Затерянный в веках

Неизвестно, какую магию использовал Толстяк, но спустя три часа мотор их машины ожил и бодро загудел, выпуская клубы дыма из выхлопной трубы. — Транспорт подан! — окликнул, погруженного в мысли Наивняшку, Панцзы. — А я уж думал, что нам придется топать до гробницы пешком, — усмехнулся У Се, поднимаясь с камня, на котором сидел, изучая записи. — Ты не веришь в меня? — состроил оскорбленную физиономию Толстяк. — Вот сейчас обижусь и поеду один — будешь на своих двоих догонять! — Пощадите, великий мастер, — «испугался» У Се и сложил руки в молитвенном жесте, — я слаб и не пройду и пары ли… — Так и быть, я добрый, залезай! — рассмеялся от его вида Панцзы, распахивая дверь машины. У Се рассмеялся в ответ, хлопнув его по плечу и устраиваясь на сидении. — Поехали, нас ждут приключения! *** Если судить по карте, то они почти дошли до цели. Вот только никто не написал ни как найти вход, ни как обойти ловушки. Поэтому У Се и Панцзы весь день бродили кругами по местности, пытаясь отыскать хоть что-то похожее на гробницу. — Ну вот кто так прячет? Никакой сознательности, — ворчал Панцзы, простукивая очередной камень и прислушиваясь к звуку. — Ну, если это и правда творение семьи Чжан, то неудивительно, что они так хорошо замаскировали его! — откликнулся У Се, роющийся в письмах и записях в тщетной попытке найти хотя бы намек на нужную информацию. Но в записях мало что можно было найти. Хотя У Се кое-что почерпнул из двух оставшихся отрывков писем. «Я помню, что на схеме были отмечены три настоящих прохода, ведущих к гробнице, и три ложных. Но какие где? Мне интересно, как её преодолели японцы. Пройдя по длинному коридору, уперся в тупик. Пришлось вернуться. Значит, проход не тот». То есть, там внутри есть ложные проходы, которые ведут в тупик? У Се ещё раз перечитал запись. Он первый раз слышал о подобной архитектуре. К какой династии относится эта гробница? Было понятно лишь, что она принадлежит семье Чжан… У Се и в голову не приходило копаться в прошлом первой семьи. Он знал историю своей и других семей; ему запретили совать нос к Чжанам, но сейчас становилось понятно, что без этих знаний у них ничего не получится. Второй дядя точно будет вне себя от ярости, когда узнает, но когда это останавливало юного расхитителя? Да и тот, кто подкинул наследнику семьи У эти загадки, явно рассчитывал на то, что тот не удержится от любопытства, а значит и правда хотел, чтобы У Се полез и узнал. «Как оказалось, галлюцинации — не единственная наша проблема. Кстати, вызваны они скорее всего порошком, что покрывают стены лабиринта. Он ядовит. Смоченная водой маска защищает рот и нос, ослабляя действие порошка. Как я написал ранее, эта не единственная наша проблема. За одной из дверей-обманок обнаружились два трупа японцев. Видимо, тех, кто вошёл сюда…» «Так, значит, нам понадобятся маски, смоченные водой…» — сделал вывод Наивняшка. Он порылся в рюкзаке, и, найдя подходящую ткань, соорудил что-то похожее на маски, чтобы закрыть рот и нос. Толстяк, обследовавший местность, неожиданно закричал, отчего У Се, испугавшись за друга, вскочил на ноги. Раздался треск, земля под Толстяком, что стоял буквально в ста шагах от У Се, разверзлась, и он с треском полетел вниз. Его крик прокатился по поляне и затих в глубине леса. У Се ринулся туда, едва не забыв прихватить рюкзак, о который буквально споткнулся. Когда он подбежал к образовавшейся яме и заглянул внутрь, то не увидел ничего, кроме темноты. — Толстяк! Ты жив? Все в