Записки ненависти

Я решила, что не буду рассказывать девочкам о своём вчерашнем похождении и новом знакомом в лице футбольного игрока. Я вообще больше не хочу доставать их своей странной проблемой. — Что-то снова случилось, детка? — слышу обеспокоенный голос Хесу, второй день подряд между прочим. — А? Что? Нет-нет, я просто загрузилась из-за кружка по химии, — пытаюсь выглядеть непринуждённо. — Как скажешь, — я заметила, что Хесу вдруг стало грустно. Прости, моя дорогая подруга, но я правда не хочу впутывать тебя в это. — Ёу, приветик, — Наюн кидает свой рюкзак на сидение рядом и плюхается на свободный стул. — Вы чего такие кислые? — Грин что-то скрывает от нас и не хочет делиться, — резко выдаёт Хесу. Что за… — Да ничего такого, правда, — отнекиваюсь, как могу. — Я просто решила забить на этого гребанного сталкера, не пытаться больше следить за ним и жить нормальной жизнью выпускника. — Ты всё-таки видела его вчера? — Хесу поддаётся вперёд от любопытства. — Да. — Ого, а вот это серьезно, — Наюн также поддаётся вперёд. — Почему ты не надрала ему зад? — Потому что я уже сказала, что не хочу никак вступать с ним в контакт, если ему так нравится доставать меня глупыми записками, которые для меня ничего не значат, то это его проблемы. Ложь. — О-о-о, вот это наша тема, — Наюн нагибается через весь стол и бьет меня по плечу. — Предлагаю посидеть где-нибудь сегодня вечером и отпраздновать такие мудрые слова. — Я бы с удовольствием, но я не могу сегодня, у меня волонтерство, — Хесу перекидывает копну своих светлых волос через другое плечо и, клянусь собой, парень рядом просто залип на пару секунд. — К сожалению, я тоже не смогу, так как кружок по химии никто не отменял, — я поднимаю палец вверх. — Ну, я так и знала, но! — брюнетка смотрит на нас, как на нашкодивших детей. — В эти выходные я вытащу вас из этой пучины дел. Мы обе киваем, затем за столом появляется наша типичная атмосфера для разговора обо всём и ни о чём. Я так скучала по этому. Спустя какое-то время, когда я немного отвлекаюсь от нашей темы разговора, мой взгляд падает на стол «футболистов». Я вижу Чана, который напряжённо сидит рядом с Минхо. Черт, этот чувак вообще не умеет маскироваться. Парни что-то бурно обсуждают, отложив любую еду на самый край, а этот Бан Чан сидит, как будто съел самый отстойный кислый лимон на всём этом грёбаном свете. Вчера мы обменялись с ним номерами телефонов, по его инициативе, конечно, поэтому так и хочется написать ему, чтобы сделал лицо попроще, но таким образом я привлеку его внимание, а я не хочу, чтобы он влезал в эти поиски анонима. Я перестаю смотреть на спортсменов и снова переключаю мысли за наш столик. Через пару минут мне приходит сообщение на телефон, и я вижу его на экране. BCh: «Привет, как насчёт остаться сегодня и проследить за анонимом?» Я игнорирую его сообщение, общаюсь с подругами, чтобы он точно не понял, прочитала ли я его послание. Боже, зачем он вообще лезет во всё это. Через пару секунд приходит ещё одно SMS. BCh: «Минхо сегодня с утра не в духе, и я теперь стойко уверен, что это из-за гребаного анонима ಠ_ಠ» Я понимаю, что никто не хочет быть плохим другом, но скидывать всё на неизвестного человека — такое себе. Я убираю телефон подальше в карман толстовки, чтобы девочки даже краем глаза не увидели сообщений. Конечно, не хотелось бы скрывать от них всё это, но я не хочу говорить им о Минхо. Обеденный перерыв заканчивается, и мы с девочками прощаемся. Я выхожу из столовой и натыкаюсь на футбольную команду, пройдя взглядом, не вижу знакомой каштановой шевелюры среди них. Странно. Только эта мысль закрадывается у меня в голове, как кто-то хватает меня за локоть и выводит через запасной выход на лестничный проход. — Эй, какого… — Почему ты игнорируешь мои