Locus communis (лат. Избитые истины).

Тане не спалось. Она получила ответ от Гарри, а завтра еще сдавать экзамен доценту Горгоновой. Она до упора просмотрела все конспекты, что не знала и слегка подзабыла - выучила. Всю оставшуюся ночь она ворочалась в постели. В общем на экзамен она пришла очень и очень сонной. Доцент Горгонова неодобрительно покачала головой, увидя ее состояние, которое можно было назвать лишь полусонным. Таня практически за завтраком ничего не ела, уткнувшись взглядом во вновь и вновь перечитываемое письмо. Гарри писал много и интересно. Но вот и время экзамена. Она спрятала письмо у себя на груди. Его пожелание ей удачи стоило всех этих "Ни пуха, ни пера. - К черту!" – Добрый день, господа студенты! Рада, что все пришли на экзамен. Буду также рада, если все с него уйдут, причем не ногами вперед… Спокойно, Тузиков! Нашатырь у меня на столе!.. – сурово сказала доцент Горгонова, обводя взглядом класс. Таня, не скрывая всего, зевнула. – Сегодняшний экзамен будет необычным. Вам не придется тянуть билеты, равно как и не придется отвечать. Шпорами и другими заготовками вы также не сумеете воспользоваться… Напрасно ты надел под рубашку панцирь, Гломов. Нет, нет, пускай остается! Не устраивай здесь стриптиз! Ягун тоже может остаться в своей жилетке против сглазов… Все равно не поможет! Она быстро прослушала доцента и взглянула на тот самый чемодан из-за которого и был весь сыр-бор. Медузия Горгонова достала из-под стола черный чемодан и водрузила его на стол. Все уставились на металлические полосы с рунами. Полосы, выкованные в кузнях титанов из отличной стали, были промяты внутрь, так что казалось – внутри чемодана абсолютная сосущая пустота. И вышла, оставив экзаменующихся со своей проблемой наедине. Весь народ из ее группы кинулся строить укрепление, а она просто прислонилась к ближайшей стене. И на миг закрыла глаза. И сползла вниз по стенке, сев на корточки. Как ей надоело это все сдавать! Ванька ее одергивал, но она его не слушала. Она снова поднялась на ноги. Вопли Лизон безумно раздражали ей барабанные перепонки. Глеб только лишь посмеивался, глядя как вырастает перегородка из парт и досок. - Вот видишь, Ванечка! Нам никто тут не желает добра! Я это всегда подозревала! - сказала Зализина звенящим голосом. - Зализина! Уймись, а? И без тебя тошно! – тихо сказал Валялкин, ловя на себе издевательские взгляды с последних парт, за которыми сидели некромаги. Баррикады росли быстро. Чемодан продолжал стоять на столе у Медузии. Таня, находившаяся к нему ближе остальных, видела, как одна за другой погасают его защитные руны. Змейка затухающих рун бежала по стальным полосам, начиная с крайней. Она лениво замерла неподалеку, и вскинула перстень. - Время истекает! Прячьтесь! – крикнула она. Все кинулись к баррикаде. - Ванечка, любимый! Спаси меня! У меня кружится голова! Ах! – воскликнула Зализина и, картинно взмахнув руками, стала падать. Танька не выдержала столь низкого приема: она эффектно подставила ногу и Лизон стала падать по- настоящему. Ванька подхватил вопящую от боли и истерики (хотя у Лизон такие состояния были мало различимы) и положил на скамью. - Ах! Ты мой герой! Если ты бросишь меня – я умру! - произнесла страдальчески Зализина, обхватывая руками его шею. - Меня сейчас стошнит. - Вслух, громко проговорила Таня. Зализина поперхнулась. Последняя руна погасла. Чемодан дрогнул и открылся с сухим щелчком, похожим на звук сломавшейся кости. И это все. Пока ничего больше не происходило. Нервы у всех были натянуты, как леска у египетского рыбака, который вместо рыбы случайно подцепил крокодила. Первым вскинул руку с кольцом Шурасик, за ним и остальные. Теперь на чемодан было нацелено около трех десятков перстней. Руки у многих дрожали, рискуя послать искру не в чемодан, а в лоб рядом стоящего. Только некромаги сохраняли внешнее спокойствие. Глеб Бейбарсов по-прежнему поигрывал тросточкой, хотя Тане казалось, что он делает это не так непринужденно, как обычно. - Спокойно! - сипло, точно горло ему перехватили удавкой, сказал Шурасик. - Никаких лишних заклинаний! Не надо паники! Умоляю: ни одной искры без приказа! От чемодана поплыл ароматный дымок. Таня попыталась его не вдохнуть, но это было невозможно. Она оцепенела. Ей привиделся кошмар наяву. Гарри лежал у ее ног. Мертвый. Побледневшее