Баллада о звездах, что светят вне ночи

— Сереж… — его будит еле слышный шепот на ухо и пальцы, мягко водящие по лбу. — Просыпайся. Слышишь?.. Проснись. Сережа отзывается ленивым мычанием и с трудом разлепляет глаза. В окне виднеется край сизого пасмурного неба, слишком тусклого даже для утра. В комнате дикий дубак: нос ледяной, уши, кажется, тоже, зато под одним одеялом с Ильей тепло и уютно, и меньше всего сейчас хочется вылезать наружу или выпускать наружу его. — Чудовище, — сипит Сережа, глянув поверх плеча Ильи на электронные часы, — еще и пяти нет… — Он трет глаза и добавляет язвительно: — Теперь я вспомнил, почему раньше не предлагал тебе до утра оставаться... — Прости, надо свинтить, пока твоя маман не проснулась. — Илья виновато улыбается и скрюченными пальцами пытается расчесать спутавшиеся волосы. — Закроешь за мной балконную дверь. — Он фыркает тихо в ответ на протестующий стон Сережи. — Давай-давай, а то простынешь на сквозняке. Илья осторожно вылезает из-под одеяла и наклоняется, подбирая одежду с пола. Натягивает трусы, разглядывает задумчиво вырванную с нитками шлевку джинсов. Сережа пользуется его заминкой, перекатывается ближе и обнимает за пояс, не позволяя подорваться с кровати. — Может, ну нахер эту йогу?.. — бормочет сонно. — А то я типа не знаю, что ты все равно дрыхнуть будешь до победного, — хмыкает Илья, неуверенно расцепляя его руки. Сползает с кровати, садится на ковер рядом и мимолетно целует Сережу в обиженно надутые губы. — Я уже точно не засну. — Илья целует снова, сильнее наклонившись вперед, а Сережа смущенно вырывается, почувствовав, что скотина успел прокрасться в ванную и почистить зубы. Илья усмехается понимающе и предлагает: — Жвачку дать? — Скотч, — буркает Сережа, пихая его в плечо с улыбкой, — рот тебе заклеить. Они смеются и снова целуются — легонько, просто соприкасаясь губами на несколько секунд. — Ладно, правда, пора уже, — тянет Илья с сожалением и выцарапывает футболку из-под тумбочки. Натягивает и сгребает волосы в неряшливый пучок на затылке, подвязывая резинкой. — Давай, мой лорд, минута, и будешь снова спать. Сережа встает, заворачиваясь в одеяло, и, шмыгая носом, провожает Илью до балконной двери. Охотно шагает ближе, когда Илья раскидывает руки, и прижимается всем телом, злорадно надеясь, что он проклянет триста раз охуевшую программу, не позволяющую толком поваляться. — Да-да, — смеется хрипло Илья, подтягивая края одеяла и сжимая на них пальцы Сережи, чтобы не раскрывался, — я в курсе, что многое теряю. Только голым меня провожать не надо, иначе точно не заснешь обратно. — Это предложение? — Сережа вскидывает брови насмешливо, с удовольствием замечая, что Илья неслабо так колеблется, не спеша влезать в кроссовки. — Или угроза? — Я это про холод — отогреваться же потом будешь сто лет, — объясняет Илья вкрадчиво и бодает его лбом в висок. — Но мне нравится ход твоих мыслей… — Илья? — зовет Сережа, отчаянно надеясь, что хотя бы его запах останется на одеяле подольше, раз не он сам — под одеялом. — М? — отзывается Илья коротко. — Давай… — Сережа отстраняется и заглядывает в его глаза, — не будем пока никому говорить?.. — Про нас? — уточняет Илья ровно. По выражению лица не поймешь, расстроен он или воспринял нормально. — Окей, как захочешь. — Это не потому… — начинает Сережа обеспокоенно, опасаясь, что он подумает что-то не то, но Илья мягко его перебивает: — Все в порядке, не надо ничего объяснять. — Сережа с облегчением ловит в его тоне и в открытом взгляде, что его просьба не настораживает и не сбивает с толку. Он, наверное, и сам интуитивно понимает, что приватность поначалу им точно не помешает. — Говорю же, будет так, как захочешь. — Илья гладит его большим пальцем под глазом. — Оставим пока только между нами. — Спасибо. — Сережа касается губами его подбородка и слабо улыбается. Благодарить Илью вслух приятно — хотя бы потому, что он откликается на простые, казалось бы, слова, с воодушевленной улыбкой и теплым смешком, как сейчас. — Мне так спокойнее. — Значит, и мне, — еле слышно, но твердо произносит Илья. — Иди… — наконец позволяет Сережа, запоздало догоняя, что Илье сложно оторваться