. - Видишь ли, мы думаем, что можем что-то с этим сделать. - Та-дааа! - Фред помахал листовкой перед носом Гарри. Гарри взял её и скептически прочитал: - Открытые прослушивания? Да ладно, ребята, я же сказал, что не хочу учиться в Хогвартсе. - О, но это не прослушивание для поступления в Хогвартс! - уточнил Джордж. - Нет, это просто для роли в нашем представлении в конце года, - добавил Фред. - Так сказать, без обязательств! - Да, ты можешь просто прийти и станцевать своей милой маленькой попкой... -...и заставить всех пожалеть, что они не заставили тебя стать профессиональным танцором. Гарри рассмеялся над их попыткой выглядеть устрашающе. - На самом деле это звучит не так уж плохо, но я не могу. Все репетиции будут слишком сильно мешать моей работе. Близнецы обменялись многозначительным взглядом. - Ах, но видишь ли... Мы ставим "Пророчество". Гарри уставился на них, потеряв дар речи. - "Пророчество"? Пророчество... Но... это... Это было невозможно. "Пророчество" было известно как самая сложная балетная постановка в истории. Школа, празднующая выпускной своего старшего класса, не должна быть в состоянии исполнить даже половину этого произведения. Гарри видел её на DVD. На самом деле, он смотрел эту постановку почти каждую неделю. Он не мог описать, что это было, но что-то в этом произведении просто притягивало. Ни один другой балет не имел такого влияния на него. Особенно Герой. Да, нелепое имя для персонажа, но Гарри понимал его. Знал его. Жил им. Произведение повествовало о том, как он узнал о волшебном мире, скрытом от посторонних глаз. О его взаимодействии с друзьями, неприятелями, профессорами и, конечно, заклятым врагом. "Пророчество" также славилось отсутствием имен для своих персонажей, даже главных. Герой был просто "Героем". За исключением Того-Кого-Нельзя-Называть. По иронии судьбы, Лорд Волдеморт был единственным персонажем с именем. И именно он сделал произведение таким печально известным. Через столетие, возможно, появится танцор, который сможет исполнить хореографию Волдеморта. Говорят, что когда это произведение только появилось, труппы посмеялись над ним, утверждая, что роль злодея человеку не под силу. Салазар Слизерин доказал, что они ошибались. С тех пор танцевальные коллективы по всему миру отчаянно пытались исполнить "Пророчество", ведь в случае успеха их имена прославились бы навечно. - Мы подумали, что вам будет интересно, - ухмыльнулся Джордж. Они увидели отсутствие реакции Гарри и изменили тактику. - Слушай, просто приходи и повеселись на прослушивании. Ты сможешь танцевать на нашей большой сцене! - И там есть живая музыка! Целый оркестр! - Учителя не ожидают, что кто-то за пределами школы получит эту роль... - Особенно Снейп, - уточнил его брат. - Этот слизеринский ублюдок. - Так что ты будешь в относительной безопасности, не получив эту роль, - объяснил Фред. - Относительной, - заметил Джордж. - Всегда есть вероятность, что они будут стоять перед тобой на коленях, умолять и рыдать... -...Естественная реакция на твои танцы, если что. - Но ты, конечно, сможешь отказаться. - По крайней мере, мы так думаем, - размышлял Фред, и они снова обменялись знающими взглядами. - С Малфоем никогда нельзя быть уверенным... -...Он может запереть тебя... -...Но давайте не будем об этом думать. Гарри рассмеялся над их натиском аргументов: - Ладно, я понял! Избавьте меня от жутких подробностей! Когда это будет? - Через три дня. Мы недавно узнали об этом. - Мы думаем, что Дамблдор окончательно свихнулся, - заговорщически прошептал Джордж. - Но мы предвидели это. Особенно после того, как он объявил, что мы будем ставить "Пророчество". Близнецы повернулись к своему брату. - Рон, попробуй угадать, какие роли мы получили, хотя еще не выпускники. Рон высунул язык и посмотрел на них. Хотя он и не интересовался танцами, все равно должен был выслушивать различного рода информацию о балетах. - Даже не знаю... Как насчет двух деревьев? - усмехнулся он. - Аргх, ты ранил нас, братишка. Они вскочили и демонстративно поклонились Гарри. - "Близнец 1" и "Близнец 2", к вашим услугам, - воскликнули они в унисон. - Мы постоянно меняемся. - Снейп подозревает, но не может ничего доказать. - Это сводит его с ума. - В любом случае... Они снова сели по обе стороны от Гарри. - Мы потащим тебя туда силой, если придется. - Мы знаем, что ты не сможешь сопротивляться, когда зазвучит музыка. Гарри вздохнул и еще раз прочитал листовку, все еще пребывая в недоумении. - И вы действительно ставите "Пророчество" со студентами? Кто играет Волдеморта? - Ааааа...