сообщения? — не успеваю возмутиться, как меня прерывает спокойный голос Чана. — Да я не хотела, чтобы подруги увидели, — я смотрю на его ладонь, которая покоится на моем локте. — И тебе привет! Может отпустишь меня? Чан выпускает мою руку и ждёт от меня ответа. — Извини, привет. Он виновато опускает взгляд. Ай, да что с ним? — Слушай, забей ты на этого анонима, пусть подавится своими же словами, — пытаюсь переубедить его. — Я уверена твой друг сможет пережить это, и ты просто будешь рядом и поддержишь его. — Что? — недоуменно произносит Чан. — Нет, нет и нет, Грин. Это ты послушай - нельзя таким людям показывать, что они могут делать всё, что им вздумается и им за это ничего не будет. Я найду этого мерзавца и надеру ему зад за всю неуверенность, которую он вселил в Минхо и… в тебя. Я стою с широко раскрытыми глазами и не могу поверить. Мне хочется плакать. Никто и никогда так не пытался заступиться за меня. — Спасибо, Чан, — я говорю это, глубоко вздохнув. — Но… — Никаких «но», Грин, сегодня же мы поймаем этого морального урода, и я сделаю это с тобой или без тебя, — он настроен настолько серьезно, что у меня нет слов. Я правда не ожидала такого. Беру свои слова назад, он — хороший друг. — Хорошо, окей, — я сдаюсь. — Тогда сегодня в семь после всех дополнительных занятий увидимся у главного входа, а там выстроим план наших действий. — Договорились. Мы встречаемся взглядами и киваем друг другу. Я чувствую, что всё это не сможет так просто закончиться, но постараться придётся. Главное, чтобы никто из нас не пострадал. «…ты слабачка, которая всегда ходит со своими подружками и ни на шаг от них не отходит. слушай, может тебя интересуют только девочки? ну ты и мерзкая…» Да пошёл ты. *** Время близится к семи вечера, а я прячусь за кустами у главного входа, чтобы те, кто выходит из школы, не заметили меня. С такого ракурса я прекрасно вижу футбольную команду, которая потихоньку покидает школу. Замечаю знакомую каштановую макушку, которая вдруг останавливается, что-то говоря своим друзьям по команде, и резко разворачивается назад в школу, наверно придумал легенду о какой-нибудь забытой вещи. Через пару мгновений вижу, как Хесу и Наюн покидают школу, я также придумала им легенду, что ушла пораньше с кружка по химии, чтобы помочь маме. Я купаюсь в лжи, как рыба в воде. Вот до чего ты докатилась, Грин. Спустя несколько минут приближаюсь ко входу, чтобы застать Чана, спускающегося по уличной лестнице школы. — Привет, ещё раз, я тут просто наушники забыл, поэтому возвращался. — Ого, то есть ты не соврал никому? — Ну, не совсем так, — он почему-то неуверенно почесал затылок. — На самом деле Минхо заметил сегодня, что я без настроения, я наврал ему, что это из-за плохой оценки, он мне не очень поверил, но не скажу же я ему, что на самом деле на тренировке я думаю только об этих чертовых записках. — Да ты прям вникнулся в суть проблемы, — я похлопала его по плечу не подумав и тут же резко убрала руку, но его это нисколько не смутило. — Э-э, будь попроще, всё ведь в порядке, никто не пострадал. — Если только морально, — Чан посмотрел на меня, точнее можно сказать, внутрь меня. Мне даже как-то стало не по себе, как будто он знал содержание всех этих гребаных писем ненависти. — Ладно, мы обязательно разберёмся с этим и твой друг будет счастлив, прям как раньше, — я попыталась улыбнуться, чтобы разогнать наколенную атмосферу. — Где будем следить? — Я тут подумал, если этот аноним всё равно каким-то образом должен будет выйти из школы, и сделает он это скорее всего через запасной выход из нашей раздевалки, — Чан здраво размышлял, мне нравится. — То мы можем поджидать его прямо на футбольном поле рядом с выходом. Как тебе идея? — Чем шататься по школе в каждом углу и прятаться от охраны, то твоя