от него первым. — Спишемся позже. — Хороших снов. — Илья вешает рюкзак на плечо, надевает кроссовки и перелезает через перила, нащупывая ступней выступ в кирпичной кладке. Сережа теряет Илью из виду, дожидается, когда он покажется уже на дороге, машет ему рукой на прощание и только тогда прикрывает балконную дверь. Возвращается к кровати, садится на край, гипнотизируя алоэ, гордо занимающее самое видное место на полке стеллажа. Вот тебе и «заснешь через минуту» — да Сережа в жизни себя не чувствовал бодрее в пять, сука, ебучих утра. Может, музыку послушать расслабляющую?.. Он подбирает телефон со стола, разматывает наушники и плюхается в обнимку с подушкой под одеяло, пропадая на просторах «Спотифая». Пытается закрывать глаза, очищать голову по маминой методике, но в голову под любимые песни так и лезет вчерашнее — его жаркие выдохи в губы, безраздельное, жадное внимание. То, как Илью заряжали его удовольствие, откровенная реакция на прикосновения и поцелуи. Сережа вновь и вновь распахивает глаза и пялится на плакаты на покатом потолке, по которым постепенно расползается свет выглянувшего из-за туч солнца. «Я не буду дрочить, — думает Сережа упрямо, обращаясь к его мысленному образу. Только Илья так и умеет — уходить в реальности, но оставаться в воображении. — Вернешься, тогда подумаю. Сейчас — хер тебе». Он раздраженно подрывается с кровати, заворачиваясь в халат, и плетется в ванную. С мазохистским настроем выкручивает посильнее кран с холодной водой и мокнет в душе до тех пор, пока у него не только стоять перестает, но и сам он еле на ногах ровно от пробившего озноба держится. Выползает на коврик, поднимает взгляд на зеркало. Таращится в немом изумлении на сплошной засос, в который превратилась левая ключица, трет четкий бордовый след от зубов Ильи пальцами, еле-еле нащупывая под ним шрам. Расплывается в улыбке. Перекрыл. Следом на коже, собой — под кожей. Перекрыл и вытряхнул вязкие горькие мысли о прошлом из сознания без остатка. «Теперь здесь я», — смеется Илья в его голове, и Сережа доверчиво подчиняется новой будоражащей мысли: Илья с легкостью, играючи почти, заслоняет собой темноту, даже когда находится не рядом. Лично и во плоти. Сережа чистит зубы, плотнее подвязывает халат, чтобы не светить засосом, и решает заглянуть на кухню, где из телевизора орет как не в себя голос футбольного комментатора. — Кто выигрывает? — хмыкает Сережа, опускаясь в любимое кресло яйцевидной формы у кулера. — «Аргентина — Ямайка, пять но-о-оль», — пропевает мама, уже в традиционных шароварах и безразмерной кофтени цветов эпилептического припадка, увлеченно доламывая кофемашину. — Странно, я думал, играют «Арсенал Непоняток» против «ФК Незнамо Чего». — Сережа бросает короткий взгляд на экран телевизора с повтором матча неизвестных команд третьего дивизиона. Зачем только мама врубает спортивный канал каждый раз, как застревает на кухне, если даже правила футбола выслушать отказывается? — Такие есть? — уточняет мама удивленно и морщится, ворча на кофемашину: — Тьфу, засранка, да сделай ты мне попить, будь человеком! — Мама подставляет кружку, три раза жмет на кнопку «Американо», дожидается, когда в недрах кофемашины загудит нехотя, и оборачивается, с подозрением сощуриваясь. — Я не слышала ни иерихонской трубы, ни пожарной сигнализации. По какому поводу лицезрею вашу персону в семь — боюсь уточнять — утра? — Пришел сказать любимой мамочке «доброе утречко». — Сережа усмехается, забираясь в кресло с ногами, и берет яблоко из вазы с фруктами. Подозрения во взгляде мамы становится больше, а выражение лица — раза в три хитрее. — У кого-то отвратительно прекрасное настроение, — замечает она весело, подбирает с разделочной доски то, что Сережа сначала принял, не разглядев, за толкушку для пюре. — Особенно для человека, который убрался в моей комнате, хотя просила же по-человечески не... — Мам, это что за?.. — у Сережи кусок яблока встает поперек глотки и глаза чуть на лоб не лезут. — Дилдо, — говорит мама буднично, будто только заметив, что держит в руке. — Передали, что на семинаре пригодится. — Она возмущенно потрясает им в воздухе, уставившись на Сережу. — Что