- простонали близнецы в унисон, их лица застыли в маске чистой агонии. - Том Марволо Риддл. - Лучший ученик, - сказал Джордж. - Лучший засранец, - уточнил Фред. - Высокомерный, гордый, тщеславный, эгоистичный, психопат... - Короче говоря, - прервал его брат, - Парень был рожден для этой роли. Джордж изобразил мечтательное выражение лица, как у влюбленного подростка. - Посмотрите на его технику! Его ноги! Безупречно! Совершенно! Как грациозно! Эти повороты! Эти прыжки! - Можно подумать, что он какой-то реинкарнированный бог. - Он определенно так думает. Рон незаинтересованно зевнул. - Ребята, вы же знаете, что уже десять минут первого? - Вот черт! Наш обед закончился. - А после него у нас Снейп, - простонал Фред. Они поспешно собрали свои вещи и убежали, но, обернувшись еще раз, прокричали: - Увидимся через три дня, Гарри! - Живым или мертвым! - Выбирай! ~~~ Гарри показалось, что он успел только один раз моргнуть, как день открытых прослушиваний уже наступил. Он совсем не практиковался. Работа не оставляла ему времени, маленькая комната - места, а безденежье - возможности изменить этот факт. Но когда он прошел через массивный главный вход Хогвартса мимо толпы нервных конкурсантов, предвкушение, витавшее в воздухе, почти задушило его. Он не мог не чувствовать себя привилегированным, потому что знал, что не хочет эту роль. Те, кто отчаянно грезил ей, выглядели готовыми упасть в обморок. Доводы близнецов убедили Гарри достаточно легко. Он никак не мог получить роль - Хогвартс не взял бы необученного танцора, да и у Гарри все равно не было времени, - но прослушивание даст ему пятнадцать минут на настоящей сцене, с поверхностью, идеально подходящей для танца, живой музыкой и танцорами, которые знали, что делают. У него не так часто выпадала возможность танцевать с партнёром. Только иногда с кем-то из Уизли, когда те были на каникулах. Как только все зарегистрировались, им сообщили, что во время прослушивания они будут танцевать со студентами из Хогвартса. Они искали не просто тех, кто умеет танцевать, они искали тех, кто сможет исполнить амплуа вместе с танцорами, уже имеющими подтвержденную роль в этом произведении. Гарри надеялся, что близнецы будут там, но, конечно, в зависимости от того, какое действие хотели увидеть судьи, их персонажи могли быть не задействованы. - Еще один Уизли? - Серьезно? - Думаешь, он не поступил в Хогвартс? - Как печально... - Его телосложение немного... Гарри проигнорировал шепот и пошел приветствовать своего лучшего друга. Почти все конкурсанты привели с собой родственников. Они смогут наблюдать за прослушиваниями других, сидя с ними в зрительном зале. Гарри был спокоен, но Рон настаивал, что ему всё же нужно прийти для оказания "моральной поддержки". - Давай, покончим с этим, - проворчал Рон и потащил его на места, расположенные перед сценой. - У тебя определенно недовольный голос. - Всё из-за чертовой атмосферы в этой школе. У меня аж живот сводит. Если они все так нервничают, зачем они вообще пришли? Боже, я просто не понимаю вас, танцоров. - Эй, не смотри на меня так, - запротестовал Гарри. - Я тоже не понимаю. Вот почему я не хочу быть профессиональным танцором в первую очередь, помнишь? Конечно, зарабатывать танцами, чтобы жить в достатке, было заманчиво, но, по мнению Гарри, в этом было больше минусов, чем плюсов. Добиться успеха в мире танцев было чрезвычайно трудно, очень болезненно. Бывает, что артисты выгорают всего за несколько лет из-за огромной конкуренции. Если допускалась хоть одна ошибка во время важного выступления, то карьера, ради которой танцор пожертвовал всей своей жизнью, заканчивалась в считанные секунды. Это было совсем не то, чего бы хотел Гарри. Он просто хотел танцевать. В зале царила всеобщая суета: претенденты на роль Героя пытались успокоить свои нервы, родственники пытались успокоить их, люди сплетничали об известных танцорах, а музыканты из оркестра