The Chemistry classroom

Настольная лампа слабо освещала комнату. Слегка приоткрытая форточка впускала слабый поток ветра, навевая мысли о скором приходе весны, а вместе с ней и о начале нового учебного года в университете. И по-хорошему, Минхо сейчас бы задуматься о плане учёбы и совмещении её с обязанностями главы студсовета и тренера по танцам, а не думать о встрече с... Удобно расположившись на кровати, Минхо лежал на спине и глядел в потолок, фантомно ощущая объятия Хана на себе. Четыре года... Четыре грёбанных года, во время которых он просто вёл войну с самим собой, изменился так, что никто из Пусана не узнал бы его. Никто, кроме Джисона. Феликс не ошибся, когда говорил, что Хан его точно узнает, не взирая на столь долгую разлуку. Электронные часы медленно, но верно приближались к отметке 22:00, что заставляло задуматься о скором отходу ко сну, но его не было ни в одном глазу. Весь день сейчас прокручивался в голове у главы студсовета уже который раз, что никак не помогало расслабиться после столь тяжёлого дня. Слабый свет создавал некую загадочную атмосферу, при которой герои популярных сериалов озвучивали какие-нибудь мысли из своей головы или же размышляли о тщетности бытия. Минхо был бы не против оказаться на месте героев и поразмышлять вслух обо всём происходящем на данный момент. Казалось бы, он встретил Джисона, с которым у него не было никакой связи очень долго, сделав это преднамеренно. Сразу после ссоры он сменил номер и завёл новую почту, лишь бы не связываться с ним. Он знал, что однажды может не сдержаться и просто приползёт на коленях к нему, чтобы услышать голос или обнять. Но готов ли он так унизиться ради простой возможности быть рядом с ним? В это раз ответ отрицательный. В какой момент в нём взыграла гордость? В этот же время внутренний голос вспоминает следующую фразу: "Как бы мерзко это не звучало, но когда человек любит, он будет унижаться сколько угодно". Но Минхо сейчас не унижается. Значит ли это, что он любит до сих пор любил Джисона не по-настоящему в тот момент? Поступил бы он иначе тогда, чтобы сохранить их связь? Вряд ли. Он тоже хочел побыть эгоистом хоть раз в своей жизни. Минхо достаточно унижался в школе, только бы это не отражалось на Хане и их общении. Этого было достаточно. Из раздумий главу вырывает уведомление в "Какао". Повернув голову к прикроватной тумбочке, он тянется рукой к телефону, где он собственно и лежал. Писал его хороший знакомый. Получатель: Мокрица 👩‍💻 Ты так ничего и не рассказал... Он более-менее доверял этому человеку, но рассказывать всё подчистую не хотелось.

Отправитель: Вы Мы встретились.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Уже в курсе. И с твоей реакции тоже.

Отправитель: Вы Что-то не так?

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Минхо не простил бы себе такого отношения к Джисону, а вот Ли Ноу даже глазом не дёрнул. Более, чем уверен в этом. Тут он прав, этого нельзя отрицать.

Отправитель: Вы Верно. Хотелось бы сказать, что к сожалению, но нет.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Он скучал по тебе, и ты прекрасно знаешь об этом. "Скучал... Не уверен в этой искренности", — мысли главы не были столь оптимистичны, несмотря на информированность состояния Джисона.

Отправитель: Вы Знаю, но пока не могу его подпустить к себе.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Сколько собираешься его мучить? Или же есть другой план?

Отправитель: Вы Плана нет. Я всё ещё не уверен в Джисоне.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Вендетты не будет?

Отправитель: Вы Ты настолько страшным меня считаешь?

Получатель: Мокрица Я знаю, на что ты способен.

Отправитель: Вы Он будет в порядке, не переживай.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Я больше за тебя переживаю. Вы слишком долго не виделись, и мы оба знаем, как ты к нему относишься.

Отправитель: Вы

Ты пытаешься надавить на совесть или помочь мне? Пока ничего из этого к тебя не получается.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Ты знаешь, о чём я говорю, не стоит игнорировать мои слова.

Отправитель: Вы

Он получит то, что заслужил. Может, я и простил его непринятие меня как гея, но не прощу за нашу дружбу и связь с Миён.

Получатель: Мокрица 👩‍💻 Всё равно будь помягче с ним. Даже если учитывать ситуацию, то не стоит над ним издеваться. Он мог измениться.

Отправитель: Вы Посмотрим.

