Желание жить

Идти через Эмин Муил оказалось еще сложнее, чем Луи предполагала. Она устала, вымоталась и очень хотела спать. Дарахад шел в одном, довольно быстром темпе от самых Черных Врат, до которых тоже добраться оказалось не раз плюнуть. В темноте, шуме, вони орков, их вечной ругани и передрягах. Сутки оказались вечностью. Дарахад шел легко и уверено, огибая камни, перепрыгивая с одного на другой. Девушке, не привыкшей к каким бы то ни было длительным переходам, все это казалось сущим адом. Ноги сильно болели, а даже половина дороги еще не была пройдена. А на четвертый день блуждания среди бритвенно-острых пиков Эмин Муил Луи уже начала серьезно подумывать о том, чтобы шагнуть чуть-чуть левее проторенной тропинки, поставить ногу на неустойчивый камень, не так сильно держаться за веревку — и сорваться вниз. Суицид — самый простой способ решения всех проблем.  — Привал, — глядя в сизо-серое небо, скомандовал Дарахад и скинул с плеч рюкзак. Луи тут же рухнула на него, со стоном вытягивая ноги, — Здесь заночуем.  — Здравое решение, — согласилась девушка, которой уже любая горизонтальная более-менее ровная поверхность казалась самой удобной в мире мебелью. Даже на кровати ей никогда не спалось так сладко, как на ровных камнях, — А то скоро у меня ноги отвалятся.  — Постарайся, чтобы не отвалились, — сухо посоветовал мужчина, — нам не так долго идти, но они тебе все равно понадобятся. Луиза обиженно глянула на своего провожатого и подтянула ноги к себе, обняв руками колени. Ноги немилосердно гудели, красноречиво намекая девушке на ее полную физическую неподготовленность. Казалось, словно Луи с самого выхода из Мордора не останавливалась ни на секунду и шла, шла все время, неся на себе три рюкзака и Дарахада в придачу.  — Вот чего ты такой злой? — внезапно для самой себя спросила Луи, глядя на то, как мужчина разводит костер и готовится к ночлегу.  — В плане чего? — хмуро поинтересовался тот, ломая об колено сушняк и не глядя на Луизу.  — В плане всего, — пояснила ему девушка, внимательно глядя за развернувшимся действом, — Ты даже поесть мне не даешь!  — Согласно тому, что ты должна выдать за правду, ты сбежала от орков. Как думаешь, хорошо ли они тебя кормили, и как много выделили тебе в качестве пайка с собой? Луи пристыжено замолчала, понимая правоту Дарахада, но и отступать так просто не планировала.  — Все равно! Ты не орк, а я так, как сейчас, всерьез рискую не дожить до того момента, когда доберусь до Братства. Теперь пристыжено замолчал Дарахад, чувствуя в суждениях девушки определенную логику. С другой стороны, голодом он ее тоже не морил… Запоздало пришло понимание одной простой истины: Луи не привыкла к походам, и ее организм требует куда больше топлива с непривычки. Костер, наконец, весело вспыхнул, тихо затрещал горящим сушняком. Мужчина пододвинул сумку с провизией ближе в Луи, намекая, что она вполне может туда залезть, что девушка без зазрения совести и сделала, жадно вцепившись зубами в краюшку хлеба:  — Шпафипо. Дарахад кивнул, ставя на огонь котелок с водой, порылся в сумке в поисках трав для чая. В горах свистел ветер, в низинах клубился туман, тучи висели непозволительно низко и днем, и ночью, солнца не было видно уже давно, только серный цвет обволакивал все вокруг и уступал место черноте ночи. Луи огляделась - в наступающих сумерках было видно все хуже и хуже - и перебралась ближе к огню, неуверенно протягивая к нему дрожащие, замерзшие руки.  — Боишься? — неожиданно спросил мужчина, садясь рядом и подавая Луи кружку с готовым уже чаем. Луиза осторожно приняла кружку, чуть дольше дозволенного задержав пальцы на руке Дарахада, и кивнула. Смотреть в завтра было страшно по одной простой причине: а хватит ли сил сыграть свою роль? Луи в этом уверена не была.