готовились к первой репетиции. - Это большой оркестр для обычного школьного представления, - заметил Рон. - Это Хогвартс, - он пожал плечами. - Она симпатичная. Гарри обернулся, чтобы посмотреть, кто заинтеривал Рона. - Хм? Которая? - Вон та, с курчавыми волосами... Гарри искал девушку глазами, но внезапно она повернулась и посмотрела в их сторону. - Я слышу тебя, вообще-то. - Что... Не может быть! - Рон повернулся к Гарри и в недоумении на него посмотрел. - Она ведь шутит, да? Расстояние слишком большое, и мы не могли быть настолько громкими. - Ну, что я могу сказать, у меня прекрасный слух, - ответила девушка. Рон угрюмо откинулся в кресле. - Чего не скажешь о зубах. - Я сказала, что слышу тебя! Гарри поднял руки в попытке успокоить их. - Извините, у моего друга неоднозначные отношения с музыкантами. Девушка откинула назад свои волосы и надменно посмотрела на них. - Я не музыкант. - О? А что ты тогда делаешь в оркестре? - спросил Рон. Девушка бросила на них последний взгляд, явно сочтя их недостойными ее внимания, прежде чем повернуться к ним спиной. - Я дирижёр. Рон уставился на нее, потеряв дар речи, и даже Гарри приподнял в удивлении бровь. Директор Дамблдор, похоже, воевал с устоявшимися нормами. Его выступление в конце года будет интересным. Может быть, близнецам удастся тайком провести его на финальное представление? Возбужденные аплодисменты вывели его из задумчивого состояния. На сцене появились судьи. Альбус Дамблдор, директор школы, Северус Снейп, известный критик и преподаватель танцев, Минерва МакГонагалл, бывшая прима-балерина, а ныне преподаватель Хогвартса, Люциус Малфой, олицетворение всего того, что означала фамилия Малфой, а также некоторые другие, которых Гарри не знал. Дамблдор тепло улыбнулся собравшимся танцорам и зрителям. - Добро пожаловать! Мне очень приятно приветствовать вас всех на первом открытом прослушивании Хогвартса! Мы все с нетерпением ждем ваших выступлений. Итак, сначала немного информации. Вы все вытянете жребий из этой шляпы в порядке присвоенных вам номеров. Жребий будет указывать, какую сцену из какого акта вы будете танцевать. В зале раздался возбужденный ропот. Они будут танцевать разные партии? Как судьи сравнят их выступления? А что, если просто не повезёт? Дамблдор поднял руки, призывая к тишине. - Мы делаем это для того, чтобы наши студенты, которые уже получили свои роли, могли начать репетировать. Это также позволит убедить всех, что у каждого было одинаковое время для психологической подготовки. И последнее, мы надеемся, что вы понимаете, какая это привилегия - быть здесь. Признанные критики будут смотреть наше выступление в конце года, и труппы могут предложить контракты танцорам, которые привлекли их внимание. После этого было еще больше шепота. Каждый хотел получить контракт. Он практически гарантировал блестящее будущее. - Все наши выпускники достигли профессионального уровня. Мы проводим эти прослушивания, потому что нам было трудно найти подходящего танцора для Героя. Но, несмотря на это, я должен сообщить вам, что даже если вы будете лучшим артистом здесь, может случиться так, что в итоге мы выберем одного из наших учеников. Он сделал паузу, чтобы это дошло до слушателей, и аудитория снова погрузилась в тишину. - А теперь, без лишних слов, прошу первый номер выйти вперед. Удачи всем вам. Началось. Участниками конкурса были... Ну... Гарри не винил Северуса Снейпа за то, что тот сидел с недовольным лицом. Они, конечно, были танцорами, но никак не профессионалами. Большинство из них в лучшем случае были посредственностью. Они разительно отличались от студентов Хогвартса, которые танцевали с ними. Некоторые из них, казалось, были искренне рады возможности просто станцевать, и Гарри не мог с ними не согласиться. Танцы должны доставлять удовольствие . Быть инструментом для самовыражения. Необязательно становиться лучшим. К сожалению, для профессионального уровня этого было недостаточно. Гарри был немного озадачен тем, что администрация Хогвартса решила проводить открытые прослушивания. Да, Герой был очень сложной ролью в эмоциональном плане. Персонаж явно эволюционировал в течение пьесы и показывал себя с разных сторон в зависимости от того, с кем он сталкивался. Поскольку