Минхо блокирует телефон и кладёт обратно на тумбочку. Так резко подпустить Джисона крайне опасно, его истинного отношения к однополым парам вряд ли изменилось с такими родителями, но... Сама мысль о том, что он его искал, заставляет маленький огонёк счастья внутри разгореться большим пламенем. А если это банальное чувство вины? Они ведь так и не помирились после ссоры, даже не поговорили. Джисон долго оставался с Миён и по неофициальным данным либо до сих пор в отношениях, либо поддерживают связь, что-то из этого. Кто знает, как она промыла мозги Хану? Они ведь знакомы дольше, нежели с Минхо. Глава резко встаёт и подходит к окну, смотря в него через тоненькую шторку белого цвета. Огни Сеула поистинне одно из самых прекрасных явлений, которое только можно вообразить, а в сочетании с вечерним воздухом просто кружит голову. Минхо закрывает глаза и понимает, что прекраснее этого явления только глаза Хана, когда тот искренне смеётся.

***

Феликс бежит по коридору университета, боясь, что он опаздывает как минимум на пятнадцать минут. Пунктуальность не была особо характерной чертой парня, но дело сейчас далеко не в паре, ведь до неё ещё добрых полчаса. Это время Ликс - именно так зовут студента его друзья - всегда проводит вместе с преподавателем Хваном, который помогает студсовету и ведёт занятия по искусству Кореи. И Феликс хочет честно признаться, что приходит с утра пораньше лишь бы пару минут больше уделить предмету и обсудить дела студсовета, но это будет наглая ложь. Он влюбился в преподавателя Хвана во время вступительных испытаний, когда старший наблюдал за честностью абитуриентов при написании экзаменов. И сказать, что Ликс тогда едва не провалил экзамены - значит, ничего не сказать. Он конкретно залип на преподавателя, который был воплощением всех мокрых снов парня: высокий рост вкупе с подкаченной фигурой, изящные длинные пальцы, выкрашенные в красный цвет и слегка длинные волосы, что не свойственно педагогу, но так дополняет образ этого человека, идеальный профиль лица, которому могут позавидовать все модели, и сексуальный взгляд, от которого кровью нальются не только щёки. И ликс уже не понимал, пробежала ли искра между ними тогда или же его разум так сильно затуманил этот шикарный мужчина? После оглашения результатов преподаватель Хван неожиданно... поздравил его с поступлением, найдя знакомое лицо среди прибывших на общий сбор студентов. И вы ничего плохого не подумайте, с Феликсом всё было нормально. Просто если бы Хёнджин (это его имя, как оказалось позже) обнял его, а не пожал руку, то университет закрыли бы для расследования дела об остановке сердца нового студента. Кто же знал, что влечение к педагогу приведёт его в студсовет?.. В студсовете Ликс моментально стал востребованным и популярным человеком наравне со своим другом Минхо, который представился Ли Ноу. С парнем он познакомился три года назад во время занятий хип-хопом, когда Минхо был максимально сломлен. Трудно было в это поверить, но после третьей тренировки парни откровенно поговорили, от чего Ликс был просто в шоке. С того момента они всегда были на связи, благодаря чему Минхо медленно, но верно выходил из своего отвратительного состояния. Эта поддержка дошла до того, что Минхо стал очень уверенным и смелым парнем, чей взгляд мог убрать любого человека на своём пути, парень также мог легко заступиться за Ликса, который и помог ему обрести себя. Изначально Феликс приходил рано вынужденно, ведь обязанности заместителя были ничуть не меньше, чем у главы. Минхо приходил в такое же время, что и он, но в отличии от заместителя он уходил из преподавательской для проверки всего к началу недели или же дня, а Ликс оставался в кабинете вместе с дежурным ппедагогом. Какого же было его удивление, когда спустя месяц с утра начал просто так приходить и Хван Хёнджин вне зависимости от того, поставили его дежурным или нет. Они всегда обсуждали предмет, который преподавал Хван. Несмотря на то, что Феликс учился на факультете журналистики, искусство Кореи он выбрал как дополнительный предмет. Да-да, из чистого интереса. А вы о чём подумали? Когда необходимость в раннем приходе отпала, Ликс продолжил приходить в это время вместе с преподавателем. Со временем их разговоры вышли за рамки учебных дел и они, не стесняясь, обсуждали личные проблемы и опыт, который каждому пришлось пережить в прошлом, и все вокруг видели в них хороших друзей, которые довольно быстро сбилизлись. Видели все, кроме Минхо. Он понимал, что влечение Ликса далеко не дружеское. И когда он только-только заметил взгляд своего друга в сторону преподавателя, то сразу всё понял. И