порядке? — взволнованно воззвал он к другу. — Ага, я в норме! — раздался голос откуда-то снизу, — И я, кажется, нашёл вход в гробницу, — эмоции в голосе Панцзы были слегка противоречивыми, что заставило У Се напрячься, и не зря, — но есть проблема. — Какая? — уже предвидя ответ задал вопрос У Се. — Я угодил в ловушку, — сколько раз он уже слышал эту фразу? И сколько раз говорил ее сам? — Погоди, сейчас спущусь, — У Се достал из рюкзака верёвку закрепил её, закинув рюкзак на плечи, и принялся спускаться вниз. Вокруг было темно и сыро, пахло плесенью. — Осторожно, — предупредил волновавшийся Толстяк, — там ловушка, по типу похожая на капкан. — Ты ранен? — У Се замер, задав вопрос. — Не особо, — успокоил его Толстяк, который как раз включил фонарик и освещал У Се путь, — но нога напрочь застряла между плитами. Её что-то держит! — Сейчас я спущусь и посмотрю, - Наивняшка облегченно выдохнул и продолжил медленный спуск. У Се почувствовал, как его ноги коснулись твёрдой поверхности, и замер, ожидая опасности, после чего осторожно включил фонарик и повернулся. Толстяк сидел на каменном полу, а его нога угодила в трещину между двух плит. Всё бы ничего, но эти плиты крепко держали его не просто так: они были своеобразным капканом. У Се осторожно присел рядом и попытался освободить ногу друга. — Наивняшка! — неожиданно завопил Толстяк. — Берегись! У Се инстинктивно пригнулся: мимо его головы пролетели два небольших бумеранга и врезались в стену позади Толстяка. У Се поднял фонарик, осматривая оружие. — Острые зубцы, — покачал он головой, — такими запросто можно и горло перерезать. — Вот черт! — выругался Толстяк. — Не паникуй, — У Се осматривал стены, ища рычаг, деактивирующий ловушку, — Кажется, я нашел то, что нужно. — Главное, чтобы это не была очередная ловушка… — начал Толстяк, но замолк, когда плиты вновь сдвинулись, притворяясь ровным полом, и его нога оказалась на свободе. — Молодец, Наивняшка! — Толстяк ощупал ногу, не нашел ничего страшного и выдохнул, подходя к У Се. — А входа дальше ты случайно не нашел? У Се простукивал стены, но пока нашел лишь еще несколько ловушек, поэтому покачал головой, не отрываясь от своего занятия. Каменный колодец, куда они попали, имел четыре стены и один вход — тот самый, через который упал Толстяк, но У Се надеялся, что проход дальше просто замаскирован. Но вот последующие слова Панцзы заставили его резко обернуться. — Ну раз входа нет, значит надо его сделать, — говоря это, Толстяк доставая связку динамита. — Эй! — вскинулся У Се. — Ты не боишься, что нас погребет тут заживо? — Не боись, Наивняшка, я же профессионал! — он гордо вскинулся, но тут же с сомнением огляделся, кое-что вспомнив. — Вот только… У Се удивленно смотрел за отразившимися на лице друга моральными терзаниями, но понимая причины. — Что? — все же поторопил он глубоко задумавшегося Толстяка. — Да вот думаю — глава семьи Чжан сильно разозлится, если я проделаю ма-а-аленькую дырочку в стене их гробницы? У Се не смог сдержать смех, наконец, поняв, почему Панцзы все еще не поджег фитиль. Он сам не очень беспокоился об этом, ибо имел свои подозрения на тему того, кто направил их сюда, хотя и не понимал — зачем. — Ну не убьет же он тебя за это! — У Се хлопнул друга по плечу. — Но лучше, чтобы дырочка и вправду была маленькой, а главе Чжан мы скажем, что оно само от старости обвалилось! — Умеешь ты подбодрить! — фыркнул Толстяк, закладывая взрывчатку и поджигая шнур. Грохнул взрыв, и вся комната заполнилась дымом и пылью.