Прекрасная гриффиндорка

Темнота. Сплошная чернота вокруг. Энни пошарила руками вокруг, пытаясь наткнуться хоть на какой-то предмет — безуспешно. Выхватив палочку она велела: — Люмос. Никакой реакции. Паника начала одолевать её. Ничего не видно, и тишина. Гребаная тишина. Девочка завертела головой, пытаясь найти где-нибудь в полумраке свет или присутствие кого-то. — Здесь есть кто-нибудь? — Тишина. — Пожалуйста! Мне очень страшно! Помогите мне, кто-нибудь! Голос сорвался на всхлип. К глазам подступили слезы. Она побежала. Вперед. Куда-нибудь, только бы не стоять на месте. Вперед, только вперед. Слезы не переставая катились по щекам. Энни запнулась о собственную ногу, и покатилась по полу. Или это была земля? Анализ на ощупь ничего не дал, хотя это и не значило для неё ничего. Выбраться от сюда — всё чего Энни желала. Она всхлипнула. Поднялась на колени. Неожиданный яркий свет, заставил её резко зажмуриться. Перед глазами поплыло. Она подняла голову, чтобы осмотреть обстановку. Девушка с длинными белыми волосами стояла к ней спиной. Это была не комната. Просто белое безграничное пространство, без неба, земли и прочих составляющих. — Вы кто? Как я попала сюда? — Энни поднялась на ноги. Девушка обернулась. От шока у Соул даже челюсть отвисла. Перед ней стояла она сама. Только старше, не на много, но разницу в возрасте Энни ощутила весомо. По коже пошли мурашки — стало очень страшно. Энни рукавом утерла слезы. — Я — это ты. Девушка обошла её стороной. Шла грациозно, даже вальяжно, совсем как кошка. — Не нравится что видишь? — спросила она её. — Пока не определилась. — Энни старалась держаться спокойно, непринужденно, но её выдавали руки. Они тряслись так сильно, что и стакан было бы проблемой удержать. — Ну давай я тебе покажу что-нибудь, чтобы ты определилась. — Девушка щёлкнула пальцами. Из пустоты к ним шагнул десяток фигур, образуя кольцо. Каждого из них она узнала. Только у всех глаза пустые, даже стеклянные. Что за чертовщина? — Видишь, они всё меня слушаются. Беспрекословно. Энни подошла к Дафне и потрясла её за плечи. Та никак не реагировала. Соул резко развернувшись встала напротив девушки и тоном не терпящим возражений произнесла: — Отпусти их. — Ну, так же неинтересно… Лучше смотри, что могу. Девушка, как бешенная закружилась в кольце друзей Энни. Послышались звуки рвущейся плоти. Энни не могла понять, что происходит. Все продолжали стоять на месте, будто мимо них не пронеслась бушующая вейла. Девушка остановилась за спиной Соул. Гарри стоял прямо напросив Энни и она как завороженная наблюдала, как у него, из совсем незаметной раны на шее, фонтаном хлынула кровь, заляпав её. Он упал ей в ноги, очки с характерным звуком разбились. Как будто это стало каким-то сигналом. Остальные, как домино, попадали друг на друга. По полу разлилось огромное пятно крови. Энни снова заплакала. Пэнси, Дафна, Гермиона, мальчики… Их убила она? А если она, то получается, сама Энни причастна к их смерти. Соул повернулась к девушке. Та облизывала неестественно длинные когти, которые были все в крови. Заметив ошарашенный взгляд своей собеседницы, она улыбнулась, оголяя клыки. — Не удержалась, — промурлыкала она, — кровь друзей самая вкусная. — Ты — не я! Я бы никогда так не поступила! Улыбка пропала с лица девушки. — Да что ты говоришь. И это не твои крылья, — за её спиной выросли два мощных белоснежных крыла, она поднялась на метр, зафиксировав себя над землей, — и это не твои когти, — она рассекла когтями воздух, как бы демонстрируя их величие и остроту. Вокруг неё образовывалось желтое магическое поле и от сильной волшебной энергии Энни пришлось отойти на пару шагов. Её волосы поднялись вверх, переставая подчиняться законам притяжения. Глаза заалели и в руках зажглись будто два факела, держа две раскаленные, огненные сферы. — И не говори, что не нравиться! — сказала девушка тиким страшным голосом, что про коже прокатилась новая волна мурашек. — Я — власть! Я — сила! Я — могущество! Я могу завоевать весь мир и никакой Темный Лорд не сравниться со мной! — Мне же этого не нужно. Я всегда хотела спасать людей, а не вредить им! — Глупая девчонка! Ты даже не представляешь какую силу имеешь! Нам не надо подчиняться другим, мы можем установить свои порядки! — Энни на её тираду отрицательно замотала головой, и девушка очень разозлилась, увидев её реакцию. — Не хочешь? Ну тогда умри! Она запустила горящие сферы в Энни. Девочка с ужасом наблюдала как они приближаются, не в силах даже пошевелиться. — Соул, да проснись же ты! — послышался голос от куда-то. На автомате Энни схватила с тумбочки палочку и направила её в лицо человеку, державшему её за плечо. Щеки были мокрые от слез, а взгляд после сна затуманен. Но, вот, сознание начало проясняться. Над ней показались знакомые юношеские черты. — Малфой! Какого чёрта ты меня трогаешь? — Энни вывернулась от его хватки и села на кровати. — Ты кричала. Тебе, кажется, снился кошмар и я решил разбудить