все остальные роли были уже распределены, им необходимо найти кого-то, кто сможет поладить со всеми остальными участниками. Были вещи, которых нельзя было достичь только техникой, но все же... Заставлять таких известных людей смотреть на посредственных танцоров казалось пустой тратой времени. После нескольких часов и десятков участников Северус Снейп начал терять терпение. По мнению Гарри, наблюдать за этим было довольно забавно. - Мисс Лавгуд, - выдавил брюнет. - Это прослушивание на главную мужскую роль. Миниатюрная девушка с длинными светлыми волосами не выглядела обеспокоенной. -О. Ну, там было написано про открытые прослушивания, так что... - Ничего страшного, - мягко улыбнулся Дамблдор. Снейп резко повернулся к нему. - Ничего страшного? Мы зря тратим время, Альбус! - Ну же, Северус, позволь ей станцевать. Кто знает? Может быть, Герою суждено стать Героиней! - Ты же на самом деле не думаешь об этом? - Просто позволь ей станцевать. Это займёт всего пятнадцать минут, большой разницы не будет. Губы Снейпа дрожали от раздражения, но он больше не возражал. Девочка была хороша. Она была первой, кто оказался на одном уровне со студентами Хогвартса. Ей также посчастливилось исполнить сцену с близнецами. Этим двоим явно понравился гендерный поворот, и она выглядела так, будто прекрасно провела время на сцене. В конце ее прослушивания зрители разразились аплодисментами. Она ярко улыбнулась всем и грациозно спустилась со сцены. После нее разница в мастерстве конкурсантов стала еще более очевидной. Напряжение нарастало. Предвкушение и волнение и раньше витали в воздухе, но теперь они стали ощутимо давить. Уже были сцены с друзьями Героя, с крестным отцом, с тем, как он впервые открыл для себя магию, борьба с дементорами и оборотнями, путешествие в прошлое, но никто до сих пор не вытянул сцену с Волдемортом. Гарри начал задумываться, не было ли это сделано намеренно. Может быть, школа хотела спрятать своего блестящего ученика до финального выступления? Он должен признать, что был немного разочарован. Поскольку у него не было денег на покупку билета, чтобы посмотреть балет, Гарри надеялся хотя бы увидеть, как он танцует на прослушивании. Он хотел увидеть его воочию, молодого человека, который займет место Салазара Слизерина. Но проходили часы, а сцена с Волдемортом никому так и не выпала. Тем не менее, Гарри не пожалел, что пришел. Оркестр был великолепен, на студентов Хогвартса было приятно смотреть, даже несмотря на то, что у них не было времени на отработку своих партий. Также он смог увидеть некоторых из самых известных личностей в танцевальном мире. Когда они, наконец, назвали его имя, выведя эти Рона из дремоты, Гарри чувствовал себя совершенно расслабленным. Поскольку ему все равно не нужна была эта роль, у него не было абсолютно никаких причин нервничать. Ему не нравилось, что другие люди будут смотреть, как он танцует, но он знал, что через несколько секунд он забудет о них, полностью отгородившись от всего, кроме музыки. Он подошел к судьям, и МакГонагалл протянула ему шляпу. Он просунул в нее руку и взял один из бумажных листков. Вернув шляпу, прочёл написанное. И замер. - Мистер Поттер, пожалуйста, прочитайте вслух обозначенную сцену, - монотонно заявил Снейп. Гарри снова проверил листок. Дважды. - Акт пятый, - медленно прочитал он. - Сцена одиннадцатая: Одержимость. Люди в зале буквально вытянулись по стойке "смирно". Это была сцена с Волдемортом. Фактически, все дело в том, что Герой медленно сливается с Волдемортом, становится им, борясь с мучительным конфликтом внутри себя. Если бы Гарри хотел получить эту роль, он бы впал в ужас, прочитав свой жребий. Одержимость была самой сложной сценой, уступив только Финальной Битве в седьмом акте. Но как бы там ни было, сердце Гарри затрепетало от восторга. Это была одна из его любимых сцен. Она начиналась с драки с Пожирателями Смерти, после чего следовала небольшая часть с Директором школы, а затем превращалась в дуэт двух врагов. Он будет танцевать с Томом Риддлом. Он был в нетерпении. Гарри занял позицию в центре сцены, где уже появилось несколько студентов Хогвартса. Началась музыка. Ученики атаковали. Гарри уклонялся, танцуя, кружась среди Пожирателей Смерти. Иногда