Разные

Дима начинает что-то подозревать, как только эти двое появляются на пороге его номера. Во-первых, они чуть не выносят несчастную дверь. Во-вторых, ну, их двое, сразу. Не к добру. Тот, что повыше, смотрит как будто немного виновато, а тот, что ниже, улыбается, но той улыбкой, которую Дима не любит больше всего — нечитаемой. От неё всегда мурашки. Он то ли что-то попросить хочет, то ли зарезать карманным ножичком. Диме представляется, что Арсений сделал бы это, не меняя выражения лица. Оба-два так же таращатся на него и молчат. Ох, точно не к добру. — Что? — не выдерживает Дима. Они приходят в движение одновременно (синхронисты хреновы). Арсений достает из-за спины (и как сразу не заметил!) жёлтую куртку, и они как будто начинают наступательно-окружательный маневр. Дима пятится. Диме внезапно хочется бежать, но позади окно. И этаж не первый. Если бы он не знал этих людей, то был бы уверен, что вот прям сейчас ему точно хана, и что они его этой курткой как минимум задушат. Как максимум — лучше не представлять. — Надень, — подозрительно мягеньким голосом говорит Арсений. Дима на это не подписывался. Он мотает головой в отрицательном жесте. — Ну надень, Дим, — подключается Антон. — Охренели вообще? — всё, что может спросить Дима. Лицо Антона становится ещё более грустным и виноватым. Арсу как будто параллельно, но Дима не уверен. — Мы оба засветились в ней, опять они своих теорий настроят, весь твиттер на уши поднимут, в инсте отметок понаставят, — начинает причитать Антон. — А ты нахрена, спрашивается, её надевал, когда мы поехали матч смотреть, а? — Блин, Поз, ты же внезапно решил ехать. Что было в номере, то и надел, ну. — А надо было в своём номере ночевать! — Димка, ну надень, по-братски, — опять Арсений. Как же они замучили. — Не хочу я её надевать! Идите к Серёге приставайте. — Он ушёл, — грустно вздыхают оба. Одновременно. Опять. Да что ж ты будешь делать. — Конечно ушёл, молодец, вовремя навострил лыжи, — Дима немного завидует Серёге — вот же хитрый жук, знал, что приближается. — Так что? — допытывается Арсений. Снова со своей этой улыбочкой. Какой кошмар. Дима с тоской смотрит на окно. Высоко. Жаль. — Чёрт с вами, давайте, — обречённо сдаётся он. — И на улицу в ней выйди до концерта, — Дима даже замирает на секунду от наглости Антона, и тот спешно добавляет: — Пожалуйста. — Да вы орёте! — снова возмущается Дима, но знает, что уже проиграл. — Всего одно фото с фанатами, и от нас отстанут, а мы от тебя. — Как буто куртка — это большая из ваших проблем, — бурчит Дима, напяливая вещь на себя. — Ты о чем? Дима машет рукой. — Пойдёмте, голуби несчастные, найдём мне фанатов. Дима выходит из номера, не видя, как двое радостно дают друг другу пятюни.