за вздох, полный ужаса? Еще скажи, что моешься с закрытыми глазами! — Ма, но мне-то можно дилдо не показывать?! — Сережа выплевывает недожеванное яблоко на салфетку. — Фу, блин, убери, ну ма-а!.. — Он отталкивается рукой от стола, разворачиваясь вместе с креслом к окну. И старается не думать о том, что Илья на бесоебский семинар потащится тоже. И может быть даже со своим реквизитом. Интересно, у него есть?.. — Нельзя быть таким зашоренным! — заявляет мама ему в затылок. — Секс — неотъемлемая часть жизни, котенок. — Нельзя быть такой дофига революционной! — не остается в долгу Сережа, едва сдерживая звонкий смех и слушая, как мама напускается с пылом негодования на кофемашину, которая радостно выдает ей три порции американо в одну маленькую кружку. — Помочь?.. — Уж помоги матери! Сережа встает из кресла, аккуратно отстраняет маму за плечи, быстро подставляет новую кружку и копается в настройках. Машинка послушно замолкает после нажатия нужной кнопки, а Сережа устраняет последствия кофейного бунта тряпкой. — Что бы ты без меня делала, а? — спрашивает он с наигранно тяжким вздохом, не без облегчения цепляя краем глаза, что дилдо мама убирает в сумку. — Скучала бы. — Мама улыбается и привлекает его к себе, чтобы поцеловать в нос. Она разглядывает Сережино лицо внимательно и добавляет проникновенно: — И тосковала бы по возможности видеть тебя таким расслабленным… Ты сегодня дома? — Пока не знаю. — Сережа дергает плечом. За лето еще ни разу не вставал так рано, если только не из-за очередной репетиции, и не получал вагон свободного утренне-дневного времени. — Ладно. Пиши мне, звони мне — если что-то вдруг или просто так. — Мама еще раз целует его в нос, хватает сумку и кружку с кофе, на ходу отхлебывая, и выпархивает из кухни. — Пожелай мне удачи, я полетела! — Удачи! — кричит Сережа за пару секунд до того, как за ней хлопает входная дверь, и возвращается в кресло, доставая из кармана халата без остановки вибрирующий от уведомлений телефон. Открывает чат «Ебанько фэмили» и листает сообщения, набежавшие, пока он болтал с мамой. Да, так и записан: Голосовое сообщение. 5:07. Сережа глаза закатывает и даже не слушает, потому что следом читает отзывы уже оценивших пятиминутное нечто. Артемон: Серьезно?? Я же ПЯТЬ, сцуко, МИНУТ своей жизни потратил… Артемон: И СЕМЬ СЕКУНД!! Анчоус: Что там? Боюсь слушать. Василиса Андреевна Шипилова: Пение птиц. Василиса Андреевна Шипилова: И комментарий Ильи — «ебать как заливают, а?». Я ща не шучу, если что. Послушай)) Ромка: АХАХАХАХАХ Анчоус: Пхпхпхпхпх Артемон: Ржали всей маршруткой D:< Слушайте, а его можно забанить тут? Анчоус: Неа, он админ Артемон: Бля, жаль Да, так и записан: Это АСМР! Не кисни, вон утро какое классное) птички поют, солнышко вышло)) КАК ЗДОРОВО ЖИТЬ! Сережа усмехается и присоединяется к обсуждению. Вы: Как слушать голосовые от Ильи? До двадцати секунд — на скорости проигрывания x2 Свыше двадцати секунд — не слушать Не благодарите) Анчоус: :DDD Артемон: Сохраню на будущее хд Да, так и записан: ЭЙ! Вы охуели? Анчоус: А почему вы все не спите? Я-то типа на подработке. Василиса Андреевна Шипилова: Я бухаю… Вы: Так рано? О_о Василиса Андреевна Шипилова: Так поздно… брат приехал из Казани. Посидели… немножко)))0) Вот спать как раз собираемся. Артемон: Спокойной ночи… А я еду в налоговую разбираться с ИП. Привет, взрослая жизнь)) *страдания, боль, маршрутка* Анчоус: Держись! Мы в тебя верим... Ромка: Блин, ребят, срочный сигнал sos. Меня запирают на барбекю-вечеринке… Василиса Андреевна Шипилова: Проблемы белых людей:DD Ромка: Ха-ха. Я серьезно, меня запирают в отчем доме до завтра. Кто-нибудь может мне компанию составить?? Артемон: Пффф) Ромка: Рано радуешься, тебя мама после налоговой тоже ждет. Артемон: О неееет, жареное мясо и вино, неееееет… Ромка: Рано радуешься, тетя Аня тоже будет. Артемон: Бля Василиса Андреевна Шипилова: Это которая «актриса театра и кино»?) Ромка: Актриса по жизни которая... Василиса Андреевна Шипилова: Прости… Нет, это не из-за тети Ани) Но сам понимаешь. Я уже в кроватке. Если пригоню, то засну лицом в салате… Ромка: Да понимаю:( Анчоус: А я боюсь тетю Аню О_о Анчоус: Ладно, шучу. Но я сегодня бате помогаю в шиномонтажке до одиннадцати. Сорян, Ромео(( Да, так и записан: Могу после йоги) Вы: Я в принципе могу. Сережа отправляет ответ одновременно с Ильей и фыркает. Ну невозможно. Настолько иногда сходиться мыслями. А ведь он почему-то ни капли не сомневался, что Илья вызовется тоже — но не в ту же, блин, секунду. Ромка: КАЙФ! Давайте с ночевкой? Гостевой домик будет свободен. Ромка: ПОЖАЛУЙСТА! Да, так и записан: Че, рили?) Ромка: РИЛИ! У Сережи едва телефон из рук не выскальзывает, и сердце бьется быстрее от смеси изумления, легкого испуга и придурковатого исступленного восторга, который накатывает от не менее придурковатого соображения. Он и Илья. Свободный гостевой домик. Он и Илья. За городом, где не будет шухера, мамы с кофемашиной и квеста с одновременным наступанием на скрипучие половицы и имитации одного человека вместо двух по пути ночью в душ. Спустя десять секунд разглядывания чата с улыбкой клинического идиота Сережа обнаруживает, что никак не отреагировал. И принимается печатать первое, что приходит в голову. Вы: Кое-кто хочет взять палатку и ночевать на улице, чтобы не быть убитым во сне)) Да, так и записан: Не знал, что ты готов куковать в спальнике, лишь бы уступить мне нормальную кровать)) Серег, от души! Артемон: Кто-то дошутится и будет спать в конуре) у теть Марининого далматинца место пропадает) Ромка: Мне жалко Чебурашку) Анчоус: Погодь, твоя мама назвала далматинца Чебурашкой?? Ромка: Не спрашивай… Сереж, Илья, ничего лишнего не берите, все есть. Адрес напомнить? Вы на чем? Да, так и записан: Не, адрес помню. На мне поедем, видимо) Да, так и записан: На дедовой тачке. Пропуск нам оформишь на территорию? Ромка: Ага, я тогда сейчас сразу позвоню охране. Ромка: Фух, ура! Я буду не один! Артемон: Ну да, ну да, пошел я нахер… Ромка: Ты будешь занят. Не мне же половину вечера объяснять тете Ане, почему ты не хочешь сниматься в ее новом, модном, «популярном» веб-сериале) Мама обещала помочь, но… ты же знаешь тетю Аню) Артемон: А мы как раз предложим ей Илью. Вот чью дурь надо пустить на благо отечественного кинематографа хд Да, так и записан: Куда отправлять резюме?) Ромка: Сереж, Ингу приглашать не будешь? Сережа покусывает губу. Черт, о том, что он в глазах друзей якобы встречается с Ингой, он успел благополучно забыть. А последним сообщением с ней обменялся вчера уже поздно вечером, использовав столько «спасибо» и сердечек, сколько не отправлял, наверное, за всю свою жизнь. После Инга на связь не выходила. К счастью, его очень внезапно и охуенно вовремя выручает Василиса. Василиса Андреевна Шипилова: Упс. Василиса Андреевна Шипилова: Она не сможет. Она пила с нами. Извините) Пригласила ее в гости, девчачьи секретики обсуждали. Анчоус: С братом?:D Василиса Андреевна Шипилова: До того, как он приехал и нас напоил! Все, я отключаюсь, всем пис) Вы: Да, Ингу лучше не мучать поездками) Ромка: Понял, принял) Жду вас! Как можно скорее. Сережа облизывает пересохшие губы и думает напряженно, не отреагирует ли Илья остро на упоминание Инги. Он-то вчера сказал, что они с Ингой просто друзья и точка, но раскрывать ее ориентацию без спроса не стал. Вдруг для Ильи «чувства» Инги к Сереже — вопрос далеко не решенный? И одного мимолетного упоминания недостаточно? Прилетает уведомление о новом сообщении — уже не в чате, а просто в личку от Ильи. И Сережа расслабляется моментально, переводя дух и на секунду-другую отвлекаясь от телефона, чтобы растечься по креслу удобнее. Илья ему верит. Без подтверждений, сотни уточняющих вопросов. Слышит, понимает с первого раза и верит — так зачем ломать трагедию там, где ее нет? Да, так и записан: Ты тоже сейчас в счастливом ахуенезе?) Ты, я, гостевой домик, больше ночью НИКОГО:) Сережа прячет улыбку от самого себя и быстро набирает ответ. Вы: Ага) Вы: Сижу и не могу собрать мысли в кучу. Что брать с собой, за что хвататься...) Да, так и записан: Ромка же сказал ничего не брать) Просто выходи часам к двенадцати, к половине первого во двор. Да, так и записан: А. О! Бля. Понял) Да, так и записан: Оставь это мне, ладно?) Да, так и записан: Не подведу тебя. Да, так и записан: Никогда.