Феликс даже не отпирался, признавшись во всём. Друг его никак не осудил и с того дня оказывал огромнейшую поддержку, лишь бы Ликс не замыкался в себе из-за чувств, которые пока нельзя было выяснить, взаимны они или нет. Минхо по-доброму подкалывал Феликса, но никогда не высмеивал чувства друга, ибо сам был в такой ситуации. Точнее, до сих пор в ней находился. Феликс добегает до двери преподавательской, которая была слегка приоткрыта, и останавливается перед ней, чтобы отдышаться. Спустя пару мгновений он слышит из кабинета женский смех, из-за чего внутри всё сжимается. Сегодня дежурит преподаватель Хван, поэтому никого из педагогов с утра быть не должно. Неужели он там не один? А с кем, со своей девушкой? Странно, что Феликс до сих пор не выяснил ориентацию Хёнджина, пусть никто и никогда не видел его с девушкой. Поговаривали, что он бисексуал (Феликс тоже, но он никогда не признается, что вся его ориентация сводится лишь к одному человеку), но эта теория до сих пор не подтвердилась. — Ну сонсэним, мне о-о-очень нужны дополнительные занятия по Вашему предмету, — он слышит этот приторный девичий голосок, и ему становится тошно. — Ничем не могу помочь Вам, студентка Чон, — слышится ровный голос Хёнджина. Что что, а интонации преподавателя Феликс уже знает наизусть. Но зарождающееся чувство ревности начинает затмевать рассудок. — Вы же дополнительно занимаетесь с Ли Феликсом, об этом все говорят! — возмутилась девушка. — Наши разговоры со студентом Ли никак Вас не касаются, но повторюсь: дополнительные занятия я не провожу ни для кого, — всё тот же тон безразличия, но Ликс уже успел себя накрутить. — Может, я могу Вам что-нибудь предложить в обмен на занятия? — голос девушки стал тише и соблазнительнее. А вот это уже похоже на флирт, и парень не выдерживает. — Доброе утро, сонсэним! — студент резко заходит в кабинет, и девушка буквально отлетает с испугом от преподавателя, чей взгляд теперь устремлён только на парня. Студентка сверлит злобным взглядом Феликса и, хватая со стола свою сумочку, вылетает из кабинета, захлопнув за собой дверь. — Здравствуй, Феликс, — голос преподавателя максимально смягчается, когда он произносит имя студента. Если бы заместитель не был так зол и накручен, то вспомнил бы, что с такой интонацией он говорил только с ним, — Хорошо спал сегодня? — Просто отлично! — с ядом выплёскивает из себя ответ Ликс и поворачивается к преподавателю спиной, перебирая какие-то документы на столе, лишь бы не накинуться на преподавателя со злостью из-за своей ревности. Между ними ведь ничего нет. — У тебя всё в порядке, Феликс? — голос кажется беспокойным, но студент этого не замечает, пытаясь успокоить свою ревность, которая просто бьёт изнутри. — Конечно! Я же не обжимаюсь со всеми подряд в преподавательской, — выплёскивает Ликс и хлопает по столу, опираясь на него, и только после сказанного осознает, что натворил. Он правда не хотел этого говорить, но ситуация вышла из-под эмоционального контроля. Они ведь друг другу никто, поэтому какое дело, с кем и чем он тут занимается? "Идиот, идиот, идиот!" Парень уже готовится услышать злобную тираду от преподавателя, чтобы тот соблюдал границы, но лишь ощущает обжигающее дыхание над своим ухом. Студент чувствует сзади Хёнджина и видит, как ладони преподавателя ложатся сверху на его. — Кто сказал, что я обжимался с ней? — этот горячий голос Ликс готов слушать всю свою жизнь. Парень чувствует, как от этого тона подкашиваются коленки и начинает теряться равновесие. Он чувствует накатывающее возбуждение, отчего ему становится немного стыдно. Студент откидывает голову на плечо Хвана, прикрывая глаза, и ощущает его дыхание уже на своей шее. Руки Хёнджина аккуратно перемещаются на талию Феликса и прижимают его к себе, что выбивает из лёгких парня весь воздух. — Вы меня оскорбляете, студент Ли, — горячо шепчет в ухо парня Хёнджин, разворчаивает его в своих руках и смотрит тому прямо в глаза, едва соприкасаясь носами с ним, продолжая также обнимать его, — потому что единственный человек, с которым я бы тут обжимался, сейчас находится в моих руках. Этот сексуальный голос. Кто-нибудь, спасите нервы Ликса, иначе система не выдержит. Студент смотрит в глаза Хёнджина и чувствует накатывающий ком в горле. Он кладёт руки на плечи преподавателя. — В-вы п-правда так думаете? — голос предательски задрожал, но ответ ему крайне важен. — Знаю, — улыбаясь, отвечает Хван и одной рукой заправляет за ухо выбившуюся светлую прядь волос, из-за чего Ликс ловит сотый или тысячный сердечный приступ за всё время обучения в Национальном университете. В порыве чувств Феликс прижимает