тебя. — он взял с тумбочки кувшин с водой, налил в стакан и протянул ей. — Вот, возьми. Энни кинула палочку на тумбочку, взяла стакан в руки и сделала глоток. Стало немного легче. — Спасибо. — поблагодарила она Малфоя. — Да не за что. — он сел на свою кровать. — Помнишь, что снилось? Она кивнула, делая ещё один глоток. — Уже лет шесть снится одно и то же. Но каждый раз как первый. — Обращалась в Больницу Святого Мунго? Не думаю, что это нормально. — Они руками разводят. Поговаривают, что семейное проклятье. Угу, конечно, будь проклятье мама бы его в два счета сняла. — А что снится-то? — полюбопытствовал Драко. Энни впервые за диалог подняла на него глаза, и только сейчас заметила, что он сидит в пижаме нелепого вида и в ней вся его высокомерность куда-то испарилась. Всё же, сказать или не сказать? Не говорить, конечно, а то подумает, что она на голову больная. Ей достаточно четырех слизеринцев, которые знают, что она получеловек. Нет, потомку Малфоев точно о таком говорить не стоит. — Моя смерть. — сказала полуправду Энни. Врать ему оказалось так же легко, как и скрывать от всех свои эмоции. Где-то глубоко в её голове Доминик Соул одобрительно кивнул. — И как ты умираешь? — его глаза немного округлились при её ответе. — Я сгораю в огне. — Пожар? — Эм… Да, вроде того. Энни обернулась к окну, начало темнеть. Значит, она проспала почти весь день. И ужин тоже проспала. — Ребята заходили? — Да. Теодор принес тебе одежду, сумку и ту штуку, — он кивнул в сторону её тумбочки. Рядом с кувшином лежал телефон. Странно, что Малфой не назвал её «вещь не из мира сего». — Ушли около часа назад. Она взяла телефон в руки. Сообщения от мамы и брата, пара десяток подписок в социальных сетях, и несколько писем от бывших одногруппников. В который раз она похвалила образованность мамы. Телефон не должен работать в Хогвартсе — слишком много магических помех. Но видимо колдовство Элизабет Соул куда сильнее, чем можно было предположить. Томас прислал свой новый костюм для учебы, шармбатонцы сожалели о её переводе из школы, мама спрашивала как дела и как ей новая обстановка. Ответив только маме и брату, Энни отложила телефон. Удивленно моргнув, она посмотрела на Драко, который все это время наблюдал за ней. — А ты чего такой добрый? — Я еще очень красивый, умный и самое главное скромный, — он улыбнулся. — Малфой, отвечай на вопрос. — потребовала Энни. — А что мне ответить? Я не враг тебе, задирать нет необходимости. — Других тоже нет необходимости задирать. — Поттер это заслужил. И Грейнджер с Уизли тоже. И вообще, не поучай меня! Он по детски топнул ногой, обхватил забинтованную руку и улегся на кровать. Среди одежды которую принес Тео, лежала и пижама. А под ней маленькая записка. Короткая и по сути дела, совсем как любил Нотт. «Эту ночь тебе придется провести в больничном крыле. Я отправил письмо твоей матушке, так что можешь не беспокоиться. Мадам Помфри сказала, что отпустит тебя завтра до обеда. Сумку отдала Гермиона, я совсем забыл про неё на той опушке.

Поправляйся

Тео»

Она и не пережила особо по поводу матери. Энни жива, а значит возможным переживаниям матери нет смысла. Да и отвлекать ту от работы в Министерстве было так себе затеей. Сколько она себя помнила, мама «гуляла» из отдела в отдел каждые пол года. И нет, не потому что она мешалась, а совсем наоборот. Очень сильная волшебница, была нужна в каждом закутке министерства и её передавали из отдела в отдел, чтобы всем достались крупицы её знаний и острого ума. Сейчас она была помощницей Верховного чародея Визенгамота, и по её отзывам, там ей было ужасно скучно. Энни посмотрела на Малфоя. Он листал какой-то учебник, пробегаясь по странице быстрым взглядом. Кажется, чтиво его ни сколько не увлекало и он делал, хоть что-то чтобы убить скуку. Соул задвинула шторку и переоделась в пижаму. Задвинула обратно ткань и легла на кровать, ей тоже было скучно. Она опять посмотрела на Малфоя. — Что читаешь? Драко посмотрел на обложку. — «Сильнодействующие зелья», — ответил Драко, не смотря в её сторону. — Ищешь что-то конкретное? — полюбопытствовала Энни. Говорить с Малфоем уж лучше, чем умирать от скуки, и видимо он думал так же, по этому ответил: — Нет. Профессор Снейп, сказал подготовиться к нашему с ним занятию. Он дает мне уроки несколько раз в месяц. — Дядя Сев учит тебя зельеварению? — переспросила Энни и захлопнула рот рукой, поняв, что только что ляпнула. — Учит и не только этому. Почему ты так его называешь? — Малфой посмотрел на неё, изумленно выгибая бровь. — Он занимался со мной всему чему можно, как только я начала говорить и держать в руках палочку. — Да, я слышал, что дядя Сев давал тебе уроки, до девяти лет и каждым летом после. Но не думал, что вы близки. — Его лицо выражало совсем иное. Кажется он не думал — он знал, что Энни достаточно близка со Снейпом. Вот только зачем это скрывать? — А почему ты так его зовешь? — полюбопытствовала Энни. — Я его крестник. — пояснил