идея звучит просто отлично, — я показываю большой палец вверх. — Хорошо, тогда пошли скорее, пока в школе хотя бы кто-то остался, чтобы слиться с толпой. С этими словами мы буквально побежали в сторону спортивной раздевалки, чтобы выйти через большую железную дверь в ожидании встречи с ненавистником. Прекрасный нас ждёт вечер. Я чувствую. *** Время близится к восьми часам вечера, небо постепенно темнеет, равномерно распределяя крупинки звёзд. Мы просидели с Чаном на футбольном поле уже целый час, но так никого и не встретили. В юбке не так уж и удобно сидеть на газоне, между прочим, чертов аноним. Спустя еще полчаса я решаюсь достать свой проект с кружка по химии и начинаю его делать. — Это что химия? Ты правда в этом разбираешься? — Чан явно в недоумении. — Д-да, — получается у меня как-то неуверенно. Просто я никогда не хвасталась в своих познаниях химией, потому что девочкам не особо интересно слушать про «берлинскую лазурь» и «красную кровяную соль»*. — Вот черт, точно, — парень буквально хлопает себя по лбу. — Как же до меня сразу не дошло, ты ведь Ким Чживон - староста кружка по химии и лучший ученик преподавателя Чена, да? — Я не староста кружка и вообще никакая не лучшая ученица, что за глупости, — с этими словами я пытаюсь затолкнуть свой проект назад в рюкзак, но получается с трудом. — Да ладно тебе, не стесняйся, — Чан останавливает мои хаотичные движения и улыбается. — Притом, что преподаватель Чен и правда почти каждое занятие говорит о тебе и о твоих проектах, он правда гордится тобой, в этом нет ничего плохого. Я смотрю на его легкую улыбку, и почему-то сразу же верю ему. Никогда не думала, что смогу гордиться своим занятием и не выглядеть зазнайкой. — На самом деле в этом нет ничего сложного, просто необходимо выбрать нужное методическое указание и работать по пособию, вот и всё, — я открываю свою огромную тетрадь по химии и показываю ему пару оформленных опытов. — Ты не поверишь, но это очень сложно, Грин, — Чан смотрит на меня всё ещё с улыбкой, но она напоминает страдальческую. — Я терпеть не могу химию и в корень её не понимаю, поэтому дай мне хоть одну ту самую методичку, я все равно ничего не смогу сделать. Я смеюсь, и он почему-то с лёгкостью подхватывает мой смех. — А как же химия любви? — я говорю прежде, чем думаю. — В этом хорошо разбираются мои родители, но уж точно не я, — парень смотрит в сторону футбольного поля и кладёт руки на свои согнутые колени. — Вау, тебе повезло, — я смотрю на профиль его лица, отмечая, что он очень хорош собой. — То есть повезло с родителями, конечно. Я это имела в виду. — А твои? — Мои родители… Они… Они почти всегда ссорятся, если честно, — я отвожу свой взгляд от него, и буквально в эту же секунду он поворачивается ко мне. — Ну… Мой отец, он всегда на работе и хочет обеспечить нам с мамой достойную жизнь, но.., — мне так легко высказываться рядом с ним, я даже не понимаю, зачем я так сложно отвечаю ему на вопрос. — Но нам с мамой так не хватает его, от того и скандалы. Я выдыхаю и смотрю на Чана, он не отрывает взгляда от меня, но я вижу в нем сочувствие. — Но я не хочу жалости к себе, у меня всё в порядке, правда. Нет. Шрамы на моей коже неприятно зудят. — Я просто надеюсь, что несмотря на это, вы по-своему счастливы, — Чан мягко улыбается. Почему мне прямо сейчас хочется разрыдаться перед ним? Я знаю его всего лишь чуть больше суток. — Спасибо. Я всё-таки засовываю свою тетрадь по химии назад в рюкзак, и мы сидим так с Чаном ещё некоторое время, пока не слышим звуки открывающихся дверей. Вот он час, которого мы так долго ждали. — Кто здесь? Почему вы ещё в школе? — вдруг мы слышим голос школьного охранника. Упс. — Что за..? — Чан в недоумении смотрит сначала на испуганную меня, а затем в сторону дверей. Хорошо, что