к себе преподавателя и скрепляет руки на его шее. Он всё ещё ждёт, что Хёнджин оттолкнёт его и рассмеётся, сказав, что пошутил или напомнит о месте, где они находятся, но тот лишь ближе прижимает студента к себе, ловя неистовое наслаждение от объятий. И только после этого жеста Ликс, не стесняясь, зарывается носом в шею преподавателя, вдыхая шикарный запах одеколона мужчины. Студент закрывает глаза, полностью растворяясь в Хёнджине, и совершенно забывает о времени, о делах, которые он хотел сделать в преподавательской, о темах, которые хотел обсудить с Хваном. Он чувствует себя очень счастливым, надеясь, что его чувства взаимны. Между ним с преподавателем относительно небольшая разница в возрасте: Ликсу в сентябре исполнится 21 год, а Хёнджину на днях стукнет 27. Оптимально, как говорится, но проблема вовсе не в возрасте, а в их нынешнем статусе. Какие слухи пойдут, если узнают о таких отношениях. Феликс всё ещё желает переступить ещё одну границу. — Вы хотя бы на ключ закрывались, голубки, — раздаётся добрый голос со стороны двери. Парни моментально разлепляются и отлетают друг от друга в разные концы комнаты, боясь, что на них настучат, но узнав, что за человек зашёл, немного успокоились. — Преподаватель Чан... — выдохнул Хёнджин. — Здравствуйте, сонсэним! — на нервах кланится Феликс, — И-извините, я пойду, — он берёт какие-то бумаги со стола и пулей вылетает из кабинета. Банчан взглядом провожает нервного студента, сдерживая смешок в отношении парня. — Продвинулись до объятий, поздравляю, — говорит Банчан, повернувшись к Хёнджину. — Не придумывай, — бросает Хван и плюхается на диван, что стоит у окна. Стыдно было признавать, что он как мальчишка влюбился в Феликса, заметив его на вступительных экзаменах. Если бы его попросили описать парня одним словом, то он бы однозначно сказал: "Солнце". Блондинистые волосы в сочетании с веснушками и горящими глазами создавали образ яркого мальчика, взглянув на которого улыбка сама разъезжалась до ушей. Хван старался не пялиться на это маленькое солнышко, но это было крайне трудно. Он очень нервничал, когда составлялись списки поступивших, ведь хотел узнать парня поближе. Узнав, что это Солнышко поступило, он сделал первый шаг и поздравил парня с этим событием. Ликс был немного скован, но с удовольствием принял поздравления. Счастью не было предела, когда он узнал, что Феликс включил в свой учебный план его предмет. Хван не мог обьяснить, как Солнце стало его личным магнитом, и своё внимание он готов был отдавать только ему. Хёнджин с удовольствием разговаривал с ним по утрам, когда приходил на своё рабочее место даже тогда, когда в этом не было необходимости. Преподаватель аккуратно вышел за рамки "учебных" отношений и перевёл их в статух дружеских, что стало отправной точкой случайных прикосновений и двусмысленных фраз в адрес студента, и объятия сегодня стали новой ступенью в их пока что не начавшихся отношений. — Вам нужно быть аккуратнее, — Банчан подходит к одному из столов и разматывает шарф, — Я понимаю, что у Вас чувства друг к другу, но в стенах этого здания вести себя так опасно. Хёнджин, сидя на диване, вздыхает: — Я всё понимаю, Банчан, всё прекрасно понимаю. — О, смотри-ка, уже не отрицаешь, что чувствуешь к нему что-то. Да у вас сегодня прорыв, — снимая пальто, улыбается Кристофер. Да, трудно сдержать улыбку после таких событий. — Сегодня снова приходила студентка Чон по поводу дополнительных занятий. Она пыталась подкатить ко мне, и Феликс решил, что я с ней обжимался. Ну, и вспылил. — Ещё и он показал при тебе свою ревность. Ребят, да что ж такое? На мировые рекорды идёте, — Банчан сдерживает добрый смешок и вешает пальто вместе с шарфом. Хёнджин выдыхает и, согнувшись, прикрывает голову руками. — Меня посадят, — слышится голос Хвана. — За что? За отношения с совершеннолетним студентом, которые не запрещены законом? — Кристофер действительно не понимает проблемы, но и он не сможет, ведь сам не был в подобном положении дел. — Ну... Я не... — Хёнджин, — голос Чана становится серьёзнее, — ты свои страхи пытаешься прикрыть чем-то другим, верно? Хван поднимает взгляд на преподавателя психологии и смотрит ему в глаза, понимая, что тот абсолютно прав. — Ты же знаешь ответ, — оба напрочь игнорируют официальный стиль общения пока есть возможность. — Чего конкретно ты боишься? — Чан садится рядом с Хваном, продолжая смотреть на того, - Невзаимности? Или у тебя не было опыта в отношениях? — Уж точно не было опыта с парнями... — опускает голову Хёнджин. — То есть, это первый парень, к которому ты чувствуешь нечто большее, чем простая дружба, правильно