Драко. — Он никогда не говорил о тебе, — призналась Энни. — А о тебе он постоянно говорил, — Драко хмыкнул, — «У Энни Соул это заклинание получалось в четыре года, Драко, постарайся!» или же «Энни Соул знает состав этого зелья так хорошо, что если разбудить её посередине ночи, она расскажет тебе его.» Ну в общем о твоих достижениях я знал больше, чем ты сама. — Да, — подтвердила Энни, — ты знал обо мне больше меня самой. Северус постоянно говорил, что это я делаю не так, там у меня ошибка. Думаю он просто хотел от нас большего и вложил в нас такое качество как перфекционизм. Особенно к своим трудам. Теперь лично я переделываю всё по двадцать раз, чтобы нравилось самой себе. — Ты права, наверное, — неохотно сказал Драко, — но я всё равно ненавижу его за это. Они проговорили обо всё на свете до поздней ночи. В два часа мадам Помфри, пришла и заявила, что они нарушают сонный час и уже давно должны спать. Они забрались под одеяла и замолчали. Энни взяла в руки телефон, наконец отвечая шармбатонцам и пролистывая магические социальные сети в поисках интересного ей «громкого» заголовка. — Энни? — позвал её Драко. — Что такое? — она приподнялась на локтях, чтобы посмотреть на него. Может ему стало плохо и ей стоит позвать медсестру? — Спокойной ночи, — только и произнес он, заворачиваясь в одеяло поглубже. — Доброй ночи, Малфой. — Энни выдохнула. Значит, ему не плохо. Энни поймала себя на мысли, что переживает о здоровье Драко. Она же не могла прочувствоваться к нему за их разговор. Они просто говорили о магии. Ничего больше не было. Как будто в обиде на себя за сердечность, Энни положила телефон на тумбу и повернулась к Малфою спиной. Она прекрасна знала, кто такие Малфои и их способность переманивать людей на свою сторону. Становиться одной из «заблудших овечек» ей ой как не хотелось и Соул решила избегать Драко, до тех пор пока не решит как к нему относиться. Сейчас ей это казалось правильным и верным решением, она подумала, что именно так поступила бы Элизабет Соул, а значит такое решение правильное.

***

Энни проснулась на утро с ощущением слежки и прежде чем открыть глаза, потянулась за волшебной палочкой, для надежности. Но её рука остановилась на половине пути, когда она услышала: — Попробуй опять тыкнуть в меня своей палочкой, Энни, и я перестану к тебе ходить. — Тео, ещё слишком рано! — простонала Соул, посмотрев на время. — Вставай. — сказал он приказным тоном. — Мадам Помфри решила отпустить тебя раньше. Собирайся, она снимет бинты и пойдем на завтрак. Энни потерла кулачками глаза, как маленький слепой котенок и села на кровати. Передумав, она легла обратно, заявив: — Мне неважно, что вы решили, я уже настроилась сегодня отдыхать. Она накрылась одеялом до самой макушки. Нотт громко вздохнув, стянул с неё одеяло. Энни поежилась от холода и свернулась калачиком, казалось, отсутствие одеяла не помешало её планам. — Мне придется приступить к радикальным мерам, — сказал Тео. Он уже так устал от выходок этой девчонки, что хотел просто развернуться и уйти. Но то, что она постоянно делала для него, заставило его остаться. — Угу, удачи, — прошептала Энни. Внезапный удар холодной воды по лицу, заставил её взвизгнуть и упасть с кровати, прямо к ногам бесстрастного слизеринца. — Тео! Ты с ума сошел?! — Закричала Энни ежась от холода. Мокрые волосы приклеились к лицу, делая похожей её на мокрую белую крысу. Она обхватила себя руками, трясясь от гнева и холода. — Ты пожелала мне удачи, и она, о чудо, мне помогла найти решение проблемы. — Он заулыбался, смотря на неё сверху вниз. В его руках был кувшин с водой. Он издевательски наклонил его и последняя капля, плюхнулась ей на лоб. — Собирайся давай. Снейп сказал мне не являться без тебя в Большой зал. — Вы двое можете тише? Я тут сплю вообще-то. — послышался бубнеж со стороны Малфоя. — Тебе тоже следует вставать. Снейпи намекнул, что зайдет проведать тебя после завтрака. Кажется, он знает о той вечеринке, что мы устроили в первый вечер. — как бы невзначай произнес Тео последнее предложение. Драко резко распахнул глаза и сел на кровати. — Он зол? — Достаточно, чтобы тебе досталось. Крэбб вчера на собрании проболтался, что это была твоя идея. — Тупой кусок говна. — произнес Драко расстегивая пуговицы на ночной рубашке. — Когда он научиться держать язык за зубами? Энни потянулась за палочкой и взмахнув ей, высушила себя. Взгляд упал на Драко, который уже стягивал с себя рубашку. Молочная кожа, подтянутое телосложение, легкий намек на кубики пресса, жилистые руки, в общем смотреть на него было приятно. Очень приятно. Энни невольно засмотрелась. Малфой поймал её взгляд и хмыкнул себе под нос. — Можешь потрогать, если хочешь, — протянул он. — Что потрогать? Тебя? — Энни прыснула, отворачиваясь. — Видала и получше. Она задвинула штору, оставив позади неё Тео и Малфоя. — Соул же у нас проводила несколько лет Рождество с ребятами из Дурмстранга. — пояснял ему Нотт, улыбаясь. — Те