мы сели подальше от фонаря рядом с запасной дверью, чтобы если вдруг аноним не смог сбежать от нас сразу, мы бы увидели его лицо, до того, как он увидит нас, прямо как сейчас с охранником. — Ты сказал, что охрана не лезет сюда? — я шепотом спрашиваю у Чана. — Я почти каждый четверг занимаюсь здесь до десяти вечера и никогда не видел здесь охраны, — он разводит руки в стороны, типа вопросы не к нему. А к кому тогда? Мы слышим, как мужчина приближается к нам с фонарем в руках, поэтому ещё раз взглянув друг на друга, мы резко вскакиваем и бежим. Я бегу, что есть силы, но их явно недостаточно по сравнению с игроком футбольной команды, поэтому я знатно отстаю, а охранник завидев движущиеся тела вдруг решил поиграть в догонялки. Лёгкие горели, а ноги двигались уже не по моей воле. Казалось, что вот-вот и я просто свалюсь на газон, но тут я почувствовала, как меня схватили за ладонь и буквально потянули вперёд. — Давай же, Грин, включай свою третью скорость, — задыхается Чан. Я понятия не имею, о чем он, но стараюсь бежать быстрее с ним под ручку. Кто бы мог подумать. У него оказалась мягкая приятная на ощупь ладонь, она была не такой большой, но мои пальцы казались короче по сравнению с его. — Давай запрыгивай, — вдруг слышу напряженный голос парня и выхожу из своих мыслей. Я поднимаю взгляд и вижу перед собой наш школьный сетчатый забор. — Я? Туда? — я немного в шоке. — Я вообще-то в юбке, Чан, как я… — Слушай, ты хочешь, чтобы нам сделали выговор о том, что мы не соблюдаем правил школы и шляемся тут после школьного дня? Хочешь запись в своём личном деле? — Чан указывает по направлению школы, я прекрасно понимаю, что он имеет в виду бегущего за нами охранника, который вот-вот нас увидит. — Пожалуйста, не вынуждай меня перекидывать тебя через забор. Я глубоко и стыдно выдыхаю, чувствуя, что выхода и вариантов больше нет, а я в самый неподходящий момент вдруг решила высказать своё «фи». Встаю на согнутые ладони парня, он подкидывает меня, я перекидываю сначала одну свою ногу затем другую, таким образом перелазя через школьное ограждение. Чан кидает вслед за мной наши рюкзаки и сам делает то же самое, что и я, только в разы быстрее и грациознее. Видно, профессионал. — Хватай рюкзак и побежали быстрее, не показывай ему своего лица, — я делаю всё, как он говорит, и мы снова бежим, куда глаза глядят. Чан и в этот раз берет меня за руку, но сейчас я смотрю на выражение его лица, когда он оборачивается проверить - всё ли со мной в порядке. Я, как будто слышу его вопрос, и киваю. Мы продолжаем бежать и только спустя минуту, когда школа уже далеко позади, останавливаемся, согнувшись пополам и переводя дыхание. — Ну… Ты… Даёшь, — я еле выговариваю слова. — Почему… Почему ты не оставил меня там? — Смеёшься? — Чан выпрямляется и смотрит на меня, пытающуюся сдержать порыв выблевать свои лёгкие прямо на тротуар. — Чтобы потом одному разбираться с анонимом? Нет-нет, я так не могу. Коронный пинок под зад анониму должна дать именно ты! Я пытаюсь откашляться, и затем в одно мгновение мой кашель переходит в смех. Чан сначала смотрит на меня удивлённо, а потом адреналин в крови заставляет его также смеяться. Я вытираю слёзы от смеха и теперь пытаюсь отдышаться уже от смешинки. — Надо же, убежать от школьного охранника. Да я за всю свою жизнь никогда не убегала ни от кого, да ещё и так быстро, — я продолжаю смеяться. — Со мной и не такому научишься, — парень ухмыляется, а я бью его по плечу. Снова. Но от этого он улыбается ещё ярче, и я теперь точно знаю, что так просто не отделаюсь от этого воспоминания. «…я видел однажды, как один парень рядом с тобой чуть не умер со скуки, бедолага. надеюсь, он рассказал всем своим, что к такой ханже, как ты, лучше не подходить…» Слышишь, аноним? Да пошёл ты!