понял? — заключает Чан. В воздухе повисает тишина. Оба прекрасно знают ответ на этот вопрос. Ответ знает и Минхо, который стоит за приоткрытой дверью преподавательской, пользуясь возможностью узнать, стоит ли доверять Хвану своего друга. — Хёнджин, я хочу услышать ответ от тебя, — раздаётся голос Кристофера. Вновь повисает пауза, но она гораздо меньше. — Да. Да, Феликс - первый парень, к которому я чувствую нечто большее, чем просто дружба. Ни к кому из девушек я не чувствовал чего-то подобного, как к нему. В самый первый день, когда я увидел его, он стал моим солнцем, и пусть весь мир подождёт, лишь бы он был счастлив и рядом. Я готов на всё, только бы он был счастлив. И мне страшно сейчас. Я не знаю, есть ли кто у него и нужны ли ему отношения и внимание с моей стороны, — и голос в моменте становится тише. "Идиоты, даже поговорить не можете нормально", — думает Минхо. Хотелось, чтобы это звучало как осуждение, но оба испытывают это впервые, поэтому пусть переживают все события в своём темпе. Он стучит в приоткрытую дверь, обозначая свой приход. — Здравствуйте, сонсэнимы, — заходит в кабинет Ли и кланится преподавателям. Мужчины одновременно поворачивают головы в сторону главы студсовета и слегка улыбаются. К этому парню они испытывают тёплые чувства, ведь за такой небольшой отрывок времени тот успел себя проявить как достойный лидер. — Доброе утро, Минхо, — отвечает Хёнджин. — Прошу прощения, но я пойду. Хван поднимается с дивана и выходит из кабинета. До пары ещё около 15 минут и сейчас начнут собираться преподаватели, он не хотел бы лишний раз пересекаться с кем-то из коллектива. — Сонсэним, расписание всех дополнительных секций, — парень протягивает бумаги Кристоферу, чтобы он оценил его. Прежде чем сдать какие-то документы, Ли отдаёт их Чану, чтобы тот сказал, имеются ли недочёты, которые стоит исправить. Банчан внимательно изучает документы, уже заранее понимая, что всё идеально. За время работы здесь у Минхо вообще всё отлично получалось, и Чан каждый раз в этом убеждался. Ли первые несколько минут наблюдал за преподавателем, а потом устремил взгляд в окно, вид из которого открывался на главный вход, куда приходили студенты. С третьего этажа всё было прекрасно видно. Было заметно и волнение студентов в первый учебный день, но глава уверен, что все справятся с учёбой, несмотря на высокий уровень сложности уже с первого курса. И взгляд быстро цепляется за блондина, который общается с какой-то компанией. Джисона грех не узнать, он в своём репертуаре. Было бы странно, если парень не собрал вокруг себя такую компанию. И даже отсюда глава видит ослепительную улыбку своего возлюбленного бывшего друга, невольно повторяя за ним. Кристофер поднимает свой взгляд на студента, чтобы дать своё заключение, но застывает, впервые замечая искреннюю радость в глазах парня. Преподаватель пытается найти причину, смотря в окно, но людей слишком много, нужного трудно определить. — Ли Минхо, — строгий голос быстро возвращает парня в реальность. Глава моментально отмирает и смотрит на Банчана. Он боится, что пропустил что-то важное или совершил глупейшую ошибку в документах. "Ещё один", — думает Чан и вздыхает. Почему никто не может сказать о своих чувствах? — Ну, а кто твоя причина для улыбки? — спрашивает Кристофер смягчившись, так как заметил неподдельный страх в глазах главы. Он прекрасно знает, что является единственным преподавателем, которого Минхо слушается и беспрекословно подчиняется. Причин не знает, почему именно он, но такое отношение льстит. — Ч-что? Вы о чём? — внутри себя студент понимает, что прятаться от преподавателя Чана бесполезно. Его проницательность ничем не затуманить, и Ли прекрасно об этом знает, но попытаться стоит. — Ну хоть ты из меня дурака не делай, — улыбается Крис, — Ты с общего сбора ходишь сам не свой, а взглядом искал кого-то конкретного в толпе. А сейчас же искренняя улыбка, и я даже уверен, что ты делаешь это неосознанно. Минхо впервые (впервые!) густо краснеет и не знает, что сказать. Он не хотел бы распространяться о своих чувствах, но Банчану хочется верить. Они со дня поступления имеют хороший контакт, и глава считает Кристофера своим наставником, которого безумно обожает и уважает. — Я могу Вам доверять? — Минхо понимает, что ему нужно поговорить с опытным человеком, который разбирается во взаимоотношениях. — Ты же знаешь ответ, Минхо. Конечно можешь. Дальше нас это не выйдет, — получает спокойный ответ. Они выходят из преподавательской и направляются в кабинет Кристофера для разговора, совсем забыв о документах, которые, как оказалось, не нуждаются ни в каких исправлениях.