как напьются сразу оголяются. Энни стянула с себя пижаму, и оставаясь в одном нижнем белье, высунула голову из-за шторы. — Тео, позови, пожалуйста, мадам Помфри. Он ушел. Энни присела на кровать. Тенью виднелась фигура Малфоя. Он пока прогуливался без рубашки, но уже в брюках. Наклонился, налил себе воды, медленно выпил её. Сделал несколько шагов вдоль кровати туда-сюда. Было не особо понятно, то ли он оттягивал время, то ли хотел, чтобы его тоже посмотрели. Послышался стук каблуков. К ней за штору зашла мадам Помфри, в руках у неё была банка с мазью. Она присела рядом с ней. — Доброе утро, — пробормотала Энни. Разумеется, ей всё ещё хотелось спать, но холодный «душ» и вправду её немного взбодрил. — Доброе, милочка. Она палочкой развязала бинт на её плече. На руке виднелся некрасивый порез. Он уже был совсем не глубокий и больше походил на шрам. У Энни было достаточно шрамов, как на теле так и в глубине её души, но обзавестись новым, точно в её планы не входило. Как будто услышав её мысли, мадам Помфри сказала: — Я нанесу мазь и даже не шрама не будет. Не беспокойся об этом. — Благодарю вас. — поблагодарили её Энни. Она нанесла ей на руку мазь и сказала, что можно надеть на неё рубашку. Так же сказала прийти, если будет кровоточить. Когда она вышла из-за шторы, Соул смогла одеться и собрать вещи. Через три минуты она была уже полностью готова идти на завтрак. Попрощавшись с медсестрой, Энни даже не удосужила Малфоя взглядом и они с Тео вышли в холл. Тихо шли по коридорам замка. Учеников было мало, а значит все ещё на завтраке и они успевают. — Я не знаю, зачем сделала это вчера. — сказала Энни когда они повернули за очередной поворот. — Ты не должна оправдываться, — его голос как и обычно приобрел нотки незаинтересованности и напускного спокойствия. — Я в свою очередь не должен был кричать на тебя. Прошу меня простить. — Переживал? — Энни улыбнувшись, посмотрела на него. — Что-то подобное определенно промелькнуло, — он посмотрел на неё. Энни готова была поклясться, что видела как уголки его губ дрогнули в еле заметной улыбке. Они зашли в Большой зал и разминулись, каждый проходя к своему столу. Энни села рядом с близнецами. Подняв голову к профессорскому столу, девочка нашла глазами Северуса. Еле заметно кивнув ему и получив ответный кивок, Энни приступила к завтраку. — Ну и как тебе гриффиндорское самопожертвование? — поинтересовался Джордж, помещая в рот кусочек бекона. — Несомненно увлекательно. За первые два дня в этом замке я уже дважды побывала в больничном крыле. — её голос был полон энтузиазма. — Иду на личный рекорд! — И это хорошо! Ведь как говориться — нет предела совершенству! — хохотнул Фред. — Это совершенно не смешно. — Гермиона стояла за спиной Фреда, сложив руки на груди. — Она могла серьезно пострадать. — Успокойся. — сказала Энни тоном не терпящим пререкательств. — Я же в порядке и это главное. Давай, идем, у нас История магии. Хочу посмотреть на сколько это нудно.

***

Малфой появился на занятиях только в четверг. У них было два сдвоенных зельеварения со Слизерином и пришел он только на второе. Гарри и Рон задохнулись от возмущения, ведь если бы они так опоздали, у Гриффиндора бы как минимум сняли бы пятьдесят очков. — Как ты? — спросила его Пэнси, когда он приблизился к ней на достаточное расстояние. — Нормально, — сказал он ей, а за её спиной подмигнул Крэббу и Гойлу. — Проходите, Малфой. Садитесь. — бросил как бы между прочим Снейп. Проходили новое для учеников зелье: уменьшающее. Малфой поставил котел рядом с котлом Гарри и Рона. — Сэр, — обратился он к Северусу, — у меня болит рука, я не могу нарезать коренья маргаритки. — Уизли, нарежьте Малфою, — приказал Снейп, проходя между котлами, не взглянув на Рона. — Не отвлекайся, Рональд. Я помогу ему, — сказала Энни Рону, когда тот собирался возразить. Уизли благодарно кивнул. Она взмахнула волшебной палочкой, нож на его столе подскочил и начал нарезать коренья, лежавшие на доске. Когда Энни бросила ножу «поменьше», он и впрямь начал резать на более мелкие куски. — Сначала смоква. — сказала Энни, когда Драко занес руку над котлом, чтобы бросить туда коренья маргаритки. Он устремил на неё острый взгляд, который она восприняла очень холодно и повернулся к доске профессора, на который был написан пошаговый процесс приготовления. Драко пробежался по нему глазами и повернулся к Соул с улыбочкой. — Может ты и поможешь мне почистить смокву, раз такая умная? — Хватит её задирать, Драко, — мягко остановила его Пэнси, подходя к нему. Паркинсон принялась разделывать ему смокву. — В отличии от вас, Драко, у мисс Соул феноменальная память. Ум тут, увы, не при чём. Останетесь вдвоем после урока. — Северус посмотрел сначала на Малфоя, потом на Энни и пошел дальше между котлами учащихся. — Конечно, профессор. — незамедлительно ответила Энни. Энни добавила три капли настойки полыни и десять раз помешала по часовой стрелке. Когда Пэнси закончила помогать