лицо, закрытые глаза, и спокойствие. Мертвое спокойствие, ни с чем не перепутаешь. Изломанное тело. Она попятилась и осела на колени. Сзади него клубился черный туман, в котором был виден высокий силуэт мужчины. Он громко смеялся. Она не видела его лица- оно было закрыто капюшоном, но его ледяной смех был страшен. По ее лицу побежали дорожки слез. Тут ее резко схватили и выдернули из гущи дыма. - Отпусти меня! Там Гарри! Ты что, не ви… - начала было она, но Ягун произнес: - С Гарри все хорошо! Успокойся! – услышала она. И тут осознала, где находится. Наваждение растаяло. - Не вдыхайте этот дым! Это все из-за дымной руны, которую я вдохнула, – сказала она, опуская кольцо. Она частично все поняла. - На что это похоже? - деятельно спросил Шурасик. - Руна. Шурасик поморщился. - Я не о том. Я имел в виду: на что похож запах? - На восточные ароматические палочки и масла. Наконец они, сдуру, позвали Попугаеву. Она вызвала мертвяка. Магия не терпит пустоты - один из главных принципов магов кольца. Мертвяк появился из - за ее заклинания. Мертвяк сначала пристал к Ягуну, а потом к Тане. Прежде чем Таня успела опомниться, мертвяк схватил ее за кисть и потянул к себе. Она почувствовала тошнотворный запах тления. Тонкие потрескавшиеся губы потянулись к ней. Желудок сдавило. Таня поняла, что ее сейчас вывернет. Она рванулась, но из мертвых рук не вырвешься. Таня откинулась назад, боясь даже подумать о том, что будет, если к ней прикоснутся мертвые губы. Она судорожно сжала в кулаке кольцо, полученное от Гарри. Оно неожиданно нагрелось. И тут яркая вспышка огня. Крики. Она едва успела как бы по наитию вытянуть руки. На весь кабинет грянул вопль мертвяка. И она врезалась спиной в баррикаду. Боль ушла быстро и она открыла глаза. Вместо мертвяка на полу лежала кучка пепла. Чемодан, мирно стоявший на столе, вывернуло и погнуло, а сам стол был перевернут. И валялся этот чемодан около противоположной стены. Некоторые парты были в черной копоти. Студентам тоже изрядно досталось: некоторые поднимались с пола, отряхиваясь; другие - пытались привести себя в порядок; кое - кто был в копоти. Гробыне растрепало волосы и она с трудом убрала их с лица. Гуня Гломов крутил шеей - видимо встреча со стеной не прошла бесследно даже для него. У баррикады прыгал очень испуганный домовой, Таня узнала его: это был личный домовой Мелузии. Его одежду разорвало, а сам он смешно тряс головой, будто был оглушен. Общую мысль озвучил Ягун - он поднимался с пола: - Таня, как? - Кольцо, которое мне Гарри подарил... - в шоке произнесла она. Кольцо, тем временем, погасло и похолодело. И тут она рассмеялась, не смотря на состояние близкое к панике. - Эм... Зато... Мы с заданием справились! - Да уж, Гроттерша, твоему Гарри надо точно будет сказать спасибо. Только в следующий раз пусть ставит менее мощные защитные чары! - язвительно проговорила Гробыня. - Ты ведь не пылесос последней модели! Тебя угнать-то от него вряд ли возможно! К ним заглянула Медузия и грозно окинула место взрыва. - Кто? Все синхронно глянули на Таню. Она залилась краской. - Ну ладно, - решила она. - Все же вы справились с заданием. Поставлю всем оценки. Все шумно выдохнули. Только Глеб Бейбарсов нервно крутил свою трость в руке. – Вы все должны были уловить лишь одно: универсальной магии не существует. Избежать паники, ничего не бояться и трезво принимать решение – вот что главное, когда имеешь дело с нежитью. Это и был весь смысл экзамена... И Гробыня не выдержала: - Но наша Гроттер все как всегда испортила! - Но я же не виновата, что Гарри свойственен максимализм как и всем темным! А кольцо, которое я не снимала, приняло всю магию в себе, а когда переполнилось - сработало во всю катушку! Да еще и мертвяк... - воскликнула Таня. - Разумеется, нет. Вы не виноваты. - Спокойно произнесла Медузия. - Гарри всего лишь хотел вас защитить, так как он сам не рядом с вами. Его желание весьма похвально. И она вышла из кабинета. Класс весело загомонил, а Таня рассеяно гладила кольцо и думала, какой у нее хороший парень. Ванька глядел на Таню глазами побитой собаки; плюс ко всему он стукнулся об угол парты глазом, на котором уже всплыл здоровый синяк. Глеб мрачно разглядывал кучку пепла. Гробыня тщетно старалась пригладит стоявшие торчком волосы, а Ягун отряхивался от пыли. Еще один экзамен был сдан.