***

Джисон сидит за партой в учебной комнате, подперев голову рукой, и считает количество влюблённых взглядов Чанбина в сторону их куратора, который объясняет тонкости обучения в университете для вокалистов. Создаётся ощущение, что Чанбин мало заинтересован в словах, которые говорят всей группе, что оратор интересует его гораздо больше. Хотя, почему только создаётся, если так оно и есть? — Дыру прожжёшь, — шепчет Хан Чанбину, вырывая того из мыслей и слегка толкая того плечом. Бин резко поворачивает голову в сторону одногруппника, стараясь скрыть своё волнение. Растерянность в глазах трудно не заметить, и это откровенно смешит Джисона. — Ты о чём? — сглатывая, задаёт вопрос Чанбин. — Я понимаю, что наш куратор очень красивый, но так ты ничего не добьёшься, — шепчет он своему другу. — Ничего я не хочу добиваться, что ты пристал? — Чанбин опускает взгляд в пол, смущаясь, что его застукали споличным. — Да-да, ничего, — ухмыляется Хан. — Тебе легко говорить, здесь же нет человека, к которому ты чувствуешь далеко не дружеский интерес, — чуть ли не стонет в ладони Бин. "По крайне мере он не в этой комнате", — Джисон неожиданно для себя начинает принимать, что тянется к Минхо совсем не как к другу. И это откровенно пугает, но старается держать лицо. Однако вопрос, который он задал ему после пробной тренировки, для Хана остаётся актуальным. Грешно отрицать, что он был рад видеть его не как своего друга. Он хочет надеяться, что его чувства остались, несмотря на большой временной промежуток, который прошёл с их последней встречи. Он тянулся к парню, желал прикоснуться к нему, лишь бы ощутить его рядом. Но хотел ли он его почувствовать, как друга? Хан уже начал сомневаться. За это время Минхо вытянулся, сменил имидж, стал уверенее в себе, приобрёл проницательный взгляд, стал образцом для подражания и тут нетрудно догадаться, что на таких парней девушки вешаются табунами. Сама мысль о том, что к Ли мог прикасаться кто-то другой, вызывает в Джисоне необоснованную ярость, которую он старается унять в себе последние четыре дня. "Да что ж со мной творится?" — ноет про себя Хан, пока его внимание не привлекает источник раздражающих мыслей, который зашёл в кабинет. — Здравствуйте, студенты, — приветствует всех глава студсовета и кланится в знак приветствия. Все восторженно похлопали, в частности девушки. И внутри Джисона вновь происходит взрыв эмоций и собственническое чувство берёт вверх. Хочется просто обнять и спрятать главу ото всех, чтобы только он мог смотреть на объект своего обожания. — Надеюсь, ваш куратор хорошо относится к вам? — с ухмылкой спрашивает Ли Ноу и косится в сторону Сынмина, подарив тому ироничный взгляд. — Нет, уже зарыл труп одного из них на заднем дворе, — отвечает Ким, едва сдерживает смех. А вот группа не упускает возможности рассмеяться, пока Хан откровенно залипает на улыбку Минхо. — Не забудь сказать, где именно, — смеётся в ответ Ли Ноу, — Но зашёл я к Вам по другому поводу. Группа мгновенно затихает и сосредотачивает всё своё внимание на парне. — Я рад, что вы проявили большую активность в дополнительных секциях и каждый из вас записался в куда-то. Хотелось бы проинформировать, что сейчас освободилось несколько мест в совете всвязи с выпуском нескольких студентов, поэтому если у кого-то из вас есть желание вступить к нам, то вы можете либо сказать об этом сейчас, либо, обдумав всё хорошенько, сказать своему куратору или мне. По кабинету прошлась волна перешёптываний. — Кто-то уже надумал? — с улыбкой спрашивает Ли Ноу. — Я хочу! — подрывается с места Джисон. И вновь кабинет окутала тишина. — Быстрое решение, — шепнул кто-то. Лицо Ли Ноу не выражало отвращения, скорее сохраняло ту самую маску, которую всегда держал глава при общении со студентами. — Хорошо. После занятий зайди в совет, я тебе всё объясню. Кабинет находится в другом конце этого этажа. Буду ждать тебя, — ответил Минхо и, попрощавшись со студентами, вышел из кабинета. "Только не ты. Пожалуйста, только не ты. Не приходи, не надо, я не выдержу", — мысли главы впервые так сильно скомканы. Он не может находиться рядом, нельзя переступать через свою гордость, он же выше этого. Но глаза вновь видят перед собой светлый образ Джисона, который дарит улыбку лишь ему одному. А Джисон всё ещё не может понять, на что подписался. Он знает только одно: они обязаны поговорить.