Драко с очисткой и измельчением всех компонентов, а на это ушла добрая часть времени, она подошла к Энни. — Не флиртуй с Драко, пожалуйста. — прошептала она ей в самое ухо. — Мне он и даром не нужен, Пэнси. Но, прости, если мои слова ему, как-то задели тебя, как его девушку. Этого я точно не хотела. — Энни подняла на неё глаза и улыбнулась. — Ни за что не променю дружбу с тобой или кем либо ещё на парня. Вместо ответа Паркинсон чмокнула её в щеку и подошла к своему котлу. Снейп тем временем накинулся на Долгопупса. Зелье которое должно быть на этой стадии зеленым, у Невилла получилось… — Оранжевое, Долгопупс! — Северус на глазах всего класса зачерпнул немного зелья, высоко поднял черпак и опустил его обратно в котёл. — Оранжевое! У вас в одно ухо влетает, в другое — вылетает. Я ведь яснее ясного сказал: одна крысиная селезёнка! Две капли пиявочного сока! Когда вы, наконец, станете слушать, что вам говорят? Невилл покраснел, задрожал от страха и казалось вот вот заплачет. — Сэр, — вмешалась Гермиона, — позвольте, я помогу Невиллу исправить зелье. — По моему, я вас не спрашивал, мисс Грейнджер, и нечего выскакивать. Снейп напустился на Гермиону, и она тоже залилась краской. — В конце урока, Долгопупс, мы дадим отведать это зелье вашей жабе. Может, тогда вы поумнеете. — и Снейп отправился дальше. У Невилла от ужаса спёрло дыхание, он обернулся к Гермионе и простонал: — Гермиона, помоги. Гермиона украдкой начала шептать Невиллу что делать, но Энни её остановила: — Я ему помогу, а то если он набросится на тебя, то и живого места не оставит. Гермиона кивнула ей, и они поменяли котлы местами, чтобы Энни была к Невиллу ближе. Она доделывала свое зелье и пыталась исправить ошибку Долгопупса, по этому в её голове всё мешалось от нехватки времени. Она дала ему экстракт белладонны, зная, что он нейтрализует большое количество пиявочного сока и наказала добавить ему строго одну каплю. В это время Энни добавляла себе в котел уже три капли экстракта цикуты и после протянула его Невиллу, наблюдая, как его зелье становится зеленым. — Дальше всё по списку. Не переживай ты так, — сказала ему Энни, когда он в очередной раз смахнул рукавом мантии пот со лба, — не сдохнет твоя жаба. Меня учили лучшие. Кажется её слова не обрадовали его, но когда Соул украдкой бросала взгляд на то, что он делает, Невилл ничего не путал. К концу урока профессор Снейп подозвал всех к столу Долгопупса. Он взял на руки Тревора, зачерпнул ложечкой каплю зелья и влил жабе в рот. Воцарилась мёртвая тишина. Тревор сглотнул и с оглушительным хлопком превратился в головастика и завертелся у Снейпа на ладони. Гриффиндорцы захлопали. Северус с кислой миной вытащил из кармана пузырек, капнул на Тревора какой-то жидкости, и головастик снова стал жабой. — Минус пять очков Гриффиндору, — объявил Снейп, и улыбки с лиц гриффиндорцев исчезли. — Помнится, мисс Грейнджер, я запретил вам помогать Долгопупсу… — А она и не помогала. — перебила его Энни, надеясь, как бы ей за это не воздалось. — Это была я. А вы мне не запрещали. Кстати, — она облокотилась на парту и с улыбкой сказала, — за превосходное зелье нашему факультету полагается десять баллов. А, учитывая, что пять вы отняли… Соул самодовольно улыбнулась. Северус впилился в неё холодным взглядом, она отвечала ему таким же. Прошла, кажется, минута, все ученики молча наблюдали за их противостоянием. — Пятнадцать очков Гриффиндору. — сказал он безэмоционально. — Урок закончен. Гриффиндорцы захлопали, слышались одобрительные крики. — Обычно, никто кроме Слизерина не получает дополнительные очки на зельеварении. — объяснила ей Гермиона. Все шумно убирали свои места, собирали вещи и выходили из кабинета. Примерно через пять минут в классе остались только трое — Энни, Драко и профессор Снейп. — Соул, это что было? — Мне стало жаль жабку, профессор. — с невинным видом произнесла Энни, облокачиваясь на парту. — Чтобы это было в последний раз, надеюсь мы поняли друг друга, — Северус полистал какой-то дневник на своем столе и не поднимая головы сказал: — У меня свободен вечер вторника и вечер субботы. Поделите их между собой, мне без разницы, когда вы будет приходить. — Моя суббота, — немедленно отозвалась Энни. — Хорошо, — он написал что-то в своем дневнике. — Занятия начинаются со следующей недели. Драко, я жду вас во вторник после ужина, Энни, приходите в субботу, так же после ужина. — У нас будет возможность поменяться местами через неделю, профессор? — с надеждой спросил Драко. — Я же сказал, мне нет разницы, в какой день кто из вас придет. Попрощавшись, они забрав сумки ушли. За дверью, к сожалению Энни, никого не было и ей прошлось идти в Большой зал в сопровождении Малфоя. Шли в тишине до первого поворота. Энни была чуть впереди, а Малфой неспеша шёл за ней. — Как тебе в Хогвартсе? — спросил Малфой. — Чудесно. — незаинтересованно ответила Энни. — Розье считает, что ты и года не продержишься, — продолжал Драко. Соул так