одному из них удавалось схватить его, подбросив высоко в воздух. Они были великолепными танцорами. Гарри не нужно было беспокоиться ни о чем, кроме своей партии, - всякий раз, когда требовался Пожиратель Смерти, один из них оказывался рядом, готовый помочь ему. Музыка сменилась на что-то менее драматичное, и Гарри отступил. Пожиратели смерти исчезли, и Гарри встретился с Директором школы. Они немного станцевали двоём, прежде чем музыка резко прекратилась, заставив двух танцоров неловко и настороженно замереть на сцене. Музыка неуклонно ускорялась. Надвигалось что-то зловещее. Атака из ниоткуда, Директор прыгнул перед Гарри, чтобы защитить его, но был отброшен в сторону, за пределы сцены. Гарри успел только мельком взглянуть на Тома, как танцор уже был рядом и с силой толкнул его вниз. Гарри быстро вскочил на ноги и бросился прочь от Волдеморта. Но его заклятый враг был повсюду, не позволяя ему сбежать. Гарри прыгал, уворачивался, крутился и вертелся, однажды даже напал на него, но Волдеморт был беспощаден. Гарри чувствовал, как в нем бурлит адреналин, и на его лбу начали появляться маленькие капельки пота. И тут Том - Волдеморт? - начал кружить вокруг него, приближаясь, усиливая свой контроль. Он заставил Гарри скоординироваться с ним, задав адский темп. Обычно, синхронизировать танец было относительно легко, если бесконечно тренироваться со своим партнером. Гораздо сложнее было стать своим партнером. Для этого нужно было проанализировать его стиль танца, узнать человека, который танцует. Это практически невозможно сделать. Вскоре Гарри осознал еще одну проблему. Стиль танца Тома был полной противоположностью его стиля. Техника студента была безупречной, все движения идеально контролировались, ноги твердо стояли на земле. Гарри же парил, двигался дико, едва контролируемо. Для необученного танцора подражать лучшему ученику Хогвартса граничило бы с невозможным. Тем не менее, чем больше Гарри концентрировался на танце Волдеморта, тем больше он терял себя в нем. Он не знал, были ли изменения заметны для зрителей, но он определенно чувствовал, как будто его медленно опускают на землю. Осознавал, будто кто-то контрует его мышцы, тело, заставляет использовать нужную технику. Он полностью потерял себя, когда его разум, казалось, стёр личность Гарри Поттера. Другой танцор больше не был отдельным человеком, он был частью его самого. Он едва успел заметить, как Волдеморт сделал последнюю атаку, толкнув его на землю. Гарри позволил себе упасть... и был пойман своими - нет, друзьями Героя. Они осторожно поставили его на ноги, улыбаясь и смеясь, танцуя вокруг него. Он жаждал остаться с ними, вспомнить, кто он такой, но они подтолкнули его обратно, прямо в сети Волдеморта. Он освободился от угнетающего контроля и вернул энергию своим движениям. Он снова вспомнил, как дышать. Когда он заставил Волдеморта вернуться в тень, на его лице вспыхнула улыбка. Он был свободен. Он сделал последний прыжок, приземляясь прямо перед Волдемортом, и Герой бесстрашно посмотрел в лицо своему врагу. Сцена закончилась. Он не был уверен, сколько времени стоял так, пытаясь отдышаться. Первое, что он заметил, была оглушительная тишина. Он несколько раз моргнул, осознав, что лицо Тома находится всего в нескольких дюймах от его лица. Глаза студента были слегка расфокусированы, это означало, что и он был полностью очарован танцем. Гарри неуклюже сделал несколько шагов назад. Его тело казалось странно тяжелым. Он оглядел зрительный зал, пытаясь отыскать Рона. Его лучший друг растерянно смотрел на сцену, но как только он поймал взгляд Гарри, его лицо расплылось в широкой ухмылке. Он восторженно показал ему два больших пальца. Люциус Малфой прочистил горло. - Эмм... Эмм... Да... Спасибо, а, мистер Поттер, это было довольно... да. Кхм, спасибо. Гарри слегка наклонил голову в сторону судей и направился прочь со сцены. Он уже отвернулся, как вдруг рука Тома больно сжала его запястье и дернула назад. - Ай, что за...! - ошарашено воскликнул Гарри. Том смотрел на судей, которые, казалось, немного съежились под его напряженным взглядом. Черты лица студента были резкими, он выглядел непреклонным. Он притянул Гарри еще ближе к себе, сильнее сжимая его запястье. - Я хочу его.