***

Время близилось к шести вечера. Минхо сидел за столом в кабинете совета и заполнял какие-то документы, ожидая прихода Джисона. По правде говоря, он давно бы уже собрался и ушёл домой, он не хотел как-то пересекаться с Ханом, тем более после того разговора в танцевальной студии. Он прекрасно понимал, что не хочет показывать свои слабости парню, но тот изъявил желание вступить в совет. На нервах глава хлопнул ладонями по столу и уставился вглядом в точку на полу. "Дерьмо, дерьмо, дерьмо!" — кричал внутренний голос Минхо. Раздаётся стук в дверь. В горле моментально пересохло, но глава моментально успокаивается, только бы не показать свои страхи. — Входите, — строгая интонация удивила даже его обладателя. Дверь открывается, и в кабинет входит блондин, по которому неимоверно скучал Минхо. А может, ну эту гордость? Он так хочет обнять его, а лучше рассказать, как ему не хватало общества парня всё это время. Но... Действительно ли он готов простить Хана за ту реакцию? — Я пришёл, — озвучивает очевидное Джисон. "Да что ты?" — иронично отвечает про себя глава, — "А я и не заметил". — Проходи и садись, — указывает Ли Ноу на диван, расположившейся недалеко от его стола, и снова утыкается в документы. Хан бесприкословно садится, не отрывая взгляда от шатена, который всё ещё что-то писал в бумагах. И пока глава не обращает на него внимания, он конкретно залипает на парня. Джисон всё ещё не понимает, как игнорировал привлекательность Минхо всё это время, хоть неоднократно говорил о его красоте. Зато он понимал, почему его друг игнорировал отношения и даже не пытался в них вступить. — Минхо... — окликает его Джисон. Глава моментально поднимает холодный взгляд на блондина, отчего всё внутри парня сжалось от... восхищения? Да, наверное это будет лучшее описание его эмоций. — Давай ты скажешь о моих обязанностях, и я пойду, — озвучивает своё предложение Хан и уже боится смотреть в глаза Ли. Минхо наблюдает за бегающим взглядом Джисона и продолжает тянуть время. Он всё ещё не понимает, что хочет от парня. Желает ли он видеть его рядом с собой? — Тебе лучше не вступать в совет, — озвучивает итог глава. Джисон поднимает нечитаемый взгляд на друга. Такого он вообще не ожидал. — Но почему? Я хочу вступить сюда! — возражает Хан. — Зачем? Какая у тебя цель? — продолжает допытываться Ли Ноу. — Мне интересна общественная жизнь, и ты как никто другой знаешь об этом, — стоит ли говорить о том, что парень начинает закипать? — Не думаю, что я тебя знал всё это время, — шепчет себе под нос глава, — Ты не выдержишь, — раздаётся более громким голосом, чтобы парень напротив его услышал. — Я выдержу любую нагрузку, и об этом ты тоже знаешь. — Ты не выдержишь, — голос главы всё такой же холодный. Он встал со своего места, направляясь в сторону студента. — Откуда столько сомнений во мне? Почему ты сторонишься меня? — градус ярости Хана повышается. Минхо распологает руки на диване по бокам от Джисона и впивается взглядом в парня, наклонившись к нему максимально близко. — Ты ненавидишь меня, а значит не выдержишь работы здесь. Джисон сглатывает и теряет все слова, стараясь не