резко остановилась, что мальчик чуть не налетел на неё. Она обратила на него испуганный взор. — Эванна Розье?! — Ну да. Ты не видела её на совместных уроках? — Драко совершенно не понял её реакцию. — Не видела, — ответила Энни. Это плохо, очень плохо. Девочка, чей крестной была Беллатриса Лестрейндж наводила только мысль о побеге из замка. Она была совершенно уверенна, что они всё ещё списывались, и эта мысли пустила по её телу волну мурашек. — И как она? Давно не виделась с ней. — переменила тему Соул. — Думаю, всё хорошо у неё. — они дальше пошли по коридорам подземелья. — Милая, спокойная девочка. — Угу, — пробубнила Энни. Милая и спокойная девочка? Что Малфой курит, чтобы так положительно о ней отзываться. Эванна — дьявол во плоти. Девчушка с малых лет проклинала Долгопупсов, за то что они лишили её крестной, и Энни всё детство приходило только одно слово, когда заходила речь о Розье, а именно — ебнутая. Её отец тоже был в Азкабане и Энни не была уверена, что у Эванны всё в порядке с головой. Эвана Розье отправили в Азкабан ещё до её рождения, так что очевидно они очень близки не были. Они поднялись с подземелий и зашли в Большой зал. Разошлись каждый к своему столу. Энни неосознанно искала взглядом Розье. И нашла. Малфой как бы специально сел между ней и Маркусом Флинтом. Её длинные черные волосы падали на её плечи и она улыбалась над какой-то, очевидно безвкусной, шуткой Гойла. Маркус Флинт тоже был вейлой. И ему уже исполнилось восемнадцать на этой неделе — это Энни знала. Надо ей было как-нибудь улучить момент, чтобы поговорить с ним. Очевидно ему есть, что ей рассказать. Почувствовав её взгляд, он оторвался от обеда и поднял голову. Энни улыбнулась ему и помахала рукой. Флинт улыбнулся ей, оголяя зубы. Его улыбка поменялась: передние, ранее выпирающие, зубы уменьшились и теперь он не был похож на бобра. Зашуршали над головами перья. Сова приземлилась на стол прямо перед Энни и протянула «Пророк». Не успела она положить сове деньги, как Симус, напротив неё закричал: — Его видели, его заметили! — Кого? — Гермиона подскочила к нему. — Сириуса Блэка! Гермиона вырвала газету из его рук и быстро прочитала написанное. — Даффтаун? — изумленно спросила она. — Но это же совсем рядом! — А если он заявится в Хогвартс? — забеспокоился Невилл. — Что тогда? — У нас же дементоры повсюду! — возмутился Дин. — Дементоры, конечно, — Энни хмыкнула. — Он однажды улизнул от них, и без проблем сделает это ещё раз. — Всё верно. Блэк неуловим, — заявил Симус, — он может быть где угодно. Это все равно, что ловить дым голыми руками. — Какая в Англии приятная атмосфера, я прям почти не жалею, что вернулась. — саркастично сказала Энни. Близнецы хохотнули. Гарри тоже улыбнулся. Разбрелись каждый на свое место. Следующим предметом был ЗОТИ, опять со Слизерином. Энни была рада и опять видеть друзей и в первый раз за неделю встретиться с Римусом. Закончив обед половина третьекурсников заторопилась в кабинет отведенный для Защиты от Темных искусств. Класс оказался открыт и ученики шумно ввалились в него, рассаживаясь по местам. Все садились на места, а Энни застыла недалеко от дверей не зная, куда ей сесть. Все вокруг неё, кажется, знали куда нужно сесть и что делать, а она в нерешительности застряла у дверей. — Энни, иди ко мне! — позвала её Гермиона с первых парт. Почувствовав облегчение, Соул прошла по кабинету и села рядом с ней. Выложив перо, баночку с чернилами, несколько чистых пергаментов и учебник, улеглась на парту. Рон и Гарри, сидящие сзади, говорили о чём-то неинтересном, Лаванда и Парвати запускали в воздух бумажных птичек, Дафна и Тео говорили, активно жестикулируя. Энни уткнулась головой в руки, смотря на похабные надписи на парте. — Блондиночка! Подойди сюда, поговорить надо! — крикнула Пэнси с задних парт. Энни повернула голову к ней. Она сидела рядом с Драко, в самом конце класса и махала рукой, пытаясь привлечь её внимание. Соул достала палочку и взмахнула. — Экскламо. Пэнси Паркинсон. — проговорила Энни. Голоса остальных как будто исчезли и Соул сосредоточилась на шуме в её голове. — Пэнси, что такое? — Блондиночка, ты пугаешь меня своими заклинаниями. — голос Пэнси раздался так ясно, будто она стояла рядом с ней. — Я не виновата, что вас учат какой-то ерунде, а не нужным вещам. Так что ты хотела? — Энни уже не говорила вслух, а лишь произносила про себя. Но Пэнси, разумеется, слышала все так же ясно как и она. — Флинт завтра устраивает вечеринку в честь своего дня рождения, он попросил тебе передать приглашение. Всё будет у нас в гостиной. Все начало через тридцать минут после ужина. — Раз он меня приглашает, то я приду, конечно. Можем встретиться на «нейтральной» территории и ты проводишь меня? Думаю, в одиночку я туда не дойду. — Супер. Я подойду сама или пошлю за тобой кого-нибудь. Ладно? — Хорошо. Аверниум. — она опять взмахнула палочкой и на неё гулом хлынули голоса учащихся. В класс вошел Римус, улыбнулся