***

К Андуину Луиза с Дарахадом подошли в сумерках. Вдалеке еще догорали последние искры заката, едва окрашивая воду в кроваво-красные и нежно-золотые цвета. Вокруг было тихо, только ветер легко трепал кроны росших на берегах деревьев и величаво шумели воды Андуина. Луиза открыла рот от изумления, глядя на Аргонат — огромнейшие статуи королей Элендила и Исилдура. Вид действительно потрясал воображение. — Пора, — сухо сказал Дарахад, направляясь к небольшому обрыву над рекой, — Здесь мы расходимся. Луиза осторожно, стараясь оттянуть момент расставания, подошла к мужчине и глянула вниз, на темную гладь воды. Внезапно весь восторг ушел, вытесненный животным страхом перед предстоящим спектаклем, где ей отводилась главная роль. Втереться в доверие Братству, увести за собой Хранителя и, в конечном счете, вернуть Кольцо Саурону. Последний пункт заставлял девушку сильно нервничать, опасаясь за его целесообразность. Нет, Луиза действительно сейчас верила в то, что поступает безоговорочно правильно, что быть на стороне Саурона не так уж и плохо, раз так разыгралась партия, но ввергать мир во тьму без малейшего призрака надежды было страшно и жутко не хотелось. Но жить хотелось больше, а что Саурон конкретно за ней пошлет кого-нибудь, Луи не сомневалась. Луиза вообще не сомневалась почему-то, что Саурон может принести что-либо хорошее, что бы он там не обещал и не говорил. Темный Властелин не прощает предательств. Никому и никогда. И раз Луи не могла по воле случая попасть сразу в какой-нибудь Ривенделл, то теперь пытаться выкрутиться методом перехода в стан врага - уже не вариант. — Да, конечно, — едва слышно прошептала девушка, вглядываясь в противоположный берег в поисках костра. Сердце билось часто-часто, Луизе казалось, что оно готово вот-вот выпрыгнуть из груди и спрятаться в один из карманов Дарахада. Все же, к нему девушка привязалась. Он был единственным, кто был рядом всегда и, как бы то ни было, направлял, хоть и скрипя зубами. С ним было хорошо и спокойно, а сейчас Луи предлагалось попробовать себя в роли мастера-шпиона в пьесе, где цена вопроса — ее жизнь. — Не бойся, ты сможешь, — уверенно сообщил Дарахад, для пущей правдоподобности положив руку на плечо девушки. Луиза непроизвольно положила свою ладонь сверху на его и крепко сжала, прислонившись к ней щекой и все так же неотрывно глядя на противоположный берег. Дарахад шумно вздохнул, притягивая девушку ближе и ловя ее замученный взгляд из-под полуприкрытых ресниц. Луи дышала рвано и глубоко, словно до этого надолго задерживала дыхание, и прижималась к мужчине, уткнувшегося носом в ее макушку. А потом Дарахад неожиданно вздрогнул, словно его ударили, неуверенно перебрал пальцами, сжатыми Луизой, и отстранил девушку от себя, а затем резко выдохнул, что ему пора, нужно предупредить отряд, и… Столкнул Луи вниз. Вынырнуть удалось не сразу. Первоначально сыграл эффект неожиданности, потом — банальное недоумение. Когда же Луизе удалось все же сумела вынырнуть на поверхность, отплевываясь и рвано хватая ртом воздух, Дарахада на обрыве уже не было. Только ветер трепал кроны кустов, рядом с которыми они стояли. Луи посмотрела в след заходящему солнцу, золотой монетой отражавшемуся на кровавой ряби реки, и внезапно для себя расплакалась. Легко и просто, словно всегда была готова разреветься и лишь ждала подходящего момента. На берег Луиза выползла, все еще сотрясаясь от рыданий. Мокрая одежда тут же прилипла к телу, холодный ветер погружал в ледяной кокон, и вскоре девушку трясло уже от холода. Ночь становилась все темнее, последний лучик солнца утонул в течении Великой реки. На негнущихся ногах, дрожа от холода и почему-то обиды, Луи побрела вдоль берега, запинаясь и громко швыркая носом. Вскоре невдалеке задребезжал одинокий огонек костра, и девушка ускорила шаг, стараясь добраться туда как можно скорее.  — Стой, — внезапно окликнули Луи со стороны костра, — Не двигайся. Кто ты? От неожиданности девушка вскрикнула и, неловко отшатнувшись назад, упала. У костра послышалась возня, громкие разговоры, звук извлекаемого из ножен оружия. Девушка сжалась и попыталась отползти назад, хотя и понимала, что вряд ли это ее спасет. Кто-то у костра, остановив остальных, взял факел и, держа меч на изготовку, медленно двинулся в сторону Луизы.  — Стойте, я… Я… Луиза, — тихо прохрипела девушка, подтягивая колени к груди, — Я… Орки… Они…. Помогите мне… Начинать игру, этот большой театр одного актера, где цена билета — чья-то жизнь, оказалось страшно. Хотя бы потому, что врать совсем не хотелось, Луи боялась что-то напутать, выразиться недостаточно правдоподобно и попасться на лжи.  — Орки? — переспросил мужчина, подходя достаточно близко для того, чтобы Луиза могла его хоть немного рассмотреть. Это был мужчина лет тридцати пяти навскидку, грязные темные волосы, давно не стриженные, закрывали лицо, на котором едва блестели яркие серые глаза — единственное, что можно было разглядеть. Мешковатая одежда явно видала свои лучшие дни, но на поясе висели красивые добротные ножны.  — Да, — чуть кивнула девушка, — Я была в плену, но я… Мне удалось бежать.  — Сбежать от орков? Ей? — недоверчиво переспросил низкий раскатистый голос, донесшийся с поляны, — От них не так легко сбежать.  — Прошу, пойдемте… Я слышала, как они планировали напасть на этот берег сегодня. У костра зашептались. Кто-то отчаянно жестикулировал, кажется, даже тыкал пальцем в сторону Луи. Мужчина с факелом, подхватив девушку под локоть, заставил ее встать и отвел ее к костру, связал руки непонятно откуда взявшейся у него веревкой и оставил у самого дальнего дерева. Девушка устало сползла по стволу и плохо фокусирующимся взглядом принялась наблюдать за присутствующими. Четверо, похожих на детей людей, — хоббитов, как с ужаснувшим ее трудом вспомнила Луиза — с нескрываемым опасением оглядывались на нее. Смешные и кучерявые, воинственно настроенные и от этого еще более забавные, они совсем не подходили на роли вершителей судеб мира. Двое высоких и широкоплечих мужчины, периодически оборачивавшихся к ней, совсем ее не боялись в противовес хоббитам, но нисколько ей не верили, как и остальные. Мужчины говорили тише и спокойнее всех, но тот, что имел волосы рыжее, судя по жестикуляции и тому, как он трогал эфес меча, предлагал ее убить. Второй, что вернул палку, служившую факелом, в костер, пока не собирался этого делать. Рыжий гном, кидавший на девушку злые взгляды, говорил громче всех, его постоянно одергивали, и он явно соглашался с тем, вторым, рыжеватым в потемках мужчиной. Молчал только эльф, неотрывно следивший за Луи все время. Он не принимал участия в споре, разве что сказал пару фраз, и девушку это очень пугало. Устав со все нарастающим ужасом смотреть за решением ее судьбы, закрыла глаза и откинула голову назад. Хотелось плакать и молить о смерти. В голове мелькнула перепуганным бельчонком мысль: может, рассказать, и пусть убьют? Все равно Луиза не знала их имен, не могла вспомнить. Она уже не помнила и того, что будет дальше. Все те знания, которыми она располагала в самом начале, в Барад-Дуре, медленно, но верно таяли, как туман на солнце. По щекам, против воли, потекли слезы, холодящие кожу на прохладном ветру, дующим с реки.  — Так как тебя зовут? — неожиданно раздался над ухом Луизы смутно знакомый голос. Девушка открыла глаза и с недоумением посмотрела на сидящего перед ней на корточках мужчину. Это был тот самый, рыжеватый. Богатая одежда, кольчуга из мелких колец и манера держаться красноречиво говорили о его благородном происхождении. Луи сжалась и поняла, что этого человека она боится больше всех здесь присутствующих  — Луиза…  — И ты сбежала от орков? — с нескрываемой неприязнью переспросил мужчина, — Что же тебе помогло? Луи глубоко вздохнула и, затравленно глядя на мужчину, дрожащим голосом начала рассказывать уже прекрасно заученную ей ложь:  — Мою деревню разграбили… Наверное, неделю назад, я не знаю. Многих убили, некоторых — взяли в плен. Где-то три дня назад, ночью, на одном из привалов, кто-то из разведчиков вернулся, и сказал, что видел вас. Тогда они решили, что нападут на вас, потому что Саурон ищет кого-то. Они подумали, что он может быть среди вас. Но они рассорились, началась драка… И я сбежала.  — И побежала к нам? — недовольно поинтересовался оставшийся у костра гном.  — Нет, я просто… Я просто бежала, вас я нашла случайно. Прошу, поверьте мне…  — Боромир, хватит, остановись, — внезапно заступился за совсем сжавшуюся девушку эльф, — Она не врет.  — Откуда нам… — начал было явно гневную отповедь мужчина, названный Боромиром, но снова был остановлен, но уже вторым мужчиной, позвавшим его к костру. Луиза выдохнула и, неловко пошевелив связанными руками, уткнулась лбом в колени.  — Давай сюда, — место ушедшего Боромира занял эльф. Девушка осторожно протянула связанные руки и с удовольствием почувствовала, как узлы на веревке ослабевают, а потом исчезает и сама веревка.  — Идем ближе к костру, — эльф помог девушке подняться, — Тебе нужно поесть. Луи благодарно кивнула и на ватных ногах пошла за эльфом, со стыдом слыша как урчит желудок и стараясь не обращать внимания на недоверчивые взгляды, ее сопровождающие. «Неужели, поверили?»

***

Ночь окончательно вошла в свои права, когда так и не уснувшую из-за провала той части плана, где Братство должно было уходить, девушку «разбудили».  — Идем, — осторожно тряся Луи за плечо, сказал темноволосый мужчина в потрепанной одежде, — Не хотелось бы действительно встретиться с орками.