опускать свой взгляд на губы главы. — Я мог измениться, — тихо говорит блондин, стараясь унять разбушевавшееся сердце. — Серьезно? — выгибает бровь Ли Ноу, — Как мне проверить твои слова, Хан Джисон? Градус ярости уменьшается, и на его место приходит возбуждённость. Взгляд всё же опускается на губы Минхо, и внутри всё сжимается, начиная внутреннюю борьбу с собой. Тормоза срывает окончательно, когда Ли Ноу облизывает свои губы; Джисон хватает парня за воротник белой рубашки и впивается своими губами в чужие, прикрывая глаза, и старается вложить в это действие все свои эмоции, которые пережил за время их разлуки. Хан много раз целовался с Миён во время их отношений, но это никак нельзя сравнить с тем, что происходит сейчас. Поцелуй с Минхо вызывает гораздо больше эмоций, как будто сбылась его самая сокровенная мечта, которую он когда-то зарыл глубоко в себе. Но мысли о неправильности поступка ушли далеко на задний план, и Джисон полностью растворяется в нынешнем действии, желая забыться и никогда не оставлять губы главы без своего внимания. Минхо же сопротивляется первые несколько мгновений, но, наплевав на гордость, кладёт ладони на шею Джисона. Если бы блондин только знал, как долго он мечтал попробовать его губы на вкус... Нет, он не смог бы сделать этот шаг первым, ни за что в жизни. Воздух между ними заканчивается, и оба отсраняются друг от друга. Их носы всё ещё соприкосаются, сохраняя интимность атмосферы между ними. — Хан~и... — нежно произносит Минхо, и его тон окончательно сносит голову блондину. Джисон одной рукой обнимает главу и укладывает его на диван, возвращаясь к губам парня. Он старается аккуратно раздвинуть губы партнёра, проникая глубже и оглаживая языком стеночки его рта, что вызывает приглушённый стон Минхо. И тут Хану срывает все тормоза, он с трудом осознаёт свои действия. Джисон начинает расстёгивать верхние пуговицы рубашки парня, но Ли Ноу как будто прошибает током, и он осознаёт неправильность это ситуации. — Стоп! — отталкивая парня, кричит Минхо и резко садится. — Минхо, я... — пытается подобрать какие-то слова растрёпаный Джисон, с растеряным взглядом наблюдая за Минхо, но их не находится. — Не надо слов, просто научитесь отвечать за свои действия, — включает свой холодный тон глава и возвращается на своё место. — Прости, прости меня, пожалуйста, я всего лишь... — растерянно оправдывается Джисон — Субординация, Хан Джисон, я напоминаю Вам, — складывая руки на столе, произносит Ли Ноу и получает одобрительный нервный кивок от блондина, — Приходите завтра к восьми утра, будете помогать нашему заместителю. Вы свободны. Хан на ватных ногах выходит из кабинета совета, совершенно не понимая, что он только что натворил. Он поцеловал парня. Он поцеловал своего некогда лучшего друга. Он начал чувствовать что-то к лучшему другу. Он же разорвал с ним связь из-за ориентации Минхо, а сейчас нарушил свои же "принципы". Что с ним не так? Интересно, какие эмоции сейчас испытывает Ли Ноу? Насколько сильна его ненависть к Хану? А Минхо сейчас пытается сдержать слёзы, ведь старые шрамы начали болеть с новой силой. Его гордость сломлена.