присутствующим и кинул на стол видавший виды портфель. Одежда на нем была такая же потрепанная одежда, но выглядел он лучше, чем почти неделю назад в поезде, будто поздоровел под наблюдением и регулярным питанием. — Всем добрый день, — поздоровался он. — Учебники можете убрать. Оставьте только волшебные палочки, сегодня у нас практическое занятие. С любопытством переглянувшись, учащиеся попрятали обратно в сумки книги и бумагу с перьями. — Ну что готовы? — он взмахнул палочкой и парты исчезли. — Посмотрите на гардероб, — произнес профессор Люпин и жестом указал на дальний конец комнаты, где стоял старый гардероб для мантий. Люпин подошёл к гардеробу, внутри что-то завозилось, и гардероб покачнулся, ручка дверцы задёргалась. Ученики стоявшие ближе всех отшатнулись, а Энни осталась на месте и немного наклонила голову набок. В нем определенно приведение. — Кто мне скажет что это такое? — спросил профессор у учеников. Энни подняла руку. — Это боггарт, профессор. — Браво, Римус, давай сделаем так, чтобы два враждующих факультета увидели страхи друг друга. Какое разумное решение! — Отлично, мисс Соул. Кто мне ответит что боггарт такое, а после этого Энни расскажет как она определила что там боггарт. — сказал Люпин. Гермиона подняла руку. — Боггарт — это привидение, которое меняет свой облик. Он превращается в то, чего человек боится больше всего. — отчеканила Грейнджер. — Замечательно, даже я не ответил бы точнее, — похвалил Гермиону Люпин, и та покраснела. — Боггарты любят темноту. И чаще всего прячутся в гардеробе, под кроватью, в ящике под умывальником и других местах куда крайне редко попадает солнечный свет. — ответила Соул, не дожидаясь обращения к себе. — Отлично. Так вот, боггарт в гардеробе ещё ни на что не похож. Он не знает, кого и чем станет пугать. Как он выглядит неизвестно, — начал рассказывать Люпин. — Но стоит его выпустить, он тут же станет тем, чего мы боимся больше всего на свете. Невилл дико вытаращил глаза и что-то забормотал. — А это значит, — продолжал профессор, не обращая на Невилла внимание, — что у нас перед боггартом большое преимущество. Можешь сказать, Гарри, какое? Гермиона вскинула руки и даже на мыски приподнялась, чтобы её вызвали. Энни тоже подняла руку. Поведение Грейнджер определённо сбивало Гарри с толку, но он всё же решился ответить. — Ну-у… нас здесь много. Девочки огорчённо опустили руки. — Правильно. — сказал Люпин. — Поэтому с боггартом лучше сражаться вдвоём, втроём, вообще, чем вас больше, тем лучше. Он сразу теряется, не может выбрать в кого ему превратиться. В безголового мертвеца или огромного плотоядного слизняка? Однажды боггарт на моих глазах хотел напугать сразу двоих и превратился в половинку слизняка. Вот смеху-то было! Заклинание против боггарта простое, нужно только одно: хорошенько сосредоточиться. Лучшее оружие против него — смех. Превратите его во что-нибудь смешное и рассмейтесь, он тут же исчезнет. Сперва поучим заклинание без волшебных палочек. Повторяйте за мной: ридикулус! — Ридикулус! — хором воскликнули ученики. — Замечательно! Но это самая лёгкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Надо заставить принять его вид того что вызывает смех. Например… эм, Невилл, подойди. Невилл затрясся от ужаса. — Не стесняйся, иди сюда. — нежно произнёс профессор. Долгопупс неуверенными шагами подошёл к Римусу. — Ну, Невилл, чего боишься больше всего? — Профессора Снейпа. — почти шёпотом произнёс он. Все дружно засмеялись. Профессор Люпин задумался. — Профессора Снейпа? Думаю, ты такой не один. Ты по моему живёшь с бабушкой? — Да, но я не хочу чтобы боггарт становился ею. — Все опять засмеялись. — Нет, он не станет. — серьёзно сказал Римус. — Ты должен представить себе только её одежду. Ясно? — У неё красная сумочка… — начал Невилл, но Люпин его перебил. — Не надо вслух. Просто представь и всё. Когда я открою гардероб, ты сделаешь вот что. — он подошёл ближе к нему. — Простите, — сказал он остальным ученикам и что-то прошептал Долгопупсу на ухо. Он испуганно посмотрел на него, но кивнул. — Приготовься. — сказал он и достал из внутреннего кармана мантии палочку. — Раз, два, три. — Дверь гардероба открылась, и оттуда как живой вышел профессор Снейп. Он стал надвигаться на Невилла. — Ридикулус! — крикнул Невилл. Раздался щелчок, и Снейп покачнулся. На нем красовалось длинное, отделанное кружевами платье, на голове огромная шляпа, увенчанная грифом, основательно побитым молью, на руке вместительная дамская сумка. Все так и покатились со смеху. Слизеринцы смеялись, хватаясь за животы над свои деканом. Боггарт растерялся и замер как вкопанный. — Отлично, Невилл! — ученики сгрудились в кучу. Римус подошел к ним ближе и махнул собравшимся рукой, выбывая вперед. — Итак, Рональд, выйди к боггарту. Уизли сделал несколько шагов вперед. Боггарт закружился и на пол упал большой паук. Он клацнул челюстями и начал надвигаться на Уизли. Все в страхе сделали несколько шагов назад. — Ри… Ридикулус! — у паука на лапках появились коньки и он начал скользить по полу и вскоре упал на брюшко. Гриффиндорцы засмеялись. — Очень, очень забавно! Парвати, вы следующая. — она вышла вперёд. Перед Патил появилась большая кобра и она зашипела не неё. — Ридикулус. — Кобра превратилась в страшного, большого клоуна. Все засмеялись, а вот Энни было совершенно не до шуток. Она ближе всех к Римусу, и он точно захочет её испытать. А тут ещё нависает эта уродина и никак не сосредоточиться. И, она знала чем будет её боггарт и судорожно соображала во что же можно его превратить. — Твоя очередь, Энни! Она сделала шаг вперед. С хлопком перед ней появилась девушка. Белые волосы падали ей на спину, черные реснички хлопали недоуменно осматривая комнату. Она склонила голову набок и её взгляд пробежавшись по ученикам остановился на Энни. Страх в глазах Соул подстегнул девушку отступить на пару шагов и безумно расхохотаться. Энни сделала шаг назад, палочка бешено затряслась в её руках, но она её не отпустила. Глаза обезумевшей вейлы полыхнули огнем, она раскинула руки, в которой мгновенно оказались два огненных шара. Девушка взмыла в воздух, её волосы поднялись вверх, не подчиняясь законам притяжения. — Если не хотите подчиняться мне, то все вы сгорите! — она подняла руки над головой и раскаленные сферы слились воедино. — Заклинание, мисс Соул! — с ноткой беспокойства крикнул ей Люпин. Будто выйдя из оцепенения, Энни покрепче схватила палочку и направив палочку на боггарта крикнула: — Ридикулус! Огненная сфера в руках девушки осыпала её дождем золотых искр и её одежды запылали. В попытке избавиться от них, вейла завизжала, опустилась на пол и запрыгала на месте. Раздались неубедительные смешки. — Очень хорошо, Энни. Следующий. — вызвал профессор. Энни отошла назад, чуть не столкнувшись с Поттером. Она не заметила Дафну рядом с ней до тех пор, пока та не переплела их мизинцы. Соул взглянула на неё, и немного вымученно улыбнулась. — Не бойся себя, — прошептала она ей, — рядом с тобой друзья, которые смогут помочь тебе со всем. Мы всегда рассчитывали на тебя и, поверь, ты можешь доверять каждому из нас не меньше. Энни открыла рот, чтобы ответить, но резкий хлопок, означающий, что боггарт Симуса во что-то превратился, заставил её закрыть его. Появилась банши, костлявая ведьма-привидение с длинными, до пола, волосами и зеленым лицом. Она широко раскрыла рот, и комната огласилась пронзительным воплем, от которого волосы на головах у всех встали дыбом. — Ридикулус! — крикнул Симус. Банши захрипела, схватилась за горло: совсем пропал голос. Щелчок — вместо нее крыса гонится за своим хвостом. Еще щелчок — и мышь обернулась гремучей змеёй, извивалась, извивалась и вдруг превратилась в окровавленный глаз. — Смотрите, он растерялся! — крикнул профессор Люпин. — Скоро совсем сгинет. Дин, ваша очередь! Дин выбежал к боггарту. Щелчок — на полу запрыгала оторванная рука и по–крабьи поползла к Дину. — Ридикулус! — заорал Дин. Рука распухла до размеров шара и покатилась по всей комнате. Лаванда взвизгнула, когда рука приблизилась к ней и отшатнулась, та покатилась к Гарри. Он поднял палочку. — Позвольте мне! — крикнул вдруг профессор Люпин и встал между Гарри и рукой. Щелчок — и раздутая до размеров мячика рука исчезла. В воздухе перед учителем повисла луна. Люпин сказал спокойно: — Ридикулус! — и шар, обернувшись тараканом, шлепнулся оземь. — Идите сюда, Невилл, докончите его, — позвал Люпин. Щелчок превратил таракана в Снегга. Невилл уверенно ринулся на боггарта. — Ридикулус! — закричал он, на мгновение Снегг опять предстал перед классом в длинном платье, Невилл рассмеялся, боггарт лопнул, и с минуту в воздухе висели только крошечные клочки дыма. Привидение исчезло. — Превосходно! — похвалил Невилла профессор Люпин под аплодисменты учеников. — Превосходно, Невилл! Все молодцы. И да, чуть не забыл, всем кто сражался с боггартом по 10 очков. Всем спасибо, можете быть свободны. На этом урок закончился. Разочарованные слизеринцы, которые стояли в самом конце класса издали неудовлетворенный стон. Энни отпустила руку Дафны, подхватила сумку и вышла из кабинета так стремительно, что оказалась первее всех. Ноги несли её по коридорам замка, оказавшись у дверей наружу, она покинула здание. Одна из стен оказалась неплохим местом для пребывания в одиночестве. Энни соскользнула по ней вниз и уселась на траву. Пасмурное небо не добавляло настроения, а плывущие по нему темные облака навеивали мысль о дожде. Сероватое облачко дыма рассеялось в воздухе не пролетев и пары метров. Глаза защипало, и Энни подавляя непрошенные слезы, посмотрела на небо. Какая она все же слабая! Даже с боггартом справиться нормально не смогла. Просто поднять палочку и произнести заклинание — всего-то. Подумать только, наследница рода Соулов не смогла справиться со своим страхом. Позор! Энни шмыгнула носом. — Соул, ты ревешь? Из-за ближайшего поворота показался Драко Малфой.